история







разделы



предыдущая главасодержаниеследующая глава

Глава XII. Первая колония

Зная по своим прежним плаваниям, как была устроена генуэзская торговая фактория на Хиосе и португальская колония Сан-Жоржи-да-Мина1 в Африке, Колумб рассчитывал организовать колонию такого же типа и на Эспаньоле; он был уверен, что ему придется иметь дело с богатыми народами Востока, у которых полно золота, драгоценных каменьев и пряностей и которые будут рады обменивать их на европейские товары. Этот расчет был бы верен, если бы только верна была начальная посылка. Такой расчет оправдывал себя позднее и у португальцев и у испанцев в индийском Гоа, в китайском Макао, в филиппинской Маниле.

1 (Остров Хиос, в Эгейском море, генуэзская колония (1346 - 1566). Сан-Жоржи-да-Мина - старинный форт на территории Ганы, построенный португальцами в 1482 году)

К несчастью Колумба, его исходная посылка была ошибочна. Уже в первое свое плавание он со смущением заметил, что "индейцам" почти нечего продавать и незачем покупать, но они так заманчиво рассказывали ему о золотоносном Сибао, и, кроме того, разве где-то рядом не лежал золотой легендарный Катай?

Итак, Изабелла была основана как торговый форт. Даже в интересах торговли место для нее было выбрано очень плохо. Почти все первые колонии европейцев в Америке были расположены в плохих местах: например, на острове Роанок и на острове Дочит, у реки Сент-Крой1. Сюда же надо причислить и форт Изабеллу. В нем не было под рукой хорошей воды, не было удобной гавани, а лишь рейдовая стоянка, открытая с севера и с запада. Окрестности кишели малярийными комарами. Но, сделав выбор, Колумб стремился как можно скорее высадить своих людей на сушу и повернуть корабли в обратный путь. На поиски подходящего места для колонии он и так затратил целый месяц, хотя это вменялось в обязанность навидадским поселенцам. Но их уже не было, как не было и бочонка с золотыми слитками, которые они были обязаны добыть. Колумбу надо было организовать торговлю немедленно и извлечь из нее что-нибудь ценное, с тем, чтобы испанские государи остались довольны.

1 (Остров Роанок расположен у южного входа в залив Албемарл на юге атлантического побережья США. Река Сент-Крой (по-французски Сент-Круа) впадает в юго-западный угол залива Фанди Атлантического океана. Попытки, предпринятые в XVI веке, организовать поселения - англичанами на реке Роанок и французами близ устья реки Сент-Круа - окончились неудачей)

Итак, колонисты и несколько моряков были высажены в Изабелле. Город заложили по всем классическим правилам (ибо достойным адмирала мог быть только Кадис в миниатюре), с церковью и губернаторским дворцом, выходившим на квадратную площадь. Поселенцы принялись валить деревья, вытесывать из коралла камни и копать канал, чтобы подвести воду из ближайшей реки; в качестве временных жилищ было построено около двухсот плетеных хижин. Но привезенного вина и пищи оказалось мало. Люди болели малярией, болели из-за плохой воды и неведомой рыбы, которую приходилось есть, хотя врач Чанка и давал собаке на пробу всякую новую пищу, прежде чем до нее дотронется хоть один христианин. Колумб так спешил закончить все дела, что привлек некоторых дворян-волонтеров к черной работе. Это вызвало у них глубокое возмущение - ведь они плыли за океан сражаться мечом и загребать золото, а не гнуть спилу на работе. Но в случае отказа им не дадут пищи! Такое обращение с кастильскими идальго они считали вопиющим.

Однако недовольство скоро утихло, так как представилась возможность добыть золото. На четвертый день после закладки Изабеллы адмирал стал формировать вооруженный отряд для обследования Сибао: надо было отыскать золотые копи, о которых рассказывали индейцы. Отрядом командовал Алонсо де Охеда, красивый и ловкий андалузец, привлекший к себе внимание королевы тем, что он совершил единственный в своем роде подвиг - сделал пируэт на горизонтальном брусе, укрепленном на одной из башен Севильи в двухстах футах от земли. В награду он получил командование каравеллой во флотилии Колумба.

Десятка два испанцев и несколько туземных проводников во главе с Охедой углубились в большую центральную долину Эспаньолы и вышли в Сибао, к подножию Центральной Кордильеры1. Охеда нашел здесь признаки золота и даже три крупных самородка: в одном из них металла хватило бы на монету в пятьдесят долларов. Через две недели, 20 января, Охеда возвратился в Изабеллу, принеся первые за долгое время, добрые вести. "Все мы развеселились, - писал Кунео - и больше не думали о пряностях, а только о благословенном золоте".

1 (Центральная Кордильера - горная цепь, которая начинается недалеко от пролива Мона (отделяющего остров Гаити от Пуэрто-Рико), простирается в западном направлении в восточной части Гаити и пересекает затем в северо-западном направлении центральную часть острова, поднимаясь здесь почти до 3 тысяч метров над уровнем моря (пик Яке, 2955 м). Близ этой вершины берет начало река Яке-дель-Норте, в нижнюю часть долины которой и углубился отряд Охеды)

Адмирал опасался, что если его корабли привезут в Испанию только то, что нашел Охеда, король встретит такие подарки издевательскими замечаниями. Но он должен был пойти на этот риск: жалованье команде семнадцати кораблей все нарастало, запасы продовольствия уменьшались, несколько сот человек были больны, у Чанки вышли все лекарства, оставшихся запасов пищи едва хватало на обратный путь. Двенадцать кораблей флотилии Колумб направил в Испанию, поручив командование ими капитану своего флагмана Антонио де Торресу; при себе адмирал оставил "Мариягаланте", "Гальегу", "Ниныо" и еще две маленькие каравеллы.

"Называется корицей, только вкус у нее, как у плохого имбиря; горький перец, но малайским перцем он и не пахнет, сандаловое дерево, но сандаловое только на словах", - насмешливо отзывались королевские чиновники о товарах, которые Колумб послал в Испанию; там было еще шестьдесят попугаев и двадцать шесть индейцев, и все это увенчивалось золотом на сумму в 30 тысяч дукатов, что равняется примерно 14 тысячам соверенов, или 3500 золотым двадцатидолларовым монетам. На деле не такая уж безделица!

Торрес доплыл до Испании очень быстро: 7 марта он был уже в Кадисе, затратив на дорогу двадцать пять суток. Сестра Торреса была кормилицей инфанта дона Хуана, поэтому он имел доступ к королю и королеве. Ввиду этого Колумб вручил капитану набросок доклада, который тот должен был изложить государям устно. Этот так называемый "Торресов Меморандум" чрезвычайно интересен: он раскрывает итоги первых четырех недель колониальной деятельности Колумба и показывает, как к ней отнеслись Фердинанд и Изабелла.

Колумб уполномочил Торреса подробно рассказать о золоте, в особенности о том, как его моют из речного песка. Он извинялся за то, что не посылает золота в большем количестве - у него много больных, в Изабелле надо держать сильный гарнизон, а за отсутствием тягловых животных погрузка тяжелого металла на корабли потребовала бы слишком много времени. Фердинанд и Изабелла выразили со всем этим свое согласие и "премного благодарили бога" за открытие золота.

Затем адмирал предписывал Торресу сказать их высочествам, что причиной распространения болезней "является перемена воды и воздуха... сохранение здоровья зависит от снабжения колонистов пищей, к которой они привыкли в Испании". Поскольку требуется время, чтобы вырастить урожай посеянной пшеницы и ячменя и получить вино и сахар из посаженного винограда и тростника, продовольствие - в частности вино, морские сухари, сало и соленую говядину - надо завозить из Испании. Большинство окота плавания не перенесло, поэтому он, Колумб, просит прислать коров и овец, а также ослов и кобылиц для разведения мулов. Он был бы очень рад получить что-нибудь вкусное для больных, - например сахар, изюм, рис, миндаль и мед. Проблемой являлась и одежда. В этих сухих, каменистых краях испанцы быстро изнашивали и платье и обувь; Колумб просил прислать побольше одежды и кожи для продажи колонистам по доступной цене. Он нуждался также в дополнительной сотне аркебузов, сотне арбалетов, двух сотнях панцирей для защиты от отравленных стрел и в большом количестве пороха и свинца.

Материальное снабжение являлось главной проблемой всех первых европейских поселенцев за океаном: стоит вспомнить, как первые англичане в Виргинии мучались и страдали из-за отсутствия привычного хлеба, говядины и пива, хотя кругом в изобилии были кукуруза, дичь и вода; как отцы-пилигримы1 постоянно влезали в долги за привозную одежду и обувь, ибо у них не было необходимых орудий, чтобы изготовить одежду и обувь самим.

1 (Отцы-пилигримы, - первые английские колонисты-пуритане, прибывшие в конце 1620 года на корабле "Мейфлауэр" в залив Кейп-Код на восточном берегу Северной Америки и основавшие поселение Новый Плимут (теперь просто Плимут, штат Массачусетс))

Фердинанд и Изабелла понимали, что требования вице- короля разумны. Архидиакону Фонсеке, организатору флотилии, они дали указание быстро собрать и направить Колумбу семена, скот и все остальное, что просил адмирал; государи не согласились только с проектом Колумба о коронном снабжении колонистов одеждой и обувью.

Колумб сообщал далее, что он направляет в Испанию несколько "каннибалов", захваченных на Санта-Крусе, их надо будет обратить в христианскую веру, заглушить в них зверские наклонности, научить кастильской речи, с тем чтобы использовать потом в качестве переводчиков. Затем Колумб развивает мысль (уже затронутую в его письме о Первом плавании) о том, что будет весьма выгодно экспортировать с Эспаньолы карибоких и других индейских рабов; присылаемые на этот раз "каннибалы" могут пригодиться при любом рейде для ловли невольников на Карибских островах. В те дни рабство считалось столь обычным явлением как у европейцев, так и у мусульман (у последних оно держится и поныне), что Колумб никогда не задумывался над нравственной стороной своего предложения. Если бы он и задумался, то, несомненно, сказал бы, что рабство существует и среди индейцев, почему же не обращать их в рабство и нам, тем более, что мы несем им христову веру и опасение души? Король и королева проект о торговле рабами не одобрили, заявив, что выскажут свое мнение позднее, когда ознакомятся с делом подробнее. Впоследствии Изабелла запретила работорговлю, но она сделала это не раньше, чем выяснилось, что дело не приносит дохода.

Адмирал заканчивал свой меморандум выражением признательности доктору Чайке и другим своим подчиненным, просил повысить им жалованье и высказывал пожелание, чтобы дворяне-волонтеры в интересах дисциплины тоже были зачислены на королевское жалованье.

Меморандум говорит о ясном уме Колумба и о его гибкости, которая, однако, часто ему изменяла. Планы адмирала по организации торговли за океаном явно рушились: индейцы Эспаньолы никоим образом не были торговцами - удовлетворив свое любопытство, они уже не хотели никаких европейских товаров. Торговой фактории, о которой он столько думал, не было, а был береговой плацдарм - трамплин для завоевания острова. Почти мимоходом, между прочим, Колумб высказывал предложение, чтобы король и королева выслали ему группу мастеровых из ртутных копей в Эстремадуре1. Он уже убедился в том, что испанцы не получат золота, если сами не возьмутся за его добычу - первые шаги колонистов в этом направлении принесли индейцам настоящие бедствия.

1 (Речь идет о центре испанских, месторождений ртути - Альмадене, находящемся в Новой Кастилии, на границе с Эстремадурой)

Спустя месяц после отплытия кораблей Торреса в Испанию Колумб организовал вооруженный разведывательный отряд и лично повел его в глубь острова; это был первый поход закованных в латы испанцев в захваченных землях: путь для Бальбоа, Кортеса, Писарро и Коронадо был проложен1. 12 марта 1494 года из Изабеллы на юг двинулось несколько сот человек; они шли военным строем, под звуки барабанов и труб, с развевающимися знаменами. Перейдя Северную Кордильеру2 по тропе, которую Колумб в честь своих дворян назвал Эль-Пуэрто-де-лос-Идальтос, они скоро достигли широкой долины, "столь свежей, столь зеленой, столь приветливой, таких красок и вместе с тем такой красоты", что, как писал Лас Касас, "адмирал, которого все это глубоко тронуло, премного благодарил господа и назвал ее Вега-Реаль", то есть Королевской долиной3. Идальго шли между кукурузными полями, под сенью тутовых, красных и эбеновых деревьев, осматривали селения, где находили лишь немного золотого песка. Переправившись через Рио-Яке-дель-Норте на пирогах, или плотах, или даже на спинах индейцев, они поднялись по северному склону Центральной Кордильеры к столовой возвышенности, поднимающейся над излучиной Рио-Ханико4. Здесь Колумб оставил пятьдесят человек, приказав им построить земляное укрепление. Начальником этого форта он назначил одного из своих способнейших офицеров - Педро Маргарита. Форт назвали фортом святого Фомы - это была шутка по адресу одного идальго, который не верил в наличие золота на Эспаньоле5. Отряд Педро Маргарита остался в укреплении, а остальные пошли искать золото в горы и нашли его там в изрядных количествах. "На этот поход, - писал Кунео, - мы затратили двадцать девять дней, страдая от ужасной погоды, дурной пищи и воды; тем не менее, обуреваемые жаждой золота, все мы чувствовали себя здоровыми и сильными".

1 (Автор называет имена четырех известнейших испанских конкистадоров XVI века: Васко Нуньес Бальбоа положил начало завоеванию Панамского перешейка; Эрнандо Кортес завоевал Мексику; Франсиско Писарро - Перу; Франсиско Васкес Коронадо совершил первый военный поход в бассейны Колорадо, Рио-Гранде-дель-Норте и правых притоков Миссисипи, приблизительно до 40° с. ш.)

2 (Северной Кордильерой автор называет холмистые западные отроги гор Монте-Кристи)

3 (Вега-Реаль - нижняя часть долины реки Яке-дель-Норте между горами Монте-Кристи и северо-западными предгорьями Центральной Кордильеры)

4 (Рио-Ханико - верхний левый приток реки Яке-дель-Норте)

5 (Святой Фома - по евангельскому преданию один из двенадцати апостолов, не хотевший верить в воскресение Христа. Отсюда выражение "Фома неверный" - человек, склонный к сомнению)

Испанцы же, оставшиеся в Изабелле, не были ни сильны духом, ни здоровы. Золота, чтобы получить какое-то вознаграждение за пребывание и труд в этом гиблом месте, они не нашли, запасы привезенной из Испании провизии иссякли. Все были недовольны, вспыхивали искры мятежа, несколько смутьянов было заковано в кандалы; из предосторожности Колумб все оружие и боевые припасы погрузил на свое флагманское судно, которым теперь командовал его брат Диего.

Чтобы навести порядок и избавиться от смутьянов, Колумб решил организовать новый поход за золотом. Отряд в четыреста человек под командованием Охеды должен был идти к форту святого Фомы, сменить там осажденный индейцами гарнизон, а затем исследовать округу, держась от индейцев подальше. Это было одно из самых опрометчивых решений, принятых Колумбом. Он наказывал Охеде не обижать индейцев и напомнил ему, что король и королева желают скорее спасения их душ, нежели золота, но Охеда, явившись со своим отрядом в форт, на первых же порах отрезал уши одному индейцу, который украл что-то из одежды испанцев. Затем он заковал в кандалы касика, на которого возложил ответственность за пропажу одежды, и в оковах отправил его в Изабеллу. Педро Маргарит со своим отрядом в триста пятьдесят - четыреста человек, выйдя из форта, двинулся по Вега-Реаль, отнимая у встреченных индейцев золото и запасы пищи, забирая юношей в качестве невольников, а молодых девушек в качестве наложниц.

Обо всех этих делах Колумб вовремя так и не узнал: он отплыл на Кубу, оставив Изабеллу на ответственность своего младшего брата. Лас Касас характеризует Диего как "добродетельного человека, очень сдержанного и простого"; Диего мечтал о сане епископа. Он не в силах был навести в колонии порядок и не мог обуздать таких стяжателей, как Охеда и Маргарит. Но Колумб знал, что, кроме брата, во всей колонии нет никого, кому он мог бы довериться.

предыдущая главасодержаниеследующая глава







Пользовательского поиска





Рейтинг@Mail.ru
© Алексей Злыгостев, дизайн, подборка материалов, оформление, разработка ПО 2001–2018
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку:
http://historic.ru/ 'Historic.Ru: Всемирная история'