история







разделы



предыдущая главасодержаниеследующая глава

1794-1795 Командование войсками в Польше

1794

504. И. М. Рибасу

Le 5 déc[embre] 1794. Warsowie 
                                                Excellence, cher et intime ami Осип Михайлович!

D'ailleurs Vous ne le pouvés ignorer. Mais - l'auriés-Vous presumé? moi j'y resterai sceptique jusqu'à ma mort. Salués mes amis: le tems me manque de leur écrire, ou plutôt la santé affoiblie par les travaux, les peines et la joye excessive. Au premier pas: Islenew - L[ieutenan]t-Général, entrée par tout, table permanente et compagnie. Lendemain "Te Deum", 201 coups, l'Auguste Souveraine à genoux, accueil le plus gracieux à ma fille, pain et sel de Wars[ovie] goutés et en presentés à ma fille de la propre main; table, au millieu declaré... je pleurs, ma santé debout, 201 coups, j'ai honte de dire les expressions: dernier serviteur de Dieu et de l'Impératrice. La magnanimité s'abaissa jusqu'à recommander à Tisczenko à son départ ma conservation. Gorczakow accablé des bontés aussitôt expedié avec le b...1, je crains de nommer.

Dieu Vous prospère! Je Vous embrasse.

5 декабря 1794. Варшава
                                       Ваше Превосходительство, дорогой и сердечный друг Осип Михайлович!

Вы не можете, впрочем, не знать сего2. Но - могли ли предполагать? Я сему не поверю до конца дней моих. Поклонитесь моим друзьям; у меня не достает времени к ним писать, или скорее здоровья, ослабленного трудами, заботами и чрезмерною радостью. Прежде всего: Исленьев Генерал-Лейтенант, всюду доступ, постоянные стол и приглашение. На завтра: молебствие, 201 выстрел, Августейшая Монархиня коленопреклоненная; дочери моей самый ласковый прием... хлеб и соль варшавские отведаны, поднесены собственноручно моей дочери, обед, в середине которого я пожалован3... плачу; пьют мое здоровье стоя, 201 выстрел; мне, последнему из слуг господних и Императрицыных, совестно и пересказывать. Ея великодушие сошло до того, что она по отъезде своем поручила меня Тищенке4. Горчаков, осыпанный милостями, немедленно отправлен с жезлом, боюсь и сказать5. Господь да хранит Вас. Обнимаю Вас (франц.).

1 (Le bâton de feld-maréchal (Ред.).)

2 (Вы не можете, впрочем, не знать сею. - В приложенных к письму рескриптах Екатерины II: в первом, от 26 октября, за победы при Дивине, Кобрине, Крупчицах и Бресте С. жаловался алмазный бант к шляпе и 3 трофейные пушки; во втором, от 19 ноября, сказано: "Господин генерал-фельдмаршал граф Александр Васильевич Поздравляю вас со всеми победами и со взятием Прагских укреплений и самой Варшавы" (СД, т. 3, с. 437). С. получил чин генерал-фельдмаршала, но это награждение было не простым. "Секретно положено, - писал Безбородко Воронцову в Лондон, - что по получении формального о Варшаве известия послать графу Суворову чин фельдмаршала, так, чтоб здесь тогда уже сведали, когда уже после подробной реляции отправлены будут к графу Румянцеву все награждения... Всего страннее что граф Николай Иванович не в конфиденции по сим двум пунктам и думает еще, что Суворова сделают только генерал-адъютантом..." (СВРИО, т. 29, с. 274).)

3 (...обед, в середине которого я пожалован... - 18 ноября Исленьев привез реляцию о занятии Варшавы. На следующий день, во время торжественного обеда в Зимнем дворце, Екатерина II провозгласила тост за здоровье генерал-фельдмаршала С. "Пожалование графа Суворова... сбило с пути всех его старших, их жен, сестер, детей и приятелей" - писал Безбородко графу А. Р. Воронцову (СВРИО, т. 29, с. 274).)

4 (Тищенко Петр Герасимович (1768-?) - участник кампании 1794 г., отличился при штурме Праги. С. взял Тищенко во флигель-адъютанты, но был вынужден заменить его Мандрыкиным, так как первый был произведен Румянцевым в ротмистры. С 1 марта 1795 г. Тищенко стал генеральс-адъютантом фельдмаршала С.)

5 (Горчаков, осыпанный милостями, немедленно отправлен с жезлом... - Произведенный в бригадиры Алексей Горчаков привез С. фельдмаршальский жезл. В оригинале письма С. обозначает слово "жезл" первой буквой и точками, словно боится назвать предмет своих давних мечтаний.)

505. П. В. Завадовскому

16-го декабря 1794-го года 

Павел Сергеевич Вас предал. Одно из Ваших к нему писем я драгоценностью храню1. Не зашли б Вы тут ко мне великодушно, как друг Вергилия2. Возмужайте впредь тем смертных в златом веку Великой Екатерины! Долголетие Российскому Нестору и его Меценату3. Пребудем Ваше Сиятельство и я, их неутомимые помощники, до конца дней наших. И до того остаюсь с совершенным почитанием и истинною преданностию.

1 (Павел Сергеевич Вас предал. Одно из Ваших к нему писем я драгоценностью храню. - Потемкин Павел Сергеевич в кампании 1794 г. исполнял обязанности заместителя С., который поручил ему управление корпусом, а сам как бы сделался главнокомандующим теми небольшими по численности войсками, с которыми он был направлен на театр военных действий. С. с большой похвалой отзывался о деятельности Потемкина во время кампании. Письмо Завадовского Потемкину, в котором, очевидно, говорилось о С. и его подвигах, не обнаружено.)

2 (...как друг Вергилия. - Скорее всего С. имеет в виду Державина. Публий Вергилий Марон (70-19 гг. до н. э.) - римский поэт, автор "Энеиды".)

3 (Долголетие Российскому Нестору и его Меценату. - Румянцеву и Екатерине II.)

506. Г. Р. Державину

Ч. 21 декабря 1794-го года. Варшава 
                                                 Милостивый Государь Гаврила Романович.

Простите мне, что я на сей раз, чувствуя себя утомленным, не буду вам ответствовать так, как громкий лирик; но в простоте солдатского сердца моего излию чувства души своей:

                                                              Царица, севером владея, 
                                                              Предписывает всем закон; 
                                                              В деснице жезл судьбы имея, 
                                                              Вращает сферу без препон, 
                                                              Она светила возжигает, 
                                                              Она и меркнуть им велит; 
                                                              Чрез громы гнев свой возвещает, 
                                                              Чрез тихость благость всем явит. 
                                                              Героев Росских мощны длани 
                                                              Ея веленья лишь творят; 
                                                              Речет - вселенная заплатит дани, 
                                                              Глагол Ея могуществен и свят! 
                                                              О вы, Варшавские калифы! 
                                                              Какую смерть должны приять! 
                                                              Пред кем дерзнули быть строптивы, 
                                                              Не должно ль мстить вам и карать? 
                                                              Ах, сродно ль той прибегнуть к мщенью, 
                                                              Кто век свой милости творит? 
                                                              Карать оставит Провиденью; 
                                                              Сама как солнце возблестит, 
                                                              Согрея всех лучом щедрот - 
                                                              Се царь иль Бог... исполненный доброт!

Счастлив вития, могущий достойно воспеть деяния толико мудрого, кроткого, человеколюбивого, сидящего на троне Божества! Вы, имея талант, не косните вступить в сие поприще: слава ожидает Вас. Гомеры, Мароны, Оссианы и все доселе славящиеся витии умолкнут пред вами. Песни Ваши как важностию предмета, равно и красотою искусства возгремят в наипозднейших времянах, пленяя сердце ... душу... разум.

                                                              Парнасский юноша на лире здесь играет: 
                                                              Имянник князя муз достойно стих сплетает1. 
                                                              Как Майков2 возрастет, он усыпит сирен: 
                                                              Попрет он злобы ков...правь им ты, Демосфен! 

Венчаю себя милостьми Вашего Превосходительства; в триумфе моей к Вам, Милостивому Государю моему, преданности, чистейшая моя к особе Вашей дружба не исчезнет, и пребуду до гроба моего с совершеннейшим почтением

         Государь мой 
         Вашего Превосходительства
         покорнейший слуга
                Граф Александр Суворов-Рымникский 

1 (Парнасский юноша на лире здесь играет: Имянник князя муз достойно стих сплетает. - Майков Аполлон Александрович (1761 -1838) - офицер, подающий надежды поэт. Под князем муз подразумевается Аполлон. Майков впоследствии был директором императорских театров.)

2 (Майков Василий Иванович (1728-1778) - известный поэт, автор сатирических поэм, басен; в конце жизни писал стихи об идиллической сельской жизни, масонские гимны.)

507. И. М. Рибасу

Warsowie. Le 28 déc[embre]1794 
                                                    Excellence, intime ami Осип Михайлович!

j'ai un sincère plaisir de Vous féliciter sur l'avènement du nouvel an. Dieu Vous y comble et plusieurs autres de nouvelles prospérités, gloire et lauriers. Mon ami P[rince] S [axe] Cobourg ne cesse de m'inviter sur le Rhin et la Germanie, il n'en sera rien. L[eurs] M[ajestés] l'Empereur et le Roi de Prusse reçoivent le plus gracieusement tous mes officiers; ils sont invités et traités chés les plus estimés comme des oracles Donquixotes, et le dernier les décore de "Pour le mérite". S[a] M[ajesté] le Roi de Pologne est parti à Grodno, et nos adieux ne furent pas sans pleurs. Franchissés vite le Danube et le canal, appelés-moi chés Vous, je suis morne et taciturne, enclavé dans les quatre coins, je m'ennuye en podiaczy. O! nous n'avons pas ici les charmantes fêtes de Cherçon, et le front ridé je me porte mal; aujourd'hui il y a la première fois table chés B[aron] Ferzen, après-demain chés le fameux Denissow qui sans doute a fait des miracles. Ici j'ai la douce consolation, que ma franchise est généralement payée d'amitié et loyauté. Portés-Vous bien, salués mes amis. Le courrier avec Votre dernière n'a été qu'un mois en chemin, je Vous en rends mes très humbles remerciements comme Votre éternel ami et serviteur.

28 декабря 1794. Варшава 
                                            Ваше Превосходительство, сердечный друг Осип Михайлович!

С душевным удовольствием поздравляю Вас с наступающим Новым Годом. Да ниспошлет Вам Господь как в сем году, так и в продолжении многих других, новое счастие, славу и лавры. Мой друг Принц Саксен-Кобургский зовет меня беспрестанно на Рейн и в Германию1; но ничего не выйдет. Их Величества Император и Король Прусский принимают всех моих офицеров чрезвычайно милостиво2; самые знатные персоны их к себе зовут и будто Донкихотовых оракулов обхаживают. Король Прусский награждает их орденом "За заслуги". Его Величество Король Польский уехал в Гродно; прощание мое с ним не обошлось без слез3.

Перемахните скорее чрез Дунай и пролив, призовите меня к себе4, я угрюм и молчалив, заперт в четырех стенах и скучаю, как подьячий. О! далеко нам здесь до прекрасных Херсонских праздников5, я хмурюсь, тошно мне; сегодня в первый раз обед у Барона Ферзена; послезавтра у знаменитого Денисова, который, без сомнения, сотворил чудеса. Здесь имею я приятное утешение видеть, что за мою откровенность платят мне везде дружбою и искренностию. Будьте здоровы, поклонитесь моим друзьям. Курьер с последним Вашим письмом был в дороге только месяц, за что приношу Вам нижайшую мою благодарность, как вечный Ваш друг и слуга (франц.).

1 (...Принц Саксен-Кобургский зовет меня беспрестанно на Рейн и в Германию... - Война против Франции приобретала все более неблагоприятный ход для союзников. Письма Кобурга С. не обнаружены.)

2 (Их величества Император и Король Прусский принимают всех моих офицеров чрезвычайно милостиво... - Многие участники кампании были награждены прусскими орденами. Император - Франц II (1768-1835).)

3 (...прощание мое с ним не обошлось без слез. - И Станислав Август, и С. понимали всю трагичность судьбы Польши.)

4 (...призовите меня к себе... - Рибас в это время был занят постройкой Одессы.)

5 (О, далеко нам здесь до прекрасных Херсонских праздников... - Во время пребывания в Херсоне С. устраивал на праздники качели, гуляния с музыкой, сам танцевал на балах и приемах.)

508. Е. Г. Цукато

                                                            Hochgeborener Graf 
                                                    hochgeehrtester Herr Oberstlieutenant 
                                                            und St-Georgen Ritter! 

Ihr Brief in dem erhabenen Barden Ton voll von Güte und Anhänglichkeit, errinnert mich mit Vergnügen an den würdigen Gefärten der Siege bey Kobylka und Praga. - ich erweise Ihnen meinen aufrichtigsten ergebensten Dank.

Materialien meiner Kriegerischen Bahn sind so genau in mein Leben verwi-kelt daβ der original Mensch und original Krieger sich einander zur Seite stehen müssen, wann das Tableau das eine oder das andere nicht verlieren soll. - Gott tief ehrend und liebend, und in Ihm meine Brüder die Menschen, - nie von der lokenden Sirenenstimme des Wohllebens und der Weichlichkeit verführet - ging ich mit dem kostbarsten Gute der Erde - der Zeit - immer handelnd - immer thätig im offenen Felde und in der stillen Einsamkeit die ich mir an jedem Ort erschaffe - müssen überdachte Plane - moch mühsamer ausgeführt, mit Beharrlichkeit und oft mit äuserster Behendigkeit und Benuzzung des wetterwendischen Augenblicks - alles dieses nach meinem eigenen Model geformet, hat mich oft über das eigensinnige Weib Fortuna triumphiren lassen. So viel weiβ ich von mir, und überlasse es meinen Zeitgenossen und der Nachwelt was sie von mir denkt und sagt denken und sagen wird. Ein Leben das so offen und mittheilend war wie das meinige wird nie von Biograph ganz verstellet werden können, - es werden sich immer redliche Zeugen der Wahrheit finden. Und weiter verlange ich nichts von dem, der 's der Mühe werth halt von mir zu denken und zu schreiben. Dies wäre der Maasstab nach welchem ich gelebt habe und nach welchem ich gekant sein müste. Materialien zu senden erfordert Muβe - und die habe ich jetzt gerade nicht: ich habe indessen befohlen Ihnen alle nothwendige Papiere vom Anfang bis zum Ende der Campagne gegen die nun zum Glük der Welt nicht mehr existirende polnische Insurgenten zuzusenden. - Heller deutlicher Styl, und nakte Wahrheit auf genaue Bekanntschaft mit meiner Art zu handeln gegründet sind allein die Dinge die ich wünschte daβ sie meinem Biograph heilig wären. Ich weiβ nicht ob ich Ihnen zu viel oder zu wenig von mir gesagt habe, aber dieβ seye Ihnen aus dem Herzen gesagt daβ ich mit Hochachtung und Freundschaft gegen sie hin

          Liebenswürdiger Graf
          Ihr 
          ergebenster Diener
                 Graf Alexander Suworow-Rymnitzki 
Warschau. Den 28-n Dez[ember] 1794/18 Jan[ uar] 1795
                      Высокоблагородный Граф, высокопочтенный Г. Подполковник и Ордена Св. Георгия Кавалер! 

Письмо Ваше1, начертанное слогом древних Бардов, исполненное добродушием и привязанностию, напоминает мне с удовольствием о достойном сотруднике в победах при Кобылке и Праге и исторгает искреннюю и усердную благодарность.

Материалы, принадлежащие к Истории моих военных действий, столь тесно сплетены с Историею моей жизни, что оригинальный человек и оригинальный воин должны быть между собою нераздельны, чтоб изображение того или другого сохраняло существенный свой вид.

Почитая и любя нелицемерно Бога, а в нем и братий моих, человеков, никогда не соблазняясь приманчивым пением сирен роскошной и беспечной жизни, обращался я всегда с драгоценнейшим на земле сокровищем - временем - бережливо и деятельно, в обширном поле и в тихом уединении, которое я везде себе доставлял. Намерения, с великим трудом обдуманные и еще с большим исполненные, с настойчивостию и часто с крайнею скоростию и неупущением непостоянного времени. Все сие, образованное по свойственной мне форме, часто доставляло мне победу над своенравною Фортуною. Вот, что я могу сказать про себя, оставляя современникам моим и потомству думать и говорить обо мне, что они думают и говорить пожелают.

Жизнь столь открытая и известная, какова моя, никогда и никаким биографом искажена быть не может. Всегда найдутся неложные свидетели истины, а более всего я не требую от того, кто почтет достойным трудиться обо мне, думать и писать. Сей есть масштаб, по которому я желал бы быть известным.

Для доставления материалов потребно свободное время; но сего-то мне теперь и не достает, однако ж я приказал вам сообщить все подлинные бумаги с начала до конца кампании против Польских мятежников, ныне, к счастию, более не существующих. Ясный и понятный слог и обнаженная истина, основанная на совершенном познании образа моих поступков, должны быть единственными правилами для моего биографа. Не знаю, много или мало сказал я вам о себе, но скажу еще от всего сердца, что всегда питает почтение и дружбу к вам

        Любезный Граф
        Ваш преданнейший слуга
              Граф Александр Суворов-Рымникский 
Варшава. 28 декабря 1794(8 января 1795)              (нем.). 

1 (Письмо Ваше.. - Не обнаружено. Цукато просил у С. разрешения написать его жизнеописание.)

предыдущая главасодержаниеследующая глава








ПОИСК:







Рейтинг@Mail.ru
© Алексей Злыгостев, дизайн, подборка материалов, оформление, разработка ПО 2001–2019
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку:
http://historic.ru/ 'Historic.Ru: Всемирная история'