история







разделы



предыдущая главасодержаниеследующая глава

Глава 5. Новый век, старые проблемы

Среди представителей торговых фирм - устроителей павильона Перу на Всемирной выставке, открывшейся в Париже в 1900 г., почти не было самих перуанцев. Как сказал перуанский историк Хорхе Басадре, слово "торговец" к началу века стало синонимом слова "иностранец".

В эти годы активизируют свою деятельность в Перу многочисленные иностранные компании, эксплуатирующие природные ресурсы страны. Причем происходит постепенное вытеснение британского капитала капиталом США.

Американский предприниматель Мак-Кун вместе с финансистом Джеймсом Хэггином создает компанию "Серро-де-Паско корпорэйшн" по добыче меди, цинка, свинца, золота. Компания производит продукцию на сумму свыше 60 млн. долл. в год. "Серро-де-Паско корпорэйшн" владеет контрольными пакетами акций 18 перуанских промышленных предприятий и захватывает огромные земельные угодья (См : "Nueva cronica", 1973, 25 ag.).

Надо сказать, что при огромных богатствах компании ей вечно "не хватало" средств для строительства жилья, школ и больниц для рабочих, для их социального обеспечения, хотя все это предусматривалось перуанским законом. Антирабочая политика администрации фирмы вызывала постоянные волнения среди горняков. И если перуанские правители сквозь пальцы смотрели на несоблюдение иностранной компанией национальных законов, то в подобных случаях они выступали ревнивыми стражами "порядка". Для подавления выступлений шахтеров власти направляли войска. Были жестоко подавлены забастовка горняков в Касапалке (1919), а впоследствии восстания в Ла-Оройя (1930) и в Тамболаке (1934).

В руки канадского филиала рокфеллеровской "Стандарт-Ойл" - "Интернэшнл петролеум компани" в 1916 г. переходят промыслы, принадлежавшие ловкому британскому предпринимателю У. Кесвику, который в 1888 г. создал "Лондон энд Пасифик петролеум компани", поставившую добычу перуанской нефти на промышленную основу.

Вытеснению британского капитала американским в первую очередь способствовало растущее участие компаний США в эксплуатации прежде всего двух важнейших для Перу сырьевых продуктов - нефти и меди, хотя Соединенные Штаты не упускали случая прибрать к рукам и другие отрасли экономики. Так, английская фирма "Грэйс", наряду с германской "Гшадемейстер" и итальянской "Ларко" занимавшаяся производством сахара на севере страны и владевшая железными дорогами, превратилась в американскую.

Прямые американские капиталовложения в перуанскую экономику выросли с 6 млн. долл. в 1897 г. до 63 млн. долл. в 1914 г. (См.: Yepes del Castillo Ernesto. Peru. 1820-1920. Un siglo de desarrollo capitalista. Lima, 1972, p. 258), а перуанский экспорт в США увеличился с 9,5% в 1800 г. до 39,7% общего объема экспорта Перу в 1923 г. (См.: "Amauta", 1926, N 2, p. 32).

"Наши южноамериканские страны, - писал X. К. Мариатеги о положении, сложившемся в них в начале века, - политически независимы, но экономически колониальны. Наши помещики, наши владельцы рудников - вассалы, данники европейских капиталистических трестов. Наш хлопковый магнат, например, - на самом деле всего лишь холоп крупных английских или североамериканских промышленников, которые властвуют над хлопковым рынком" (Mariategui J. C. Obras completas, vol. 8. Lima, 1959, p. 130). Подобная вассальная зависимость перуанской буржуазии от иностранного капитала, ее собственная слабость способствовали укреплению позиций иностранных компаний в Перу.

Типичными представителями местной олигархии являлись члены семейства Прадо-и-Угартече, основатель которого Мариано Игнасио между прочим дважды занимал пост президента страны в XIX в. Другой Мариано Игнасио только в первые 10 лет XX в. 4 раза усаживался в президентское кресло в основанном этой семьей банке, как бы в насмешку названном народным ("Банко популар"). Он был директором страховой компании (под тем же названием), одним из крупнейших пайщиков электроэнергетической фирмы "Эмпресас электрикас асосиадас", видную роль в которой уже тогда играл американский капитал. "Фамильными" у Прадо были 5 тыс. га пахотной земли в провинции Чиклайо.

Интересы перуанской олигархии концентрировались главным образом в банковском деле, землевладении и горнодобывающей промышленности. Другие отрасли экономики не получили должного развития даже в начале XX в.

Перуанский пролетариат в первые годы XX в. был еще малочислен. Однако тяжелые условия труда и жизни, рост дороговизны способствовали формированию у него классового сознания, развертыванию его борьбы сначала за осуществление экономических, а позднее и политических требований.

Одна из центральных улиц Лимы
Одна из центральных улиц Лимы

В 1901 г. в Лиме открывается первый рабочий съезд. И хотя в центре внимания съезда был "экономизм", сам факт созыва этого форума говорит о многом - прежде всего о появлении новой силы, способной изменить сложившиеся в стране порядки. Именно под натиском рабочего класса идут на определенные уступки трудящимся правители Перу.

В 1904 г. правительство Пардо создает комиссию для выработки законопроектов, связанных с такими проблемами, как труд женщин и подростков, гигиена и охрана труда, социальное страхование, трудовые договоры, профессиональный арбитраж и др. Хотя все их конгресс провалил, поскольку там в основном заседали либо сами предприниматели, либо их ставленники, официальная постановка этих вопросов явилась важным политическим завоеванием перуанских трудящихся.

Первое 20-летие нового века было отмечено рядом значительных побед перуанского пролетариата, среди которых наиболее важная - введение в Кальяо в 1913 г. (впервые в Латинской Америке) 8-часового рабочего дня. Одними из первых на континенте перуанские трудящиеся " отметили в 1905 г. Первомай.

Заметное влияние на рабочее движение в Перу оказала победа Великого Октября в далекой России. Перуанскому пролетариату, как и рабочим других стран, она показала, на что способны революционные трудящиеся массы, возглавляемые марксистской партией. Она продемонстрировала важность сплочения рабочих рядов. На сахарных предприятиях "Картавио" (1917), "Рома" (1921) создаются первые профсоюзные синдикаты, проводится мощная забастовка рабочих сахарного завода в Чикаме (1921). С еще большей энергией продолжает перуанский пролетариат борьбу за повсеместное введение 8-часового рабочего дня. Ее поддерживает начавшая выходить в Лиме в 1919 г. левая газета "Расой". В результате всеобщей забастовки рабочие побеждают. В 1919 г. по всей стране, раньше, чем во Франции, Италии, Бразилии, Чили и других странах, устанавливается 8-часовой рабочий день. Забастовки приносят победу железнодорожникам (1923), трамвайщикам (1924) и другим отрядам перуанского пролетариата.

Ширится в эти годы и движение перуанской молодежи, особенно студенчества, которое вливается в движение молодых латиноамериканцев за университетскую реформу. Зародившееся в 1918 г. в аргентинском городе Кордове, оно охватило многие страны континента, в том числе и Перу. Вначале движение отстаивало чисто университетские требования: автономию, замену профессоров-ретроградов, доступность высшего образования для трудящихся, но позднее стало выдвигать широкий круг социально-политических проблем. "...Движение за университетскую реформу тесно связано с послевоенным брожением умов, - писал X. К. Мариатеги. - И естественно, что понимание пороков и недостатков существовавшего социально-экономического строя было мощным стимулом, укрепляющим волю и стремление к обновлению всей жизни" (Мариатеги Х. К. Указ. соч., с. 159).

В 20-х годах студенты в Перу еще не имели прочных контактов с рабочим классом, но в отдельных случаях уже шли на их установление. Так, состоявшийся в Куско в 1920 г. Первый национальный съезд студентов высказался за организацию народных университетов, призванных связать революционную часть студенчества с пролетариатом. Плечом к плечу участвуют те и другие в гражданской манифестации протеста против политики правительства в мае 1923 г. в Лиме. В результате столкновения демонстрантов с полицией среди убитых - как символ единства в борьбе - рабочий и студент.

Рост народного недовольства в Перу приходится на годы правления Аугусто Легиа, дважды восседавшего в президентском кресле (1908-1912 и 1919-1930).

Правда, в течение первого президентского срока Легиа экономика страны пережила определенный подъем, прилив иностранных капиталов создал видимость процветания, однако в период второго президентского срока - "одиннадцатилетия" - наступил политический и экономический кризис.

В области внешней политики Легиа, тесно связанный с американским капиталом (Глава перуанского государства был генеральным директором филиалов "Нью-Йорк лайф иншурэнс компани" в Перу, Боливии, Эквадоре. Не отставал от своего родителя и Хуап Легиа. Американская фирма "Бот компани" выплатила ему 40 тыс. долл. при продаже Перу нескольких подводных лодок, а группа нью-йоркских банкиров за размещение в этой стране большого кредита выделила "комиссионные" в размере 400 тыс. долл.), выполнял волю своих северных хозяев. Под нажимом Вашингтона его правительство в 1922 г. отказалось от претензий на пограничную с Колумбией зону Летисиа, а тремя годами позднее дало согласие на крайне невыгодное для Перу американское посредничество в перуано-чилийском территориальном споре, унаследованном со времен Второй Тихоокеанской войны относительно Арики и Такны.

В области экономической политики Легиа стремился гибко сочетать интересы иностранных монополий с интересами местной олигархии. Одним из результатов такой политики явились хищническая эксплуатация национальных ресурсов, неравномерность развития основных районов страны.

Благоприятные условия для выращивания самого тонкого в мире хлопкового волокна (В конце XIX в. местных хлопководов постигло бедствие: из-за сильного повышения влажности воздуха на хлопок напала парша, которая к 1905 г. нанесла плантациям заметный ущерб. Положение спас исследователь-практик из департамента Ика Фермии Тангис. За пять лет упорного труда он вывел новый вид, коробочка у которого стойко противостояла болезни, а волокно по своему качеству было превосходным. Эта разновидность хлопка получила имя селекционера, а сам он умер в нищете, забытый правительством своей страны), а также для производства сахара сделали побережье - Косту - выгодным плацдармом для вложения капитала. Первоначально производство хлопка в Перу удвоилось, но затем рост его, достигнув определенного предела, прекратился из-за недостатка земель, пригодных для хлопководства.

После открытия свойств "липкого золота" - сока каучуконосов в такой же плацдарм превращается Сельва (В конце 20-х годов под давлением американских автомобильных фирм правительство США выделило 500 тыс. долл. на исследования, которые должна была вести в Амазонии специальная комиссия с целью создания в Южной Америке каучуковой промышленности, зависимой от американского капитала. Но в силу ряда объективных обстоятельств эта затея не имела успеха. И только когда японские войска захватили во время второй мировой войны богатые каучуком английские и голландские колонии, взоры американских бизнесменов вновь обратились на каучуконосовые леса Перу и Бразилии. После окончания войны, однако, в связи с появлением синтетических материалов и каучука с более низкой себестоимостью в других странах южноамериканский каучук был выдворен с мирового рынка. Перу среди других стран Южной Америки понесла колоссальные убытки). Страну охватывает очередная лихорадка. Фирмы, производящие каучук (Хуан Пардо, Аугусто Легиа и другие перуанские правители имели в них значительное число акций), сманивают в леса Амазонии население целых деревень и поселков. Параллельно идет выдворение с насиженных мест племен "лесных" индейцев.

Внутренняя политика президента Легиа была крайне реакционной. По существу он установил диктаторский режим. Легиа назначил своего племянника Хермана, получившего за жестокость прозвище "тигр", министром и своим подручным по организации репрессивных органов особого назначения, главной задачей которых была борьба с демократическим движением в стране. Пытки и истязания, допросы и высылка из страны политических деятелей стали обычными явлениями в общественной жизни Перу тех лет. В 1921 г. по указанию Хермана Легиа за безобидную критику правительства была закрыта одна из центральных перуанских газет - "Пренса". Он установил негласную цензуру за всеми политическими публикациями. В стране игнорировались демократические завоевания трудящихся, зафиксированные в конституции 1920 г.

Против диктаторских мер правительства выступили самые широкие слои перуанского населения.

В результате государственного переворота к власти пришел майор Луис Санчес Серро. Но его внутренняя политика мало отличалась от политики предшественника. Правда, на первых порах Санчес Серро осуществил ряд позитивных акций: провел всеобщую амнистию, позволившую многим высланным из Перу политическим деятелям вернуться на родину, разрешил возобновить занятия в университетах, создал Национальный дисциплинарный трибунал для разбора дел чиновников, злоупотреблявших властью, однако дальше по пути демократизации политической жизни не пошел. Что касается народных масс, то они уже не могли остановиться на полдороге, тем более что цены росли, росла и безработица, явившаяся следствием спада деловой активности, обусловленного мировым экономическим кризисом, охватившим в конце 20-х годов весь капиталистический мир. С 1930 по 1932 г. число занятых в Перу сократилось на 58% (См.: Barcelli A. Historia del sindicalismo peruano, t. I. Lima, 1971, p. 199). Внешний долг за период "одиннадцатилетия" Легиа с 24 млн. солей подскочил до 267 млн. солей. Дефицит госбюджета составил в 1929 г. 20 млн. солей (См.: Rivera Serna R. Historia del Peru Republicana (1822-1968). Lima, 1974, p. 206).

Созданная Мариатегн и его сторонниками в 1929 г. Всеобщая конфедерация трудящихся Перу (ВКТП) провела в 1930 г. общенациональную забастовку, в которой приняли участие около 60 тыс. человек. Через год забастовка повторилась. На улицах возводились баррикады, полиция вела стрельбу по бастующим, к которым присоединились студенты. Вызванные для подавления "беспорядков" войска отказались стрелять, солдаты братались с восставшими.

Пришедшая на смену вынужденному уйти в отставку Санчесу Серро так называемая переходная хунта приняла ряд суровых мер по "наведению порядка" (Меры, принятые хунтой, не могли покончить с народными выступлениями. Поэтому она поспешила создать отдушину - назначить всеобщие выборы. Среди прочих кандидатов баллотировались лидер апристской партии Айя де ла Торре и все тот же Санчес Серро. Власти пытались не пустить его в Перу (он выехал за рубеж сразу же после отстранения с поста главы военной хунты). Мятежному майору даже предложили высокую дипломатическую должность в Европе. Однако Сапчес Серро отклонил предложение и, обманув пограничный контроль, неожиданно появился в порту Кальяо в июле 1931 г. На выборах он одержал победу. Национальная избирательная комиссия, вопреки бурным демонстрациям потерпевших поражение апристов, в ноябре того же года провозгласила честолюбивого майора президентом республики. Началась жестокая борьба между его сторонниками и партией АПРА, которая к тому времени уже всерьез претендовала на власть в стране. Эта конфронтация принимала самые различные формы, начиная от баталий в конгрессе и кончая покушениями на жизнь президента. Так, в марте 1932 г. Санчес Серро и начальник его военной канцелярии были ранены в соборе Мирафлорес апристским активистом Хосе Мельгаром. Это покушение явилось предупреждением президенту о приближающемся "роковом дне". 30 апреля 1933 г. он был смертельно ранен на ипподроме другим апристом выстрелом в упор. Незадолго до убийства Санчеса Серро апристы подняли в Трухильо восстание, во время которого арестовали префекта и нескольких офицеров гарнизона, захватили казармы. В течение трех дней они удерживали город в своих руках. Стянутые из разных районов войска взяли Трухильо штурмом. Осознав бессмысленность дальнейшего сопротивления, апристы расстреляли десять офицеров-заложников и оставили город. Эта ничем не оправданная жестокая акция положила начало той вражде, которая прочно и на долгие времена стала характеризовать отношение перуанских военных к АПРА, и особенно к ее лидерам. В последующие годы апристы не раз совершали покушения на представителей армии. Так, 19 ноября 1939 г. в своем доме, на глазах у домочадцев активистами апристской партии был убит командир 19-го батальона в Трухильо подполковник Ремихио Мор алее Бермудес, отец нынешнего президента Перу Франсиско Моралеса Бермудеса. Юный Франсиско, свидетель кровавой расправы, поклялся на могиле отца стать военным и честно служить родине).

В дальнейшем правительство президента Бенавидеса установило в стране суровую военную диктатуру, запретив всякую пропагандистскую деятельность политических партий. При этом практически речь шла о двух партиях: Коммунистической (О Коммунистической партии подробнее будет рассказано в следующей главе, посвященной жизни и деятельности ее создателя X. К. Мариатеги), выражавшей интересы пролетариата, и апристской, выражавшей интересы мелкой и средней буржуазии. Остальные политические организации, существовавшие с конца XIX - начала XX в., фактически перестали играть сколько-нибудь заметную роль на политической арене.

Что же представляла собой апристская партия, занявшая заметное место в новейшей истории Перу? Как она возникла?

В течение первого 30-летия XX в. в районе Косты, главным образом неподалеку от Трухильо, происходил процесс поглощения мелкой земельной собственности крупными сахаропроизводящими хозяйствами, тесно связанными с иностранным капиталом. За этот период не менее 5 тыс. семей лишились там своих земель. Бывшие землевладельцы превращались в рубщиков тростника или в квалифицированных рабочих сахарных заводов. Эту армию недовольных пополняли также мелкие и средние торговцы, разорившиеся под натиском крупных латифундий, устраивавших для рабочих свои собственные лавочки. Выходцы из семей мелкой и средней буржуазии представляли благоприятную среду для восприятия идей спонтанного, стихийного протеста, составлявших существо теории апризма в период его становления, когда перуанский студенческий лидер Виктор Рауль Айя де ла Торре создал в Мексике в 1924 г. (где он находился в эмиграции) мелкобуржуазную политическую организацию "Алианса популар революсионариа американа" - "Народно-революционный американский альянс" (АПРА). Этот бывший помощник шефа полиции Куско, известного своими злодеяниями, в короткий срок добился превращения созданного им "альянса" в довольно многочисленную политическую партию.

С годами идеология апризма претерпела заметные изменения, наполнившись реакционным и проимпериалистическим содержанием. Сам Айя превратился в подлинного трубадура перуанской соглашательской буржуазии. В Перу "альянс" был официально зарегистрирован как партия в 1930 г. под названием "Партидо априста перуано" - "Апристская перуанская партия" (сокращенно - ПАП). Выступив впервые на выборах 1931 г., партия получила более 30% всех голосов, причем около половины из них приходилось на северный сахаропроизводящий район страны, что свидетельствовало о довольно локальном характере поддержки, которой пользовались апристы у населения.

ПАП в основном состояла из людей, выражавших стихийный протест по поводу ломки привычных устоев, т. е., говоря словами американского исследователя Петера Кларена, "из консерваторов, а иногда и ретроградов" (Klaren P. La formacion de las haciendas azucareras у los origenes del APRA. Lima, 1970, p. 176). Поэтому, несмотря на свои революционные (хотя, как правило, довольно расплывчатые) лозунги, ПАП на практике не предпринимала подлинно революционных действий.

По мере стабилизации положения в сахаропроизводящих районах оппозиционный пыл костяка партии - мелкой буржуазии из этих районов - постепенно угасал. Новым поколениям апристов уже не был свойствен даже тот стихийный протест, на который оказались способны их предшественники. ПАП становилась апологетом интересов американских монополий, с помощью которых она рассчитывала прийти к власти (Среди недавно опубликованных госдепартаментом США документов имеется шифровка американского посла в Перу о визите к нему в 1931 г. Айя де ла Торре и других апристских лидеров. "Айя, - сообщал посол, - проявил искреннюю симпатию к нашей стране и ясно дал понять, что в случае победы его партии на выборах он надеется на максимально возможное понимание и помощь нашего правительства, а также на реальное сотрудничество между нашими двумя странами" ("La cronica", 1974, 11 oct.). Американский историк Лоренсо Гаррисон пишет, что "в 40-х годах североамериканские дипломаты в Перу начали испытывать и выражать свое откровенное восхищение (курсив наш. - Ю. Г.) в отношении АПРА" (цит. по: Sharp D. U. S. Foreign Policy in Peru. Chicago, 1970, p. 116)) . Не случайно "Нью-Йорк таймс" назвала Айя де ла Торре "главным просевероамериканским элементом в Лиме" ("New York times", 1946, 20 Oct.) .

С момента создания апристская партия своими провокационными шагами постоянно осложняла и без того сложную внутриполитическую обстановку в стране, ее действия вели к ничем не оправданным жертвам и дальнейшему усилению репрессий со стороны правящих кругов в отношении левых сил.

Сложности внутреннего порядка в 30-х годах усугублялись напряженностью в отношениях Перу с соседними странами: продолжали давать о себе знать нерешенные пограничные проблемы. Особенно обострились в те годы из-за спорной области Летисиа перуано-колумбийские отношения. Дело дошло до того, что обе страны начали ускоренными темпами готовиться к войне. После ряда враждебных акций стороны временно урегулировали конфликт, в котором Перу поддерживала Великобритания, а Колумбию - США.

В июле 1941 г. Перу была втянута в локальную войну с Эквадором. Эквадорские войска в нарушение статута 1936 г. захватили ряд перуанских населенных пунктов, расположенных вдоль границы. Перуанцы предложили эквадорцам отвести воинские подразделения (свои и их) на 15 км от границы, но эквадорские части продолжали наступление. 23 июля перуанская армия перешла в контрнаступление и освободила часть захваченной территории. После ожесточенных, кровопролитных боев военные действия прекратились, и 20 ноября был подписан мирный договор, однако и он не подвел черту под перуано-эквадорским конфликтом. Не помог и новый мирный договор, заключенный 14 июня 1945 г. Пять дней спустя эквадорские солдаты вновь перешли границу. Только после решительного ответного рейда перуанской армии в глубь вражеской территории военные действия были прекращены соглашением от 2 октября 1945 г.

Стремясь обезопасить свою южную границу и избежать войны на два фронта, Перу заключила в июле 1941 г. соглашение с Чили, дополненное в 1945 г. торговым договором.

Непосредственного участия во второй мировой войне Перу не принимала. В сентябре 1939 г. она заявила о своем нейтралитете. В январе 1942 г. порвала дипломатические отношения с Германией, Италией и Японией, ввела строгую цензуру в целях нейтрализации пропаганды в пользу стран "оси", продемонстрировав приверженность союзникам, в первую очередь Соединенным Штатам, и лишь 11 февраля 1945 г. объявила войну гитлеровской коалиции. Однако пламя всемирного пожара опалило и ее. Сокращение международного рынка для товаров традиционного перуанского экспорта сильно ударило по экономике страны, пагубно сказалось на ее валютных запасах. В свою очередь, это привело к сокращению традиционного импорта продовольствия и как следствие к росту дороговизны. Последнее обстоятельство даже заставило правительство создать государственную инспекцию по вопросам цен. Несколько ослабить результаты кризиса удалось только в связи с открытием первых предприятий по производству рыбной муки и рыбьего жира, постепенно составивших одну из важных и доходных отраслей экономики страны.

С Советским Союзом дипломатических отношений Перу не установила, хотя многие страны Латинской Америки под давлением народных масс сделали это в знак признательности Советской стране, защитившей мир от фашизма.

Передовые силы Перу также выступали за установление контактов с СССР. Через год после окончания второй мировой войны в Лиме была создана Перуано-советская культурная ассоциация. Это событие, как отмечается в книге "Нерушимая дружба", изданной Ассоциацией в год 30-летнего юбилея, "явилось логическим следствием великого демократического, революционного, антиимпериалистического и антиколониалистского движения, потрясшего народы мира и отразившегося в Перу, движения, порожденного всемирно-историческим разгромом гитлеровского обскурантизма" (Una amistad indestructible. Lima, 1976, p. 9).

Во главе прогрессивных сил страны, выступавших за развитие отношений с героическим советским народом, стояла Перуанская коммунистическая партия (ПКП), основанная еще в 1928 г. великим сыном Перу, видным интернационалистом Хосе Карлосом Мариатеги.

предыдущая главасодержаниеследующая глава








ПОИСК:







Рейтинг@Mail.ru
© Алексей Злыгостев, дизайн, подборка материалов, оформление, разработка ПО 2001–2019
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку:
http://historic.ru/ 'Historic.Ru: Всемирная история'