НОВОСТИ    ЭНЦИКЛОПЕДИЯ    КНИГИ    КАРТЫ    ЮМОР    ССЫЛКИ   КАРТА САЙТА   О САЙТЕ  
Философия    Религия    Мифология    География    Рефераты    Музей 'Лувр'    Виноделие  





предыдущая главасодержаниеследующая глава

4. Новгород

История борьбы новгородцев за городские вольности наиболее, пожалуй, изучена в нашей литературе; поэтому мы можем ограничиться только рассмотрением отдельных вопросов, связанных с происхождением новгородских порядков, которые в законченном виде являются перед историками после монгольскою завоевания. Владимиро-суздальский летописец XII в. был уже уверен, что новгородцы пользовались своими вольностями с самых древних времён и были освобождены от зависимости уже дедами и прадедами «наших князей». Кто же эти деды и прадеды князей? Может быть, летописец имел в виду определённых лиц, о которых не упомянул, считая, что речь идёт о фактах общеизвестных; во всяком случае, вольности новгородцев казались в его время давним их приобретением, характерным для старых городов.

Раннему возникновению новгородских вольностей способствовали многие обстоятельства, из которых немаловажное значение имело то, что в Новгороде не создавалось постоянной княжеской династии, так как каждый великий князь стремился удержать его в своих руках. Старшие сыновья великих князей, обычно княжившие в Новгороде, естественно, смотрели на княжение в нём, как на один из этапов на своём жизненном пути, а это создавало благоприятные условия для усиления власти посадников и архиепископа. Действительно, уже в XI столетии новгородские князья вступают в конфликт с посадниками. Ярослав Мудрый велел заточить в Ростов и спустя три года убить в Муроме посадника Константина Добрынича, который помог ему когда-то победить Святополка Окаянного. Летопись несколько смутно связывает гнев Ярослава на посадника с началом княжения Владимира Ярославича и грамотой, данной в это время Новгороду. В другой своей работе я указывал, что эта грамота относится к 1016 г. и сохранилась в виде первых статей Древнейшей Правды в краткой редакции Русской Правды (М. Н. Тихомиров, Исследование о Русской Правде, стр. 48-61). Новгородская традиция считала Константина вторым новгородским посадником, тотчас же после легендарного Гостомысла, может быть, по недостатку письменных данных, а может быть, и потому, что он был первым самостоятельным посадником, оставленным в Новгороде Ярославом после переезда в Киев. Известный рассказ о волхве, возмутившем новгородцев при князе Глебе Святославиче, показывает, что положение новгородских князей нельзя было назвать прочным - «людье все пошли за волхва, и был мятеж между ими» (Новгород. лет., стр. 196). Это событие поставлено в летописи под 1071 г., но чисто условно, представляя собой особый рассказ, начинающийся словами - «сице бо волхв, встал при Глебе в Новгороде», что можно поставить в прямую связь с киевским восстанием 1068 г.

Решительные события в Новгороде развёртываются с начала XII в. Летописец сообщает о последовательной смене трёх новгородских посадников (в 1117-1119 гг.): Добрыни, Дмитра Завидича и Константина (Коснятина) Моисеевича. После этого сообщается, что в 1120 г. «пришел Борис посадничить в Новгород». Эту несколько неясную фразу расшифровывают другие летописи, добавляя, что Борис пришёл из Киева (ПСРЛ, т. IV, Пгр. 1917, стр. 144; Новгород. лет., стр. 21). Незадолго до этого события в Новгороде происходили волнения. Древнейшая Новгородская летопись сообщает под 1118 г.: «В том же году привёл Владимир с Мстиславом всех бояр новгородских в Киев, и приводил их к честному кресту и пустил их домой, а иных у себя оставил; и разгневался на тех, которые грабили Даньслава и Ноздречю, и на сотскаго на Ставра и заточил их всех». Слова об ограблении Даньслава стоят в связи если не с восстанием, то с волнением, происходившим в Новгороде в 1118 г. и последовавшим после переезда князя Мстислава в Киев к отцу, Владимиру Мономаху. Вокняжение Всеволода, сына Мстислава, вызвало волнения, связанные со стремлением расширить новгородские вольности. Поэтому понадобилось вызывать новгородских бояр в Киев и приводить их к присяге, а в 1120 г. даже прислать Бориса на посадничество в Новгород.

Неустойчивое положение княжеской власти в Новгороде даже при Владимире Мономахе ещё более усугубилось после его смерти. Новгородский летописец сообщает нам два многознаменательных известия: «В то же лето (1125 г.) посадиша на столе Всеволода новгородци», «в то же лето (1126 г.) дали посадничество Мирославу Гюрятиничу» (Новгород. лет., стр. 21).

Оба известия стоят в явной связи друг с другом. Глагольные формы «посадили» («посадиша») и «вдали» («въдаша») подразумевают подлежащее «новгородцы», или «люди». Замечательно и то, что о Мстиславе, сыне Мономаха, новгородский летописец говорит: «посадили на столе отца». Это уже определённое представление о свободном выборе князей самими горожанами. В прямой связи с указанными событиями стоит свободный выбор посадника в Новгороде, которому должность также дают сами новгородцы. Нашему предположению как будто противоречит известие о приходе в 1129 г. Данилы из Киева посадничать в Новгороде (Новгород. лет., стр. 22). Но это только попытка великого князя утвердить в Новгороде порядки более раннего времени, что и привело в дальнейшем к изгнанию Всеволода Мстиславича.

Новгородское восстание 1136 г. достаточно известно в исторической литературе, чтобы на нём необходимо было долго задерживать наше внимание, в особенности после работ Б. Д. Грекова. В истории Новгорода. 1136 год должен считаться переломным, после которого в нём окончательно утверждается вечевой строй. Кто же был основной силой, направлявшей движение против Всеволода? Об этом узнаём из рассказа о попытке Всеволода снова сесть на княжение в Новгороде. Когда в Новгороде услышали о тайных переговорах Всеволода с некоторыми боярами, «мятеж был велик в Новгороде, не восхотели людье Всеволода». Далее оказывается, что новгородцы брали деньги на боярах, «кто Всеволоду приятель», и давали конфискованные деньги купцам для сборов на войну. Озлобление против Всеволода среди купцов и ремесленников было явным и открытым.

Возникает вопрос о том, какие силы принимали участие в свержении Всеволода, чем объясняются выступления против него горожан.

Некоторый ответ на это даёт привлечение других источников, кроме летописи, в первую очередь устава Всеволода церкви Ивана Предтечи на Опоках и церковного устава того же князя. Устав церкви Ивана Предтечи на Опоках связывается с двумя известиями Новгородской летописи 1127 и ИЗО гг. о построении каменной церкви на Петрятине дворище. Можно предполагать, что вокруг Иванского ста объединились не только купцы-вощники, что это купеческое объединение носило более широкий характер. Так, в церковном уставе Всеволода упоминается «локоть еваньскый», т. е. мера длины, необходимая не для купцов-вощников, а для торговцев сукном и другими тканями. В том же церковном уставе названы некоторые лица, приглашённые князем на совещание о торговых весах и Мерилах: староста Болеслав, бирич Мирошка, староста иванский Васята. Из них бирич Мирошка может быть отожествлён с Мирославом Гюрятиничем, дважды занимавшим посадничество в Новгороде, в 1126 и 1134 гг. Уменьшительное название Мирошка, вместо Мирослава, ни в какой степени не может помешать этому отожествлению, потому что в. этой уменьшительной форме ничего не было обидного. Например, так прозывался знаменитый посадник конца XII в., дети которого также именовались Мирошкиничами. Указание на участие в совещании старосты Иванского ста обнаруживает, что совещание произошло уже после составления устава церкви Ивана Предтечи на Опоках.

Некоторые известия летописи действительно указывают на тесные связи Всеволода Мстиславича с новгородским владыкой Нифонтом. В 1135 г. Всеволод вместе с Нифонтом заложил каменную церковь Богородицы на торговище. Зимою Нифонт «ходил в Русь» мирить киевлян с черниговцами.

После изгнания Всеволода Нифонт отказался обвенчать нового князя Святослава Ольговича, женившегося в Новгороде. Тогда же «милостьници Всеволожи» стреляли в Святослава. В поход на Псков, где засел Всеволод, ходили «князь и людье» - выражение, подчёркивающее, из кого состояли сторонники Святослава Ольговича (Новгород. лет., стр. 24-25). Близость Всеволода к духовенству, возможно, объясняет раннее начало почитания Всеволода как святого.

Борьба новгородцев за городские вольности не была закончена в 1136-1137 гг. Она развивалась и дальше, приведя в конечном итоге к созданию Новгородской феодальной республики, гордо именовавшей себя «господином Великим Новгородом». Окончательное завершение борьбы за городские вольности произошло в Новгороде уже в XIII столетии. Этому предшествовал ряд крупных восстаний, из числа которых наиболее значительным было восстание 1209 г. Классовая борьба в Новгороде была ожесточённой и сопровождалась многими кровавыми событиями. Но изложение её выходит уже за пределы поставленной нами темы.

предыдущая главасодержаниеследующая глава








Рейтинг@Mail.ru
© HISTORIC.RU 2001–2022
При использовании материалов проекта обязательна установка активной ссылки:
http://historic.ru/ 'Всемирная история'