НОВОСТИ    ЭНЦИКЛОПЕДИЯ    КНИГИ    КАРТЫ    ЮМОР    ССЫЛКИ   КАРТА САЙТА   О САЙТЕ  
Философия    Религия    Мифология    География    Рефераты    Музей 'Лувр'    Виноделие  





предыдущая главасодержаниеследующая глава

Глава I. Греческие города на берегах Понта Евксииского

Предание говорит, что у Афаманта, царя греческого города Орхомена, было двое детей: дочь Гелла и сын Фрикс. Мачеха захотела от них избавиться. Она добилась того, что Фрикса решили принести в жертву богам. Но мать Геллы и Фрикса - богиня облаков - послала своим детям барана с золотой шерстью. Он унес их подальше от злой мачехи. По дороге Гелла упала в море, которое с тех пор стали именовать Геллеспонтом. Фрикс достиг страны Эа (вероятно, это была Колхида). Там он принес своего спасителя в жертву, а его шкуру - "золотое руно" - повесил в священной роще.

На хмурой горе Пелеон мудрый кентавр Хирон вырастил героя Язона, сына Эсона, типичного грека - предприимчивого и беспокойного. Язон собрал смелую команду и отправился на корабле "Арго" в Колхиду за золотым руном. По дороге ему пришлось встретиться со многими трудностями и пережить страшные испытания. Наконец, аргонавты приплыли к царю Аэту. Чтобы получить золотое руно, нужно было совершить немало подвигов. Язон показал, на что он способен: распахал поле плугом, в который были запряжены огнедышащие быки с медными ногами, засеял его зубьями дракона, а когда из этих зубьев выросли воины, сразился с ними и перебил их. Язона полюбила Медея, дочь Аэта, которая дала ему мазь, превратившую его в непобедимого богатыря.

В этих преданиях, и прежде всего в мифе об аргонавтах, отражено знакомство греков с Черным морем.

Сначала они его называли Понт Аксейнос - негостеприимное море, потом переименовали в Понт Евксинос - гостеприимное. Часть пути Одиссея шла вдоль его берегов. Он плавал к киммерийцам - в отдаленную туманную землю, где никогда не восходит Гелиос, потому что он храпит свои лучи в золотом дворце в стране Эа. Гомер писал о коротких северных ночах - о них греки узнали, когда попали в причерноморские степи. Там Одиссей вызывал к себе мертвых. Духи носились над его головой, как испуганные темные хищные птицы: Геракл, Мегера, Федра, Сизиф, Тантал... Это было в те отдаленные времена, когда дочери царей сами ходили стирать белье на песчаную морскую отмель, а цари готовили себе обед у очага.

По следам аргонавтов начиная с VIII в. до н. э. плыли в Причерноморье торговцы и земледельцы из греческих городов. Много основал там колоний малоазийский город Милет. Греки не селились далеко от берега - их пугал чуждый мир варваров, туда они только совершали торговые экспедиции.

Спокойнее всего греки чувствовали себя в окружении знакомой стихии - моря. Цицерон как-то сказал, что они похожи на лягушек, которые расселись вокруг пруда.

* * *

Первые колонисты основывали свои поселки на островах и полуостровах. Например, на Березани у входа в Днепровско-Бугский лиман в VII в. до н. э. возникла торговая фактория. Когда фактория утратила свое значение, люди переселились на берег лимана, где вырос в VI в. до н. э. новый город - Ольвия.

Это был один из крупнейших городов-колоний Милета. Греки назвали его "Счастливым" ("ольвия" по-гречески - "счастливая"). Но Ольвии выпала трудная доля. Ее тревожная история характерна для городов, зажатых между Черным морем и другим "морем" - степным океаном, где жили воинственные племена кочевников-скифов, чей образ жизни и чьи нравы были чужды грекам. Рассказывали, что за далекими скифскими равнинами к северу и востоку живут племена, которые почитают своих предков, но убивают их, когда те состарятся. Мясо убитых они поедают с бараниной вперемешку, а из черепов делают позолоченные чаши и пьют из них на поминальной тризне.

Рабовладельческая республика, типичный греческий полис Ольвия скоро стала независимой от метрополии и зажила своей особой жизнью. В IV в. до н. э. она достигла вершины экономического и культурного развития. Не дрогнув, выдержала Ольвия в 331-330 гг. до н. э. осаду Зопириона - полководца Александра Македонского. Оживленно вела она торговлю со скифами: получала из степи рабов, зерно, а вывозила керамику, украшения, зеркала. Некоторые скифские аристократы эллинизировались настолько, что предпочитали проводить все время в Ольвии. Царь Скил потерял из-за этого престол и поплатился головой. Он все время жил в городе, участвовал в мистериях и празднествах в честь Диониса, носил греческую одежду, писал по-гречески, ходил без стражи по улицам среди горожан, оставив свой отряд за стенами Ольвии. Какой-то ольвиополит показал скифам их предводителя в тот момент, когда он, пьяный, в растерзанных одеждах, предавался вакхическим оргиям. Все войско скифов узнало об этом, и царю пришлось бежать во Фракию. Спустя некоторое время он был выдан новому скифскому царю и обезглавлен...

В центральной части Ольвии, на главной городской магистрали, была раскопана рыночная площадь - агора - размером примерно в полтора гектара. В центре ее находился свободный участок - все строительство шло по краям. От самых древних построек - VI в. до н. э.- сохранились подвалы складских зданий. В них археологи обнаружили много монет, а на агоре - металлические кружки - заготовки для чеканки денег: где-то здесь, по-видимому, был монетный двор. На площади действовала сложная система водостоков и водопроводных труб для подачи воды. В северной части агоры возвышалось святилище с алтарем в центре, и неподалеку находилась священная роща. Позже здесь построили два храма - Зевса и Аполлония Дельфиния. Храмы много раз перестраивались. У входа в святилище в цистерне нашли множество терракотовых статуэток - больше всего богинь плодородия Деметры и Кибелы (сидящей па троне с львенком на коленях), Афины, а также крылатого гения. Их в качестве пожертвований приносили в храмы. Здесь же лежали черепа жертвенных быков с отверстиями в лобной части и на рогах. Черепа вывешивались в торжественные дни на стенах храмов и украшались гирляндами цветов. Потом, когда шум празднества затихал и жертвоприношения заканчивались, все это сметалось в старый, пришедший в негодность водоем.

На агоре стояли на постаментах стелы с высеченными на них декретами городских властей или надписями в честь героев и памятных событий. Разгуливая по дорожкам, вымощенным черепками, ольвиополиты читали эти надписи, поучая детей на примерах славной истории своего города.

Ольвия делилась на две части - верхний город, где была агора и располагались главные городские кварталы, и нижний. В нижнем городе раскопаны мастерские, в том числе гончарные, и большая пекарня.

При раскопках было открыто множество домов рядовых жителей Ольвии. Дома они складывали из камней. Стены на улицу делались глухими. Двери комнат выходили на маленькие внутренние дворики, выложенные цветной галькой.

В город приезжали купцы. Торговля являлась одним из главных занятий и основой процветания жителей Ольвии. На больших площадях были выставлены декреты о том, что иностранные купцы имеют в Ольвии важные привилегии.

На окраине Севастополя, на Гераклейском полуострове, находилась другая греческая колония - Херсонес. Колонисты назвали ее так потому, что то место, где Херсонес был построен, выдавалось далеко в море ("херсонес" означает "полуостров"). Этот город возник в V в. до н. э., и его жителям пришлось выдержать борьбу с местными племенами тавров. Греки в землю тавров приплыли с южного берега Черного моря, из Гераклеи Понтийской. Постепенно Херсонес подчинил себе всю округу. Под его управлением находились древние города Керкинитида (близ современной Евпатории) и Прекрасная Гавань.

Херсонесцы гордились своим городом, и, когда их историк Сириек, живший в III в. до н. э., описал рост и усиление Херсонеса, да к тому же присовокупил к своему сочинению изложение чудес, сотворенных херсонесской богиней Девой, они увенчали его золотым венком и поставили в его честь мраморную стелу с почетным декретом.

Постепенно Херсонес усилился настолько, что перестал бояться тавров. Но в III-II в. до н. э. в Крым нахлынули из причерноморских степей скифы, они оказались значительно более опасным соседом. Спасаясь от варваров, Херсонес был вынужден войти в состав сначала Понтийского, а потом Боспорского царства. Затем пришли новые хозяева - могучая римская армия, за ними - византийские и местники.

Сегодня па городище Херсонеса стоят мощные стены, перестраивавшиеся много раз,- молчаливые свидетели битв и осад. У основания они сложены из больших неровных камней. Видны и более поздние ярусы с воротами и бойницами, сооруженные римскими инженерами. Их охраняли железные легионы империи. За стенами открываются лабиринты древних улиц, мостовые античной и византийской эпохи, разрушенные дома, мастерские, подвалы. На синем фоне воды и неба вырисовываются стройные колонны базилик.

Перед нами небольшая домашняя баня I в. до н. э. Пол ее выстлан мозаикой, набранной из цветных галек. В центре - ваза для омовений, опершись на нее, в томных позах стоят обнаженные девушки, между ними летит птица - простая сцена полна особого изящества. Открыли археологи и большие общественные термы римского времени с мощными стенами, высокими арками (II в. н. э.) - бани и клубы одновременно, рассчитанные на сотни посетителей.

Теперь зайдем в дом богатого рабовладельца, виноторговца II-III вв. н. э. В его винодельне три давильни с площадками. Перед каждой - резервуары для стока сока. Между винодельней и самим домом - склад, где хранилось 25 пифосов - огромных глиняных бочек для вина. Двор вымощен каменными плитами. Здесь были колодец и цистерна для хранения воды. В углу двора можно отыскать лестницу, которая вела в подвал. Там стоял жертвенник, посвященный подземным богам. Сам дом был двухэтажный. Наверху жили владельцы. На черепках посуды, найденной в доме, нацарапаны имена хозяев - Аристон, Зета и др. Эти же имена встречаются на стелах. Вероятно, Аристон и Зета были важными должностными лицами.

Жили греки просто, даже богатые. В комнатах было просторно. Мебели мало (обилие ее считалось ненужной роскошью). Простой ларь для вещей из дерева часто с росписью - меандры, пальметы, листья аканфа... Столы нередко на трех ножках в виде лап зверя. Возле них табуреты и изящные стулья с изогнутыми остроконечными ножками и округлой, чуть откинутой назад спинкой, кровати - "клинэ", на которых спали и ели, и низенькие переносные столы "трапедзы", которые потом задвигали под кровать.

Там, где обитало рядовое население, солили рыбу. В скале вырубали большие ямы - цистерны, обмазывали их штукатуркой и обкладывали камнями. В цистерну не проникали грунтовые воды, и рассол не мог оттуда вытечь. Здесь же устраивали кладовые с пифосами. В найденных цистернах и пифосах сохранился слой слежавшейся соленой рыбы, возраст которой около двух тысяч лет.

В Херсонесе был раскопан театр. Площадка - орхестра, на которой выступал хор, полукруг каменных скамеек. Греческие актеры переодевались к выходу в схене - небольшой пристройке возле орхестры. Когда по ходу действия героя убивали, это происходило тоже в схене ("за сценой"), и зрителям показывали потом только неподвижно лежавшего актера. Сцены разыгрывались па фоне естественных живописных декораций с холмами на противоположном берегу залива.

Средневековье не пощадило античности. Театр разрушили и камень использовали для строительства новых домов. На месте театра возвели церковь.

На главной площади когда-то были храмы. Но от них ничего не осталось. На их развалинах поднялись христианские базилики. По преданию, здесь в X в. н. э. крестили русского князя Владимира. На этом месте в XIX в. построили огромный безобразный собор.

Как в Ольвии, так и в Херсонесе на площадях стояли мраморные стелы с декретами. Среди них самая знаменитая - плита с присягой херсонесцев III в. до н. э. В ритмичных ее фразах оживает перед нами древний Херсонес - один из многих греческих городов-республик.

Каждый житель Херсонеса должен был клясться Зевсом, Геей, Гелиосом, Девою, богами и богинями олимпийскими, героями, владеющими городом, территорией и укреплениями херсонесцев, а затем говорить следующее:

"Я буду думать о спасении и свободе государства и граждан и не предам Херсонеса, Керкинитиды, Прекрасной Гавани и прочих укрепленных пунктов и из остальной территории, которою херсонесцы управляют или управляли, ничего никому, ни эллину, ни варвару не предам, но буду оберегать все это для херсонесского народа.

Я не буду ниспровергать демократического строя и не дозволю этого тому, кто захочет предать и ниспровергнуть этот строй, и не утаю этого, но доведу до сведения государственных должностных лиц.

Я буду врагом тому, кто станет замышлять дурное и предавать или отторгать Херсонес, или Керкинитиду, или Прекрасную Гавань, или укрепленные пункты и территорию херсонесцев.

Я буду служить народу и советовать ему наилучшее и наиболее справедливое для государства и граждан.

Я не буду разглашать ничего из сокровенного ни эллину, ни варвару, что должно принести вред государству.

Я не буду давать или принимать дара во вред государству и гражданам.

Я не буду замышлять никакого несправедливого дела против кого-либо из граждан, не отпавших (от Херсонеса), и не дозволю этого другим, и не утаю, но доведу до сведения и на суде подам голос по законам.

Я не буду составлять заговора ни против херсонесской общины, ни против кого-либо из граждан, кто не объявлен врагом народа.

Если я вступил с кем-либо в заговор или связан какою-либо клятвой или заклятием, то мне, нарушившему это, и тому, что мне принадлежит, да не будет лучшее, а соблюдающему - противоположное.

Если я узнаю о каком-либо заговоре, существующем или зарождающемся, я доведу об этом до сведения должностных лиц.

Хлеб, свозимый с равнины, я не буду ни продавать, ни вывозить с равнины в какое-либо иное место, но только в Херсонес.

Зевс, Гея, Гелиос, Дева, божества олимпийские!

Если я буду соблюдать все это, да будет благо мне самому и потомству, и тому, что мне принадлежит; если не буду - да будет зло и мне самому, и тому, что мне принадлежит, и пусть ни земля, ни море не приносит мне плода, пусть женщины не приносят мне детей..."*

* (См. "Херсонес-Тавричсский". Симферополь, 1968, стр. 14-16.)

Вокруг Херсонеса были разбросаны земледельческие угодья. Ровные ряды камней - межевые знаки - очерчивали прямоугольные участки виноградников и посевов - клеры Херсонеса. Здесь же стояли дома, где жили владельцы клеров, где они хранили инвентарь и собранный урожай, оставаясь при этом горожанами и владея домами в самом городе.

Греческий горожанин всегда был тесно связан с землей. Когда херсонесит клялся быть верным гражданским добродетелям и добавлял, что в случае нарушения присяги пусть земля и море откажут ему в своих дарах, то он имел в виду основные отрасли хозяйства: рыбную ловлю, засолку и вывоз рыбы, земледелие, виноделие и хлебную торговлю.

Интересно и кладбище древнего Херсонеса.

Могилы резко разделяются по имущественному положению погребенных. Рядом с бедными или совсем нет вещей, или лежит скромный инвентарь. Богатые похоронены в семейных склепах, в дорогих нарядах, с дорогими вещами.

Золотая серьга IV в. до н. э., найденная в одной из могил, заслуживает того, чтобы рассмотреть ее внимательно. В верхней части - цветок, внизу два дерева с цветами. Под ними сидит женщина, играющая на кифаре. Между деревьями изображена крылатая богиня победы Ника, она правит четверкой запряженных в колесницу лошадей. Все детали отчетливо видны и проработаны, а размер фигур - меньше сантиметра. Как блестел этот золотой цветок, как горели на нем лучи солнца, как играли блики, когда надевала его знатная аристократка из Херсонеса в торжественный день!

Во все времена женщины украшали себя. В Греции изящество, грациозность, легкость походки, ритм движений, гармоничность одежды и украшений прекрасного пола были возведены в ранг общественной добродетели. "Дурно воспитанную женщину узнаешь тотчас на улице,- говорил древнегреческий писатель,- по ее неуклюжей походке. Кто мешает ей быть грациозной? У нас нет на это никакого налога, и это не покупается ценою денег, а они в свою очередь доставляют этим удовольствие прохожим: всякий, кто не дурак, должен стараться доставить себе удовольствие"*.

* (Цит. по кн.: Г. Д. Белов. Терракоты Танагры. Л., 1968, стр. 4)

Греческие ювелиры усиленно стремились помочь женщинам в этом "общественно полезном деле" - нравиться прохожим. Ювелирное мастерство в их колониях на северном берегу Черного моря достигло совершенства.

В Фанагории - другой греческой колонии, была найдена серьга, похожая на херсонесскую. Тот же золотой диск с тончайшим и изысканным рисунком по краю. В качестве украшения - мельчайшие золотые шарики, спаянные по четыре. В центре - пальметки, окружающие пышный цветок с множеством лепестков. Та же летящая квадрига, которой твердо и легко правит Ника. Рядом воин, приготовившийся вспрыгнуть на колесницу и принять участие в скачках. Все фигуры снизу обрамлены лунницей, покрытой тончайшей сканью, а от нее вниз свешиваются бусины на золотых шнурках.

* * *

Серьги, похожие на фанагорий-ские и херсонесские, были найдены близ Керчи в кургане Куль-Оба. Буйно разросшиеся цветы с фантастической щедростью украшают круглый золотой диск. Еще изящней микроскопические детали, еще тоньше техника их исполнения. Поражает спокойная уравновешенность, пропорциональность и безупречный вкус. Между лепестками двойной розетки в центре диска помещены четыре крохотные фигурки морских нимф, преподносящих Ахиллу оружие и доспехи. Тонко введена в общий золотой тон бледно-голубая эмаль в местах соединения цепочек, на которых подвешены бусы в виде бутонов лотоса и гирлянд аканфовых листьев (любимый мотив Греции).

Другая серьга, найденная тоже в Куль-Обе, представляла собой золотой диск с припаянными тончайшими пластинками и проволочками, на котором изображена голова Афины в шлеме. Ее взгляд суров и мудр. На шлеме помещены фантастические животные. В таком шлеме изобразил великий Фидий Афину, стоявшую в храме Парфенон на афинском Акрополе. Сойдя со своего величественного пьедестала, Афина Фидия продолжала жить в копиях, нередко таких мелких, как на этой серьге. Из-под шлема выбиваются пряди волос. На шее три нитки бус - все-таки женщина, хоть и воительница,- с золотого диска свешивается плотная сетка привесок, бус, розеток, сложных, многолепестковых цветочков, которые скреплены шнурами, свитыми из золотых нитей.

Серьга из кургана Куль-Оба. Золото. IV в. до н. э. Государственный Эрмитаж
Серьга из кургана Куль-Оба. Золото. IV в. до н. э. Государственный Эрмитаж

* * *

Кургап Куль-Оба находится близ древнего греческого города Пантикапея, от которого остались одпи развалины.

Дома и храмы, огромные белокаменные гробницы и расписанные яркими красками склепы, рыбозасолочные цистерны и винодавильни, терракотовые фигурки и расписные вазы, стеклянные сосуды и мраморные стелы, туалетные сосудики и монеты, спортивный инвентарь и обломки деревянной мебели - все погребено в земле.

В V в. до п. э. здесь, на востоке Крыма, возникло могущественное Боспорское царство, объединившее несколько больших и множество мелких греческих колоний. Столицей его был Пантикапей, занимавший ту холмистую местность, где сейчас стоит Керчь. Царство раскинулось на берегах пролива, который греки называли Боспором, что значит "Бычья переправа". В отличие от другого Боспора у входа в Понт Евксинский они именовали его Киммерийским - в память о древних степных племенах, когда-то живших в Причерноморье. Этот пролив отделял Крым от Таманского полуострова. Пройдя его, греческие суда попадали в Меотиду - Азовское море, а затем по Танаису - Дону - могли плыть на север. По Боспору Киммерийскому, Меотиде и Танаису проходила тогда граница между Азией и Европой, теряясь далее в неизведанных просторах степей.

Окраина античного мира - Боспорское царство - и соседние скифские племена тысячью нитей были связаны с сердцем Греции - Афинами. Для Боспора Афины были центром эллинской цивилизации, к которой он стремился приобщиться. Для Афин Боспор был главным поставщиком продовольствия (значительная его часть поступала из скифских степей), посредником в торговле между скифской аристократией, жаждавшей приобрести золотые украшения, дорогие ткани, расписные вазы, и Грецией, где не хватало рабов и хлеба. Купцы из Греции охотно покупали пушнину, рабов, рыбу, хлеб, кожи. Из вывезенных причерноморских скифов в Афинах формировали полицейские отряды. Когда боспорские моряки достигали берегов Аттики и замечали горящее на солнце копье Афины па Акрополе, они могли надеяться на хороший прием.

В Пирее в 346 г. до н. э. был поставлен мраморный столб с декретом афинского народного собрания. В верхней его части были высечены фигуры, изображавшие боспорских царей - Спартока II, Перисада I и некоего Аполлония. Декрет прославлял этих недавно вступивших на престол ахронтов за то, что они хорошо относятся к Афинам, и предоставлял им наибольшие преимущества в торговле с Боспором. Боспорские правители были торжественно увенчаны золотыми венками во время главных афинских церемоний - празднования Великих Панафиней.

...Они поднимались по священной дороге в обитель Афины на белесой скале, вступали под мраморную сень Пропилеев, обходили Парфенон, рассматривая его фризы, участвовали в праздничной процессии. Вместе с всадниками, вместе с победителями в состязаниях, вместе с музыкантами, юношами, несшими богине медовые пироги и гидрии с вином, вместе с девушками в венках, вместе с жертвенными быками они шли за несомой на руках небольшой триерой, на мачте которой развевались вышитые драгоценные одежды богини.

Может быть, войдя в храм на восходе солнца, они видели, как от первых лучей загорается золото и слоновая кость на огромной статуе. Может быть, они видели, как бросали пищу священному змею в Эрехтейоне, и слушали рассказы о том, как во время нашествия персов страж Акрополя не дотронулся до принесенной ему еды, а вместе с Афиной покинул свой город...

Вернувшись в провинциальный Пантикапей, архонты брались за возведение новых храмов, начинали заказывать и скупать скульптуры, будучи полны зависти к хиреющему и слабеющему городу, чьей славы и духовной мощи - они понимали - Боспору не достичь никогда.

...К морю сбегают дома, теснясь у набережной. Одноэтажные или двухэтажные постройки, черепичные крыши, белые стены, ярко-зеленые пятна листвы,- так выглядел Пантикапей со стороны спокойной синей бухты. И над всем этим - гора с дворцами царей, храмами и общественными зданиями...

Средневековье не пощадило античности. Пантикапей был разрушен полностью. Только гора сохранила имя самого яркого персонажа боспорской истории - Митридата. Погибли и Афины - христианский император в V в. н. э. приказал снести все языческие храмы. Статуя Афины была увезена в Константинополь, где в X в. исчезла. Парфенон был перестроен под храм святой Софии. При турках в Эрехтейоне устроили гарем, а в Парфеноне - мечеть, потом склад пороха. В него попала бомба, и склад взорвался.

Раскопки в Пантикапее дали некоторый материал для восстановления этой "главной" реликвии античности в Афинах, с которыми Боспор был так тесно связан. Была, например, найдена чаша с росписью, на которой довольно точно изображалась центральная группа западного фронтона Парфенона.

Мы воссоздаем древний мир по немногим остаткам. Почти ничего не сохранилось от монументальной живописи в самой Греции. Но, к счастью, она была в древнем Боспоре, и там ее уберегли от времени гробницы.

Вокруг Пантикапея и близлежащих городов, в том числе и на противоположном берегу пролива, много курганов. Обычно внутри кургана находится каменный склеп. Наиболее богатые перекрыты сводами из белого камня. Самый знаменитый из курганов со сводчатыми склепами - Царский курган близ Керчи. Вероятно, он действительно принадлежал одному из боспорских царей IV в. до н. э. Курган был ограблен, от погребения ничего не сохранилось, но зато, пройдя длинный коридор, можно увидеть замечательный уступчатый свод из концентрических кругов белого камня, постепенно сужающихся кверху. Склепы далеких героических времен, эпохи гомеровских героев - Атрея и Клитемнестры - вспоминаются в боспорском Царском кургане.

Другой склеп, Большая Близница, тоже IV в. до н. э., расположенный на таманском берегу Боспора, известен великолепной цветной росписью: на камне, замыкавшем свод гробницы, нарисована голова Деметры. Здесь была похоронена жрица Деметры, о чем говорят найденные вещи: золотые фигурки танцовщиц и золотые украшения, изображающие празднества в честь богини.

Деметру вообще очень чтили на Боспоре, процветание, которого зависело от хлебной торговли и сельского хозяйства. Один из склепов I в. н. э. близ Пантикапея тоже был посвящен ей. В центре свода изображена Деметра, на одной из стен - колесница с четверкой лошадей. На колеснице стоит Плутон и держит маленькую Кору, дочь Деметры. Бог подземного царства Плутон увез Кору в мрачный подземный мир, и Кора с тех пор уходит туда каждый год. В те месяцы, когда уходит она в подземное царство, на землю спускается зимний холод и все умирает; когда она возвращается - на земле снова цветут цветы, зеленеют леса и поля. У входа в склеп - Гермес и нимфа Калипсо - они сопровождали души в загробное царство. Вокруг них - цветы, птицы, гирлянды виноградных листьев - буйный мир южной природы.

Заглянем в склеп I в. н. э., где был погребен некто по имени Анфестерий. На стенах изображена войлочная юрта, вокруг нее всадники в костюмах варваров-кочевников с копьями, нагайками. Около них в кресле сидит женщина, очевидно сарматская богиня. Может быть, Анфестерий был боспорским воином, который со своим отрядом совершил много походов по степям Крыма. А может быть, он был сарматом, который осел на Боспоре, превратился в горожанина, но сохранил воспоминания о прежней жизни.

Склеп II в. до н. э. возле Керчи назван "Склепом пигмеев". На стенах его пигмеи сражаются с журавлями - частый сюжет в греческом искусстве.

Один из погребенных близ Пантикапея был, вероятно, страстным любителем гимнастики. В его склепе стены расписаны изображениями спортивных принадлежностей, венков, которыми награждали победителей в соревнованиях.

Склеп II в. н. э. с очень хорошо сохранившейся росписью украшен сценой сражения воинов Боспора с варварами, которые со всех сторон' наседали на их государство. Кочевники не только теснили боспорцев с периферии, но и, переселяясь в их города, тесно общаясь с ними, способствовали проникновению элементов варварской культуры в античную культуру и даже быт местного населения (греки начинали обучать детей езде верхом, носить одежду по моде, господствовавшей среди обитателей степей).

В склепах стояли богатые каменные или деревянные саркофаги, обычно с колоннадой по бокам и с двускатной крышей, иногда украшенные резной костью и накладными золотыми пластинами. Богатый саркофаг III в. до п. э. из Анапы был украшен фигурами сражающихся воинов и морских нимф, плывущих на чудовищах. Саркофаги иногда делали в виде греческого храма, например, таков великолепный мраморный саркофаг из Тамани III в. до н. э.

На боспорском саркофаге I в. н. э. изображен один из тех мастеров, которые покрывали стены склепов росписью. Картины эти не предназначались для обозрения - они сделаны на внутренней стенке. Художник сидит перед мольбертом и разогревает на жаровне восковые краски. На стене в круглых рамах висят уже готовые портреты. Рядом с мастером ящик с красками.

В склепах и могилах находят то, что могло понадобиться покойнику в загробном мире, например стригили - специальные металлические скребки, которыми счищали песок, налипавший на обильно смазанное маслом тело гимнаста. Греки чтили физическую культуру.

В Афинах во время Панафинейских торжеств устраивались спортивные игры и музыкальные соревнования. Победители получали в виде приза специальные амфоры, наполненные маслом. Стройные двуручные чернолаковые вазы украшались изображением Афины и сценой состязания в том виде спорта, в котором победил владелец амфоры. Несколько таких ваз найдено и на Боспоре. Возможно, боспорцам время от времени удавалось побеждать в Афинах на общегреческих праздничных соревнованиях. Вероятно, подобные соревнования устраивались и в Пантикапее. Обнаружен список победителей в беге во время состязаний, проведенных в Горгиппии в честь Гермеса - бога торговли и путешествий. В списке фигурируют и два варварских имени - Скиф и Синд.

Боспорские склепы и могилы - неисчерпаемый источник интереснейших находок.

Близ Фанагории на Таманском полуострове в безымянной, но, несомненно, богатой могиле были найдены три глиняных фигурных сосуда. Один сосуд изображал сфинкса, другой - сирену, а третий - Афродиту. Сосуды были с большим искусством раскрашены.

Фигурные сосуды и простые терракотовые статуэтки часто находят при раскопках жилищ и общественных зданий. Терракотовые фигурки изображали и богов, и простых людей - детей и слуг, горожанок и воинов. В причерноморские города привозили замечательные танагрские статуэтки - великолепные, высокохудожественные, тонко расписанные изделия из терракоты. Это были, как правило, изображения богатых женщин, скромных, изящных, тщательно одетых и причесанных, приветливых, миловидных, простых и грациозных.

Терракотовые статуэтки изготавливались и на месте. Мастерские по изготовлению терракот были обнаружены в Херсонесе, Пантикапее и Фанагории.

Никто не может представить себе Древнюю Грецию без мраморной скульптуры. Знаменитый французский археолог и искусствовед С. Рейнак говорил, что в своем искусстве Египет выразил идею вечности, древняя Месопотамия - идею силы, Крит - идею движения и жизни. На долю Греции выпала красота. И в первую очередь красота человеческого тела, свободного гармоничного человека, и вместе с тем красота совершенной художественной формы, в которой все части взаимосвязаны, уравновешены, необходимы.

Изображение квадриги на сиракузской монете Серебро. V в. до н. э. Британский музей Греки любили и чтили физическую культуру
Изображение квадриги на сиракузской монете Серебро. V в. до н. э. Британский музей Греки любили и чтили физическую культуру

В одном из боспорских городов, Кепах, в 1950 г. была сделана находка, которая обогатила коллекции греческой скульптуры. Здесь археологи нашли мраморную головку куроса - юноши с характерной для древнейших статуй Греции загадочной улыбкой на лице. Вернувшись сюда через несколько лет и расчистив слой золистой земли, они обнаружили фундамент святилища II в. до н. э. Только самое основание его да куски мраморных украшений от крыши сохранились в культурном слое. В полу были ямы, куда ссыпали пепел и остатки жертвенных приношений.

Все говорило о том, что святилище разрушено и полностью разграблено. Находки не выходили за рамки обычных - черепки, обломки мраморных скульптур, керамические статуэтки. Среди них была небольшая терракотовая фигурка рыбака в коротком плаще, который сидел в задумчивой позе, обхватив голову руками. Найдены были и формы, в которых терракоты оттискивали. Встречались мраморные капители колонн, бронзовые зеркала, замки. На многих вещах имелись изображения, связанные с культом богини Афродиты. Очевидно, ей и было посвящено это святилище. Но где сама красавица, пенорожденная Киприда, богиня любви и плодородия? Город Кепы, чье имя означает по-гречески "сады", был связан с этой богиней: существовал особый культ Афродиты Урании в Садах. Сады и парки, рощи и леса - ее любимые места.

И в один ничем не примечательный день, похожий на сотни таких же, случайно на раскопе была найдена статуя, известная теперь всему миру,- Афродита Таманская.

В Греции очень рано возникло стремление создать скульптурный образ обнаженного мужского тела. Но женщин долго изображали задрапированными в одежды. Только в резких движениях и поворотах открывалась зрителю красота обнаженного женского тела, только сквозь ткань показывали его скульпторы V в. до н. э. Пракситель в IV в. до н. э. создал нагую, спокойно стоящую Афродиту Книдскую. Чтобы приобрести ее, царь Никомед предлагал жителям Книда погасить все их огромные долги - так она была прекрасна,- но те не согласились.

Афродита Таманская создана в более строгом стиле. Богиня оперлась одной ногой на выступ скалы, локоть опустила на согнутое колено, сильно подалась вперед. Ее тело, полное жизни, поражает особой плавностью линий и мягкостью очертаний, которые характерны для греческой скульптуры последних веков до нашей эры. Глядя на нее, как бы слышишь слова Софокла: "Много в природе дивных сил, но сильнее человека нет ничего".

* * *

Итак, греческие города на берегах Понта Евксинского были частью Греции и отражали ее общественный строй и культуру. В этих городах жили философы и историки, географы и ораторы, писатели и художники, и они внесли большой вклад в развитие греческой цивилизации. Но культура причерноморских греков имела свои особенности, их историческая судьба была иной. Боспорское царство и республика Афины, тесно связанные между собой, развивались не одинаково.

Сосуд с изображениями змеи и цапель. I в. до н. э. Произведения античного искусства отличает красота художественной формы
Сосуд с изображениями змеи и цапель. I в. до н. э. Произведения античного искусства отличает красота художественной формы

При царе Перепаде I (349-310 гг. до н. э.) Боспор достиг расцвета. Афины тем временем шли к упадку. Но шли, подкупающе весело смеясь над собой, над своими пороками, слушая язвительные комедии Аристофана.

Эпоха классической Греции - время существования мелких городских общин - уходила в прошлое. Во второй половине IV в. все явственнее обозначались черты кризиса греческой цивилизации. Греческий мир потрясали классовые конфликты. Росла пропасть между бедностью и богатством. Демократические институты изживали себя. Полис разъедала коррупция. Безработица вспыхивала среди свободных ремесленников, усилилось бродяжничество и наемничество. Нищало крестьянство, земля сосредоточивалась все больше и больше в руках немногих богачей.

В этих условиях все более выявлялась потребность в единении разрозненных городов и государств, в концентрации ресурсов. Политическое объединение греков оказалось связанным с грандиозными завоеваниями, с распространением греческой культуры на Восток.

Идею о мировом господстве впервые попытались претворить в жизнь персы в VI в. до н. э. Кир, царь из рода Ахеменидов, основал державу, которая распространилась от Нила до Инда. Его царство было последним звеном в цепи древних восточных деспотий и цивилизаций.

Он видел сон: на плечах царя Дария, сына Гистаспа, выросли огромные крылья. Тень одного крыла пала на Азию, тень другого загородила солнце в Европе. Кир создал "Pax Achaemenidica". Люди из разных стран, разных племен попали под деспотическую власть царей иранской династии, оказались в составе одного государства. Хорезмиец Даргман, сын Харшина, покинул свой родной Хорезм и поселился на другом конце ахеменид-ской империи на острове Элефантина на Ниле, у Асуана, где был царский гарнизон, состоявший из евреев под командованием вавилонского офицера. А эмигранты из Ми-лета, родины черноморских колонистов, города, который тоже был завоеван персами, жили в Средней Азии и сохраняли там свои обычаи и язык. В Бактрию при Дарий I были переселены насильственно жители города Барка, расположенного в Африке.

Ассирийские традиции военного дела и государственного управления, процветающая торговля, отлично налаженное почтовое дело и приниженность, раболепие подданных, деспотизм правителей, имеющих вездесущих осведомителей и шпионов, подобно богу Митре, небесному царю, который имел тысячу глаз и ушей и десятки тысяч соглядатаев,- таков был "Pax Achaemenidica".

Персидской империи не хватало Греции, ее Афин. Завоевать их требовала сама логика "империализма". Деспотии, где все в той или иной степени были рабами, противостояла кучка городов во главе с Афинами и обществом рабов и свободных рабовладельцев. И они столкнулись в V в. до н. э.: Дарий и Мильтиад на Марафоне, и отзвук этой битвы дошел до нас. Греки вспоминали, что они один народ, обычно на соревнованиях и священных праздниках в Дельфах или Олимпии. Но теперь спартанский царь повел свой отряд далеко на север от родного полиса и встретил Ксеркса в Фермопильском ущелье, чтобы сражаться за свободу - какой бы она ни была, "горькой или сладкой".

Мировая империя не удалась. Восточная деспотия создать ее не смогла. Персы высекали на скалах огромные фигуры своих царей, а у их ног - бесчисленные покоренные племена, представленные маленькими фигурками людей. Могучие владыки, суровые, державные, неподвижные лики, пышные одежды, знаки божественной власти. Продолжив мысль Рейнака, мы можем сказать, что древнеперсидское искусство воплотило идею деспотии, впрочем так же, как официальное искусство Египта и Месопотамии, как официальное искусство Древнего Востока вообще. Греки не стали бы так изображать своего вождя или царя: если герой столь велик, а его враги столь малы, то что за доблесть покорить их?

Крохотные свободные полисы Греции не попали в число рабов, покорно несущих дары к ногам ахеменидского колосса. Но пройдет полтораста лет - и сама Эллада разрастется в мирового гиганта, объединит Запад и Восток. Греция и Иран войдут в одну империю, и Средний и Передний Восток вступят в эпоху эллинизма.

предыдущая главасодержаниеследующая глава









Рейтинг@Mail.ru
© HISTORIC.RU 2001–2021
При использовании материалов проекта обязательна установка активной ссылки:
http://historic.ru/ 'Всемирная история'


Поможем с курсовой, контрольной, дипломной
1500+ квалифицированных специалистов готовы вам помочь