НОВОСТИ    ЭНЦИКЛОПЕДИЯ    КНИГИ    КАРТЫ    ЮМОР    ССЫЛКИ   КАРТА САЙТА   О САЙТЕ  
Философия    Религия    Мифология    География    Рефераты    Музей 'Лувр'    Виноделие  





предыдущая главасодержаниеследующая глава

Разгром врага и его капитуляция

Войска Донского фронта в ночь на 10 января сосредоточивались на исходных позициях. Наступал третий, завершающий этап контрнаступления Красной Армии под Сталинградом.

Выполняя замысел плана операции «Кольцо», войска готовились мощными ударами расчленить окруженную группировку и уничтожить ее по частям. Представитель Ставки генерал-полковник Н. Н. Воронов и командующий Донским фронтом генерал-лейтенант К. К. Рокоссовский рано утром прибыли на командный пункт 65-й армии. Ее дивизии должны были наступать на направлении главного удара, срезая «мариновский выступ», во взаимодействии с войсками смежных флангов 21-й и 24-й армий. Навстречу ударной группировке 65-й армии из района южнее Цыбенко наносили удар в общем направлении на разъезды Басаргино, Новый Рогачик войска смежных флангов 64-й и 57-й армий. Из района юго-западнее Ерзовки на Городище наступление велось силами 66-й и 62-й армий.

Артиллерийская подготовка началась в 8 час. 05 мин. 7 тыс. орудий и минометов в течение 55 минут шквальным огнем разрушали вражескую оборону. Они подавляли артиллерию противника, уничтожали его штабы, связь, разрушали дзоты, блиндажи, истребляли живую силу. Активно действовала и авиация 16-й воздушной армии.

В 9 часов пехота и танки перешли в атаку. «Вскоре на наблюдательный пункт стали поступать первые данные об успешном начале наступления,- пишет Н. Н. Воронов.- Продвижение войск медленно, но верно нарастало. То и дело над нами пролетали наши самолеты. Прошло еще некоторое время, и мы увидели начавшееся передвижение вперед артиллерийских батарей для занятия новых огневых позиций, чтобы обеспечить непрерывность артиллерийской поддержки наступающей пехоты и танков. Это было надежным признаком успешного прорыва обороны противника» (Воронов Н. Указ. соч. С. 67.).

Ломая оборону гитлеровцев, войска Донского фронта продвигались вперед. На направлении главного удара к исходу дня 65-я армия вклинилась в оборону противника на глубину 1,5 - 4,5 км. Соединения других армий продвинулись меньше. Немцы упорно сопротивлялись. Однако уже в этот первый день наступления оборона в главной полосе противника была нарушена. Потребовалось трое суток кровопролитных боев, чтобы срезать западный (мариновский) выступ вражеской обороны. В конце дня 12 января войска 65-й и 21-й армий вышли на западный берег р. Россошки и в район Карповки. На других участках советские соединения также ломали вражескую оборону. В метель и холод, под сильным огнем противника они упорно пробивались по маршрутам наступления. На южном секторе кольца окружения, где действовали войска 57-й и 64-й армий, противник в первый день удерживал оборону по северо-восточному берегу балки Караватка и по юго-западному берегу р. Червленой. Однако в ночь на 11 января сопротивление немцев и здесь было сломлено. В полосе наступления 57-й армии 38-я стрелковая дивизия под командованием полковника Г. Б. Сафиулина к рассвету захватила немецкий аэродром возле Воропоново с 18 исправными самолетами. Личный состав аэродрома, спавший в блиндажах, был захвачен врасплох и взят в плен (См.: Сафиулин Г. Б. Первый белый флаг//Битва за Волгу. С. 207-208.).

13 января 44-й гвардейский стрелковый полк 15-й гвардейской стрелковой дивизии атаковал позиции врага на восточном берегу р. Червленой. Продвижению к населенному пункту Старый Рогачик мешали искусно замаскированные три дзота, откуда немцы вели прицельный огонь. Командиры взводов 2-го стрелкового батальона лейтенант В. М. Осипов и младший лейтенант А. С. Белых со связками гранат поползли к дзотам и вывели из строя два из них. Пулеметным огнем из третьего дзота оба гвардейца были убиты. Навстречу врагу пополз пулеметчик младший сержант Н. Ф. Сердюков. Подобравшись к дзоту, он бросил две связки гранат, но они не долетели. Тогда Николай Сердюков поднялся, подбежал к дзоту и своим телом закрыл амбразуру. Наступление продолжалось. 44-й гвардейский полк овладел Старым Рогачиком, части дивизии преодолели рубеж по р. Червленой и вышли к железной дороге у ст. Карповская.

К. К. Рокоссовский и П. И. Батов на НП 65-й армии
К. К. Рокоссовский и П. И. Батов на НП 65-й армии

Командующий окруженной группировкой Паулюс вынужден был доложить гитлеровской ставке «о прорывах крупных сил русских на севере, западе и юге, нацеленных на Карповка и Питомник. 44 и 76-я пехотные дивизии понесли тяжелые потери; 29-я моторизованная дивизия имеет только отдельные боеспособные части. Нет никаких надежд восстановить положение. Оставлены Дмитриевка, Цыбенко и Ракотино» (Дёрр Г. Указ. соч. С. 119-120.). В ответ на это донесение из Восточной Пруссии тотчас же поступил ответ, которым предписывалось:

«Во что бы то ни стало удерживать рубеж Цыбенко, Карповка, Рос-сошка. Всеми силами помешать тому, чтобы Питомник попал в руки русских. Цыбенко во что бы то ни стало отбить у противника. Командующему армией сообщить о принятых контрмерах, а также о том, при каких обстоятельствах без разрешения ОКХ было оставлено Цыбенко» (Там же. С. 120.). Но никакие приказы фашистского командования не могли повернуть :ход событий в желаемом для врага направлении.

В войсках противника падала дисциплина. Паника начала охватывать целые подразделения и части. 12 января, когда вблизи аэродрома Питомник появилось несколько советских танков, гитлеровцы поспешно бежали оттуда. В. Адам передает рассказ очевидца этого эпизода, немецкого штабного офицера. «Паника началась неожиданно и переросла в невообразимый хаос,- говорил он.- Кто-то крикнул: «Русские идут!». В мгновение ока здоровые, больные и раненые - все выскочили из палаток и блиндажей. Каждый пытался как можно скорее выбраться наружу. Кое-кто в панике был растоптан. Раненые цеплялись за товарищей, опирались на палки или винтовки и ковыляли так на ледяном ветру по направлению к Сталинграду. Обессилев в пути, они тут же падали, и никто не обращал на них внимания. Через несколько часов это были трупы. Ожесточенная борьба завязалась из-за мест на автомашинах. Наземный персонал аэродрома, санитары и легкораненые первыми бросились к уцелевшим легковым автомашинам на краю аэродрома Питомник, завели моторы и устремились на шоссе, ведущее в город. Вскоре целые гроздья людей висели на крыльях, подножках и даже радиаторах. Машины чуть не разваливались под такой тяжестью. Некоторые остановились из-за нехватки горючего или неисправности моторов. Их обгоняли, не останавливаясь. Те, кто еще был способен передвигаться, удирали, остальные взывали о помощи. Но это длилось недолго. Мороз делал свое дело, и вопли стихали. Действовал лишь один девиз: «Спасайся кто может!».

Но как можно было спастись в разбитом городе, в котором нас непрерывно атаковали русские? Речь шла не о спасении, а о самообмане подстегиваемых страхом, оборванных, полумертвых людей, сломленных физически и нравственно в битве на уничтожение.

Скоро, правда, стало известно, что Питомник снова в наших руках. И хотя выяснилось, что аэродром атаковала лишь разведка противника, немногие больные и раненые возвратились назад. Слишком глубоко овладел страх нашими солдатами. Большинство же летчиков и санитаров лишь к вечеру вернулось в Питомник» (Адам В. Указ. соч. С. 304-305.).

Войска Донского фронта продолжали уничтожать врага. Командующий фронтом генерал-лейтенант (с 15 января 1943 г. генерал-полковник) К. К. Рокоссовский решил перенести главный удар с участка 65-й армии в полосу 21-й армии, которая своим левым флангом должна была наступать в направлении ст. Воропоново. 65-я армия войсками правого фланга наносила удар в направлении Ново-Алексеевский. Ее действия с севера обеспечивались правым флангом 24-й армии. 57-я и 64-я армии обеспечивали наступление главной ударной группировки с юга. Путем перегруппировки войск, произведенной 13 и 14 января, состав 21-й армии был усилен. Боевые действия в эти два дня не прекращались.

Несмотря на упорное сопротивление немцев на рубеже р. Россошки, советские войска, подтянув артиллерию, с боем преодолели эту реку и продолжали развивать наступление. Противник, бросая тяжелое вооружение и военное имущество, беспорядочно отступал по заснеженной степи. 214-я стрелковая дивизия генерала Н. И. Бирюкова, овладевшая совхозом № 1 и после этого успешно продвигавшаяся вперед, в Малой Россошке сбила немцев в овраг. «Они отказались сдаться. Артиллеристы били в двери землянок прямой наводкой. За Россошкой дивизия отрезала и пленила большую группу вражеских войск» (Ватов П. И. Указ. соч. С. 268.).

Немецкий писатель Эрих Вайнерт (В декабре 1942 г. немецкие антифашистские писатели Эрих Вайнерт и Вилли Бредель вместе с Вальтером Ульбрихтом прибыли на Сталинградский фронт, где в своих выступлениях по радио и в листовках, обращенных к окруженным немецко-фашистским войскам, разъясняли требование советского командования о прекращении бесполезного сопротивления.) в своем сталинградском дневнике 14 января, находясь в Карповке, записал: «Карповка. Наступление бурно развивается. Как нам стало известно, западная часть «котла» уже отрезана гигантским клином, тянущимся с северной стороны долины речушки Россошки вниз, до Карповки. Дмитриевка, Атаманская и Карповка взяты приступом...

Повсюду признаки паники. Гитлеровцы бросают все и нисколько не беспокоятся о больных и раненых.

Большое село Карповка похоже на толкучку. Куда ни глянь, везде опрокинутые пушки, поврежденные танки, стоящие поперек дороги грузовики. Во время бегства гитлеровцы пытались погрузить награбленное на уцелевшие машины и при этом растеряли добрую половину. Даже пулеметы оставили. Повсюду груды патронов, гранат, бомб» (Вайнерт Э. Помни Сталинград: Из дневника // Годы великой битвы. М., 1958. С. 421.).

Несмотря на безвыходность своего положения, все чаще охватываемый паникой противник упорно цеплялся за населенные пункты. Борьба развертывалась в трудных условиях. Крутили сильные метели. Морозы достигали - 22°. Войска 64-й и 57-й армий завершили очищение от гитлеровцев восточного берега р. Червленой, а затем заняли железнодорожную станцию Карповская, разъезд Басаргино.

Немецкое командование старалось сохранить в своих руках аэродром в Питомнике, но все усилия врага удержать фронт были бесплодны. Противник лишился сильных опорных пунктов от Большой Россошки до Бабуркина и Ново-Алексеевского. 14 января 214-я стрелковая дивизия 65-й армии продвигалась на юг, к аэродрому Питомник. Дивизия двигалась без тылов, спеша выполнить задачу. Аэродром был захвачен в ночь на 15 января. Утром здесь произошла встреча частей 65-й и 24-й армий. Войска 64-й и 62-й армий активными действиями в северо-восточной части района окружения и непосредственно в Сталинграде сковывали силы противника и не позволяли перебрасывать их в западную часть «котла», где развертывалась борьба главных сил.

Штаб 6-й армии противника переместился из Гумрака еще ближе к Сталинграду, в район действий 71-й пехотной дивизии, где в глубокой балке по крутому откосу были оборудованы блиндажи. «Гартманштадт» - так назвали немцы это новое место командного пункта армии, по фамилии командира дивизии фон Гартмана (после его смерти командиром дивизии стал полковник Росске). «Снова сжигались документы и боевое имущество,- пишет В. Адам.- На новый командный пункт было взято только самое необходимое. Мы ехали по шоссе в немногих уцелевших автомашинах, маленькими группами, мимо тащившейся в город вереницы изголодавшихся, больных и раненых солдат, похожих на привидения. На вокзале в Гумраке мы попали в плотную толпу раненых. Подгоняемые страхом, они покинули лазарет на аэродроме и тоже устремились на восток. Остались лишь тяжелораненые и безнадежно больные, эвакуация которых из-за недостатка транспортных средств была невозможна. Надежды вылечить их все равно не было. Паулюс приказал главным врачам оставлять лазареты наступающему противнику. Русские нашли и штабель окоченевших трупов немецких солдат, которые несколько недель назад были навалены за этим домом смерти один на другой, как бревна. У санитаров не было сил, чтобы вырыть в затвердевшей, как сталь, земле ямы для мертвых. Не было и боеприпасов, чтобы взорвать землю и похоронить в ней погибших» (Адам В. Указ. соч. С. 316.).

К исходу 17 января 64, 57, 21, 65-я и 24-я армии вышли на ближние подступы к Сталинграду по линии Большая Россошка, хутор Гончара, Воропоново. Протяженность линии фронта по кольцу окружения составляла 110 км, а глубина его района сократилась с запада на восток на 33 км и составляла 20 км (до пос. Красный Октябрь). С севера на юг она равнялась 30 км. Общая площадь района окружения уменьшилась на 800 кв. км и составляла около 600 кв. км. Войска противника, отступавшие на восток, заняли внутренний оборонительный обвод, продолжая оказывать упорное сопротивление.

«Откуда же у него брались силы? Неужели не сказываются трудности с продовольствием? Все эти вопросы невольно вставали перед нами,- пишет Н. Н. Воронов.- Разведка доносила, что суточный рацион немцев состоит из 150 г хлеба, 65 - 70 г мяса или консервов, супа из конины и изредка 25 - 30 г масла. Но, по-видимому, при этом не учитывались какие-то тайные запасы продовольствия, которые имели немецкие соединения и части» (Воронов Н. Указ. соч. С. 69. Высказанное предположение подтверждается рассказом В. Адама о посещении им позиций 71-й пехотной дивизии. «Солдаты дивизии,- пишет он,- были в значительно лучшем состоянии, чем солдаты на западном и южном участках «отла». С начала окружения у них почти всегда были хорошо оборудованные позиции и отапливаемые убежища и, как это ни удивительно, по-видимому, достаточное питание. Вскоре, обходя подвал, я наткнулся на ряд дверей, на которых болтались тяжелые висячие замки. Сопровождавшему меня унтер-офицеру я приказал открыть их. Он неохотно выполнил мое указание. Причина стала ясна, когда двери были открыты и я увидел, что в помещениях спрятано довольно большое количество продовольствия. Очевидно, интенданты, а также ответственные за снабжение командиры дали в ноябре неправильные сведения о запасах... Росске признал, что он, не проверив, положился на данные, представленные офицерами интендантской службы» (Адам В. Указ. соч. С. 340-341).).

Маршал артиллерии Н. И. Воронов (это звание было присвоено ему 18 января 1943 г.) решил лично заняться изучением действительного положения окруженного врага и ежедневно стал уделять 2 - 3 часа для допроса пленных немецких офицеров и генералов. Кроме того, он хотел знать, как противник оценивает действия наземной и зенитной артиллерии Донского фронта.

Из показаний пленных было ясно, что среди окруженных росло недоверие к Гитлеру. Для усиления надзора за солдатами часть гитлеровских офицеров переселялась в их землянки.

Немецкое командование всячески запугивало свои войска, чтобы не допустить их сдачи в плен. В одном из приказов командующего 6-й армии говорилось:

«За последнее время русские неоднократно пытались вступить в переговоры с армией и с подчиненными ей частями. Их цель вполне ясна - путем обещаний в ходе переговоров о сдаче надломить нашу волю к сопротивлению. Мы все знаем, что грозит нам, если армия прекратит сопротивление; большинство из нас ждет верная смерть либо от вражеской пули, либо от голода и страданий в позорном сибирском плену. Но одно точно: кто сдастся в плен, тот никогда больше не увидит своих близких. У нас есть только один выход: бороться до последнего патрона, несмотря на усиливающиеся холода и голод. Поэтому всякие попытки вести переговоры следует отклонять, оставлять без ответа и парламентеров прогонять огнем. В остальном мы будем и в дальнейшем твердо надеяться на избавление, которое находится уже на пути к нам.

Главнокомандующий Паулюс» (Воронов Н. Указ. соч. С. 69.)

Разложение в войсках окруженной группировки продолжало расти. 20 января Паулюс вновь обратился к командованию группы армий и главному командованию сухопутных сил с донесениями, в которых говорилось: «Боеспособность войск быстро снижается вследствие катастрофического положения с продовольствием, горючим и боеприпасами. Имеется 16 тыс. раненых, которые не получают никакого ухода. У войск, за исключением тех, которые действуют на волжском фронте, нет оборудованных позиций, возможностей для расквартирования и дров. Начинают отмечаться явления морального разложения. Еще раз прошу свободы действий, чтобы продолжать сопротивление, пока это возможно, или прекратить боевые действия, если их нельзя будет вести, и тем самым обеспечить уход за ранеными и избежать полного разложения» (Из личного архива фельдмаршала Паулюса. С. 90.).

Встреча воинов 21-й и 62-й армий в Сталинграде
Встреча воинов 21-й и 62-й армий в Сталинграде

Ответ главного командования был отрицательным. «Капитуляция исключена. Армии выполнять свою историческую задачу, чтобы своим стойким сопротивлением до последней возможности облегчить создание нового фронта в Ростове и севернее и отвод кавказской группы армий» (Там же.).

Выполняя требования командования, окруженные немецкие войска продолжали удерживать остающуюся у них территорию. На рубеже Орловка - Гумрак - Песчанка, прикрываясь укреплениями бывшего внутреннего обвода, противник сосредоточил все свои резервы. Бессмысленность этого сопротивления становилась все более очевидной и для самих окруженных, которые продолжали гибнуть тысячами.

Операция «Кольцо» успешно завершалась. Маршал артиллерии Н. Н. Воронов и генерал-полковник К. К. Рокоссовский решили закончить ликвидацию окруженного врага общим штурмом на всем фронте. Главный удар наносила 21-я армия на Гумрак, пос. Красный Октябрь, рассекая группировку противника на две части. Войска правового фланга 65-й армии, взаимодействуя с 21-й армией, наносили удар в направлении Александровка, северная окраина пос. Красный Октябрь. 24-я армия также наступала с запада. В северо-восточной части района окружения, как и раньше, должны были наступать 62-я и 66-я армии. План завершающего удара одобрила Ставка (18 января в 17 час. 00 мин. Москва сообщила по прямому проводу Н. Воронову: «Ставка Верховного Главнокомандования утверждает Ваш план дальнейших действий по операции «Кольцо». Васильев». См.: ЦАМО СССР. Ф. 132-А. Оп. 1711. Д. 103. Л. 242.).

18 и 19 января производилась перегруппировка войск. Однако и в эти дни на левом фланге 21-й армии, а также в полосе наступления 65-й и 24-й армий продолжались напряженные бои.

22 января войска Донского фронта возобновили наступление по всему фронту. Главную роль при взломе обороны врага играли артиллерия и пехота. Об огневой насыщенности ударов можно судить по тому, что в 22-километровой полосе наступления 64, 57-й и 21-й армий было сосредоточено 4100 орудий и минометов.

За четыре дня боев наступающие войска продвинулись на 10 - 15 км. Левофланговые соединения 21-й армии овладели важным опорным пунктом противника - Гумрак, перерезав здесь железную дорогу. Войска 65-й армии 25 января заняли опорные пункты Александровка, Городище. 64-я и 57-я армии, наступавшие с юга от Сталинграда, прорвали оборону гитлеровцев на внутреннем обводе и, разгромив гарнизоны врага в Купоросном, Елынанке, Песчанке, на ст. Воропоново, в с. Алексеевка, на ст. Садовой, продвигались на восток и северо-восток. В эти дни немецкий писатель Эрих Вайнерт сделал сдедующую запись в своем фронтовом дневнике: «Последние остатки котла распадаются, 6-я гитлеровская армия сосредоточилась на краю Сталинграда и в Городище. Над степью видны беспрерывные вспышки, слышна канонада. Сотни орудий стреляют так, что можно оглохнуть.

Чем ближе подъезжаем к Сталинграду, тем ужаснее картина. По обочинам дороги сидят и лежат те, кто не мог уйти,- брошенные, разбитые, обмороженные. Один прислонился к столбу дорожного указателя и обнимает его. На столбе надпись: «Nach Stalingrad». В овраге, ведущем к хутору Гончар, вчера был, наверное, ад. Весь овраг усеян поврежденными и сгоревшими танками и машинами. Некоторые перевернуты. Сорванные башенные капоты и изорванные орудия преграждают дорогу. И на каждом шагу трупы и части человеческих тел.

...Позади нас, в овраге, гремят орудия, наведенные на последние укрепления Сталинграда. Страшные «катюши» шумят так, что содрогается земля» (Вайнерт Э. Помни Сталинград. С. 423-424.).

За 16 дней (с 10 по 25 января) немцы потеряли свыше 100 тысяч убитыми, ранеными и пленными.

Территория, занимаемая противником, сократилась до 100 кв. км. Ее протяженность с севера на юг составляла 20 км, а с запада на восток - всего 3,5 км. Войска Донского фронта подошли к юго-западной и западной окраинам Сталинграда, уничтожая врага на улицах города.

24 января Паулюс еще раз по радио доносил в гитлеровскую ставку: «Докладываю обстановку на основе донесений корпусов и личного доклада тех командиров, с которыми я мог связаться: войска не имеют боеприпасов и продовольствия; связь поддерживается только с частями шести дивизий. На южном, северном и западном фронтах отмечены явления разложения дисциплины. Единое управление войсками невозможно. На восточном участке изменения незначительные. 18 000 раненым не оказывается даже самая элементарная помощь из-за отсутствия перевязочных средств и медикаментов. 44, 76, 100, 305 и 384-я пехотные дивизии уничтожены. Ввиду вклинения противника на многих участках фронт разорван. Опорные пункты и укрытия есть только в районе города, дальнейшая оборона бессмысленна. Катастрофа неизбежна. Для спасения еще оставшихся в живых людей прошу немедленно дать разрешение на капитуляцию. Паулюс» (Дёрр Г. Указ. соч. С. 121.).

Гитлер ответил на следующий день: «Запрещаю капитуляцию! - радировал он.- Армия должна удерживать свои позиции до последнего человека и до последнего патрона!» (Видер И. Указ. соч. С. 124.).

Командование 6-й армии продолжало беспрекословно подчиняться приказам Гитлера, обрекая на гибель свои войска и бесцельно затягивая кровопролитные бои.

Утром 26 января войска 21-й и 65-й армий обрушили решительные удары на врага. Навстречу им продвигались с боями соединения 62-й армии.

В первой половине дня южнее пос. Красный Октябрь и на Мамаевом кургане войска 21-й армии, наступавшие с запада, соединились с войсками, наступавшими с востока. В то же время войска правого фланга 65-й армии вели бои за пос. Красный Октябрь и на следующий день овладели его южной частью.

Таким образом, 26 января войска противника были расчленены на две группы: южную - скованную в центральной части города, и северную - зажатую в районе заводов «Баррикады» и Тракторный ( «Вечером 26 января 6-я армия действовала двумя группировками: 11-й армейский корпус - в районе Баррикады; 4, 8-й и 51-й армейские корпуса и 14-й танковый корпус - непосредственно в Сталинграде южнее и севернее долины р. Царица» (Дёрр Г. Указ. соч. С. 121).). «Железное кольцо уничтожения все туже стягивалось вокруг того места, где завершалась ужасная трагедия обреченной на смерть армии» (Видер И. Указ. соч. С. 125.).

Противник все еще продолжал борьбу. В южной части города, окруженные 64, 57-й и 21-й армиями, находились остатки шести пехотных, двух моторизованных и одной кавалерийской дивизий (71, 371, 295, 197, 100-я (нем.) и 20-я (рум.) пехотные дивизии, 3-я, 29-я моторизованные дивизии, 1-я (рум.) кавалерийская дивизия.). Войсками 62, 65-й и 66-й армий в северной части города были окружены остатки трех танковых, одной моторизованной и восьми пехотных дивизий ( 80 16, 14-я и 24-я танковые дивизии, 60-я моторизованная дивизия, 94, 113, 389, 76, 376, 44, 79-я и 305 пехотные дивизии.). Паулюс назначил командующим северной группой войск командира 11-го армейского корпуса генерала пехоты Штреккера, а командующим южной группой войск - командира 71-й пехотной дивизии генерал-майора Росске. Фактически руководство южной группой осуществляли штаб 6-й армии и сам Паулюс, находившиеся в расположении этой группы.

С 27 января начались бои по ликвидации расчлененных группировок. Немецкие солдаты и офицеры, несмотря на приказы старших командиров, большими группами сдавались в плен. Вместе с тем враг все еще не прекращал сопротивления. В южном секторе особенно упорная борьба шла за элеватор, хлебозавод, вокзал Сталинград-Н, даргорскую церковь и прилегающие к ним здания. Войска 64, 57-й и 21-й армий с юго-запада и северо-запада сжимали кольцо окружения вокруг южной группировки противника. В ночь с 28 на 29 января левофланговые соединения 64-й армии, преодолев р. Царицу, вышли в центральную часть города. Враг был деморализован. Все чаще складывали оружие и сдавались в плен целые подразделения и части. «Сдача в плен приняла массовый характер. Только за три дня, с 27 по 29.1.43 г., части 64-й армии взяли в плен 15 тыс. солдат и офицеров» ( 11 Краткое описание пленения штаба 6-й немецкой армии во главе с ее командующим генерал-фельдмаршалом Паулюсом в Сталинграде частями 64-й армии Донского фронта 31 января 1943 г. См.: Воен.-ист. журн. 1959. № 2. С. 88.).

30 января войска 64 и 57-й армий, расчленив южную группировку противника, вплотную подошли к центру города. Весь день шли здесь упорные бои. Войска левого фланга 64-й армии - 29-я стрелковая дивизия, 38-я мотострелковая бригада и 36-я гвардейская стрелковая дивизия - вели бои за центральную часть города. 7-й стрелковый корпус и 204-я стрелковая дивизия армии М. С. Шумилова уничтожали врага к северу от устья р. Царицы, вдоль берега Волги. Войска 21-й армии наступали с северо-запада.

38-я мотострелковая бригада полковника И. Д. Бурмакова, наступавшая на площадь Павших борцов, встретила особенно упорное сопротивление противника из двух зданий на улице Ломоносова. «Из допроса пленного, захваченного при овладении одним из зданий, было установлено, что эти здания являются опорными пунктами на подступах к Центральному универмагу, в подвале которого размещается штаб 6-й немецкой армии во главе с командующим» (Там же.). Штурмующие подразделения, прорываясь к площади Павших борцов, первоначально должны были очистить от врага здания, где раньше находились обком партии и облисполком, а также прилегающие к ним дома. Эта задача была выполнена. Штурмом взяли воины остатки зданий городского театра и Дома Советов, расположенных на площади Павших борцов. Вскоре площадь была полностью очищена от гитлеровцев.

38-я мотострелковая бригада во взаимодействии с 329-м инженерным батальоном ночью с 30 на 31 января блокировала здание универмага. Телефонные проводи, идущие из штаба 6-й армии, были перерезаны. Наступил рассвет.

К Паулюсу, находившемуся в одной из комнат подвала универмага, вошел начальник штаба генерал Шмидт. Он подал командующему лист бумаги со словами: «Поздравляю Вас с производством в генерал-фельдмаршалы». Это была последняя радиограмма полученная в «котле» от Гитлера.

В это же примерно время из подвала универмага, выполняя приказ Шмидта, вышел переводчик с белым флагом и, подойдя к стоящему совсем близко, в переулке, советскому танку, заявил его командиру о готовности немецкого командования вести переговоры с советским командованием (Адам В. Указ. соч. С. 351, 357. В ряде публикаций отмечается, что вместе с переводчиком находился личный адъютант Паулюса полковник Адам. См.: Воен.-ист. журн. 1959. № 2. С. 87-91; Самсонов А. М. Сталинградская битва. От обороны и отступлений к великой победе на Волге. М., 1960. С. 543; Великая победа на Волге. С. 465. Здесь допускалась двойная неточность: во-первых, В. Адам не был личным адъютантом Паулюса, а являлся адъютантом 6-й армии (начальником управления кадров); во-вторых, он не был участником описываемого эпизода.). Танкист по радио немедленно связался со своим командиром.

К зданию универмага пришли начальник оперативного отделения штаба 38-й мотострелковой бригады старший лейтенант Ф. М. Ильченко вместе с лейтенантом А. И. Межирко и несколько автоматчиков. Они спустились в подвал универмага. Вслед за ними сюда направились капитаны Л. П. Морозов, Н. Ф. Гриценко, Н. Е. Рыбак, а затем заместитель командира бригады подполковник Л. А. Винокур и др.

Пленение Ф. Паулюса и его штаба советскими войсками
Пленение Ф. Паулюса и его штаба советскими войсками

Н. Н. Воронов, К. К. Рокоссовский допрашивают фельдмаршала Ф. Паулюса
Н. Н. Воронов, К. К. Рокоссовский допрашивают фельдмаршала Ф. Паулюса

Представителей 64-й армии в подвале приняли начальник штаба 6-й немецкой армии генерал-лейтенант Шмидт и командующий южной группой окруженных войск генерал-майор Росске. Они заявили, что готовы начать переговоры о капитуляции, но официально будут вести их с представителями штаба Донского фронта.

Старший лейтенант Ф. М. Ильченко по телефону доложил командиру бригады полковнику И. Д. Бурмакову о ходе переговоров, а тот тут же передал об этом командующему 64-й армией. Генерал М. С. Шумилов для ведения переговоров назначил делегацию во главе с начальником штаба армии генерал-майором И. А. Ласкиным.

В штаб 6-й немецкой армии группа офицеров 38-й мотострелковой бригады прибыла в 8 часов, а через 15 минут туда пришли начальник оперативного отдела штаба 64-й армии полковник Г. С. Лукин, начальник разведывательного отдела армии майор И. М. Рыжов, заместитель начальника штаба армии по политической части подполковник Б. И. Мутовин.

В комнате начальника штаба 6-й немецкой армии в это время находились Шмидт, его адъютант, командующий южной группировкой Росске, его начальник штаба, переводчик и адъютанты - всего семь немецких офицеров. Они встали, приветствовали делегацию и представились.

На требование советских командиров проводить их немедленно к генерал-фельдмаршалу Паулюсу немецкий переводчик от имени генерал-лейтенанта Шмидта ответил, что Паулюс находится в отдельной комнате и в данное время армией не командует, так как она расчленена на отдельные боевые группы.

Делегация предъявила генералам Шмидту и Росске ультиматум о немедленном прекращении сопротивления и о полной капитуляции южной группы войск. Условия капитуляции были приняты. Почти на всех участках немцы массами стали сдаваться в плен. Только в районе школы, 600 - 700 м южнее штаба Паулюса, вела стрельбу немецкая рота, полуокруженная советскими войсками. По указанию полковника Г. С. Лукина в расположение немецкой роты к зданию военторга поехал начальник разведотдела 64-й армии майор И. М. Рыжов.

Сев в машину, он в сопровождении трех немцев отправился в расположение переднего края обороны. Подъезжая к постам советских частей, майор Рыжов приказал прекратить огонь. Когда машина приблизилась к зданию школы, оттуда был вызван немецкий офицер, руководивший обороной. Ему передали распоряжение генерала Росске немедленно прекратить стрельбу, так как ведутся переговоры об общем прекращении военных действий. Это распоряжение было тут же выполнено. Опорных пунктов немцев в расположении южной группы больше не осталось, и делегация на автомашине вернулась в штаб Росске. Было около 9 часов утра (Воен.-ист. журн. 1959. № 2. С. 89.).

В подвал универмага через 40 минут после появления там делегации парламентеров 64-й армии прибыл начальник ее штаба генерал-майор И. А. Ласкин. Он вторично объявил условия капитуляции и предложил командующему южной группой генерал-майору Росске подписать приказ о прекращении боевых действий и сдаче оружия. Эти требования были выполнены. Однако, когда генерал Ласкин предложил Паулюсу отдать распоряжение о капитуляции северной группе войск, то он ответил, что не считает себя вправе дать такой приказ.

Генерал-фельдмаршал Паулюс, генералы Шмидт, Росске и другие немецкие генералы и офицеры к 12 часам дня были доставлены в Беке-товку в штаб 64-й армии, а оттуда в 19 часов отправлены в штаб Донского фронта.

31 января закончилась ликвидация всей южной группы немецко-фашистских войск. Многие тысячи солдат и офицеров германской армии, достигшие великой русской реки Волги, пожали плоды преступного авантюризма своих политических и военных руководителей. В сталинградском дневнике Эриха Вайнерта за 1 февраля 1943 г. сделана следующая запись:

«По пустынной, унылой проселочной дороге из Вертячего на север тянутся бесконечные вереницы пленных. Они идут на железнодорожную станцию. Все плетутся согнувшись, тяжело волоча ноги. С растрепанных бород свисают сосульки. Головы и плечи обернуты всем, что попалось под руку,- старым тряпьем, мешками, войлоком; кожаные сапоги или босые ноги обвязаны соломой. Вслед за ними ползет грузовик, подбирающий тех, кто не может идти. Когда кто-нибудь падает, никто из пленных даже не оборачивается. Конвойные должны поднимать их на машину.

Я кричу:

- Эй, земляки, радуйтесь, что остались живы! Гитлер и его военачальники обрекли вас на гибель: ведь вы им больше не нужны.

- Мы рассчитаемся с ними! - кричат некоторые и поднимают кулаки.

- У вас была уже такая возможность, прежде чем сотни тысяч людей отправились на тот свет. Теперь вы не имеете никакого права жаловаться.

Они ничего не ответили, только стали поправлять свои лохмотья.

И жалкая толпа побрела дальше.

Я долго смотрел вслед этому печальному шествию, пока оно не исчезло в снежной мгле» (Вайнерт Э. Помни Сталинград. С. 425.).

Необходимо было силой оружия ликвидировать и северную группу противника, командующий которой генерал Штреккер отказался дать приказ о капитуляции. Эту задачу осуществляли войска 62, 65-й и 66-й армий. Под их натиском гитлеровцы отходили в северную часть города.

1 февраля на врага был обрушен мощный удар артиллерии, который был тщательно подготовлен. «Всю ночь работали артиллеристы. Местами они ставили орудия почти вплотную. Пушки стояли в две линии. Вторая линия - в виде яруса.

1 февраля на НП было необычное оживление. Наблюдательный пункт армии оборудован в основании насыпи окружной железной дороги. Стереотрубы выведены снизу между шпалами. Прибыли Рокоссовский, Воронов, Телегин, Казаков. Все хотели видеть могучую работу артиллерии: только в 214-й (дивизии.- Л. С.) восемь артполков усиления, свыше сотни орудий стояли на прямой наводке.

И вот вся эта мощь загрохотала. После трех - пяти минут из блиндажей, из подвалов, из-под танков начали выскакивать, выползать гитлеровцы. Одни бежали, другие становились на колени, обезумев, вздымали к небу руки. Некоторые бросались обратно в укрытия, скрывались среди столбов из дыма и взвихренного камня и снова выскакивали» (Битов П. И. Указ. соч. С. 271-272.). Артиллерийская подготовка велась на участках наступления всех трех армий. Одновременно на противника обрушила бомбовые удары авиация. Немецкие солдаты и офицеры сдавались в плен.

2 февраля северная группа войск противника в заводском районе города капитулировала. Свыше 40 тыс. немецких солдат и офицеров под командованием генерала Штреккера сложили оружие. Боевые действия на берегу Волги прекратились.

В ходе ликвидации окруженной группировки с 10 января по 2 февраля 1943 г. войска Донского фронта под командованием генерала К. К. Рокоссовского разгромили 22 дивизии противника, а также свыше 160 различных частей усиления 6-й немецкой армии и частей обслуживания. 91 тыс. гитлеровцев, в том числе свыше 2500 офицеров и 24 генерала, были взяты в плен (По данным Паулюса, в плен было взято 107 800 человек. См.: Из личного архива фельдмаршала Паулюса. С. 90.). В этих боях окруженный противник потерял около 140 тыс. солдат и офицеров (Западногерманская историография отмечает, что из «котла» было вывезено авиацией 42 тыс. солдат и офицеров.).

В донесении Верховному Главнокомандующему И. В. Сталину представитель Ставки маршал артиллерии Н. Н. Воронов и командующий войсками Донского фронта генерал-полковник К. К. Рокоссовский сообщили: «Выполняя Ваш приказ, войска Донского фронта в 16.00 2.11.43 г. закончили разгром и уничтожение Сталинградской группировки противника.

...В связи с полной ликвидацией окруженных войск противника боевые действия в городе Сталинграде и в районе Сталинграда прекратились» (Правда. 1943. 3 февр.).

В наступательный период Сталинградской битвы боевые действия войск по окружению и разгрому сталинградской группировки противника проводились под руководством командующего Юго-Западным фронтом генерал-полковника Н. Ф. Ватутина, командующего Сталинградским фронтом генерал-полковника А. И. Еременко, командующего Донским фронтом генерал-полковника К. К. Рокоссовского, командующего Воронежским фронтом генерал-лейтенанта Ф. И. Голикова, под общим руководством Ставки Верховного Главнокомандования и ее представителей генералов армии Г. К. Жукова, А. М. Василевского и маршала артиллерии Н. Н. Воронова.

В этих исторических боях отличились войска генералов П. И. Батова, И. В. Галанина, А. С. Жадова, В. И. Кузнецова, Д. Д. Лелюшенко, Р. Я. Малиновского, М. М. Попова, П. Л. Романенко, Ф. М. Харитонова, В. И. Чуйкова, И. М. Чистякова, Ф. И. Толбухина, Н. И. Труфанова, М. С. Шумилова. Заслуженную славу завоевали в этих боях танковые, механизированные и кавалерийские корпуса, которыми командовали генералы В. Т. Вольский, В. М. Баданов, А. Г. Кравченко, П. А. Ротмистров, И. Н. Руссиянов, П. П. Полубояров, П. П. Павлов, А. Г. Родин, В. В. Бутков, Т. И. Танасчишин, М. В. Волков, К. В. Свиридов, И. А. Плиев, Т. Т. Шапкин и другие военачальники.

Замечательному успеху советских войск под Сталинградом способствовали авиасоединения генералов В. И. Шевченко, И. Т. Еременко, И. Л. Туркеля, В. И. Аладинского, действовавшие в составе воздушных армий генералов С. А. Красовского, Т. Т. Хрюкина, С. И. Руденко и К. Н. Смирнова. Общее руководство авиацией при подготовке и проведении наступательных операций осуществляли представители Ставки генералы А. А. Новиков, Г. А. Ворожейкин и Ф. Я. Фалалеев. Советская авиация и зенитная артиллерия, установив прочную воздушную блокаду района окружения, вывели из строя свыше 800 самолетов врага.

Победа Красной Армии под Сталинградом вызвала всеобщий подъем советского народа. Это историческое событие отметили и непосредственные участники великой битвы. Перед строем частей зачитывался приказ Верховного Главнокомандующего. Войска Донского фронта поздравлялись с успешным завершением ликвидации окруженных вражеских армий. Воинам фронта объявлялась благодарность за отличные боевые действия.

4 февраля 1943 г. в Сталинграде, в центре города, среди развалин зданий, состоялся митинг. Вместе с воинами сюда пришли рабочие и служащие сталинградских предприятий, прибыли с первым поездом железнодорожники ст. Сарепта. В принятом обращении «К бойцам и командирам Южного и Донского фронтов» трудящиеся Сталинграда горячо благодарили воинов, отстоявших волжскую твердыню. Они поклялись восстановить город, возродить его для новой созидательной жизни.

Над Волгой и ее правобережьем установилась тишина. Сталинград вновь стал тылом в идущей войне. Фронт откатывался от него все дальше.

предыдущая главасодержаниеследующая глава









Рейтинг@Mail.ru
© HISTORIC.RU 2001–2021
При использовании материалов проекта обязательна установка активной ссылки:
http://historic.ru/ 'Всемирная история'


Поможем с курсовой, контрольной, дипломной
1500+ квалифицированных специалистов готовы вам помочь