история







разделы




предыдущая главасодержаниеследующая глава

Глава IX. Пореформенная Россия



Падением крепостного права начался новый период в истории России. Капиталистические отношения, давно вызревавшие в недрах феодализма, получили теперь несравненно более широкий простор для своего роста. Однако и после буржуазной реформы 1861 г. сохранились значительные пережитки крепостничества, наложившие свой отпечаток на все последующее общественно-экономическое развитие царской России.

1. Социально-экономическое развитие России после падения крепостного права

Остатки крепостничества и развитие капитализма в сельском хозяйстве

Россия оставалась страной крупнейшего в мире помещичьего землевладения. По данным земельной переписи 1877 г., в руках дворян находилось 73 млн. десятин - более трех четвертей всей частновладельческой земли; большая и лучшая часть этой земли была собственностью немногочисленной группы владельцев крупных имений (латифундий). Около 30 млн. десятин земли принадлежало всего лишь одной тысяче земельных магнатов.

Господство дворянского землевладения сочеталось с острым малоземельем крестьян, ограбленных при «освобождении» и придавленных тяжестью выкупных платежей и налогов. Крестьяне находились в экономической зависимости от помещиков, которые широко применяли кабальные, полукрепостнические формы эксплуатации. В качестве платы за арендуемый у помещика клочок земли, за полученные в ссуду хлеб или деньги крестьянин обрабатывал господскую пашню с помощью своего примитивного инвентаря и истощенного рабочего скота. Эта система, известная под названием «отработок», являлась по существу скрытой барщиной. К концу 80-х годов XIX в. отработочная система преобладала в 17 из 43 губерний Европейской России, особенно в ее черноземном центре, густо заселенном и наиболее освоенном земледельцами.

Крепостнические пережитки подрывали производительные силы крестьянского хозяйства. Урожайность крестьянских полей оставалась крайне низкой. Неурожаи были в этих условиях хроническим явлением, как и их спутник - голодовки крестьян. С конца 70-х годов XIX в. Россия вступила в полосу затяжного аграрного кризиса. Всей своей тяжестью он лег на крестьян, вынужденных, для того, чтобы расплатиться с помещиком и казной, продавать хлеб на рынке по заведомо убыточным ценам. Одновременно увеличились размеры отработок, ухудшились условия аренды.

Переселенцы. С. В. Иванов. 80-е годы XIX в.
Переселенцы. С. В. Иванов. 80-е годы XIX в.

Как ни тяжелы были остатки крепостничества, они могли только отсрочить проникновение капитализма в сельское хозяйство. Даже в латифундиях кабальная аренда и отработки на большей части земли нередко сочетались с устройством на остальной земле «рационального», предпринимательского хозяйства. Помещики открывали в своих имениях винокуренные и сахарные заводы, приобретали усовершенствованные машины, прибегали к найму батраков.

В деревне за счет «вымывания» среднего крестьянства выделялись немногочисленная прослойка сельской буржуазии и масса пролетаризирующейся бедноты - класс сельскохозяйственных рабочих с наделом. Уравнительное общинное землепользование (с периодическими переделами надельной земли) прикрывало растущее неравенство внутри общины. Бедняки все чаще забрасывали свои наделы, сдавали их в аренду кулакам'. Последние округляли свои земли с помощью покупок и аренды у помещика. Уже в 80-х годах XIX в. зажиточные хозяева, составлявшие примерно пятую часть крестьянского населения, сосредоточили по разным губерниям от 34 до 50% всей находившейся в пользовании крестьян земли, тогда как бедняки, составлявшие половину населения деревни, имели от 19 до 32% земли.

Правда, разложение старого, патриархального крестьянства далеко не сразу приобрело в России отчетливые, развитые формы. Массовое обнищание, пауперизация крестьян заслоняли, по выражению В. И. Ленина, первые шаги сельской буржуазии ( См. В. И. Ленин, Аграрный вопрос и «критики Маркса», Соч., т. 5, стр. 171.).

Но этот мучительный процесс социальной дифференциации деревни, получивший в народе меткое название «раскрестьянивания», составлял наиболее глубокую основу роста капитализма не только в сельском хозяйстве, но и в промышленности.

Расслоение крестьянства способствовало расширению внутреннего рынка. Зажиточные крестьяне реализовали на рынке товарную часть продукции, приобретая не только предметы личного потребления, но и средства производства (улучшенные орудия, машины и прочее). Бедняки, которых не могло прокормить их маломощное хозяйство, тоже обращались к рынку, покрывая растущие расходы продажей своей рабочей силы.

В целом сельское хозяйство России все более приобретало торговый, предпринимательский характер. Рост промышленности и городов повышал спрос на сельскохозяйственные продукты. Углублявшаяся в связи с железнодорожным строительством специализация экономических районов в свою очередь содействовала повышению товарности земледелия и скотоводства. В Европейской России посевы зерно-, вых хлебов и картофеля за сорок пореформенных лет увеличились почти в полтора раза, а чистый сбор - в два с половиной раза. Быстро росло производство льна, сахарной свеклы и других культур, служивших сырьем для промышленности.

После падения крепостного права усилилось заселение южных губерний - Херсонской, Таврической, Екатеринославской, составлявших в прошлом вместе с Бессарабией так называемую Новороссию, степных районов Заволжья и Приуралья (бамарская, Саратовская, Оренбургская губернии), а позже и степного Предкавказья. За 1863-1897 гг. население всей Европейской России увеличилось на 53%, а южных и юго-восточных районов - на 92%.

Широкие масштабы крестьянской колонизации, благоприятные природные условия, близость черноморских и азовских портов, возникновение новых промышленных очагов и установление железнодорожного сообщения с центром империи-все это способствовало распашке целинных степей Причерноморья, Заволжья, Подоньи и развитию торгового земледелия. Аграрный кризис, сильнее всего поразивший «отработочные» губернии, ускорил перемещение главного центра производства зерна на юг и юго-восток. Процесс разложения крестьянства происходил здесь особенно интенсивно. Сельская буржуазия, жестоко эксплуатировавшая местную бедноту и пришлых батраков, оттеснила на второй план дворян-помещиков.

При сопоставлении особенностей развития сельского хозяйства в центральных районах, с одной стороны, и в южных и юго-восточиых - с другой, наиболее выпукло выступают два основных типа аграрной эволюции: в первом случае - медленное перерастание помещичьих барщинных хозяйств в капиталистические, сопровождаемое разорением массы крестьян и постепенным ростом кучки кулаков-ростовщиков; во втором случае - быстрое развитие земледельческого капитализма, наименее отягощенного остатками крепостничества. Но основные черты той и другой эволюции, как указывал В. И. Ленин, наблюдались во всех местностях, где существовали рядом помещичья и крестьянские хозяйства. «Две струи аграрной эволюции имеются, следовательно, налицо повсюду. Борьба крестьянских и помещичьих интересов, которая проходит красной нитью через всю пореформенную историю России.., есть борьба за тот или другой тип буржуазной аграрной эволюции» (В. И. Ленин, Аграрная программа социал-демократии в первой русской революции 1905-1907 годов, Соч., т. 13, стр. 218.).

Рост крупной машинной индустрии. Новые промышленные районы

Пореформенные десятилетия - период капиталистической индустриализации России. Крупная машинная индустрия одерживает решающую победу над мелким производством и мануфактурой. Техника производства в ведущих отраслях промышленности быстро совершенствуется. Существенное значение имело при этом то, что Россия, вступив позднее ряда других европейских стран на путь капитализма, могла использовать уже имевшиеся технический опыт и организационные формы промышленно-капиталистического развития.

После 1861 г., писал В. И. Ленин, «развитие капитализма в России пошло с такой быстротой, что в несколько десятилетий совершались превращения, занявшие в некоторых старых странах Европы целые века» (В. И. Ленин, «Крестьянская реформа» и пролетарски-крестьянская революция, Соч., т. 17, стр. 95-96.). Один из наиболее характерных показателей этого процесса - внедрение в промышленность паровых машин.

Литейные печи Режевского металлургического завода (Урал). Фотография. 1880 г.
Литейные печи Режевского металлургического завода (Урал). Фотография. 1880 г.

В 1875-1878 гг. на фабрично-заводских и горных предприятиях Европейской России работали паровые котлы и машины мощностью около 100 тыс. л. с, а к началу 90-х годов их мощность выросла уже до 256,5 тыс. л. с., увеличившись за шестнадцать лет в 21/2 раза.

В хлопчатобумажной промышленности фабрика окончательно оттесняет капиталистическую мануфактуру и тесно связанную с ней раздаточную систему, а также мелкие крестьянские промыслы. Машины заменяют ручной труд и в суконной, и в пищевкусовой, и в других отраслях промышленности. В металлургии место отсталого кричного способа производства железа занимает пудлингование. В 70-х годах быстро развивается сталелитейное производство, основанное на применении сначала бессемеровских, а затем и мартеновских печей. Таким образом, в течение двух-трех десятилетий после падения крепостного права в России завершился промышленный переворот, начавшийся еще в дореформенный период.

Важнейшими центрами развивавшейся в России капиталистической промышленности были Петербург и Москва. При этом Петербург выдвигался по преимуществу как центр машиностроения, а Москва и окружавший ее промышленный район оставались главным очагом текстильной промышленности.

Горнометаллургическая индустрия Урала, основанная в прошлом на принудительном труде подневольных рабочих, в первые годы после реформы пережила серьезные затруднения.

Доменная печь в Юзовке (Донбасс). Фотография. 1887 г.
Доменная печь в Юзовке (Донбасс). Фотография. 1887 г.

Тысячи рабочих, освобожденных от крепостной зависимости, покинули заводы. Только спустя десять лет уральская металлургия достигла уровня 1860 г. Однако и в дальнейшем она развивалась крайне медленно.

Между тем с 70-х годов XIX в. на юге страны начал формироваться новый район горной и металлургической промышленности. Сооружение двух железнодорожных магистралей, связавших Москву с Ростовом-на-Дону, дало выход донецкому углю и значительно повысило спрос на него. В районе Донецкого кряжа стали возникать новые рудники. Надшахтные постройки и конусообразные терриконы резко изменили пустынный прежде ландшафт донецкой степи.

В 1872 г. вступила в строй первая доменная печь на заводе, который построил в западной части Донецкого бассейна английский капиталист Юз, а спустя два года выдал чугун Сулинский металлургический завод, основанный русским капиталистом Пастуховым в восточной части бассейна. Оба завода - Юзовский и Сулинский - работали тогда на бедной металлом местной руде. Лишь после того как в середине 80-х годов угольный Донбасс был соединен железной дорогой с районом Кривого Рога, где находились большие запасы богатой железом руды, начался быстрый подъем южной металлургии. На полпути между Донбассом и Криворожьем возник Приднепровский металлургический район с центром в Екатеринославе. Молодая южная металлургия, не знавшая феодальных традиций и отличавшаяся более высоким техническим уровнем, стала быстро обгонять старый Урал.

Почти совершенно новой отраслью экономики России явилась нефтяная индустрия.

Бакинские нефтяные промыслы. Фотография. Конец XIX в.
Бакинские нефтяные промыслы. Фотография. Конец XIX в.

В дореформенный период добыча нефти была ничтожной, спрос на нее был невелик. Развитию нефтяной промышленности в районе Баку мешало существование откупной системы - сдача нефтяных колодцев на откуп на определенный срок. С отменой в 1872 г. этой системы и с переходом к сдаче нефтеносных участков с торгов в долгосрочную аренду вокруг Баку стали расти леса вышек, и вблизи от старого города возник новый, окутанный пеленой дыма и копоти «Черный город» с десятками нефтеперегонных заводов. За двадцать лет (с 1870 по 1890 г.) добыча нефти выросла в 140 раз - с 1,7 млн. до 242 млн. пудов. Выдающиеся открытия и изобретения русских ученых и инженеров расширили возможность применения нефтепродуктов - в качестве топлива, смазочных масел и др.- и обеспечили бакинской нефти выход на мировые рынки. В конце XIX в. Россия выдвинулась на первое место в мире по добыче нефти, оттеснив на время Соединенные Штаты.

Развитию промышленного капитализма в значительной мере способствовало железнодорожное строительство. В 1860 г. Россия имела всего 1,5 тыс. км железных дорог, а в 1892 г.- уже 31,2 тыс. км. Железные дороги связывали земледельческие районы с промышленными, окраины с центром, ускоряя процесс общественного разделения труда и рост всероссийского рынка. Вместе с тем железные дороги, являясь крупными потребителями угля и металла, машин и механизмов, содействовали подъему тяжелой промышленности.

В конце первого десятилетия после реформы Россия вступила в полосу усиленного учредительства предприятий, банков, акционерных обществ. Большая часть акционерных капиталов была вложена при этом не в промышленность, а в торговые предприятия, банковское дело и особенно железнодорожное строительство.

 Петербург. Невский проспект. Фотография. Конец XIX в.
Петербург. Невский проспект. Фотография. Конец XIX в.

Во время кризиса 1873-1875 гг. многие из этих акционерных компаний, возникших в обстановке биржевого ажиотажа, обанкротились.

Наступивший после кризиса подъем промышленности оказался кратковременным и сменился еще более сильным кризисом 1882-1886 гг. Только с 1887 г. вновь обозначилось некоторое экономическое оживление, но в 1890-1891 гг. ряд отраслей промышленности опять переживал состояние застоя. Выходу из кризиса и из депрессии мешали узость внутреннего рынка, переплетение промышленного кризиса с аграрным (затянувшимся в России до середины 90-х годов), сохранение устаревших способов и форм организации производства.

Промышленный подъем 90-х годов. Итоги капиталистического развития России к концу XIX в.

Лишь с 1892-1893 гг. развернулся новый промышленный подъем - самый значительный за весь капиталистический период. Строительство Сибирской магистрали, ряда других железных дорог, рост судостроения, более широкое использование машин и сельскохозяйственных орудий в помещичьих и кулацких хозяйствах, собственные потребности промышленности вызвали усиленный спрос на металл, уголь, нефть, паровозы, вагоны. Рост производства, особенно в отраслях тяжелой индустрии, происходил не столько путем расширения старых предприятий, сколько за счет строительства новых, главным образом в недавно освоенных капитализмом районах. К концу XIX в. южная металлургия давала более половины всей выплавки чугуна, Донбасс - свыше двух третей общероссийской добычи угля; вся добыча нефти в стране была сосредоточена в Баку.

Быстро росли города: городское население с начала 60-х годов до конца 90-х увеличилось вдвое. Крупные города отличались наибольшей концентрацией предприятий и рабочих. Население Петербурга достигло к 1897 г. 1,2 млн. человек (свыше 40% которых составляли рабочие и их семьи), население Москвы превысило один миллион. Значительно увеличилось население Одессы, Киева, Риги, Варшавы, Лодзи, Баку и др. Многие промышленные поселки фактически превратились в новые индустриальные центры - Орехово-Зуево под Москвой, Юзовка в Донбассе, Нижний Тагил на Урале.

Русское население Сибири за последнюю треть XIX в. удвоилось. С постройкой Сибирской железнодорожной магистрали, проложенной к 1897 г. до Иркутска, приток переселенцев в Сибирь увеличился. Сибирь стала поставлять в Европейскую Россию хлеб, мясо, шерсть, масло, предъявляя растущий спрос на промышленные изделия. Развивались новые города - Новониколаевск, Омск, Томск, росла добыча золота, угля и руд.

Рост крупной капиталистической промышленности стимулировал развитие банковского кредита. Коммерческие банки стали охотнее вкладывать средства в промышленность. Началось сращивание банковского капитала с промышленным. Особенно увеличились в 90-х годах иностранные капиталовложения в промышленность России: в 1890 г. иностранный капитал составлял примерно одну четверть, а к 1900 г.- свыше 40% всех акционерных капиталов. Преобладали французские и бельгийские капиталы, а германские были оттеснены с первого места, которое они занимали в 80-х годах, на третье.

Иностранные капиталисты не только приобретали акции русских предприятий, но и сами основывали в России заводы и фабрики. Английские, французские и бельгийские капиталисты захватили ключевые позиции в горнометаллургической индустрии Донбасса, Криворожья, Приднепровья, английский капитал обосновался и в нефтяном Баку. Приток иностранных капиталов ускорял темпы развития промышленности. Но уже тогда сказывались отрицательные последствия иностранного хозяйничанья: в погоне за большими дивидендами иностранцы хищнически разрабатывали богатейшие недра России, к тому же значительная часть прибылей вывозилась за границу.

Акция «Русского общества машиностроительных заводов Гартмана». 1899 г.
Акция «Русского общества машиностроительных заводов Гартмана». 1899 г.

Новые отрасли капиталистической промышленности, отличавшиеся высокой концентрацией производства и капиталов, явились и очагом первых монополий в России. Еще в начале 80-х годов появились картельные соглашения между владельцами крупных рельсопрокатных и мостостроительных заводов.

 Производство ножниц в кустарной мастерской (село Павлово Нижегородской губернии). Фотография. 90-е годы XIX в.
Производство ножниц в кустарной мастерской (село Павлово Нижегородской губернии). Фотография. 90-е годы XIX в.

В 1887 г. возник синдикат сахарозаводчиков, охвативший к началу 90-х годов почти девять десятых всех предприятий этой отрасли. Синдикат керосинозаводчиков, организовавшийся в 1893-1894 гг., контролировал фактически всю нефтедобычу Бакинского района. Однако эти ранние монополии были неустойчивы и быстро распадались.

Наряду с крупной машинной индустрией сохраняло свое значение, а местами значительно выросло мелкое товарное производство. Огромные пространства России и неравномерность экономического развития способствовали этому. Если в одних районах крупная промышленность вытесняла и поглощала мелкую, то в других районах, особенно в отсталых отраслях промышленности, развитие капитализма проявлялось лишь в его начальных формах.

Несмотря на сравнительно высокие темпы индустриального развития, пореформенная Россия, отягощенная крепостническими пережитками, продолжала отставать от главных капиталистических стран и по абсолютному объему производства, и еще более - по размерам производства на душу населения.

Нигде в Европе не проявились столь ярко, как в России, социальные контрасты: города с огромными фабриками, электростанциями, большими зданиями существовали рядом с маленькими глухими деревушками, где жители ходили в лаптях и домотканной одежде, пахали прадедовской сохой и убирали урожай серпами. Огромные естественные ресурсы страны, особенно в Сибири, оставались в значительной мере неиспользованными. Даже в наиболее развитых отраслях промышленности крупные размеры производства, передовая для того времени техника сочетались с самым широким использованием дешевого ручного труда. Выдающиеся достижения русской научно-технической мысли, получившие мировое признание, во многих случаях оставались без применения в самой России.

Аграрный характер экономики определял и место России в мировом хозяйстве. В страну импортировались машины, готовые изделия и металлы. Вывозила же Россия прежде всего хлеб. К концу XIX в. она была крупнейшей житницей Европы, являясь также крупным поставщиком леса, льна, пеньки и других видов сырья.

Экономическое развитие национальных районов Российской империи

Развитие капитализма в пореформенной России характеризовалось двумя тесно связанными между собой процессами: дальнейшим ростом сложившихся уже капиталистических отношений и распространением их на новые территории. Первый процесс В. И. Ленин называл развитием капитализма вглубь, второй - вширь (См. В. И. Ленин, Развитие капитализма в России, Соч., т. 3, стр. 522.).

Оба эти процесса проявлялись и в экономике национальных районов: первый - сильнее всего на западных окраинах, прежде всего в Прибалтике и Польше, второй - на Кавказе и в Средней Азии.

Королевство Польское принадлежало к экономически наиболее развитым частям Российской империи. Относительно быстрому росту капитализма способствозала здесь аграрная реформа, проведенная в период восстания 1863-1864 гг. Реформа, сохранив крупное помещичье землевладение, оставила вместе с тем крестьянам почти всю находившуюся в их пользовании землю, причем крестьяне платили за нее в целом меньше, чем в России. Существенным моментом являлось также отсутствие общины в польской деревне. Расслоение крестьянства шло поэтому интенсивно. В капитализирующихся помещичьих и кулацких хозяйствах широко применялся дешевый наемный труд. Одновременно сохранилась в значительных размерах кабальная эксплуатация малоземельных крестьян.

Сельское хозяйство было связано с рынком и обрабатывающей промышленностью; в пореформенный период значительно выросло производство картофеля и свеклы для винокурения и сахарных заводов, а также зерна и продуктов животноводства. В конце 70- начале 80-х годов Польша занимала одно из первых мест в империи по производству и потреблению сельскохозяйственных машин и орудий.

В промышленном производстве Польши конца XIX в. еще преобладала пищевкусовая и текстильная промышленность. С 1878 по 1884 г. производство пряжи и тканей увеличилось по стоимости почти вдвое (с 21 млн. до 41 млн. руб.); большая часть продукции вывозилась внутрь России и на восточные рынки. Технически хорошо оборудованные лодзинские фабрики успешно соперничали с хлопчатобумажной промышленностью центра России. В 80-х годах под давлением московских фабрикантов царское правительство приняло ряд мер, направленных против конкуренции Лодзи. Позже эти меры были отменены, и лодзинская промышленность сохранила свои традиционные связи с русским рынком.

Значительным промышленным центром стал также Варшавский район, где находились крупные металлообрабатывающие и машиностроительные заводы, множество средних и мелких предприятий легкой промышленности и почти все сахарные заводы Польши. Особенно быстро развивалась горная и металлургическая индустрия - в Сосновицах и Домбровском каменноугольном бассейне. Как и заводы Юга России, крупные железоделательные предприятия Польши находились в руках иностранцев (металлургические заводы «Гута Банкова» в Домброве принадлежали французам, «Екатерина» и «Александр I» в Сосновицах - немцам). Некоторые позиции в горной промышленности приобрел и польский капитал.

Одним из главных центров земледельческого капитализма в пореформенной России стала Прибалтика. Для аграрного строя Эстонии и Латвии были характерны огромные земельные имения немецких (остзейских) баронов, массовое обезземеливание крестьян, быстрый рост хозяйств кулаков - «серых баронов». Последние скупали землю у крестьян, а также у помещиков, которые распродавали часть своих имений в целях мобилизации средств для вложения в предпринимательское хозяйство с животноводческим направлением. Разорившиеся крестьяне арендовали землю на тяжелых условиях или нанимались батраками в имения тех же помещиков и кулаков.

Промышленность Прибалтики развивалась как составная часть общероссийской капиталистической системы, в непосредственной связи с ростом Петербургского промышленного района. Наиболее быстро росла капиталистическая промышленность в Латвии, особенно после упразднения в 1877 г. цехового устройства. В Риге и некоторых других городах строились металлообрабатывающие, вагоностроительные, химические предприятия (со значительным участием иностранного, главным образом германского, капитала); росла текстильная промышленность. Крупные прибалтийские города, связанные с внутренними районами развитой железнодорожной сетью, являлись одновременно портами, имевшими большое значение во внешней торговле России.

Для экономики Украины характерно было сочетание процессов развития капитализма «вглубь» и «вширь». Юг Украины - новый район земледельческого и промышленного капитализма быстро развивался за счет огромного прилива населения из украинских и особенно великорусских губерний. В Приднепровье громадные свекловичные плантации и сахарные заводы принадлежали земельным магнатам - русским и польским, представителям крупной украинской и еврейской буржуазии. В массовых размерах применялся труд постоянных и сезонных рабочих как в крупных имениях, так и в кулацких хозяйствах. Несмотря на сравнительно широкое развитие капиталистических отношений, распространены были и отработки, больше всего в левобережных губерниях (Черниговской, отчасти Полтавской и Харьковской).

Некоторые сходные с Украиной черты имело социально-экономическое развитие Литвы и Белоруссии (в особенности ее западных губерний, где преобладали капиталистическая система земледелия и связанная с ним винокуренная промышленность). Молдавия вместе со степной Украиной и Предкавказьем входила в район предпринимательского зернового хозяйства; она являлась также одним из основных центров виноградарства и виноделия в России.

Для восточных окраин Российской империи определяющим моментом было переплетение развивающегося капитализма с сохранившими громадную силу феодальными и патриархальными отношениями. Прогрессивный процесс втягивания этих районов и областей в общероссийское, а тем самым й мировое товарно-капиталистическое хозяйство принимал особенно мучительные, уродливые формы.

Закавказье все более превращалось в рынок сбыта и сырьевую базу для российской капиталистической промышленности. Этому способствовало сооружение в 70-80-х годах Закавказской железной дороги, соединенной в начале XX в..с железнодорожной сетью России. Долины Армении, а затем и Азербайджана стали покрываться хлопковыми плантациями. В Абхазии быстро развивалось табаководство. В Кахетии увеличилось производство вина. Под влиянием конкуренции привозимых из России дешевых фабричных изделий пришли в упадок местные кустарные промыслы. Даже в горных районах капитализм преодолевал вековую замкнутость, повсюду создавая рынок для своих товаров.

Русских и иностранных капиталистов привлекали богатейшие месторождения нефти в Баку и на Северном Кавказе (Грозный), залежи медной руды в Армении, марганца в Грузии. Но возникшие в пореформенный период индустриальные центры почти не были связаны с местным рынком, представляя собой как бы промышленные оазисы в крае, где преобладало отсталое сельское хозяйство.

Проведенные в 1864-1871 гг. в Закавказье аграрные реформы сохранили пережитки феодализма в еще большей степени, чем во внутренних губерниях России. Главной фигурой в деревне остался крупный землевладелец (тавад, хан, бек). Значительная часть крестьян находилась на положении «временнообязанных», т. е. по-прежнему выполняла феодальные повинности.

В Средней Азии, как и на Кавказе, интересы дворянских верхов Российской империи совпадали с интересами русской буржуазии. Для самодержавия это был важный стратегический плацдарм, источник доходов казны и обогащения военно-колониальной администрации; для капиталистов-новый рынок сбыта и хлопковая база текстильной промышленности. За последние 15 лет XIX в. площадь хлопковых плантаций, главным образом в Узбекистане, расширилась с 41 тыс. до 356 тыс. десятин, а вывоз хлопка в центр России достиг к 1900 г. почти 5 млн. пудов. Русские текстильные фирмы и банки занимались скупкой хлопка с помощью местных феодально-ростовщических элементов. Экспортеры и посредники наживались, а масса хлопководов-дехкан разорялась, имущество их переходило за долги к скупщику.

Включение Средней Азии в общероссийскую капиталистическую систему и, в частности, строительство железных дорог способствовали разрушению старых, натуральных форм хозяйства, вызреванию капиталистических отношений, росту городов. На смену еще господствующим родоплеменыым связям шли новые, национальные связи. Однако все эти процессы, находившиеся еще в своей начальной стадии, тормозились колониальным режимом.

Политика национального угнетения, проводимая царизмом, насильственно задерживала экономическое и культурное развитие всех народов, входивших в империю. Но несмотря на гнет царизма и вопреки ему, экономическое сближение национальных окраин с великорусским центром имело важные прогрессивные последствия. Главные из них - растущие связи между народами России, взаимное обогащение их культур, глубокое воздействие передовой русской общественной мысли и революционно-демократического движения на духовное и политическое развитие угнетенных народов, зарождение и развитие единства революционных действий русского пролетариата и трудящихся масс окраин.

Изменения в социальной структуре России. Помещики и буржуазия

Под влиянием развивающегося капитализма произошли значительные изменения в социальной структуре русского общества.

Дворянство продолжало оставаться господствующим классом, но оно уже не было столь однородным, как прежде, и в экономическом, и в политическом отношении. Многие помещики не сумели приспособиться к новым условиям, быстро прожили выкупные суммы, распродали или заложили свои земли и усадьбы. С 1877 по 1905 г., по данным земельных переписей, площадь дворянского землевладения сократилась на 25%; особенно быстро этот процесс развивался во время аграрного кризиса конца XIX в. Одновременно росли помещичьи хозяйства капиталистического типа и сохраняли свое доминирующее положение в центральных районах полу крепостнические латифундии. Владельцы латифундий являлись наиболее реакционной силой. Из их среды выходили крупнейшие представители царской администрации-губернаторы и генерал-губернаторы, пользовавшиеся огромной властью на местах, высшие военные чины, министры. Титулованная знать и верхушка служилой бюрократии входиди в Государственный совет - совещательный орган при царе, сохранившийся в неприкосновенности от крепостной эпохи.

Помещики нового, капиталистического типа представляли значительно менее влиятельную в политическом отношении группу. Их опорой были созданные реформой 60-х годов земства, функции которых ограничивались узким кругом вопросов местного благоустройства, здравоохранения и просвещения. Дворяне-земцы играли ведущую роль в либерально-оппозиционном движении, пытаясь путем соглашения с правящей верхушкой добиться дальнейшего развития буржуазных реформ и создания в рамках самодержавного строя представительных учреждений для господствующих классов.

Русская буржуазия начала складываться еще в крепостную эпоху. В пореформенные десятилетия этот процесс ускорился. Вчерашние купцы, откупщики, хлеботорговцы, разбогатевшие деревенские кулаки и ростовщики превращаются в железнодорожных, промышленных, банковских воротил. Экономической силе торгово-промышленной буржуазии не соответствовали ее крайне слабый политический вес и отсутствие какой-либо классовой организации. Возникшие в 60-70-х годах общества и съезды промышленников (Совет съезда горнопромышленников юга России, Постоянная совещательная контора железозаводчиков, Совет съезда бакинских нефтепромышленников и др.) представляли узкие, своекорыстные интересы отдельных групп и слоев крупной буржуазии. Русская буржуазия не была революционным классом; в пореформенное время, перед лицом надвигавшихся социальных потрясений она стремилась обеспечить себе покровительство со стороны царизма с его полицией, армией, бюрократией.

В свою очередь царизм, оставаясь диктатурой дворян-помещиков, вынужден был учитывать во все большей мере потребности капиталистического развития страны. Без крупной промышленности и железных дорог царская Россия не могла сохраниться как великая держава, не могла участвовать в обостряющейся борьбе капиталистических государств за раздел мира. Содержание армии и полицейско-бюрократического аппарата требовало огромных средств. Старые источники доходов, унаследованные от крепостного времени, приходилось дополнять новыми. Быстро росли косвенные налоги - акцизы на сахар, табак, керосин и др., связанные с развитием промышленности. Однако этот рост налогов, разорявший широкие массы населения, не поспевал за непрерывным увеличением расходов. Выход искали во внешних займах. Задолженность России ее иностранным кредиторам выросла с 537 млн. руб. в 1861г. до 3 966 млн. руб. в 1900г. Царизм все больше зависел от европейских бирж: в 60-70-х годах - главным образом берлинской, а с середины 80-х годов - парижской,значение которой для России быстро возрастало по мере ухудшения русско-германских отношений. Превращение Франции в банкира царизма ускоряло в свою очередь оформление внешнеполитического союза обеих стран. Династические узы и монархические симпатии, традиционно связывавшие русский двор с прусско-германским, должны были отступить перед неумолимыми требованиями экономической и политической борьбы.

С этими требованиями приходилось считаться и внутри страны. Направляя львиную долю денежных ресурсов России на военные и административные расходы и субсидирование помещиков (для чего в 80-х годах был учрежден, в частности, специальный Дворянский банк), царское правительство стремилось одновременно ускорить промышленное развитие страны с помощью иностранных капиталов. Такова была одна из основ финансово-экономической политики пореформенной монархии, с особенной настойчивостью проводившейся в жизнь С. Ю. Витте (министр финансов в 1892-1903 гг.). Интересам русских и обосновавшихся в России иностранных капиталистов отвечали введение высоких таможенных пошлин, денежная реформа 90-х годов (переход к золотому обращению), экспортные премии, государственные гарантии доходов частных железнодорожных обществ, щедро оплачивавшиеся казенные заказы и т. д. В этой политике «воспособления» капиталу немалую роль играли и корыстные интересы царских сановников и титулованных аристократов, участвовавших в операциях акционерных обществ и банков.

В. И. Ленин так характеризовал социально-политический строй России к концу XIX - началу XX вв.: «... Царь является главой господствующего класса, именно класса крупных землевладельцев, которые уже тысячью нитей связаны с крупной буржуазией и готовы защищать всеми средствами насилия свою монополию, привилегии и барыши» (В. И. Ленин, Доклад о революции 1905 года, Соч., т. 23, стр. 229.).

В несколько ином положении находились имущие классы в национальных районах России. Правда, и здесь были свои местные отличия. Так, прибалтийские бароны издавна поддерживались царизмом, были близки ко двору и пополняли собой высшую администрацию. Тесно был связан с самодержавием ряд польских земельных магнатов - владельцев латифундий на Украине, грузинских князей и др. Но в целом помещичье-буржуазная верхушка угнетенных наций чувствовала себя ущемленной. Рост капитализма на окраинах, формирование и развитие наций создавали основу для возникновения национальных движений. На начальном этапе ведущая роль в большинстве этих движений принадлежала буржуазии. Претендуя на роль представительницы «общенародных» интересов, буржуазия стремилась потеснить со своего рынка русских и иностранных конкурентов, устранить преграды развитию национального языка, школы, культуры, упразднить некоторые, наиболее отжившие феодально-сословные институты, добиться политических прав и известных привилегий для себя. Такой характер носили, например, движение «младолатышей» в Прибалтике, направленное в первую очередь против засилья немецких баронов и капиталистов; деятельность культурно-просветительных обществ, так называемых громад, среди украинской интеллигенции; просветительное движение в Грузии, Армении, Азербайджане и т. д. Все эти движения были весьма неоднородны по своему составу: наряду с умеренно-либеральными элементами в них участвовали и элементы демократические. В дальнейшем в зависимости от конкретных условий, уровня экономического и политического развития отдельных национальных районов, а главное от степени активности народных масс, происходило идейно-политическое размежевание, причем большинство национальной буржуазии вступало в блок с феодально-клерикальными слоями и искало соглашения с царизмом.

Формирование промышленного пролетариата

Самым важным явлением социальной жизни пореформенной России было формирование и рост нового класса - пролетариата.

Еще при проведении реформы 1861 г. подверглись обезземеливанию по крайней мере 4 млн. крестьян. В дальнейшем неуклонно росло число безлошадных дворов, семей, лишенных собственного инвентаря и вовсе забросивших хозяйство. Создавалось искусственное аграрное перенаселение. Миллионы крестьян вынуждены были уходить из деревни в поисках заработка. Отчасти они поглощались капитализирующимся сельским хозяйством в качестве батраков. В 80-х годах XIX в. в Европейской России насчитывалось не менее 3,5 млн. сельскохозяйственных рабочих. Но в большинстве случаев резервы рабочей силы, накоплявшиеся в результате пролетаризации деревни, направлялись в промышленность. В состав пролетариата влилась и значительная часть рабочих дореформенного периода, разорившихся кустарей, ремесленников и выходцев из городской мелкой буржуазии.

В конце XIX в. В. И. Ленин на основании детального анализа ряда источников пришел к выводу, что к пролетарским слоям населения России (без Финляндии) следует отнести в целом не менее 22 млн. человек, из которых собственно наемные рабочие, занятые в сельском хозяйстве, фабрично-заводской, горной промышленности, на железнодорожном транспорте, в строительном и лесном деле, а также занятые на дому, составляют около 10 млн. человек (См. В. И. Ленин, Развитие капитализма в России, Соч.8 т. 3, стр. 442, 510.).

Формирование промышленного пролетариата в России происходило в обстановке быстрого развития машинной индустрии. В связи с этим и концентрация рабочих на крупных и крупнейших предприятиях в России была выше, чем в ряде старых капиталистических стран Европы.

В город на заработки. А. К. Фендрик. 1901 г.
В город на заработки. А. К. Фендрик. 1901 г.

К 1890 г. три четверти всех рабочих, занятых в фабрично-заводской и горной промышленности России, были сосредоточены на предприятиях, имевших 100 и более рабочих, и почти половина - на предприятиях с числом рабочих 500 и больше. В горнозаводской промышленности крупнейшие предприятия (с числом рабочих свыше 1000 человек) составляли 10% всех промышленных предприятий России, но сосредоточивали 46% общего числа рабочих.

Завершение перехода от мануфактуры к фабрике явилось, таким образом, решающим рубежом в складывании пролетариата. Старый мануфактурный рабочий, тесно связанный с мелкой собственностью, сменялся потомственным пролетарием, для которого единственным источником существования становилась продажа рабочей силы. В металлообрабатывающей, машиностроительной промышленности уже в 80-x годах абсолютное большинство рабочих составляли пролетарии, часто лишь по сословному признаку продолжавшие числиться крестьянами. Однако этот процесс задерживался сохранением остатков крепостничества. Характерная особенность капиталистического развития России - быстрый рост фабричных центров, расположенных в сельских местностях, ближе к источникам дешевой рабочей силы,- также затрудняла разрыв связи с землей даже у кадровых рабочих (прежде всего в таких отраслях, как текстильная, обработка сельскохозяйственного сырья). Но это же явление имело и другую сторону: оно вело к тесному сближению крестьянской массы с пролетариатом.

Складывание промышленного пролетариата происходило как общероссийский процесс. При этом пролетариат Украины формировался как из украинского, так и из

русского населения; значительным был процент русских рабочих и в рядах пролетариата Прибалтики, Белоруссии, Закавказья, Средней Азии. Так создавалась и крепла объективная основа сплочения рабочих разных национальностей и развития среди них идей пролетарской солидарности.

Переплетение экономического и политического гнета делало положение рабочего в России особенно тяжелым. Никаких законодательных ограничений рабочего дня не существовало, пока в 90-х годах рабочие своей борьбой не принудили к этому царизм. В 60-80-х годах рабочий день измерялся, как правило, 12-14 часами тяжелого труда, а во многих случаях превышал и 14 часов. На сибирских золотых приисках, на плантациях сахарных заводов он продолжался «от утренней зари до вечерней». Женщины и дети работали столько же, сколько мужчины. Реальный заработок рабочих был значительно меньше номинального. Предприниматели заставляли покупать продукты в фабричной лавке по грабительским ценам, взыскивали высокую плату за место в тесных и грязных бараках, взимали штрафы, доходившие подчас до половины заработка.

«Записка» на получение товаров из заводского магазина. 90-е годы XIX в.
«Записка» на получение товаров из заводского магазина. 90-е годы XIX в.

Любое проявление протеста рабочих против невыносимых условий труда и быта представители царской администрации расценивали как «бунт» и «беспорядок», всегда становясь на сторону капиталистов.

2. Общественное движение 70-х годов. Революционное народничество. Дворянская реакция 80-х годов

Общие черты революционно-демократического движения 70-х годов

Вся обстановка в стране - разорение крестьянских масс и варварские формы капиталистической эксплуатации, незавершенность буржуазных реформ и стремление дворянских верхов повернуть вспять, к дореформенным порядкам, полное политическое бесправие народа и всевластие царских чиновников - создавала почву для нового оживления демократического движения. При всей ограниченности преобразований 60-х годов они открывали все же большую, чем в прошлом, возможность для оппозиционной и революционной деятельности. Очагом ее были, в частности, высшие учебные заведения, в которые двинулась после реформы разночинская молодежь. Главной легальной трибуной передовой демократической мысли стал журнал «Отечественные записки», перешедший в 1868 г. в руки соратников Н. Г. Чернышевского - Н. А. Некрасова и М. Е. Салтыкова-Щедрина. Значительное влияние на ход событий в России оказали также рост международного рабочего движения и деятельность I Интернационала, героическая борьба парижских коммунаров.

Шахтерка. Н. А. Касаткин. 1894 г.
Шахтерка. Н. А. Касаткин. 1894 г.

В. И. Ленин рассматривал развитие революционного движения в России от падения крепостного права до середины 90-х годов как один период - буржуазно-демократический по своему классовому содержанию, разночинский по составу участников движения, народнический (в широком смысле слова) по их мировоззрению. Народничество,- говорил Ленин,- это «громадная полоса общественной мысли» (Ленинский сборник XIX, стр. 237.). 70-е годы были временем его расцвета.

Новое поколение революционеров, выступившее на общественную арену в начале 70-х годов, связывали с их предшественниками, действовавшими в 50-60-е годы, как общие демократические взгляды, так и убеждение в возможности для России миновать капиталистический путь развития, вера в осуществимость перехода к социализму через сельскую общину; и те и другие рассматривали крестьянство как основную силу, способную подняться на социалистическую революцию. В то же время между наиболее зрелыми представителями революционно-демократического движения 60-х годов и их преемниками, действовавшими в 70-е годы, были существенные различия. В лице своих влиятельных идеологов (П. Л. Лаврова, Н. К. Михайловского и др.) народничество отступило от последовательного материализма Чернышевского в сторону идеалистической философии и субъективистской социологии с характерной для нее недооценкой решающей исторической роли народных масс и преувеличенным представлением об общественном призвании интеллигенции. Большинство революционных деятелей 70-х годов в отличие от основного ядра революционеров-шестидесятников долгое время занимало анархистские или полуанархистские позиции; они отрицали необходимость политической борьбы, исходя из ошибочного убеждения, что крестьянская революция одним ударом покончит и с монархическим строем, и с социально-экономическими порядками, основанными на эксплуатации масс. Воззрения одного из основоположников анархизма Михаила Бакунина получили в это время широкое распространение в среде революционной молодежи.

П. Л. Лавров. Фотография. 70-е годы XIX в.
П. Л. Лавров. Фотография. 70-е годы XIX в.

Народничество 70-х годов распадалось на несколько течений. Разногласия касались в основном вопросов тактики. Последователи Бакунина считали народ готовым для революции; задачу революционной интеллигенции они видели в возбуждении крестьян к активным боевым выступлениям («бунтам») и в объединении разрозненных волнений во всероссийское крестьянское восстание. Сторонники другого видного вождя народничества - Петра Лаврова (профессора Петербургской артиллерийской академии, вступившего в 60-х годах в освободительное движение и затем бежавшего за границу из ссылки) исходили из необходимости большой подготовительной работы революционного характера, главным образом пропагандистской, а к «бунтарской» деятельности относились отрицательно. Было и третье течение, родственное бланкизму. Его основатель, известный журналист демократического лагеря Петр Ткачев отстаивал заговорщическую тактику и необходимость захвата власти небольшим революционным меньшинством.

Взятое в целом, при всех своих оттенках и различиях, народничество являлось своеобразным выражением интересов широких крестьянских масс. Преобладание и в пореформенной России класса мелких производителей, страдавших больше от крепостнических пережитков, чем от вызревавших капиталистических отношений, замаскированность последних общинными порядками в деревне и широким распространением «кустарных» промыслов - таков был источник длительного существования народнического течения, соединявшего в себе крестьянский демократизм с утопическим социализмом.

Революционное движение в России имело в 70-е годы широкие связи с западноевропейским социалистическим движением. Крупнейшим событием явился выход в Петербурге в 1872 г. первого тома «Капитала» - первого по времени иностранного перевода бессмертного творения Маркса. Спустя несколько лет народники писали Марксу, что «Капитал» сделался в России «настольной книгой образованных людей». Однако воспринять все глубочайшее содержание марксова труда и тем более построить на основе его правильную теорию революционные народники не смогли. Для них было совершенно чуждо понимание классовой природы пролетариата и его исторической миссии: под «работниками» они понимали трудящихся вообще, прежде всего крестьян. Ряд идеологов народничества тогда, и особенно позднее, пытался «по Марксу» опровергнуть неизбежность капиталистического развития России.

Маркс и Энгельс знали, что представители революционного народничества не стоят и не могут стоять на позициях научного социализма, но все их симпатии были на стороне русских революционеров, которые вели один на один борьбу с могущественным и беспредельно жестоким врагом - царским деспотизмом. Веря в неизбежность русской революции, Маркс и Энгельс ожидали, что она развяжет руки рабочему и социалистическому движению Европы и выдвинет Россию в авангард мирового революционного движения. Поэтому они с исключительным вниманием следили за внутренней жизнью России, поддерживали личные отношения и находились в переписке со многими русскими политическими и культурными деятелями - Лавровым, мужественным революционером Германом Лопатиным - членом Первого Интернационала, с экономистами и социологами Н. Ф. Даниельсоном, М. М. Ковалевским и др. Основоположники марксизма высоко ценили достижения передовой русской общественной мысли, ее критическую направленность и «самоотверженные искания частой теории, достойные народа, давшего Добролюбова и Чернышевского» (Ф. Энгельс - Е. Паприц, 26 июня 1884 г., К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. XXVII, стр. 389.). Вместе с тем Маркс и Энгельс выступали с критикой народнической доктрины, вскрывали несостоятельность бакунинского анархизма, ошибочность воззрений Ткачева на социальную природу царизма и задачи русской революционной партии; несмотря на свою дружбу с Лавровым, они подвергли острой критике его попытки «примирить» марксистов со сторонниками Бакунина в Интернационале.

«Хождение в народ». Народнические организации

Первые симптомы назревающего революционного подъема сказались уже в конце 60-х годов. Участились студенческие волнения; оживилась демократическая публицистика.

Среди многочисленных кружков молодежи, возникших в это время, наибольшее значение имели несколько ведущих революционных групп, действовавших в Петербурге, Москве, Киеве, Одессе и некоторых других городах. Число членов этих групп было сравнительно невелико, но в их состав входил цвет тогдашней революционной интеллигентской молодежи; здесь начали свой путь многие крупные деятели народнического движения. Петербургский и тесно связанные с ним другие кружки сначала ограничивались организационной и пропагандистской работой среди интеллигенции, распространяли литературу радикально-демократического и социалистического содержания. В дальнейшем они приступили также к пропаганде среди городских рабочих, в которых народники видели посредников между революционной интеллигенцией и деревенской массой.

Воодушевленные первыми успехами революционной пропаганды и ростом числа своих сторонников, народнические кружки и группы стремились как можно скорее приступить к решению главной задачи - подготовке крестьянской революции. Так родилось «хождение в народ», высшая точка которого приходится на весну и лето 1874 г. Настроение его участников хорошо передал писатель-демократ В. Г. Короленко: «Если общая посылка (т. е. вера в близкий социалистический переворот,- Ред.) правильна, то вывод действительно ясен: нужно «отрешиться от старого мира»; нужно «от ликующих, праздно болтающих, обагряющих руки в крови», уходить туда, где «работают грубые руки» и где, кроме того, зреет какая-то формула новой жизни».

Движение охватило тысячи людей - главным образом в центральных великорусских губерниях и на Украине. Но оно было лишено общей организации. Отдельные кружки или лица действовали обычно на свой страх и риск, почти не имея конспиративных навыков. Народники были уверены, что их призывы воспламенят крестьянскую массу и сразу поднимут ее на активную борьбу. Распространена была «летучая» («бродячад») форма агитации: революционеры, одетые в крестьянское платье, переходили с места на место, распространяя свои идеи и лозунги.

Усилия народников не увенчались успехом. Прежде всего стала быстро обнаруживаться иллюзорность их представлений об укладе деревенской жизни и социалистических инстинктах «мужика». С другой стороны, правительство приняло срочные меры длн разгрома движения. По стране прокатилась волна обысков и арестов, многие сотни молодых мужчин и женщин были брошены в тюрьмы.

Неудача «хождения в народ» поставила перед революционной интеллигенцией вопрос о путях и средствах дальнейшей борьбы. На тайных сходках 1875-1876 гг. определилась тенденция ограничить ближайшую программу требованиями, уже осознанными, по мнению революционеров, самим народом. Земля и воля, т. е. передача крестьянам всех земель в государстве и освобождение крестьянской общины от всякой опеки, полное ее самоуправление,- таков стал теперь центральный лозунг. Народники решили перейти от «летучей» деятельности к созданию длительных и прочных поселений в деревне. Наконец, был сделан вывод о необходимости серьезной организации революционных сил, крепкой революционной дисциплины. Все эти положения легли в основу энергичной деятельности тайного общества народников, созданного в 1876 г. и позднее получившего название «Земля и воля» (так назывался и его подпольный печатный орган). К числу руководителей общества принадлежали: студент Горного института, активный участник пропаганды в среде рабочих Георгий Плеханов, блестящий организатор и конспиратор Александр Михайлов, один из ветеранов народничества Марк Натансон и другие.

В ответ на репрессии «землевольцы» предпринимали террористические акты. Первое время террор рассматривался ими только в качестве орудия самозащиты и как возмездие за погубленных товарищей. Но постепенно, но мере нараставшего разочарования результатами пропагандистской деятельности, он стал приобретать самодовлеющее значение.

Первые рабочие сююзы

Главной фигурой в революционном движении оставался, как и в 60-е годы, революционер-разночинец. Но для 70-х годов характерно уже весьма заметное участие в нем и передовых рабочих.

В это время значительно усилилась стачечная борьба. В среднем в год проис-ходило около тридцати крупных конфликтов на предприятиях. Особенно много стачек и волнений отмечалось в текстильной и металлообрабатывающей промышленности Петербурга, немало стачек было в Москве и окружающем ее фабричном районе, а также на Украине. Наиболее крупными выступлениями рабочих этих лет были: стачки рабочих Невской бумагопрядильни в Петербурге в 1870 г., на

Кренгольмской мануфактуре (под Нарвой, в Эстонии) в 1872 г., на Новой бумаго-прядильне в Петербурге в 1878и 1879 гг., неоднократные волнения на петербургском Семянниковском заводе.

С начала 70-х годов в Петербурге, Одессе и других местах стали возникать кружки рабочих, в которых революционеры из числа учащихся и молодой интеллигенции вели пропаганду, а также проводили занятия по общеобразовательным предметам. Хотя народники рассматривали эту свою деятельность как вспомогательную, именно она дала наибольшие и непредвиденные ими самими результаты. Отдельные участники кружков выдвинулись в первые ряды революционных борцов: ткач Петр Алексеев, слесарь Виктор Обнорский. Немного позднее видную роль стал играть столяр Степан Халтурин, умный и начитанный рабочий, талантливый организатор, бесстрашный революционный боец, глубоко захваченный интересами развивающегося рабочего движения.

Степан Халтурин. Фотография. 70-е годы XIX в.
Степан Халтурин. Фотография. 70-е годы XIX в.

Из одесских рабочих кружков в 1875 г. возникла под руководством Е. О. Заславского первая в стране революционная рабочая организация - «Южнороссийский союз рабочих», вокруг которого объединилось (вместе с сочувствовавшими ей рабочими) около 200 человек. Согласно своему уставу, Союз ставил целью «пропаганду идеи освобождения рабочих из-под гнета капитала и привилегированных классов». Союз был в конце 1875 г. разгромлен властями. Год спустя, в Петербурге на площади перед Казанским собором состоялась впервые в России открытая революционная демонстрация. В ней приняло участие несколько сот студентов и рабочих, поднявших красное знамя, на котором были написаны слова: «Земля и воля». Инициатива в организации этой демонстрации принадлежала в значительной мере рабочим кружкам, связанным с землевольцами.

В 1878 г. в Петербурге оформился «Северный Союз русских рабочих». Его руководителями были Халтурин и Обнорский. Союз подготовил и издал в начале 1879 г. программу, в которой провозгласил своей целью «ниспровержение существующего политического и экономического строя». Программа отражала еще влияние народнической идеологии; вместе с тем в ней говорилось, что «Северный Союз» примыкает по своим задачам к «социально-демократической партии Запада». «Великая социальная борьба,- писали авторы рабочей программы,- уже началась... Наши западные братья уже подняли знамя освобождения миллионов, и нам остается только примкнуть к ним. Рука об руку с ними пойдем мы вперед и в братском единении сольемся в одну грозную боевую силу...» В программе «Северного Союза» выдвигался ряд политических требований - свободы слова, печати, права собраний и др. Отстаивая политические лозунги, руководители «Северного Союза» вступили в полемику с народническими теоретиками, находившимися в плену анархистских предрассудков. Плеханов позднее писал, что к началу 1879 г. рабочее движение переросло народническое учение на целую голову. «Северный Союз» участвовал в стачках, выпускал листовки. В начале 1880 г. ему удалось выпустить нелегальный орган «Рабочая заря» - первенец подпольной рабочей печати в России. «Северный Союз» был вскоре разгромлен полицией, но его деятельность оставила глубокий след в среде передовых рабочих. С деятельностью «Северного Союза» связано и начало сотрудничества между русскими и польскими рабочими социалистическими кругами.

Среди арестованных царскими властями революционеров все чаще встречались рабочие. Огромное впечатление произвела речь П. Алексеева на «процессе 50-ти» (1877 г.), в которой он предсказал, что «подымется мускулистая рука миллионов рабочего люда, и ярмо деспотизма, огражденное солдатскими штыками, разлетится в прах!» Речь Алексеева, напечатанная в тайной типографии, а затем опубликованная в заграничных революционных органах народников, приобрела широкую известность.

Однако в общем потоке народничества не выделилась самостоятельная пролетарская струя. Показательна в этом отношении судьба Халтурина, ставшего позднее на путь народнического террора (Халтурин погиб на эшафоте в 1882 г.).

Революционная ситуация конца 70-х годов

В конце 70-х годов в России снова, как и накануне падения крепостного права, сложилась революционная ситуация. Ее основой было непримиримое столкновение интересов угнетенных народных масс, с одной стороны, помещиков и дворянского государства - с другой. Развитию политического кризиса способствовала вспыхнувшая весною 1877 г. русско-турецкая война. Втягиваясь в конфликт на Балканах, правящие круги России, помимо решения внешнеполитических задач, стремились упрочить свои позиции внутри страны, приостановить рост революционных вастроений. Однако они ошиблись в своих расчетах.

Крестьянство на всем протяжении 70-х годов протестовало против помещичьего гнета и произвола властей. В разных губерниях Великороссии, Украины, Белоруссии имели место массовые отказы от взноса выкупных платежей. С особым упорством крестьяне сопротивлялись распродаже их имущества за неуплату недоимок казне. Наиболее крупными были волнения бывших государственных крестьян в Киевской, Воронежской губерниях, земледельцев-казаков на Урале и на Дону, народов Поволжья - татар, чувашей, мордвы, а также башкир.

Петр Алексеев. Фотография. 70-е годы XIX в.
Петр Алексеев. Фотография. 70-е годы XIX в.

В связи с войной широко распространялись слухи о предстоящем всеобщем или, как его называли крестьяне, «черном переделе» всех земель, прежде всего за счет громадных владений помещиков. Движение этих лет, хотя и уступало по своему масштабу крестьянским волнениям 60-х годов, все же заставило позднее царизм пойти на понижение выкупных платежей и издать закон об обязательном выкупе наделов.

В эти же годы достигло наибольшего размаха (за все десятилетие) стачечное движение, причем в отдельных случаях устанавливалась связь между бастующими рабочими и революционными организациями.

Особенно бурное время переживала демократическая интеллигенция. Правительство своими дикими репрессиями против революционеров и всех «неблагонадежных» элементов само подливало масло в огонь.

Бунт в деревне. С. В. Иванов. 1889 г.
Бунт в деревне. С. В. Иванов. 1889 г.

В октябре 1877 - январе 1878 г. слушался процесс 193-х революционеров, участников пропаганды среди рабочих Петербурга и «хождения в народ». Суд, который обвиняемые превратили в арену мужественной борьбы против насилия и беззаконий, закончился серией каторжных приговоров. Большой отклик нашло покушение Веры Засулич (в январе 1878 г.) на жизнь петербургского градоначальника Трепова, повинного в издевательстве над политическими заключенными. Оправдание Засулич присяжными заседателями было повсеместно воспринято как осуждение злодеяний царизма. «Дело Засулич» сыграло свою роль и в нарастании террористических тенденций в народническом движении. На протяжении 1878-1879 гг. террористические акты следовали один за другим. Наиболее громкими из них были убийство С. М. Кравчинским в августе 1878 г. шефа жандармов Мезенцева и покушение А. К. Соловьева на Александра II в апреле 1879 г.

К весне 1879 г. в «Земле и воле» назрели глубокие расхождения, которые привели в августе этого же года к расколу общества. Вместо него возникли две организации - «Народная воля» и «Черный передел». В «Черном переделе» объединились сторонники прежних анархистско-бакунинских взглядов; они воздерживались от постановки самостоятельных политических задач в революционном движении и считали, что главным остается деятельность интеллигенции в народе. Влияние «Черного передела» было меньшим, нежели «Народной воли», практическая деятельность значительно слабее. Руководящая группа черно-передельцев (Плеханов и др.) скоро стала отходить от своих первоначальных позиций в сторону марксизма.

Вокруг «Народной воли» сплотилось большинство революционеров. Это была боевая централизованная организация, во главе которой стоял хорошо законспирированный Исполнительный комитет. В его состав входил ряд прежних деятелей «Земли и воли» (Александр Михайлов, Николай Морозов, Александр Квятковский, Софья Перовская, Вера Фигнер и другие), а также некоторые примкнувшие к ним представители революционного подполья на Юге. Из последних выделялся Андрей Желябов - сын крепостного крестьянина, выдающийся организатор и агитатор, горячий защитник идей политической борьбы, человек исключительного мужества, пользовавшийся громадным авторитетом в среде революционеров.

Народовольцы вели пропаганду среди учащихся, рабочих, офицерства. Однако центр тяжести их деятельности быстро передвигался в сторону индивидуального террора. Террор стал теперь рассматриваться ими как средство подготовки политического переворота или по меньшей мере как способ принудить правительство к капитуляции и принятию требований революционеров: созыва Учредительного собрания, избранного всеобщей подачей голосов, предоставления гражданских свобод (слова, печати и пр.). Создав революционную организацию, поставившую своей целью свержение самодержавия, народовольцы сделали крупный шаг вперед, который впоследствии положительно оценивался русскими марксистами. Однако народовольцы сводили политическую борьбу лишь к заговору, хотя и рассчитанному на сочувствие и поддержку народа, но не опиравшемуся непосредственно на революционный подъем масс. Заговорщическая и террористическая тактика была выражением слабости народовольцев, пропагандировавшийся же ими захват власти являлся тогда «пожеланием или фразой горсточки интеллигентов, а не неизбежным дальнейшим шагом развивающегося уже массового движения» (В. И. Ленин, Объединительный съезд РСДРП, Заключительное слово по аграрному вопросу, Соч., т. 10, стр. 257.).

А. И. Желябов. Фотография.   70-е годы XIX в.
А. И. Желябов. Фотография. 70-е годы XIX в.

В 1880 и начале 1881 г. революционные события в России достигли своего кульминационного пункта. Неурожай и голод усилили брожение в деревне. Стачки рабочих, студенческие беспорядки, общий рост оппозиционных настроений - такова была обстановка, в которой развертывалось единоборство между революционерами-народниками и самодержавием. Взрыв в Зимнем дворце (5 февраля 1880 г.), устроенный Халтуриным по поручению «Народной воли», усилил растерянность в правящем лагере. Реакционеры требовали установления полицейской диктатуры во всероссийском масштабе. Александр II вручил широкие полномочия графу М. Т. Лорис-Меликову. Диктатура Лорис-Меликова преследовала двоякую цель: беспощадную расправу с революционным движением и привлечение либеральных элементов на сторону правительства. Последние готовы были к сотрудничеству с самодержавием. Программа либерального движения, ставшего в конце 70-х годов сравнительно широким, оставалась крайне умеренной; даже те из либералов, кто сочувствовал и втайне помогал революционерам, рассчитывали лишь на то, что правительственные круги, устрашенные народовольческим террором, сами подарят «обществу» ограниченную монархическую конституцию. Большинство же не шло дальше верноподданнических адресов с просьбой о привлечении представителей земств к государственному управлению и обещанием помочь на этой основе борьбе с «крамолой». Лорис-Меликов не собирался, однако, удовлетворять даже такие, более чем скромные, пожелания, ограничиваясь некоторыми послаблениями земствам и печати. Вскоре царизм отказался и от этой политики «волчьей пасти и лисьего хвоста» (как окрестила деятельность Лорис-Меликова революционная печать), повернув в сторону неприкрытой реакции.

1 марта 1881 г. Разгром «Народной воли». Реакция 80-х годов

1 марта 1881 г.- после ряда предшествовавших этому неудачных покушений - народовольцы привели в исполнение вынесенный ими смертный приговор Александру II. Царь был убит бомбой, брошенной Игнатием Гриневицким, который при этом погиб и сам.

Убийство Александра II, вызвавшее сильное возбуждение в стране и за границей, не оправдало, однако, ожиданий террористов. Реальной силы, способной не только устранить главу абсолютистско-монархического строя, но уничтожить самый этот строй, в России еще не было. Народовольцы исчерпали себя актом 1 марта. Царизм, использовав в своих интересах трусость либералов, обрушил всю силу военно-полицейской машины на революционеров. Спустя месяц были казнены руководители «Народной воли» - Желябов и Перовская, а также непосредственные участники убийства царя - рабочий-народоволец Т. М. Михайлов и студент Н. И. Рысаков. Их участь разделил талантливый ученый-революционер, создатель тайной лаборатории по изготовлению метательных снарядов Н. И. Кибальчич (в тюрьме, перед казнью, он работал над проектом реактивного воздухоплавательного аппарата). «Народная воля», сильно обескровленная, старалась и после этого продолжать свою деятельность. Однако царизм наносил ей один удар за другим. К началу 1883 г. старый Исполнительный комитет был целиком уничтожен.

Весь процесс упадка и гибели «Народной воли» происходил в обстановке углубляющейся политической реакции. Новый царь, Александр III, панически боявшийся покушений на свою жизнь, проводил почти все время в Гатчинском дворце (царя иронически называли тогда «гатчинским пленником»). Приверженец крепостнической «старины», он считал, что для предотвращения революции народ нужно держать в темноте, а участников крестьянских и рабочих волнений следует сечь. Огромное влияние на царя, особенно в первые годы царствования, оказывал его воспитатель, обер-прокурор «святейшего» синода, изувер и мракобес К. П. Победоносцев, который даже в проектировавшихся Лорис-Меликовым совещательных комиссиях из чиновников и «благонадежных» общественных деятелей (для рассмотрения частных законопроектов) видел «конец России». Подстать Победоносцеву был Д. А. Толстой, занявший в 1882 г. пост министра внутренних дел. Приветствуя его назначение, один из главных идейных вождей реакции - М. Н. Катков (редактор крайне консервативной газеты «Московские ведомости») писал, что имя Д. Толстого «само по себе уже есть манифест и программа». Общий смысл этой программы заключался в решительном подавлении всех прогрессивных общественных сил, во всемерном укреплении политических и экономических позиций дворянского сословия, в ставке на патриархальность для спасения монархии от «разрушительных» идей.

Правительство резко усилило преследования передовой печати, были закрыты, в частности, «Отечественные записки». Во всех сферах общественной и социально-политической жизни проводились «контрреформы». В области образования они состояли в уничтожении университетской автономии, преследовании демократического студенчества и изгнании прогрессивной профессуры, ликвидации высшего женского образования, возрождении старой сословной школы. Правительство признало «опасным» суд присяжных, из ведения которого оно изъяло дела о «сопротивлении властям». Были урезаны и без того жалкие права населения, предусмотренные в положениях о земских учреждениях и городском самоуправлении. Наиболее ярким проявлением крепостнической политики явилось учреждение института земских начальников - чиновников из потомственных дворян, которые были облечены фактически бесконтрольной административно-полицейской и судебной властью над крестьянством. Царизм рассматривал крестьянскую общину и патриархальную семью как оплот «порядка»; с целью консервации их были изданы законы, ограничивавшие возможность раздела семьи и выхода из общины; в интересах дворян, заинтересованных в дешевой рабочей силе закабаленных крестьян, ставились рогатки и «самовольному» переселению крестьян в Зауралье и Сибирь.

Видное место в реакционной политике занимали шовинизм и разжигание межнациональной розни. Рядом правительственных актов была урезана автономия Финляндии. В Польше главная ставка делалась на русификацию края полицейскими методами. Правительство ввело новые ограничения для еврейского населения. В Средней Азии, Поволжье, Сибири насильственно насаждалось православие. Вдохновляемые Победоносцевым и синодом гонения на «язычество» вылились, в частности, в нашумевшее «Мултанское дело» (провокационное обвинение удмуртов в человеческих жертвоприношениях), которое вызвало протест передовых русских людей; на суде и в прессе выступил в защиту обвиняемых писатель В. Г. Короленко.

Усиление реакции отразилось на настроениях либеральных общественных кругов. Разочарование в прежних идеалах, проповедь «малых дел» и мелкого культурничества, примирения с действительностью - все это стало характерным для значительной части интеллигенции, отошедшей от освободительного движения.

С 80-х годов началось перерождение старого революционного народничества, вытеснение его либеральным народничеством, подменявшим борьбу против существующего строя реформистской программой, предназначенной «заштопать, «улучшить» положение крестьянства при сохранении основ современного общества» (В. И. Ленин, Что такое «друзья народа» и как они воюют против социал-демократов?, Соч., т. 1, стр. 247.). Это постепенное перерождение имело своей коренной причиной социально-экономическую эволюцию деревни, расслоение ее, рост сельской буржуазии, интересы которой в значительной мере стали выражать либеральные народники.

Однако и в 80-е годы не прекращалась борьба против самодержавия и пережитков крепостничества. За 1881-1890 гг. произошли сотни крестьянских волнений. Неоднократно поднималось на борьбу с реакцией студенчество. Выдающуюся роль продолжали играть, несмотря на всю тяжесть цензурных условий, литература и печать демократического направления. До последних дней своей жизни остро и гневно разоблачал торжествующую реакцию, своекорыстие нарождающейся буржуазии, трусость «применившихся к подлости» либералов гениальный русский сатирик Салтыков-Щедрин. Глубокий отклик в широких кругах общественности находило творчество Г.И.Успенского, произведения которого, раскрывавшие внутреннюю жизнь пореформенной деревни, объективно немало способствовали изживанию народнических иллюзий.

3. Рабочее движение 80-90-х годов. Распространение марксизма и первые социал-демократические организации в России. Начало революционной деятельности В. И. Ленина

Стачечная борьба 80-х годов. Группа «Освобождение труда» и марксистские кружки в России

Восьмидесятые годы явились периодом дальнейшего роста рабочего движения, распространения марксизма и зарождения социал-демократии в России.

За 1885-1890 гг. по всей России произошло почти 200 забастовок; кроме того, было около 150 случаев волнений, коллективных жалоб, массовых уходов рабочих с работы. Крупнейшим выступлением рабочих явилась так называемая Морозовская стачка, вспыхнувшая в январе 1885 г. на «Никольской мануфактуре Саввы Морозова сына и К0» в Орехово-Зуеве. Стачка была вызвана систематическим, на протяжении ряда лет, снижением заработной платы и громадными штрафами. Она охватила около 8 тыс. рабочих. Выработкой требований и стачечной борьбой руководила группа передовых рабочих во главе с Петром Моисеенко, Лукой Ивановым (Абраменко), Василием Волковым. Первые двое были участниками рабочего движения в Петербурге во второй половине 70-х годов; Моисеенко был в свое время связан с «Северным союзом русских рабочих». Рабочие стойко держались против полиции и войск, присланных для подавления забастовки, и добились частичного удовлетворения своих требований. За Морозовской стачкой последовал ряд других крупных забастовок в Центрально-промышленном районе. Правящие круги, еще недавно пытавшиеся представить стачки как «чуждую русскому народу» форму протеста, вынуждены были признать, что рабочее движение становится и в России реальным и грозным фактом. В связи с Морозовской стачкой сотни рабочих были арестованы и высланы, несколько десятков человек преданы суду. Напуганное масштабами движения, правительство прибегло к маневру, издав закон, регламентировавший систему штрафов и ограничивавший их максимальные размеры.

Рабочее движение оказало глубокое влияние на передовую революционную интеллигенцию.

Петр Моисеенко. Фотография. 70-е годы XIX в.
Петр Моисеенко. Фотография. 70-е годы XIX в.

Поражение, понесенное демократическим лагерем к началу 80-х годов, заставляло ее с особенной настойчивостью анализировать причины неудач и искать выход из создавшегося положения. Изучение произведений Маркса и Энгельса, знакомство с опытом рабочего движения в Западной Европе помогли увидеть единственно верный путь - принятие марксистского учения и применение его к оценке русских общественных отношений, задач революционного движения в России. Когда в 1886-1887 гг. возникла под руководством Александра Ульянова (старшего брата В. И. Ленина) новая нелегальная организация, готовившая покушение на Александра III, она уже не хмогла остаться целиком на почве традиционных народнических взглядов и пыталась найти такую линию, которая соединила бы народничество с элементами марксизма.

Решающий шаг от народничества к марксизму был сделан еще раньше группой «Освобождение труда», созданной осенью 1883 г. в Швейцарии Г. В. Плехановым. В нее вошли также П. Б. Аксельрод, В. И. Засулич, Л. Г. Дейч и В. Н. Игнатов. Группа «Освобождение труда» провела большую работу по переводу, изданию и распространению произведений основоположников научного социализма. Она первая в России развернула с марксистских позиций критику народничества.

В работах Плеханова «Социализм и политическая борьба» (1883 г.), «Наши разногласия» (1885 г.), «К вопросу о развитии монистического взгляда на историю» (1895 г.) была ярко и убедительно вскрыта несостоятельность доктрины народничества, ошибочность его тактики. Плеханов показал, что Россия уже находится в стадии капитализма, разъяснял утопичность народнических надежд на общину, настойчиво призывал понять решающую роль рабочего класса в революционном движении. Подчеркивая, что путь к социализму лежит через политическую борьбу рабочего класса и завоевание им власти в результате революции, Плеханов указывал, что Россия стоит непосредственно еще перед буржуазной, а не социалистической революцией. Важнейшую практическую цель группа «Освобождение труда» видела в создании самостоятельной рабочей партии, вооруженной идеями марксизма. «Революционное движение в России может восторжествовать только как революционное движение рабочих. Другого выхода у нас нет и быть не может!» - этими словами закончил Плеханов свое выступление на первом конгрессе II Интернационала в Париже в 1889 г.

Плеханов был талантливым теоретиком и пропагандистом марксизма, обогатившим марксистскую литературу многими ценными трудами в области философии и социологии, политической экономии, эстетики, художественной и литературной критики, истории общественных идей и культуры.

Г. В. Плеханов. Фотография.
Г. В. Плеханов. Фотография.

Первые же выступления Плеханова-марксиста получили высокую оценку Энгельса, с которым группа «Освобождение труда» установила непосредственный контакт. Если до середины 80-х годов можно было говорить лишь о проникновении идей марксизма в Россию, то с этого времени марксизм утвердился на русской почве, стал течением русской общественной и революционной мысли.

Деятельность Плеханова и созданной им организации носила еще по преимуществу литературно-пропагандистский характер. Группа «Освобождение труда», как отметил позднее В. И. Ленин, «лишь теоретически основала социал-демократию и сделала первый шаг навстречу рабочему движению» (В. И. Ленин, Идейная борьба в рабочем движении, Соч., т. 20, стр. 255.). Серьезным недостатком работ Плеханова 80-90-х годов были колебания и противоречия в оценке революционных возможностей крестьянства, неумение последовательно поставить и решить вопрос о союзе пролетариата с крестьянством. Уже тогда сказывалась и переоценка возможной роли русской либерально-буржуазной оппозиции.

Переход от народничества к марксизму, складывание социал-демократических групп и кружков происходили не только в эмиграции, но и в самой России. Почти одновременно с группой «Освобождение труда» возникла в Петербурге организация, принявшая название «Партии русских социал-демократов». Одним из ее руководителей был Д. Благоев - участник болгарского национально-освободительного движения 70-х годов, учившийся затем в Петербургском университете. Благоевцы вели социал-демократическую пропаганду в организованных ими рабочих кружках; они нелегально выпустили в 1885 г. два номера первой русской социал-демократической газеты «Рабочий». Изучение марксистской литературы переписка с группой «Освобождение труда» помогли благоевцам в повышении теоретического уровня их воззрений, не свободных, особенно вначале, от значительного влияния идей Лассаля и Лаврова. Благоевская группа была разгромлена правительством к 1887 г., но еще раньше в Петербурге появилась другая подпольная организация социал-демократов - «Товарищество санкт-петербургских мастеровых», или группа П. В. Точисского, в которую входили рабочие В. А. Шелгунов, Егор Афанасьев (Климанов). На рубеже 80-х и 90-х годов в Петербурге действовала еще более широкая организация - «группа Бруснева». Ею было, организовано в 1891 г. первое в России (не считая Польши) празднование Первого мая-«маевка», во время которой выступили с яркими речами рабочие-революционеры Федор Афанасьев и другие.

С 80-х годов марксистские кружки стали также возникать в Москве, на Украине, в Белоруссии. В Поволжье ряд социал-демократических кружков был создан талантливым революционером Н. Е. Федосеевым. В начале 90-х годов первые кружки марксистов появились в Латвии, Эстонии, Грузии.

Возникновение польской социал-демократии

Еще в 1882 г. возникла первая революционно-политическая организация польского рабочего класса - партия «Пролетариат». Ее создание было подготовлено развитием рабочего и социалистического движения в Королевстве Польском и в Галиции. Организатором партии явился выдающийся революционер Людвик Ва-рыньский, погибший впоследствии в Шлиссельбургской крепости. Программа «Пролетариата», проникнутая классовым, революционным духом, содержала ряд положений марксистской теории, но не была свободна и от анархистских, народнических ошибок. Деятели партии стремились объединить свои усилия с русским революционным движением. В 1884г. между «Пролетариатом» и существовавшими еще остатками «Народной воли» было заключено соглашение о совместных действиях. Царизм жестоко расправился с польскими революционерами. Четверо участников «Пролетариата» были казнены, многие сосланы на каторгу и в ссылку.

Арест пропагандиста. И. Е. Репин. 1880-92 гг.
Арест пропагандиста. И. Е. Репин. 1880-92 гг.

Революционные и интернационалистские традиции «Пролетариата» продолжили в конце 80 - начале 90-х годов новые организации польских рабочих - недолго просуществовавший второй «Пролетариат» и затем «Союз польских рабочих»,-де-

к активным политическим действиям. Решающая роль в борьбе за политическую свободу переходила к рабочему классу.

Голод 1891 -1892 гг. усилил приток крестьян, ищущих работы, на фабрики и заводы. Рост безработицы открывал перед предпринимателями возможность еще более жестокой эксплуатации трудящихся.

Голодный тиф 1891 г. Фотография.
Голодный тиф 1891 г. Фотография.

Это в свою очередь вызывало решительный отпор рабочих. В годы промышленного подъема (1893-1899 гг.) выросли численность и концентрация пролетариата; усилилось стремление рабочих к более организованным действиям, хотя движение в целом оставалось еще стихийным. В 1891 - 1894 гг. происходило в среднем около 50 стачек и волнений в год.Бурно протекали выступления рабочих в 1892 г. в Донецком бассейне (волнения 15 тыс. шахтеров в Юзовке, зверски подавленные войсками), а также в Королевстве Польском (всеобщая первомайская стачка в Лодзи, вызвавшая стачки солидарности в других городах). На лодзинские события откликнулись передовые петербургские рабочие, обратившиеся к своим польским товарищам с открытым письмом - выражением братской солидарности в общей борьбе.

Стачечное движение в первые годы нового десятилетия было лишь преддверием к гораздо более мощной забастовочной волне в середине и второй половине 90-х годов. Существенно менялся самый характер борьбы в результате происходившего соединения научного социализма с массовым пролетарским движением. Этот громадной важности исторический шаг в российском рабочем движении был сделан под непосредственным руководством В. И. Ленина.

Начало революционной деятельности В. И. Ленина

Владимир Ильич Ульянов-Ленин родился 10(22) апреля 1870 г в г Симбирске (ныне Ульяновск) в семье крупного деятеля народного образования. Формирование мировоззрения и характера Владимира Ульянова происходило под глубоким воздействием революционно-демократической литературы, особенно произведений Чернышевского, сохранявшихся в семье традиций «шестидесятников», общения со старшим братом-революционером. Судьба брата, казненного в 1887 г., оказала сильное влияние на решение молодого Ленина стать профессиональным революционером. С необычайной остротой она заставила его думать о наиболее правильном пути революционной борьбы.

В декабре 1887 г. за участие в студенческих волнениях Ленин был исключен из Казанского университета, арестован и выслан (через четыре года он блестяще сдал экстерном экзамены за юридический факультет Петербургского университета). Со времени «боевого крещения» в Казани вся жизнь В. И. Ленина целиком была посвящена борьбе за освобождение трудящихся.

Конец 80-х годов Ленин проводит под тайным надзором полиции в деревне Кокушкино Казанской губернии, затем переезжает в Казань, а позднее - в Самарскую губернию. Это время страстного изучения Лениным марксистской теории, анализа опыта освободительного движения России, условий ее пореформенного развития и положения народа. В Самаре Ленин играл ведущую роль в деятельности марксистского кружка, выделяясь глубоким теоретическим мышлением и превосходным знанием российской действительности, редким пропагандистским даром, твердостью и самостоятельностью своих убеждений. В 1893 г. Ленин переехал из Самары в Петербург -центр революционного движения в России. Установив связь с группой петербургских социал-демократов, он сразу завоевал в ней исключительный авторитет и стал ее признанным руководителем. ««Вот он, наш вождь, наш лидер, наш теоретик, с ним мы не пропадем»,- так думал каждый, и нас наполняла бурная радость, что именно в нашем кружке, в нашей организации мы имеем эту светлую голову»,- вспоминает один из участников петербургской группы.

С самого начала революционная деятельность В. И. Ленина отличалась творческим подходом к марксистской теории, замечательным умением применять ее как руководство к действию.

Именно Ленин сумел выполнить самую важную из задач, стоявших тогда перед русскими марксистами,-завершить идейный разгром народничества. На успехи молодого социал-демократического движения идеологи народничества ответили в легальных изданиях (журнале «Русское богатство» и др.) открытым походом против марксизма. Разгорелась острая борьба. В диспутах на нелегальных сходках, в своих работах, наиболее выдающейся из которых была изданная подпольно книга «Что такое «друзья народа» и как они воюют против социал-демократов?» (1894 г.), Ленин нанес сокрушительный удар либеральному народничеству - его идеалистическому и субъективистскому мировоззрению, мелкобуржуазной экономической теории, реформистской программе и тактике.

Критика народничества являлась вместе с тем исходным пунктом для изложения собственных взглядов Ленина, глубокого обоснования им марксистской концепции эощественно-экономического развития России и обусловленного этим развитием соотношения классовых сил. До Ленина русские марксисты, в том числе и Плеханов, >перировали сравнительно ограниченными данными об экономике пореформенной эпо-и„ Ленин впервые на основе критического разбора обширного статистического материала дал исчерпывающую картину смены крепостнического строя капитализмом и в ельском хозяйстве и в промышленности России. Исследования 90-х годов (первое из - «Новые хозяйственные движения в крестьянской жизни» - было написано весной 1893 г.) завершились капитальным трудом В. И. Ленина «Развитие капитализма в России», над которым он работал в течение нескольких лет (1896-1899 гг.). В свете ленинского анализа полностью обнаружилась фальшь народнической идеализации общины итак называемого народного производства (домашних промыслов, крестьянских артелей и т. п.), как и несостоятельность главного положения народников об искусственности капитализма в России. Ленин показал действительные масштабы, в которых совершалось в пореформенной России формирование классов капиталистического общества, раскрыл источники роста промышленного пролетариата, характер его связей с миллионами полупролетариев города и деревни.

Идейная борьба 90-х годов окончилась полной победой марксизма. В ходе этой борьбы Ленин выработал программные положения марксистской партии в России, всесторонне обосновал роль рабочего класса России как вождя, гегемона революционного движения, сформулировал положение о союзе рабочего класса и крестьянства, четко поставил задачу создания крепкой, единой марксистской рабочей партии. В образовании такой партии, призванной преобразовать стихийные выступления рабочих в сознательную классовую борьбу, Ленин видел важнейшее условие победы пролетариата. С глубокой верой в неизбежность русской революции и ее всемирно-историческое значение Ленин писал, что «русский РАБОЧИЙ, поднявшись во главе всех демократических элементов, свалит абсолютизм и поведет РУССКИЙ ПРОЛЕТАРИАТ (рядом с пролетариатом ВСЕХ СТРАН) прямой дорогой открытой политической борьбы к ПОБЕДОНОСНОЙ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ» (В. И. Ленин, Что такое «друзья народа» и как они воюют против социал-демократов?, Соч., т. 1, стр. 282.). В разгар борьбы с народничеством Ленин открыл огонь и по другому, замаскированному идейному противнику - «легальному марксизму». Его представители - экономисты и социологи П. Б. Струве, М. И. Туган-Барановский и другие выступали в легальной прессе с критикой народничества, противопоставляя ему марксизм, но характер этой критики был совершенно иным, чему революционных марксистов. В то время как В. И. Ленин, решительно отвергая мещанский социализм народников, выдвигал взамен него пролетарский социализм, «легальные марксисты» шли к буржуазному либерализму.

Титульный лист работы В. И. Ленина 'Что  такое   «друзья  народа» и как они воюют   против социал-демократов?'
Титульный лист работы В. И. Ленина 'Что такое «друзья народа» и как они воюют против социал-демократов?'

Ленин отделял в народничестве реакционно-утопическую доктрину от демократической критики пережитков крепостничества, подчеркивая революционное значение этой критики, отражавшей интересы массы мелких производителей-крестьян. Струвисты же выступали против народников как апологеты капитализма, в котором они видели абсолютное благо.

В. И. ЛЕНИН. Фотография   1900 г.
В. И. ЛЕНИН. Фотография 1900 г.

Фальсифицируя учение Маркса, «легальные марксисты» стремились придать ему безвредный для буржуазии характер, вытравляя главное в марксизме - его революционный дух, обоснование неизбежности классовой борьбы и пролетарской революции. Поэтому выступление Ленина в работе «Экономическое содержание народничества и критика его в книге г. Струве» (1895г.)против «легального марксизма» имело огромное значение для защиты нарождавшейся пролетарской партии от реформистских идей. Ленинская линия - полная политическая и идеологическая независимость революционных марксистов, полная свобода критики ими своих временных попутчиков (какими были в период борьбы с народничеством «легальные марксисты») - принесла крупный успех молодой социал-демократии.

«Союз борьбы за освобождение рабочего класса». Стачечное движение второй половины 90-х годов

С начала 1894 г. В. И. Ленин находился в постоянном тесном общении с передовыми представителями Петербургского пролетариата. Он вел систематическую пропаганду в рабочих кружках, имея таких самоотверженных помощников, как рабочие В. А. Шелгунов, И. В. Бабушкин.

В течение 1894-1895 гг. по инициативе Ленина руководимая им группа перешла от пропаганды в кружках к массовой агитации. Социал-демократы шли в гущу пролетариата, тщательно изучали положение на предприятиях, обращались с нелегальными воззваниями к рабочим. Когда группа окончательно сплотилась и новое направление ее деятельности прочно утвердилось, была оформлена единая централизованная социал-демократическая организация, принявшая в конце 1895 г. название «Союза борьбы за освобождение рабочего класса». Через несколько лет Ленин писал о «Союзе борьбы» как о зачатке революционной партии, «которая опирается на рабочее движение, руководит классовой борьбой пролетариата, борьбой против капитала и против абсолютного правительства...» (В. И. Ленин, Задачи русских социал-демократов, Соч., т. 2, стр. 317.) Вместе с В. И. Лениным в состав основанного и руководимого им «Союза борьбы» входили Н. К. Крупская, Г. М. Кржижановский, С. И. Радченко, В. В. Старков, Ю. О. Мартов, А. А. Ванеев, М. А. Сильвин и др.

Под влиянием «Союза борьбы» и по его примеру сложились социал-демократические организации в Москве, Иваново-Вознесенске, Туле, Ростове-на-Дону, в промышленных центрах Украины, Закавказья и в других городах. Социал-демократы все активнее участвовали в массовой забастовочной борьбе, придавая ей более организованный и сознательный характер.

За 1895-1899 гг., по данным печати, бастовало до 400-450 тыс. рабочих-почти в два раза больше, чем в предшествующее пятилетие. Ведущее место в забастовочном движении принадлежало Петербургу. В 1896 г. здесь произошла стачка текстильщиков, охватившая более 30 тыс. рабочих. За несколько месяцев до стачки, в декабре 1895 и январе 1896 г., правительство нанесло тяжелый удар «Союзу борьбы за освобождение рабочего класса», арестовав большую группу его руководителей и активистов во главе с В. И. Лениным. Оставшиеся на воле деятели «Союза борьбы» успешно руководили стачкой текстильщиков. Невиданное до тех пор по размаху и организованности выступление петербургских рабочих оказало огромное влияние на рабочее движение в России; оно ускорило также переход на марксистские позиции многих представителей демократической интеллигенции, ранее колебавшихся меж» ДУ народничеством и марксизмом. Петербургская стачка вызвала сочувственные отклики за рубежом. Рабочие Англии, Германии, Австрии и Америки оказали стачечникам денежную помощь. Лондонский Совет профессиональных союзов в своем обращении назвал забастовку текстильщиков «великой петербургской стачкой». В ответном послании «Союза борьбы» говорилось, что русский рабочий «не забудет дружеской Руки, протянутой ему в минуту борьбы, в решительный момент его выступления на сцену всемирной истории».

Стачка 1896 г. и новая большая стачка в январе 1897 г. в Петербурге (текстильщиков и металлистов) вынудили царское правительство к уступке - законодательному ограничению «нормального» рабочего дня 11% часами.

Находясь в тюрьме, В. И. Ленин написал в связи со стачкой текстильщиков воззвание, которое было издано в конце 1896 г. «Союзом борьбы». Воззвание заканчивалось словами: «Стачки 1895-1896 годов не прошли даром. Они сослужили громадную службу русским рабочим, они показали, как им следует вести борьбу за свои интересы. Они научили их понимать политическое положение и политические нужды рабочего класса» (В. И. Ленин, Царскому правительству, Соч., т. 2, стр. 109.). Из тюрьмы Ленин поддерживал все время связь с «Союзом борьбы». Придавая важное значение объединению российских социал-демократических организаций, он написал «Проект и объяснение программы социал-демократической партии» и вдохновлял мероприятия, направленные к подготовке всероссийского съезда социал-демократов. В начале 1897 г. Ленин и ряд его товарищей по «Союзу борьбы» были отправлены в ссылку в Восточную Сибирь. Здесь Ленин усиленно продолжал свою теоретическую работу, внимательно следил за ходом русского и международного рабочего движения, борясь за чистоту марксистского учения, подготовляя идейные основы революционной социал-демократической партии в России.

Революционные марксисты в борьбе с оппортунизмом. Основание ленинской «Искры»

Создание марксистской рабочей партии наталкивалось на огромные трудности. Партию приходилось строить в условиях жестоких правительственных преследований, преодолевая разобщенность социал-демократических групп и оппортунистические тенденции среди части руководителей движения. Основным идейным противником революционных марксистов стал к тому времени «экономизм». В годы, последовавшие за полицейским'разгромом «Союза борьбы за освобождение рабочего класса», «экономисты» оказались во главе большинства социал-демократических комитетов, усугубляя своими идейными шатаниями организационную раздробленность. Росту влияния «экономизма» способствовал наплыв в движение новых кадров, не имевших необходимой закалки, легко поддававшихся воздействию реформистских идей.

Идеологические корни «экономизма» заключались в преклонении перед стихийным рабочим движением. Ссылаясь на успех стачечной борьбы 90-х годов, «экономисты» призывали рабочих ограничиться профессиональной, чисто экономической борьбой с капиталистами. «Рабочим - экономическая, а либералам - политическая борьба» - таково было главное положение так называемого Кредо («символа веры»), написанного «экономистами» Кусковой и Прокоповичем. Отсюда вытекало и отрицательное отношение их к самой идее самостоятельной политической рабочей партии. Идеология и тактика «экономистов» могли привести к подчинению растущего рабочего движения политическому руководству либеральной буржуазии. Разгром «экономизма» В. И. Ленин считал необходимым условием создания марксистской пролетарской партии.

Оппортунистическое течение в рядах российской социал-демократии было идейно связано как с «легальным марксизмом», так и с международным ревизионизмом- бернштейнианством. Поэтому и борьба Ленина против «экономистов» приобретала значение, выходящее далеко за пределы России. Выдающимся революционно-теоретическим документом этой борьбы явился написанный Лениным в 1899 г. и принятый группой ссыльных «Протест российских социал-демократов», направленный против «Кредо». «Знаменем классового движения рабочих,-писал в «Протесте» Ленин,- может быть только теория революционного марксизма, и русская социал-демократия должна заботиться о ее дальнейшем развитии и претворении в жизнь, оберегая ее в то же время от...искажений и опошлений...» (В. И. Ленин, Протест российских социал-демократов, Соч., т. 4, стр. 162.)

Крупным событием в российском рабочем движении был первый съезд Российской социал-демократической рабочей партии, состоявшийся в Минске 1-3 (13-15) марта 1898 г. В работе съезда приняли участие представители «Союзов борьбы», социал-демократических организаций Петербурга, Москвы, Киева, Екатеринослава, Западного края. Важное значение имел сам факт провозглашения партии и ее революционных целей. Однако практически съезд еще не создал партии. Социал-демократические организации оставались без общей программы и устава, без единого руководства (избранный съездом Центральный комитет сразу же подвергся разгрому), без реально ощутимой связи друг с другом.

Но и в эти трудные годы поступательный ход рабочего революционного движения не останавливался. Стачечная борьба охватывала новые слои рабочих и распространялась по всей России. Под ее влиянием начался новый подъем студенческих волнений, в которых участвовали десятки тысяч учащихся в Петербурге, Москве, Киеве, Одессе, Риге, Казани и других центрах. Обострилась борьба крестьян против помещиков, начались поджоги помещичьих экономии. Это были предвестники большого крестьянского движения, которое развернулось уже в начале XX в.

Оставаясь до начала 1900 г. в ссылке, В. И. Ленин неустанно искал пути строительства революционной марксистской партии. Ближайшей задачей в этом направлении он считал издание общерусской газеты революционных марксистов. «Только создание общего органа партии,- писал Ленин,- может дать каждому «частичному работнику» революционного дела сознание того, что он идет «в ряду и в шеренге», что его работа непосредственно нужна партии, что он является одним из звеньев той цепи, кольца которой задушат злейшего врага русского пролетариата и всего русского народа - русское самодержавное правительство» (В. И. Ленин, Насущный вопрос, Соч., т. 4, стр. 204.). По возвращении из ссылки В. И. Ленин сосредоточил свои главные усилия на осуществлении задуманного плана. С этой целью он установил контакт с социал-демократическими организациями ряда городов России, а затем выехал за границу.

И декабря 1900 г. в Лейпциге вышел первый номер общерусской газеты, сделавшейся идейным и организационным центром социал-демократического движения. Газету назвали «Искрой»; ее девизом были слова из ответа декабристов Пушкину: «Из искры возгорится пламя». Редакцию газеты составили Ленин, два других представителя русских социал-демократических организаций - Ю. Мартов, А. Потресов, а также члены группы «Освобождение труда» - Г. Плеханов, П. Аксельрод, В. Засулич. Душою «Искры», ее главным вдохновителем был В. И. Ленин, почему она и вошла в историю как ленинская «Искра».


предыдущая главасодержаниеследующая глава




Пользовательского поиска




Тысячу лет назад в африканском городе умели изготовлять стекло

В Турции найдено сверло возрастом 7,5 тыс. лет

Обнаружен древнейший артефакт Южной Америки

В Мехико нашли ацтекскую башню из черепов

В Перу обнаружены следы существовавшей 15 тыс. лет назад культуры

Культуру ацтеков показали в аутентичных ярких красках

Наскальные картины горы Дэл в Монголии

Древний город Тиуанако изучили с воздуха

Обнаружены «записи» о древней глобальной катастрофе

10 малоизвестных фактов о ледяной мумии Эци, возраст которой 5300 лет

Каменные головы ольмеков: какие тайны скрывают 17 скульптур древней цивилизации

В письменности инков могли быть зашифрованы не только цифры

В Мексике обнаружен двухтысячелетний дворец

Как был открыт самый большой буддийский храм Боробудур и почему его нижняя часть до сих пор не расчищена

Забытый подвиг: какой советский солдат стал прототипом памятника Воину-освободителю в Берлине

Люди проникли вглубь австралийского континента 50 тыс. лет назад

Неизвестные факты о гибели Помпеи

В пирамиде Кукулькана нашли ещё одну пирамиду

Кто построил комплекс Гёбекли-Тепе?

15 малоизвестных исторических фактов о Византийской империи, ставшей колыбелью современной Европы

История Руси: Что было до Рюрика?

15 мифов о Средневековье, которые все привыкли считать правдой
Рейтинг@Mail.ru
© Алексей Злыгостев, дизайн, подборка материалов, оформление, разработка ПО 2001–2017
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку:
http://historic.ru/ 'Historic.Ru: Всемирная история'