история







разделы



предыдущая главасодержаниеследующая глава

Глава XI. СЕВЕРНЫЕ ЭКВАТОРИАЛЬНЫЕ ОСТРОВА


Поплывем, но куда же нам плыть?
Поплывем на север, под Пояс Ориона

(Таитянское предание)

РАССТОЯНИЕ между центром и северным углом Полинезийского треугольника достигает 2400 миль. На этом северном направлении расположено, как показывает современная карта, множество небольших островов. Если бы полинезийские мореплаватели плыли прямо на север, то эти острова служили бы им удобными стоянками вдоль всего пути. Брус Картрайт высказывает предположение, что полинезийцы, эти естествоиспытатели, практически могли в своих плаваниях следовать за полетом золотых ржанок, материковых птиц, зимой переселяющихся с Аляски на юг, а летом возвращающихся обратно, на земли северных морей. Не знаю, позволяли ли господствующие ветры ладьям полинезийских мореплавателей следовать без отклонений по маршруту птиц, но известно, что они все же достигли Гавайских островов в северном углу треугольника, где образовались постоянные поселения. Известно также, что полинезийцы открыли острова, лежавшие на их пути. Хотя древние мореплаватели там и не задерживались, они посадили на этих островах кокосовые пальмы и соорудили долговечные памятники из коралловых глыб, оставшиеся единственными свидетельствами полинезийских открытий и временных поселений. Вдоль северного пути вытянулись острова: Рождества, Фаннинга, Вашингтона и Пальмира. Они расположены к северу от экватора, по направлению с юго-востока на северо-запад. В длину они покрывают пространство примерно в 400 морских миль. Самый северный - остров Пальмира - находится на расстоянии 1000 морских миль от Гавайских островов. Фаннинг в настоящее время приобрел значение как промежуточная станция кабеля. Остров Рождества, площадь которого достигает 300 000 акров, считается самым большим атоллом. Южнее экватора на 250 миль к юго-западу от острова Рождества расположен остров Джарвиса, который, хотя и не является атоллом, также характеризуется очень скудной природой. Далее к югу находятся острова Молден и Старбак. Не очень далеко на юго-запад от Старбака расположен остров Тонгарева. Мы уже упоминали об этом самом северном атолле северо-западной группы.

Острова, расположенные с северу и к югу от экватора, раньше носили собирательное название островов Лайн, но в последние годы их стали обозначать, как Экваториальные острова. К ним причислены также острова Хауленд и Бейкер, расположенные дальше на запад. На Хауленде растет дерево коу и имеется ров, возможно, вырытый полинезийцами, чтобы выращивать в нем таро. Однако, вероятнее всего, острова Хауленд и Бейкер не были заселены полинезийцами при их миграциях на северо-запад, теперь же они получили практическое значение для Соединенных Штатов как авиационные базы на Тихом океане. Соединенные Штаты недавно отправили колонистов на Хауленд и Бейкер, чтобы укрепиться там. Среди поселенцев находились молодые гавайцы из мужской школы имени Камехамеха в Гонолулу. Любопытно, что современные полинезийцы стали пионерами в деле вторичного освоения атоллов Тихого океана, бесспорно некогда открытых их же отдаленными предками (Автор, к сожалению, не решается назвать вещи своими именами и скромно называет «любопытным» тот факт, что гавайские юноши, потомки смелых мореплавателей, ныне помогают американцам захватывать острова Океании).

Когда европейские суда впервые посетили Экваториальные острова, они были безлюдны. Нет ни мифов, ни преданий, которые могли бы связать их с другими этапами великого полинезийского пути. Таким образом, короткую историю этих островов можно воспроизвести только по материальным памятникам пребывания человека. Яркими следами прошлой жизни на этих необитаемых в настоящее время островах являются кокосовые пальмы и коралловые храмы, воздвигнутые высадившимися полинезийскими мореходами во славу своих богов. На всех Экваториальных островах, за исключением островов Хауленд, Бейкер и Джарвис, найдены один или оба этих следа.

В 1798 г. капитан Фаннинг обнаружил кокосовые пальмы на Вашингтоновых и Фаннинговых островах, а в 1777 г. капитан Кук - на островах Рождества. Оба капитана провели на берегу так мало времени, что не заметили древних развалин, и заключили отсюда, что эти острова всегда были необитаемы. Современные ботаники, однако, придерживаются того мнения, что кокосовая пальма не эндемична для атолловых островов и что, вероятно, ее семена занесены сюда древними полинезийскими мореплавателями. Полинезийцы, которые на какой-то период задержались на северных атоллах, приспособились к новой для них среде и использовали все местные возможности, подобно современным тонгаревцам.

Мы никогда не узнаем, как были открыты эти атоллы. Быть может, мореплаватели наткнулись на них во время далеких экспедиций на север, следуя за полетом золотых ржанок, или их ладьи были занесены сюда в бурную погоду ветрами и течениями; возможно, полинезийцы посетили эти острова, переселяясь с одного кораллового архипелага на другой или занимаясь охотой на черепах и ловом рыбы. И в наши дни рыболовы посещают необитаемые острова архипелага Туамоту для ловли черепах, которые считаются большим лакомством. Черепахи в изобилии водятся близ коралловых островов, где нет постоянных поселений.

Древние пришельцы устроились на атоллах настолько удобно, насколько это позволяли условия. Кроме пищи, человек нуждается прежде всего в воде и укрытии. Пищу с избытком поставляли море и лагуны. Водоснабжение не было для древних полинезийцев таким важным вопросом, как для современных европейцев. Западная цивилизация с ее улучшенными санитарными условиями и более утонченным образом жизни требует все больше и больше воды. Вода нужна европейцу для мытья пищи, платья и тела. Ему необходима вода, чтобы приготовить себе еду, и для питья как в чистом виде, так и в виде различных напитков. Вода нужна, чтобы поливать сады и посевы, чтобы устроить канализацию, чтобы мыть улицы. Вода необходима в различных производственных процессах и во множестве других областей, не известных предкам полинезийцев. Поэтому, когда европеец посещает атолл без рек и ручьев, он склонен считать его непригодным для жизни из-за недостатка воды.

После того как я побывал на атоллах и познакомился с повседневной жизнью их коренных обитателей, я, к удивлению своему, обнаружил, что в древности вода не была жизненной необходимостью, как я полагал ранее. Жители коралловых островов мыли рыбу и крабов в морской воде, а кокосовые орехи и плоды пандануса совсем не мыли. Когда их несложная одежда загрязнялась, полинезийцы заменяли ее новой. Сами они ежедневно купались в море. На вулканических островах, где очень много ручьев и ключей, жители мылись пресной водой после купанья в море, у верховного вождя обычно был небольшой пруд с пресной водой, предназначенный только для него. О таких прудах упоминалось при перечислении личной собственности вождя. Говорят, что пресная вода уничтожает зуд, вызываемый соленой водой. Однако жители атоллов столько времени проводят в соленой воде, что их кожа, очевидно, привыкает к ней. Когда случаются дожди, туземцы пользуются этим естественным душем. Древние жители иногда вырывали своими черпаками ямы на морском берегу в тех местах, где просачивается пресная вода. Так они заготовляли воду для купанья.

Для приготовления пищи в земляных печах на раскаленных кораллах или раковинах не требовалось воды, а для утоления жажды служило молоко кокосовых орехов. В течение всего пребывания нашей экспедиции на атоллах Ракаханга и Тонгарева мы располагали неистощимыми запасами кокосовых орехов. Они служили нам для утоления жажды, и в этом отношении значительно превосходили тепловатую воду. Если человек просит там «ваи», то есть воды, ему обычно приносят кокосовый орех.

Тем не менее и на атоллах с пышными зарослями кокосовых пальм вода все же была необходима. Чтобы добыть ее, вырывали неглубокие колодцы. Даже если вода в нижних слоях была солоновата, она годилась для питья тем, кто привык к ней. Уже в эпоху европейской колонизации полинезийские рабочие на острове Молден предпочитали колодезную воду дождевой, накопленной в баках. Колодезной воде они приписывали целебные свойства. На этом острове множество мелких колодцев ограждено плитами из кораллового известняка; на дне их были найдены скорлупы орехов, которые использовались в качестве черпаков.

Древние обитатели атоллов при постройке домов вырубали столбы из местных пород деревьев. Кровли они покрывали листьями пандануса или кокосовой пальмы там, где эти пальмы выращивались. Чтобы в доме была ровная поверхность для спанья, пол покрывался слоем кораллового гравия, обкатанного на берегу набегающими волнами. Предохраняя гравий от разбрасывания, туземцы окружали дома низким прямоугольным барьером из плоских коралловых плит или небольших кусков кораллового известняка высотой от 6 до 10 дюймов. Когда временные поселенцы уплывали с острова, каркасы и крыши домов разрушались, а прямоугольный барьер, врытый ребром в землю, сохранился и остался в качестве постоянного свидетельства о древних поселениях.

На Вашингтоновых островах коралловая ограда не имеет определенной формы; что же касается островов Фаннинга, Рождества и Молдена, то барьеры там характеризуются прямоугольной формой. На островах Фаннинга встречается ступенчатая форма внутренней стороны некоторых барьеров из кораллового известняка, а на других обнаружены украшения в виде орнаментальных выступов, которые возвышаются на несколько дюймов над общим уровнем барьера. Два угловых камня имеют форму в виде буквы Г; эта форма встречается еще только на островах Тонга. В своем исследовании по археологии Экваториальных островов Эмори правильно, как мне кажется, приходит к заключению, что строители этих сооружений на острове Фаннинга переселились сюда с островов Тонга.

Поскольку из родословных островов Тонга можно установить, что подобные барьеры строились в XVI в., очевидно, сооружения Фаннинговых островов нельзя относить к более раннему времени. О том, что это развалины сооружений, некогда поставленных выходцами с Тонга, свидетельствуют также крючки для ловли бонитов, найденные в древнем могильнике. Полинезийские крючки для ловли бонитов с помощью блесны состоят из двух частей: осколка жемчужной раковины, похожего на маленькую рыбку, и выгнутого куска с наконечником, которым поддевают рыбу. В различных областях Полинезии распространены свои особые наконечники крючков. Крючки с острова Фаннинга, хранящиеся ныне в музее Бишопа, ближе всего напоминают тонганские. Кроме того, здесь были найдены базальтовые тесла, по форме напоминающие тесла острова Тонга. В одном могильнике на Экваториальных островах были, правда, найдены также зубы бурого дельфина с просверленными в них отверстиями, которые современная этнография связывает с Маркизскими островами; но не следует быть чересчур догматичным в этом вопросе.

Как на острове Рождества, так и на Молдене обнаружены приподнятые прямоугольные платформы со стенами из коралловых плит высотой от 2 до 3,5 фута, заполненные кусками коралла. Платформы острова Молден напоминают марае на Тон-гареве и, очевидно, служили также для отправлений религиозного культа.

На островах Фаннинга, Рождества и Молдена встречаются небольшие прямоугольные огороженные площадки длиной примерно в 6 футов и шириной более 3 футов. Их окаймляют плиты кораллового известняка высотой от 1 до 2 футов, внутри которых насыпан слой кораллового гравия. Подобные сооружения воздвигались на Тонгареве и на других атоллах для погребения покойников. Вместо того чтобы своими несовершенными орудиями вырывать ямы в крошащемся коралловом известняке, обитатели атоллов предпочитали устраивать могильники над землей из доступных им известняковых плит и засыпать покойников слоем кораллового гравия. Такое захоронение является примером прекрасного приспособления к местной обстановке.

Полинезийцы оставили и другие следы своего пребывания на этих островах, а именно - орудия труда. По базальтовым теслам, найденным на островах Фаннинга, и одному орудию с острова Рождества можно судить о том, что древние поселенцы прибыли сюда с вулканических островов. Когда они снимались с места, они обычно забирали с собой свои каменные орудия, но некоторые из них либо забывали, либо умышленно оставляли в качестве погребальных жертвоприношений. Переселенцы, которые оставались на атоллах в течение более долгого срока, были вынуждены пользоваться орудиями из раковин тридакны. Такие орудия из раковин были найдены на островах Рождества и Молдена. Эти находки указывают на то, что здесь в течение некоторого времени было постоянное население. На острове Старбак таких археологических находок не обнаружено. Европейцы впервые посетили остров Молдена в 1825 г., когда британское судно «Блонд» под командованием лорда Байрона возвращалось в Англию с Гавайских островов: оно отвозило на родину тела гавайских короля и королевы, которые скончались в Лондоне от кори. Атолл был назван в честь лейтенанта Молдена, который вместе с естествоиспытателем Блоксамом сходил на берег, чтобы исследовать острова.

Блоксам довольно тщательно описал археологические остатки, однако на основе этих материалов Дампьер сделал неверный набросок храма, изобразив его в виде усеченной пирамиды. Покойный профессор Макмиллан Браун использовал данные Блоксама и зарисовку Дампьера, создавая свою теорию затонувших архипелагов. Он усмотрел родственную связь между простыми строениями на Молдене и пирамидами солнца и луны на перуанском побережье, между мексиканскими теокалли и постройками в Металании на острове Понапе. Считая, что для постройки этих храмов понадобилась бы целая армия строителей, которые не могли постоянно проживать на Молдене, он сделал предположение, будто бы Молден был священным островом обитателей соседнего плодородного архипелага, который ныне якобы погрузился со всем населением на дно моря.

Достоверные сведения об Экваториальных островах были собраны экспедициями на судах «Уиппурвилл» и «Каимилоа», которые в 1925 г. были направлены музеем Бишопа. Эмори измерил строения на острове Молдена, которые впервые увидел Блоксам. Известняковые плиты оказались по своим размерам не больше плит храма в Тонгареве. Любое сооружение острова Молдена легко могло быть воздвигнуто 50 рабочими. Ведущие к морю «вымощенные дороги», упомянутые Брауном, были, конечно, тропинками рыбаков, аналогичными тонгаревским, и не имели никакого ритуального значения. Я уже упоминал однажды о том, что условия жизни на атолловых островах были весьма примитивны. Эмори утверждает, что в 1914 г. капитан Стенбек с командой из 50 человек прожил на острове Молдена в течение 6 месяцев после того, как их продовольственные запасы были совершенно истощены. Они питались рыбой, яйцами диких птиц и завезенными на остров козами и свиньями. Древние обитатели атолла удовлетворялись, вероятно, рыбой и яйцами. Пищей им, возможно, служил также портулак (Portulaca lutea), единственное съедобное растение, которое они употребляли, и морские водоросли.

Таким образом, чтобы объяснить остатки древних поселений, нет необходимости в гипотезе о затонувшем ныне плодородном архипелаге, откуда якобы на необитаемый коралловый атолл приезжали паломники, чтобы молиться в воздвигнутых ими храмах. По всей Полинезии ритуальные церемонии совершались в храмах, расположенных вблизи деревень. Даже великий межплеменной храм Тапутапу-атеа, куда, привлеченные его славой, собирались жители со всех окружающих островов, был расположен в густонаселенной местности.

История острова Молдена столь же проста, как и других атоллов. Его заселили какие-то полинезийцы, которые построили там храмы для поклонения своим богам, погребали покойников, прокладывали троаинки к морю, рыли колодцы и выделывали необходимые орудия из раковин тридакны. Питались они местными растениями и животными. Условия жизни были здесь очень суровы, и, вероятно, после очередной засухи или сильного урагана древние поселенцы переправились на другой остров.

Весьма соблазнительно, конечно, строить теории об угасшей загадочной цивилизации, которая существовала на затонувших плодородных землях, но подобная игра воображения находится в противоречии со здравым смыслом. Геологи не находят подтверждения теории о том, что после появления человека происходило затопление обширных земель в пределах Полинезийского треугольника. Ничего загадочного нет также и в найденных остатках материальной культуры древних поселений. Все они вполне объясняются временным полинезийским заселением. Отважные предки полинезийцев заплывали на коралловые острова, задерживались там на короткий промежуток времени, а затем либо возвращались на родину, либо отправлялись дальше на поиски более привлекательных земель. Когда же им случалось заблудиться на морских путях Океанской Девы, они доблестно гибли, отправляясь на дно на своих поврежденных судах, а вовсе не на тонущих архипелагах. Гавайки, общая родина полинезийцев, отнюдь не опустилась под воды Тихого океана. Мать земель Гаваи'и спокойно стоит в центре Полинезии и будет стоять там, даже если мы, ее дети, будем преданы забвению.

предыдущая главасодержаниеследующая глава








ПОИСК:





Рейтинг@Mail.ru
© Алексей Злыгостев, дизайн, подборка материалов, оформление, разработка ПО 2001–2019
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку:
http://historic.ru/ 'Historic.Ru: Всемирная история'