история







разделы



предыдущая главасодержаниеследующая глава

Сила традиции

Одно из самых больших преимуществ традиционного африканского общества в том, что оно саморегулирующееся. Оно только неспособно справиться с бурными темпами происходящих сейчас изменений. В остальном же оно легко адаптируется и очень гибко, даже если в некоторых аспектах, как, например, в традиционной структуре семьи, оно выглядит жестким. Семья — основа традиционного общества, будь то самое простое и неоформленное общество охотников и собирателей или самое сложное и оформленное государство, — а само общество представляет собой сложную и запутанную систему взаимосвязей между различными аспектами общественной жизни. Его структура такова, что изменение одного аспекта неизбежно должно отразиться и на остальных аспектах. Именно эта взаимозависимость четырех главных аспектов общественной жизни — домашнего, экономического, политического и религиозного — гарантирует жизнь индивидуума, придает ей смысл и цель, обеспечивает порядок. Мы пытались дать лишь общую картину, но было бы полезно в заключение рассмотреть в деталях эти четыре взаимосвязанных аспекта.

Семья — основа традиционного общества, и ее центральное место в жизни можно понять, только осознав, насколько сложны различные системы родства в Африке и какое значение придает структуре родства сам традиционный африканец. Важна не только идея семьи, но и форма, которую принимает семья. В основе всех обществ (за исключением ик, потерявших общественную структуру) лежит концепция семьи — родителей и детей, внуков и дедов; родственные связи могут расширяться и сужаться, и это приведет или к расширению общественных горизонтов или к их сужению. Над семьей находится линидж, несколько линиджей образуют клан, несколько кланов — племя. Выше уровня клана подлинные родственные отношения установить невозможно, то есть их нельзя проследить до известных предков, их можно только предполагать или угадывать, а иногда и придумывать. Но по крайней мере предполагается, что родство между предками клана существует. Таким образом, в этой системе заложены семена, позволяющие расширить ее до общенационального уровня, как это было сделано ашанти и могло бы быть сделано и сейчас; это доказал Кваме Нкрума, а затем и другие лидеры, принявшие облик «отцов нации»4.

Чтобы понять, насколько сложны формальные семейные отношения и какое значение придается им в традиционном обществе, достаточно взять несколько примеров. Семья может, например, состоять или не состоять из родителей и детей; она всегда состоит из взрослых и детей, но взрослые могут быть скорее социальными родителями, а не биологическими. Семья может — например, с целью определения наследников — проследить свое происхождение и по мужской и по женской линии или же ио одной из них. Билатеральные системы особенно распространены среди охотников, которым нечего наследовать — ни имущества, ни статуса — и у которых браки не имеют серьезных политических последствий и успешно регулируются в интересах общества- достаточно, чтобы юноша или девушка не вступали в брак с человеком, который находится в родстве с одним из родителей. Таким путем расширяются его общественные горизонты, его семьи или группы, а это служит общим интересам, так как возникают новые узы и связи во всей системе. В каком направлении расширяются связи, не имеет особого значения для кочевников-охотников.

Однако у скотоводов и земледельцев, которые все больше приспосабливаются к оседлой жизни, накапливают имущество и заботятся о своем статусе, возрастает значение линии происхождения. Есть и другие факторы (о которых мы не будем говорить подробно), определяющие, что выгоднее для данного общества — проследить происхождение по мужской линии (патрилинейное общество) или по женской (матрилинейное общество). У скотоводов, за исключением некоторых берберов, всегда патрилинейное общество. При их сравнительно тяжелой жизни, требующей переходов на большие расстояния и постоянных набегов, мужчины играют ведущую роль. Патрилинейная семья в своей основе состоит из мужа, жены и детей. Так, у нуэров семья может расширяться за счет братьев мужчины, их отца, их жен и детей, жен их сыновей и их детей. Эта форма нам понятнее, так как она соответствует нашей концепции семьи, хотя мы и не расширяем ее до таких пределов, как в африканском традиционном обществе.

У земледельцев мы часто встречаем матрилинейные общества, в которых происхождение прослеживается по женской линии, и в этом случае основная семья тоже состоит из мужчины, женщины и детей, но вместо отца и матери теперь это мужчина, его сестра и ее дети. Муж-отец не фигурирует здесь, так как его семья находится с его сестрой и ее (их) детьми. Ашанти именуют такую систему абусуа, точно так же как мы называем другую, патрилинейную систему просто «семья». Матрилинейная семья может быть расширена, как и патрилинейная. Она точно так же обеспечивает право наследования, воспитание детей, их образование, любовь и дисциплину. Более того, в патрилинейной семье сын побаивается отца, который следит за дисциплиной, а в матрилинейной семье сын свободнее держится с отцом, но побаивается брата матери, наследником которого он в конце концов станет и от которого он может ожидать наказания.

Обычно ни патрилинейная, ни матрилинейная системы не существуют в чистом виде. Часто что-нибудь наследуется по одной линии, другие черты — по другой. Так, матрилинейные ашанти наследуют от матери могья, а от отца — нторо. Могья символизирует кровь, и именно по крови определяется происхождение человека, дающее ему право на наследство, статус и имущество. Нторо — это дух, и по мужской линии передаются определенные обязательства. Одна линия дает человеку право на членство в кровной общине — матриклане, другая — в духовной общине, и тем укрепляется коллектив в целом.

Как патрилинейное, так и матрилинейное общества представляют собой систему, с помощью которой можно определить происхождение и правильно распорядиться наследством. Оба гарантируют чувство общности на всех уровнях в зависимости от того, работает ли человек в доме брата матери, присутствует на совещании старейшин клана или «обмывает» свое нторо (в общине ашанти). Обе формы линейности позволяют централизовать и сегментировать власть в зависимости от потребностей того или иного общественного организма. Патрилинейная система способна так же успешно упорядочить правление у сильно сегментированного общества нуэров, как и в патрилинейном королевстве, где власть, сосредоточенная в руках короля, может быть децентрализована по кланам и линиджам или путем передачи определенных сфер власти некоролевским линиджам.

Политическое и экономическое значение родственных отношений особенно ярко ощущается, когда община регулирует браки и пытается проследить свое происхождение. Личная привязанность и конъюнктура оказывают определенное влияние на брак, но община предпочитает те или иные формы брака и устанавливает обязательные ограничения, хотя в рамках этих ограничений остается достаточно свободы личного выбора. Так, индивидууму указывают, с членом какой группы он может (или не может) сочетаться браком, но в пределах этой группы он свободен в выборе партнера. Человек обязан соблюдать правила экзогамии и эндогамии. Он обязан заключать брак внутри племени, но ему запрещено сочетаться браком внутри клана. Клан экзогамен, и благодаря этому предотвращается кровосмешение, а племя эндогамно, и тем самым не допускается «засорение» его чужими элементами и сохраняется культурное единство.

Предпочтительной формой брака часто считают брак между двоюродными братьями и сестрами. Это своего рода критическая форма родственных отношений — некоторые полагают, что брак между слишком близкими людьми по сути дела кровосмешение, тогда как, по мнению других, этот брак идеален, поскольку люди отстоят друг от друга достаточно далеко, чтобы не произошло кровосмешение, но находятся достаточно близко, чтобы не нарушить важнейшие семейные узы и сохранить имущество и статус за двумя кланами. Существуют две формы браков между такими людьми — это кросс-кузенные браки и параллельно-кузенные. Кросс-кузенный брак — это брак между детьми сиблингов сестры мужчины. Параллельно-кузенный брак — это брак между детьми сиблингов одного пола — двух братьев или двух сестер5.

Есть самые различные комбинации в зависимости от того, являются ли браки матрилатеральными или патрилатеральными, и они имеют различные последствия, смотря по тому, заключаются ли они в матрилинейных или патрилинейных обществах. При кросс-кузенном браке в матрилинейном обществе человек вместе с отцом своего отца и матерью своей матери является членом одного и того же матриклана. В патрилинейном обществе кросс-кузенный брак может привести к постоянным родственным отношениям между двумя патрикланами. Когда необходимо укрепить клановую эндогамию (необычный, но возможный вариант), то этому может помочь патрилатеральный параллельно-кузенный брак в патрилинейном обществе или матрилатеральный параллельно-кузенный брак в матрилинейном обществе. Как правило, клановую экзогамию укрепляет кросс-кузенный брак.

Есть еще одна система, существующая чаще всего в билатеральных обществах, где узы личной привязанности и дружбы не менее важны, а иногда и более важны, чем происхождение, — это обмен сестрами, который, однако, не является наследственной системой, поскольку это ведет к кросс-кузенному браку, а в этих обществах его обычно избегают. Эта система помогает сохранять крепкие узы между братьями и сестрами, которые в противном случае могут быть порваны из-за брака и неизбежной после этого разлуки. Она позволяет также двум друзьям прибавить к узам дружбы и родственные связи.

Эта запутанная система тесно связана с проблемами наследования и власти, с проблемой возникновения напряженности и служит наилучшим средством ослабления такой напряженности и даже предотвращения споров. Поскольку между некоторыми родственниками, как, например, между зятем и тещей, часто возникают трения, им могут порекомендовать избегать всяких отношений, а иногда даже запрещают встречаться или разговаривать. Или же их заставляют перевести свои отношения в русло шутки и при встречах разговаривать в предписанной свыше манере — нарочито фамильярно. К тому же методу прибегают иногда добровольно и люди, не состоящие в родстве, но между которыми могут возникнуть трения. Как правило, люди, которые называют друг друга братом, сестрой, зятем и тому подобное, тем самым берут на себя определенные взаимные обязательства. Так, если два человека называют друг друга братьями — братья они или нет, не имеет значения, — то между ними возникают такие же узы, как между настоящими кровными братьями. Далее, если два индивидуума породнятся — через брак или усыновление, — то породнятся не только они, но и их семьи. Создаются групповые отношения, налагающие взаимные обязательства на целые группы и сегменты общества.

Из приведенных изолированных примеров разновидностей «семьи» можно видеть, что эта основная биологическая ячейка служит в Африке моделью для всех сложнейших социальных отношений, а также понять, почему социальные отношения играют решающую роль. Считается, что физиологическое отцовство не имеет особого значения. Кто фактически является отцом — вопрос второстепенный, если есть другой человек, который претендует на социальное отцовство и, усыновляя ребенка, принимает на себя всю ответственность.

Но именно этой системе грозит гибель в сегодняшней Африке, а вместе с ней рухнут все основы традиционного общества. Это объясняется прежде всего экономическим развитием и внедрением денежной экономики. Индивидуумы получили возможность накапливать состояние, что было немыслимо раньше, и делать запасы не только на многие годы вперед, но даже и для последующих поколений. В таких условиях человек не нуждается в родственниках — их заменяет текущий счет в банке.

При традиционной экономике можно было унаследовать определенное имущество, но это редко было движимое имущество, чаще человек наследовал землю, скот, права на воду или на охотничью территорию. Такое наследство не освобождало его от зависимости от других людей, а. наоборот, укрепляло взаимную зависимость, тэк как унаследованные вместе с имуществом обязательства связывали его с другими людьми, и обязательств было тем больше, чем больше наследство. Принято говорить, что вождь наследует все племя — он несет за него ответственность. Так и по вдовьему наследованию мужчина наследует жену и детей умершего брата, то есть речь идет не о правах на владение ими, а об ответственности, и он обязан заботиться о них, как о своей собственной семье.

В наше время, когда мужчины работают отдельно от семьи в учреждении, на предприятии или в президентской конторе, им платят жалованье за их личный труд, и они получают право, не носящее общественного характера, на это жалованье и богатство — индивидуальное право. Как далеки те времена, когда они просили родственников и лрузей помочь расчистить поло или собрать урожай, построить дом или потушить пожар в буше, когда они делились с другими всем, что у них имелось, когда общество состояло из людей, тесно сплоченных просто потому, что они нуждались друг в друге.

Атмосфера индивидуализма, образовавшаяся с приходом денежной экономики, уничтожила потребность в сотрудничестве, которое имеет место разве что в делах, лишенных личностного оттенка, в делах, где стороны не связаны взаимными обязательствами, ибо каждый делает свою работу, за которую ему платят, и ответствен только перед нанимателем, да и то обязан лишь правильно выполнять поставленную перед ним задачу. Вместе с крахом семьи гибнут и представления о социальной ответственности, так как традиционное общество — то просто расширенная семья. Опасность заключается в том, что новые нации будут состоять из аморальных индивидуумов, связанных друг с другом только благодаря тому, что они подчиняются общему закону. Судья или президент, потерявший уважение, которым должен пользоваться как старейший член семьи, превращается просто в платного слугу — можно пользоваться его услугами, но уважать его нельзя. Власть начинают отождествлять с силой. Власть регулировалась традиционными линиями происхождения, и это помогало обходиться без споров. С распадом семьи исчезает и этот механизм, позволявший избежать конфликтов, а с ним уходят стабильность и безопасность, если, конечно, их не поддержат силой.

Серьезный конфликт происходит в матрилинейной семье, когда отец детей, кормилец семьи, настаивает, чтобы наследниками были его биологические, а не социальные дети, рожденные его сестрой. Это создает трудности внутри семьи, но подобные конфликты происходят все чаще в таких странах, как Нигерия, где многие подражают западному образу жизни, где становятся модными христианские браки, а от матрилинейности отказываются, так же как и от полигинии Несмотря на это, многие городские семьи, построенные по западному образцу моногамии и патрилинейности, имеют в деревне дублирующую матрилинейную семью Таким образом достигается разумное решение: традиционное наследство, в частности земля, передается родственникам по матери, а плоды труда по найму — родственникам по отцу. И действительно, городские жилища не могут удовлетворить потребностей всей работающей расширенной семьи или даже полигинической семьи, хотя некоторые сообразительные нигерийские архитекторы пытались спроектировать дома, которые позволяли бы хранить старую семейную традицию.

При высокой стоимости жизни в городе и растущей дороговизне в деревне, при необходимости платить наличными налоги, за школу, одежду и школьные учебники, платить за импортируемые продовольственные и промышленные товары, заменившие местные продукты, которые больше не производятся, исчезла и былая общинная жизнь и сопутствовавшая ей эгалитарная экономика, а одновременно рухнула и стабильная политическая структура, базировавшаяся на гибкой семье со способностью к адаптации. Исчезла и традиционная юридическая система, в основе которой лежали принципы взаимного уважения и взаимопомощи, благодаря чему устанавливались приемлемые для всех нормы поведения, и порядок можно было сохранять, не применяя физического принуждения. Такая система существует сейчас только в районах обитания племен на «отсталых» территориях, куда не пускают туристов.

Очень часто считают, что такие традиционные очаги враждебны интересам национального развития, а традиция, мол, противоречит идее нации. Ни народ, ни традиции не представляют угрозы идее становления нации, — если такому народу дать правильный импульс, то он с традиционной гибкостью расширил бы социальные горизонты и мог бы совершать большие дела Проблема заключается в том, чтобы убедить его в необходимости или желании поддержать национальное развитие, так как пока он чувствует себя инородным телом (или пока другие считают его таковым), не может быть общей системы моральных принципов, которые помогли бы ему найти общий язык со всей нацией.

Одна лишь экономическая помощь здесь не поможет. Мы видели, чем кончилась затея с комитетом помощи голодающим ик. Все мероприятия правительства обычно производят на племя неблагоприятное впечатление, так как очень редко администраторы, управляющие летами племени, сами являются выходцами из него, чаще же они приносят с собой предубеждения своего собственного племени или же "цивилизаторские" представления o том, что правильно и прогрессивно. И все же администраторам, чтобы найти общий язык с племенем, пути общения с ним, приходится пользоваться его политическим механизмом.

Большинство сельских жителей слушаются своего традиционного вождя и беспрекословно выполняют его приказы, но они вежливо отказываются выполнять просьбы администратора, хотя они и полностью совпадают с указаниями вождя, ибо, по мнению племени, у администратора нет права на власть. Они прислушиваются к администрации только в одном случае — когда им угрожают силой, штрафами или тюремным заключением. Если государственная администрация обращается за помощью к традиционным вождям, то те и сами оказываются в трудном положении. Традиционные лидеры искренне хотят помочь своему народу, возможно, они понимают необходимость интеграции племени в обшена циональную систему (хотя это случается и не всегда), но как только они выступают от имени администрации, они теряют уважение народа, авторитет и в конце концов власть. Они напоминают обожествленного короля, который, чихнув, показал, что потерял божественную сущность (Говорят, что если обожествленный король шиллуков чихал, то его считали недостойным звания короля и убивали.).

Необходима смена идеи, веры, ибо только идея объединяет или разделяет. Именно смена идеи объединилa акан и привела к созданию конфедерации Ашанти, и только идея превратила конфедерацию в государство. Твердое убеждение, что Нкрума был связан мистическими узами со сверхъестественными силами (или с каким-то прапредком), Привело в Гане к тому, что народ был верен ему так же, как он раньше был бы верен вождю своего племени.

Гана — сравнительно небольшое государство, и требовать того же от Заира — все равно что просить луну с неба. Идея не признает расстояний. Мобуту за несколько лет сумел завоевать последователей в самых отдаленных лесных районах, — пожалуй, нет ни одного пигмея, который не утверждал бы (хотя и не всегда искренне), что Мобуту — его отец. Мобуту быстро вошел в эту роль, отбросив, как только позволила обстановка, военную форму и свой чин. Один лишь этот акт принес невиданную стабильность этой изменчивой и лишенной единства стране6. К сожалению, такая стабильность может быть в любой момент нарушена каким-либо рвущимся к власти оппозиционером, недовольным медленными темпами прогресса или же тем, что правительство действует слишком осторожно и не проводит радикальных преобразований.

Из того, что говорилось о традиционных верованиях в африканском обществе, мы видим: хотя эти верования чаще всего связаны с предками — это отражается в обрядах, а значит, и в концепции семьи, — они ассоциируются с верой в жизненную и духовную силу, в своего рода божество, присутствующее повсюду в мире. Это вера в прирожденную доброту всех вещей; все недоброе неестественно, своего рода беспорядок, брак в работе божественной системы. Я употребляю термин «божественная» не потому, что он означает активную веру в бога-творца; наоборот, там, где такая вера есть, она обычно не активная. Но тем не менее бытует представление о существовании какого-то иного, духовного уровня жизни и силы, более могущественной, чем сила человека. Это представление распространено по всей Африке. Мы ошибочно трактуем его как магию, колдовство, отбрасываем его как суеверие, но оно укоренилось в самой земле Африки.

Связь между верой и землей — главный источник величайшего единства и одновременно источник местного единства, ибо земля и есть Африка. Охотники, скотоводы, земледельцы — все воспевают землю — саванну, лес, пустыню, реки, озера, горы и долины, которые согласно традиционному африканскому мышлению населены единым духам, а еще чаще духами, существами калибра поменьше. Такой дух, такое духовное или божественное начало проявляет себя через традиционное натуральное хозяйство Африки, когда земля в той или иной форме обеспечивает все жизненные потребности; люди это понимают и уважают за это землю. С землей нельзя торговаться или спорить, ее нельзя обманывать. Охотники жили с ней, скотоводы жили на ней и землею жили земледельцы — все поддерживали различный уровень эмоциональных связей с землей, подчиняли ее или подчинялись ей, но всегда понимали ее. Для всех них земля была отцом и матерью, и лидер народа — будь тo старейшина семьи или император — всегда был заодно с землей. Те титулы, которые различные общества даровали своим королям, королевам и.вождям, отражают связь между жизнью вообще, жизнью правителей и землей.

Это связь духовная, скорее религиозная, а не просто ритуальная, и как бы быстро ни менялся окружающий африканцев мир, всегда сохраняется вера, идея. Она в речах политических лидеров, в действиях местных администраторов и в сердцах простых людей. Но чтобы вера стала объединяющей силой, она должна быть оформлена, ибо на место старых религий и ритуалов, которые могли стать такой силой, пришли христианство и ислам; христианство больше разъединяет, а не объединяет людей, а ислам чаще всего носит недуховный, а светский воинственный характер. Однако и та и другая религия могла бы стать новым источником единства развивающихся наций, если бы появился какой-нибудь пророк или глава государства, который принял бы на себя роль пророка (или народ облек бы его функциями пророка). Как только соседствующие племена получат новый источник духовного единства, исчезнут все конфликты между ними и государством. Тогда останется чисто техническая задача строительства единого общества, единой общественной организации, которая сохранит самые жизненные элементы традиции и разумно сочетает их с теми западными элементами, которые приемлемы для этого общества.

Таким путем Африка сможет создать новую форму общества, которое избежит многих опасностей и дефектов, присущих нашему обществу, но которое не будет находиться в изоляции от современного технически развитого мира. Если ей удастся сохранить жизненно важные элементы прошлого, она еще раз докажет, что можно поддерживать порядок в человеческом обществе без законов, что возможно правительство, которое не злоупотребляет властью, и что семья человека — это далеко не миф.

Конечно, не все эти элементы присутствовали во всех африканских обществах и не во все времена, и будущее общество вряд ли окажется совершенным. Но традиционная Африка, существовавшая еще так недавно, обладала многими из этих качеств, и ей почти удалось успешно скомбинировать их и создать такое единое общество, какое мы в нашем, далеко не удовлетворительном мире можем только воображать. Помогало то обстоятельство, что эти общества были невелики по размерам Похоже, что современный мир благосклоннее относится к обширным, крупным обществам, и поэтому Африке пожалуй, лучше было бы выбрать путь федерации а не объединения. Федерация — не новое явление для Африки, и она могла бы использовать традиционные формы оппозиции без вражды, позволила бы людям сохранять крепкую локальную лояльность, объединив их единой верой и убеждениями.

Во всяком случае, некоторые молодые государства ищут пути в этом направлении, пытаясь создать новую индивидуальность, которая позволит им занять прочное место в современном мире, но поможет сохранить и преемственность с прошлыми традициями. Если это не удастся сделать в ближайшее время, Африка безвозвратно встанет на западный путь (неизвестно будет ли это благом или злом) и останутся лишь воспоминания о тех замечательных днях старой Африки, когда мир был таким разнообразным. Сила традиции означает силу которая поможет Африке сохранить жизнеспособность и возможно, будет способствовать благосостоянию всего остального мира.

предыдущая главасодержаниеследующая глава









ПОИСК:




Рейтинг@Mail.ru
© Алексей Злыгостев, дизайн, подборка материалов, оформление, разработка ПО 2001–2018
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку:
http://historic.ru/ 'Historic.Ru: Всемирная история'