история







разделы



предыдущая главасодержаниеследующая глава

Глава 14. ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА ЮСТИНИАНА. ПОПЫТКИ РЕСТАВРАЦИИ ИМПЕРИИ НА ЗАПАДЕ. ВОЙНЫ С ИРАНОМ. ВИЗАНТИЙСКАЯ ДИПЛОМАТИЯ

Осуществление грандиозного плана восстановления границ Римской империи на Западе Юстиниан начал с завоевания королевства вандалов в Северной Африке (Ливии). Этому благоприятствовали международная обстановка и внутреннее положение в вандальском королевстве. К тому времени византийскому правительству удалось устранить опасность, грозившую с Востока: в 532 г. между Византией и Ираном был заключен «Вечный мир». Руки у Юстиниана были развязаны. Осуществлению его планов способствовало и отсутствие единства среди германских королевств. К 30-м годам VI в. вандалы порвали с остготами, остготы постоянно враждовали с франками, франки — с вестготами. Византийская дипломатия всячески разжигала эти конфликты. Из всех варварских королевств Вандальское, пожалуй, более всего было ослаблено внутренними раздорами. За сто лет господства в Северной Африке вандалы и аланы потеряли свою прежнюю воинственность. Вандальский флот, некогда наводивший ужас на все страны Средиземноморья, пришел в упадок1.

Придя в Северную Африку как освободители местного населения от римского владычества и пользуясь первое время поддержкой народных масс, вандалы провели широкую конфискацию земель римской аристократии, православной церкви и императорского фиска. Вандальские короли и их приближенные захватили в свои руки богатейшие земли; рядовые воины-вандалы (около 50 тысяч человек) получили в наследственное владение земельные наделы — клеры, которые были освобождены от уплаты налогов. Старым владельцам оставлялись лишь малоплодородные земли, да и за них нужно было платить в казну высокие налоги. Некоторых знатных и богатых римлян и ливийцев вандалы обратили в рабство или убили, другим удалось бежать. Будучи ревностными арианами, первые вандальские короли Гейзерих (428—477), Гунерих (477—484) и Гундамунд (484—496) подвергали жестоким гонениям африканских церковнослужителей ортодоксального толка2.

Арианское духовенство, непримиримое в своем благочестивом фанатизме, разжигало религиозную рознь в стране. Земли и прочие богатства местных церквей были захвачены арианскими иерархами и вандальской знатью. В среде оставшейся в Северной Африке римской знати и православного духовенства росло ожесточение против завоевателей.

Вместе с тем в самом вандальском обществе происходило глубокое имущественное и социальное расслоение: знать все больше отдалялась от своего народа. Королевские дружинники и сами короли зачастую прибирали к рукам наделы воинов-соплеменников. Часть разбогатевшей вандальской знати усвоила римские обычаи, римский образ жизни. Появилась партия, ориентировавшаяся на сближение с Восточной Римской империей. Если Гейзерих упорно враждовал с ней, если тогда флот вандалов грабил Иллирик, Грецию, Пелопоннес и другие владения империи, то Тразамунд (499—523) всячески добивался дружбы с византийским императором Анастасией; он прекратил гонения против православного духовенства, стремясь привлечь подданных к арианству дарованием почестей и должностей, а не насилием. Еще более «проримский» характер приобрела политика вандалов в правлении короля Гильдериха (523—530). При его дворе явно возобладала «римская» партия. Произошел разрыв с государством остготов. Сам Гильдерих искал дружбы Юстиниана. В стране была установлена религиозная веротерпимость. Византийская дипломатия всячески стремилась поставить Гильдериха в подчиненное положение по отношению к империи. Антиримски настроенная вандальская знать обвиняла короля в тяжких поражениях, которые несли вандалы в войнах с туземными, мавретанскими (берберийскими) племенами Северной Африки. Последние, стремясь к полной независимости, воспользовались ослаблением военных сил вандалов и подняли против них восстание в Бизацене. Военные неудачи были связаны с упадком вандальской армии, вызванным растущим расслоением среди ее рядовых воинов.

Изменилось и отношение к вандалам со стороны населения Северной Африки. Вандальская знать стала проводить политику закабаления свободных крестьян3. В народных массах, преданных православной религии, известный успех имела враждебная вандалам-арианам проповедь ортодоксального духовенства. Между местным населением и завоевателями-вандалами существовала также и этническая рознь. Эмиссары Юстиниана всячески подливали масло в огонь.

В правление проримски настроенных вандальских королей уцелевшая римская аристократия ожила, а православное духовенство, использовав религиозный мир, вновь стало укреплять свои позиции. Римская знать и ортодоксальное духовенство с нетерпением ожидали помощи с Востока. Втайне они готовили восстание против вандалов.

Союзником византийцев в Северной Африке было и купечество североафриканских городов, связанное торговыми интересами с восточными провинциями Византии.

В 530 г. слабый Гильдерих был свергнут с престола антиримскими кругами вандальской знати. Трон занял его родственник Гелимер, также происходивший из королевского рода Гейзериха. Выдвинутый на престол военной партией и пользовавшийся поддержкой армии, Гелимер решительно расправился со своим предшественником. Гильдерих и все его родственники были схвачены и брошены в темницу. Юстиниан потребовал у Гелимера немедленно освободить Гильдериха и начал готовиться к войне. Подавив в 532 г. восстание Ника, император задумал широкой завоевательной политикой отвлечь своих подданных от тяжелого положения внутри страны. Блеском завоеваний он надеялся восстановить свой престиж и заслужить славу великого полководца.

Однако при подготовке экспедиции в Северную Африку император неожиданно натолкнулся на оппозицию придворной знати, которую возглавлял сам Иоанн Каппадокиец. Больше всего ее страшили опасности далекой морской экспедиции. Чиновники двора, связанные с казначейством, были обеспокоены огромными затратами, которых она потребует. Военачальников и солдат пугала война в далекой и неизвестной им стране; кроме того, они опасались возможного нападения на империю персов. Среди солдат, только что вернувшихся из персидского похода и еще не насладившихся миром, не было желания вновь пускаться в опасную экспедицию. Полагали, что даже в случае ее успеха византийские войска не смогут закрепить свою власть над Северной Африкой, пока Сицилия и Италия находятся в руках остготов.

Чиновная знать поколебала на время решимость императора. Но в это время активизировались те силы в империи, которые настаивали на завоевании Вандальского королевства. К императору прибыла делегация восточного православного духовенства. Многочисленные африканские эмигранты, римские аристократы и церковные сановники докучали императору просьбами об отмщении. Активизировались и зарубежные союзники Юстиниана. В Триполисе знатный римлянин Пуденций восстал против вандалов и передал город империи. Вандальский наместник Сардинии гот Года перешел на сторону императора, которого просил о немедленной присылке войск для передачи острова византийцам.

Весной 533 г. началась деятельная подготовка к войне. Прикрывая свои истинные, завоевательные цели, Юстиниан стремился изобразить поход в Ливию как великую освободительную миссию. Главнокомандующим экспедиционного корпуса был назначен Велисарий, к этому времени уже известный полководец, успешно закончивший персидскую кампанию4. Армия, собранная под его знаменами, состояла из 10 тысяч пехоты и 6 тысяч конницы. Это было многоплеменное и разноязычное войско. Пехотинцы были набраны из населения Фракии и Македонии, конница состояла преимущественно из варваров-федератов, гуннов, герулов. Для перевозки армии было снаряжено 500 транспортных судов, на которых насчитывалось 30 тысяч матросов. Кроме того, в распоряжении Велисария имелась эскадра военных кораблей, состоявшая из 92 быстроходных судов — дромонов. На дромонах находилось около 2 тысяч византийцев, гребцов и воинов одновременно.

22 июня 533 г. эскадра отплыла из Константинополя. Вместе с Велисарием в далекий поход отбыл и его советник — историк Прокопий, позднее подробно описавший в своем труде все события, связанные с завоеванием Африки. Суровыми мерами Велисарий навел дисциплину в войске. В гавани Мефоне на Пелопоннесском полуострове к основным силам присоединился еще один воинский отряд. На шестнадцатый день пути византийский флот пристал к пустынному берегу Сицилии. Велисарий послал Прокопия в Сиракузы для выяснения обстановки на острове и отношения остготов, хозяев Сицилии, к походу византийцев. Прокопий донес Велисарию, что путь на Карфаген свободен, ибо вандалы совершенно не ожидают прибытия византийской армии. Незадолго до появления Велисария вандальский король Гелимер отослал свой лучший флот (120 отборных быстроходных кораблей) в Сардинию, для отвоевания ее у Годы. Сам Гелимер, покинув Карфаген, жил в это время в Бизацене, далеко от побережья.

Остготы же не собирались помогать вандалам. Их королева Амаласунта даже разрешила византийцам закупить в Сицилии продовольствие для армии.

Велисарий тотчас приказал поднять паруса, флот быстро пристал к берегам Северной Африки. В начале сентября 533 г. войско беспрепятственно высадилось на расстоянии около 200 километров от Карфагена. Желая привлечь на свою сторону местное население, Велисарий сурово наказывал солдат за мародерство. Византийский полководец направил небольшой отряд к близлежащему городу Селекту. Воины хитростью проникли в него, смешавшись с толпой поселян, въезжавших в город на телегах. В Селекте их радостно встретили сторонники империи — местный епископ и знатнейшие горожане. Византийские войска продолжали успешно продвигаться к Карфагену.

Узнав о высадке неприятельских войск, Гелимер приказал немедля убить Гильдериха и всех его родных, сам же с отрядом легкой конницы пошел по пятам Велисария, не вступая, однако, в соприкосновение с его войском. Вандалы собирали силы. Генеральное сражение обеих армий произошло 13 сентября 533 г. около местечка Децим, в 13 километрах от Карфагена. Вандалы проиграли битву. Путь на Карфаген византийским войскам был открыт. Жители Карфагена растворили перед ними ворота города и, сняв железную цепь, преграждавшую вход в залив Мандракий, дали возможность византийскому флоту войти в гавань. 15 сентября 533 г. Велисарий торжественно, без боя, вступил в Карфаген. В завоеванном городе царил полный порядок, торговля и деловая жизнь не прерывались, лавки не закрывались, солдат по спискам распределяли на постой в домах жителей, а продовольствие они покупали себе на рынке за деньги, выданные казначейством. Заняв Карфаген, Велисарий поднял из руин его стены.

Гелимер начал срочно собирать войска, тщетно пытаясь вернуть потерянную столицу. Все его попытки найти союзников против Велисария терпели провал. Вестготский король Тевд отказался заключить военный союз с вандалами5. Вожди мавретанских племен заняли нейтральную позицию, выжидая исхода войны, чтобы перейти на сторону победителя. На помощь Гелимеру пришли лишь немногие маврусии и его брат Зазон, к этому времени убивший Году и овладевший Сардинией. Попытки Гелимера щедрыми подарками и обещаниями переманить на свою сторону вождей гуннов, находившихся в армии Велисария, также не увенчались успехом. Не сбылись надежды Гелимера и на восстание карфагенян против византийцев.

Второе сражение между вандалами и византийцами произошло в середине декабря 533 г. при Трикамаре. Коннице византийского полководца Иоанна удалось стремительным ударом разбить отряд вандалов, которым командовал Зазон. Сам он пал в этой стычке. Гелимер, узнав о его гибели, покинул войска, чтобы предать земле тело брата. Когда весть об этом распространилась среди вандалов, они обратились в бегство. Разгром армии Гелимера был полный. Победителям достался лагерь вандалов, где находились их жены, дети и имущество. Воины Велисария в одну ночь стали обладателями огромных богатств и множества рабов. Семья и сокровища Гелимера также оказались в руках византийцев. Пять дней и пять ночей византийские войска преследовали Гелимера. Ему удалось ускользнуть от погони и найти убежище на границе Нумидии, у дружественного племени маврусиев. Велисарий, приказав блокировать Гелимера, засевшего на горе Папуа, и отрезать его и его дружинников от подвоза продовольствия, сам с остальным войском возвратился в Карфаген.

Вслед за тем он приступил к завоеванию остальных владений вандалов. Талантливый военачальник Кирилл был послан с войском на остров Сардинию. Без труда подчинив ее, Кирилл вскоре столь же легко захватил и Корсику. Далее к византийцам перешли важные стратегические пункты — Цезарея (Кесария) в Мавретании и крепость Септем (Сеута) — недалеко от Геракловых столпов (Гибралтара), а также Балеарские острова — Майорка и Минорка. Византийцы упрочили свою власть в Триполисе и в других важный укрепленных местах.

В марте 534 г. Гелимер решил сдаться на милость победителя. Условия сдачи были почетными: Гелимеру, всем его родственникам и приближенным-вандалам была гарантирована личная безопасность; ему было обещано, что по приезде ко двору Юстиниана он будет пользоваться почетом и, живя в Византии, ни в чем не будет нуждаться. Захватив с собой Гелимера и все богатства вандальских королей, Велисарий срочно отплыл из Карфагена в Константинополь. В честь Велисария в столице Византии был отпразднован торжественный триумф.

Император и императрица милостиво обошлись со знатными вандалами. Гелимеру были пожалованы земли в Галатии в Малой Азии, и он поселился там на правах частного лица. Пленных же вандальских воинов вывезли из Северной Африки, включили в византийскую армию, расквартировали в отдаленных восточных областях империи и послали на войну с персами.

Самонадеянно веря в то, что вся Северная Африка уже лежит у его ног, византийский император между тем присвоил себе титулы «вандальский» и «африканский», отозвал Велисария из еще не замиренной провинции и уменьшил состав оккупационной армии. В 534 г., тотчас после победы над Гелимером, Юстиниан издал Новеллу об устройстве завоеванной страны. Здесь была организована преторианская префектура во главе с префектом претория Африки, который пользовался широкими полномочиями. Вся Северная Африка делилась на семь провинций: Зевгитана, Карфаген, Бизацена, Триполи, Нумидия, Мавретания и Сардиния. Во главе четырех из них стояли ректоры, другими тремя управляли президы. Военная администрация была отделена от гражданской. Оккупационная армия состояла из корпуса комитатов, расквартированных во внутренних областях, и из пограничных войск — лимитанов. Все чиновники гражданской администрации, все военные командиры и солдаты получали от государства жалование, которое выплачивалось за счет собранных в провинции налогов6. В Северной Африке была полностью реставрирована отмененная вандалами римская налоговая система. Податями было обложено также население Сардинии и Корсики.

Первой задачей Юстиниана в области аграрной политики в Северной Африке было восстановление крупного римского землевладания. Все земли, потерянные прежними собственниками во времена господства вандалов, возвращались старым владельцам — императорскому фиску, православной церкви, потомкам римских посессоров и местной романизированной африканской знати7. Львиную долю конфискованных у вандалов земель Юстиниан присвоил себе или передал фиску. Запрещалось отчуждать церковные имущества. Карфагенской церкви предоставлялись все права, которыми пользовались церкви митрополии.

Инаковерующие — ариане, донатисты, иудеи и язычники — подвергались гонениям. Недаром византийское завоевание было восторженно встречено африканским православным духовенством8.

Все рабы и колоны, бежавшие от своих господ в период владычества вандалов и жившие на свободе, возвращались наследникам их прежних хозяев9. Тяжелую руку завоевателей вскоре почувствовали и маврусии, многие вожди которых, во время войны византийцев с вандалами заняли позицию нейтралитета. Разбив Гелимера, византийцы открыто взяли курс на подчинение туземных племен власти империи.

Политика византийского правительства, направленная на восстановление в Северной Африке рабовладельческих порядков, вызвала недовольство народных масс этой провинции10. Развернулось широкое движение против завоевателей, в котором приняли участие самые с различные слои населения Северной Африки. Первыми подняли оружие маврусии. Эти племена находились на стадии разложения первобытнообщинного строя, и их военная организация еще сохраняла особенности народного ополчения — массовость и мобильность, что делало маврусиев опасным врагом византийцев.

Восстание началось в 534 г. в Нумидии и Бизацене, вскоре после отъезда Велисария в Византию. Маврусии опустошили значительную часть этих отдаленных областей. Немногочисленные здесь византийские войска, к тому же застигнутые врасплох, были наголову разбиты маврусиями и почти целиком истреблены. Против маврусиев был послан со значительной армией евнух Соломон, храбрый и опытный полководец. Война была упорной и кровопролитной. Первое сражение произошло в области Маммы. Хотя численностью маврусии превосходили византийцев, но вооружением уступали им. Византийские войска с богатой добычей вернулись в Карфаген. Однако маврусии, не желая подчиняться византийцам, тотчас вновь поднялись всем народом и стали опять опустошать Бизацену. Второе крупное сражение произошло у горы Бургаон. Победу опять одержал Соломон. Победители жестоко расправились с непокорными туземцами. После разгрома маврусиев на горе Бургаон византийские солдаты «взяли в плен такое число женщин и детей, что желавшим купить (в рабство) ребенка из маврусиев (его) отдавали за цену овцы»11.

Остатки разбитых маврусиев отступили в глубь Нумидии, найдя спасение в горах Авреса. Движение маврусиев временно затухло. Однако передышка для византийского правительства оказалась короткой.

Уже в начале следующего, 536 г. в Северной Африке вспыхнуло новое, крайне опасное для империи восстание византийской армии и народных масс 12. Его важнейшей причиной была развернувшаяся12. в Северной Африке острая борьба за землю. Византийские солдаты претендовали на получение земельных участков в завоеванной провинции. Они стремились прочно обосноваться здесь, многие женились на вдовах, дочерях и сестрах погибших вандалов и считали себя законными владельцами их участков земли. Между тем Константинополь рассматривал земли вандалов как собственность императора или казны; их возвращали православной церкви или потомкам римских землевладельцев. Попытки отобрать в казну участки вандалов вызвали страшное возмущение в армии. Борьба за землю временно объединила простых солдат, привилегированных воинов из гвардии главнокомандующего и значительное число военачальников. Недовольство рядовых солдат усугублялось тем, что правительство подолгу задерживало уплату им жалованья, а командиры их всячески притесняли.

Одной из важных причин восстания была также усилившаяся в армии и во всей стране религиозная рознь между арианами и православными. По словам Прокопия, в византийских войсках в Северной Африке было не менее тысячи солдат в большинстве своем — варваров, исповедовавших арианство13 (особенно много было среди них герулов). Религиозные гонения Юстиниана создавали почву для сближения восставших воинов с местными жителями-арианами. Известную роль в восстании сыграли и вандалы, уцелевшие после разгрома их армии Велисарием.

Весной 536 г. в Карфагене был составлен заговор против Соломона. Заговорщики хотели убить его, однако убийство не удалось, и часть заговорщиков бежала из Карфагена. Соломон решил пойти на уступки. Но спустя четыре дня после раскрытия заговора, солдаты карфагенского гарнизона подняли открытое восстание на ипподроме, где рассчитывали получить поддержку карфагенской бедноты. Своим вождем они избрали видного военачальника Феодора Каппадокийца. Захватив штурмом дворец, восставшие стали убивать всех сторонников Соломона, громить дома богачей и знати. Однако Феодор Каппадокиец, выражавший интересы привилегированной части армии, лишь временно примкнувшей к движению, не хотел идти на полный разрыв с правительством, поэтому он тайно помог Соломону, его приближенному Мартину и историку Прокопию ночью бежать на корабле из Карфагена. Мартин отправился в Нумидию. чтобы собрать там войска для борьбы с восставшими солдатами, а Соломон и Прокопий прибыли за помощью в Сицилию, где в это время находился Велисарий, посланный Юстинианом для ведения войны против остготов.

После бегства Соломона в лагере восставших начался раскол. Власть в городе захватили умеренные элементы во главе с Феодором Каппадокийцем. Воины, ушедшие из Карфагена, избрали вождем одного из телохранителей Мартина — Стотзу. Под знаменами Стотзы собралась целая армия — 8 тысяч хорошо вооруженных византийских солдат и тысяча вандальских воинов. К ним присоединилась, по словам Прокопия, и «большая масса рабов»14. Участие рабов придало движению социальный характер.

Партия умеренных стремилась сохранить город для императора и заперлась в Карфагене. Тогда Стотза начал его осаду. Он уже был близок к захвату города, когда в Северную Африку из Сицилии прибыл Велисарий. Видимо, использовав разногласия в лагере восставших и опираясь на помощь Феодора Каппадокийца, он сумел отколоть от Стотзы значительное число воинов. Вскоре по прибытии Велисария в его распоряжении было уже две тысячи воинов. После этого Стотза отступил, но не сложил оружия.

Решительное сражение между войсками Велисария и повстанческой армией Стотзы произошло в 536 г. около города Мембресы, на берегу реки Баграда. Победа досталась Велисарию, более опытному в сражениях полководцу. Велисарий не решился преследовать Стотзу и возвратился в Карфаген. Здесь его ожидало тревожное известие о солдатском восстании в собственной армии в Сицилии, заставившее его поспешно покинуть Африку.

Но восстание воинов Стотзы продолжалось. Восставшие одержали блестящие победы в Нумидии. На сторону Стотзы перешла целая армия правителя Нумидии Маркелла. Победы Стотзы так обеспокоили Юстиниана, что он послал в Северную Африку своего племянника патрикия Германа, наделив его большими полномочиями. Герман тотчас произвел перепись всех солдат, сохранивших верность империи. Оказалось, что только одна треть войска осталась в Карфагене и других городах на стороне императора, а все остальные ушли к Стотзе. Экстренными мерами Герману удалось вернуть часть солдат в свою армию: им было выплачено все жалование, даже за то время, когда они сражались против правительства, всем возвращавшимся под знамена императора даровалась полная амнистия и раздавались щедрые подарки. Тем не менее, Стотза продолжал борьбу. Он сумел привлечь на свою сторону некоторые племена маврусиев. Стотза даже пытался наступать на Карфаген, но потерпел неудачу.

В 537 г. близ местечка Скале Ветерес в Нумидии повстанческая армия встретилась с войсками Германа. Превосходство сил было на стороне Германа, и он выиграл сражение. Немалую роль в этом сыграла позиция некоторых вождей маврусиев, внезапно перешедших на сторону Германа. Стотза принужден был скрыться в Мавретанию. Однако брожение в византийских войсках в Африке не утихало. Зимой 537/38 г. вспыхнуло восстание карфагенского гарнизона под руководством Максимина, с трудом подавленное Германом. Вскоре Герман был отозван Юстинианом из Африки, и ее окончательное замирение было вновь Поручено евнуху Соломону.

Для восстановления порядка Соломон стал проводить суровую чистку армии. Он выселил из провинции всех вандалов, построил по всей стране многочисленные укрепления, требовал строгого соблюдения римских законов. К 539 г. Соломону удалось разбить непокорные племена маврусиев в горах Авреса, захватить области Заба в Первой Мавретании и временно установить в Африке мир. Но этот мир длился только четыре года. В 543 г. военные действия против маврусиев возобновились. В 544 г. в битве у местечка Циллий, около Тебесты, византийские войска были наголову разбиты маврусиями Триполи и Бизацены, а сам Соломон, наместник Африки, убит.

Весной следующего, 545 г. началось второе восстание Стотзы. Прибыв из Мавретании, он вновь поднял восстание в Бизацене против преемника Соломона — Сергия. Стотзу поддержали маврусии и местное население. Повстанцы разбили армию наместника Бизацены Имерия и захватили в плен его самого. Воины Имерия присоединились к войскам Стотзы, которые овладели затем крупным приморским городом Гадруметом. Повстанцы стали фактическими хозяевами всей Бизацены. Стотза снова достиг большой власти, и множество византийских воинов опять спешили под его знамена.

В этот критический момент Юстиниан совершил ошибку, послав в Северную Африку сенатора Ареовинда. Не сведущий в военных делах, он мало походил на полководца, способного спасти Африку. Император усугубил свой промах, разделив власть в провинции между Сергием и Ареовиндом: первому поручалось вести борьбу с повстанцами в Нумидии, второму — в Бизацене. Между двумя правителями вскоре вспыхнула смертельная вражда, породившая бесконечные распри, которые были наруку восставшим. Сергий не хотел помогать Ареовинду и согласовывать действия обеих армий.

В 545 г. войска Стотзы наголову разбили отряд византийцев у местечка Тацеа, расположенного вблизи города Сикка Венерия, в области Зевгитана. Однако повстанцы потеряли в этом сражении своего храброго вождя, что было для них тяжким ударом. Место Стотзы во главе повстанцев занял некий Иоанн, сумевший снова сплотить всех недовольных византийским владычеством.

Убедившись, что распри между правителями провинции только способствовали усилению повстанцев, Юстиниан отозвал, наконец, Сергия и передал всю власть в Африке Ареовинду. Однако его единоличное правление не принесло желанного правительству умиротворения провинции. Уже через два месяца после отъезда Сергия она вновь была охвачена гражданской войной.

Полчища маврусиев, соединившись с мятежными воинами, двинулись на Карфаген. Непосредственная опасность нависла над самой резиденцией правителя Африки. Затруднительным положением Ареовинда воспользовался один из военачальников византийской армии — авантюрист и честолюбец Гонтарис, поставивший задачей возложить на свою голову корону правителя независимого от империи африканского королевства. Желая использовать войска маврусиев в борьбе против Ареовинда, Гонтарис завязал тайные переговоры с одним из их вождей. Он обещал отдать варвару Бизацену, половину богатств Ареовинда и в качестве вспомогательных войск послать ему впоследствии 1500 воинов. Себе же Гонтарис пока намеревался оставить Карфаген, остальные области Африки и королевский титул. Соглашение состоялось, но обе стороны не очень-то стремились его выполнять. Между тем Ареовинду удалось переманить на свою сторону другого вождя маврусиев и посеять раздор между своими противниками. Тогда Гонтарис, опираясь на часть солдат карфагенского гарнизона, которым он обещал уплатить жалование, задержанное казначейством, произвел открытый вооруженный переворот в Карфагене. На стенах и у ворот Карфагена произошла кровавая схватка, победителем из которой вышел узурпатор.

Ареовинд в страхе бежал со своей семьей и спрятался в одной из карфагенских церквей. Захватив власть в столице, Гонтарис начал переговоры с соперником. Лживыми обещаниями ему удалось выманить Ареовинда из его убежища, после чего он был коварно убит. Гонтарис не пожелал расстаться с сокровищами Ареовинда и не выполнил своих обязательств, данных вождю маврусиев. Маврусии отказались помогать Гонтарису и перешли на сторону византийского правительства. Гибель наместника Юстиниана была восторженно встречена мятежными солдатами, которые в борьбе с общим врагом готовы были поддержать узурпатора. Около тысячи солдат Иоанна, в том числе 500 византийских воинов, 80 гуннов и остальные вандалы, перешли на сторону Гонтариса и были впущены в Карфаген. Нуждаясь в их помощи, Гонтарис отнюдь не хотел способствовать победе народного движения. Он выражал интересы верхушки византийской армии и не был связан с широкими солдатскими массами. Захватив власть, Гонтарис обрушил жесточайший террор на головы своих личных врагов.

Честолюбивым замыслам Гонтариса не суждено было сбыться. Его правление длилось всего 36 дней. В марте 546 г. он пал жертвой военного заговора, осуществленного к выгоде византийского правительства. Этот заговор возглавил знатный армянин из рода Аршакидов — Артабан; его поддержали высшие офицеры византийской армии. Артабан расправился со всеми сторонниками Гонтариса, особенно с вандалами и мятежными солдатами Иоанна. Последний был захвачен в плен и отправлен в Константинополь, где был предан жестокой казни. Вскоре Артабан покинул Африку.

Еще целых два года потребовалось империи для полного замирения непокорной провинции. В 548 г. Африка была окончательно возвращена под власть Юстиниана.

Покоренная провинция включала в свой состав Триполи, Бизацену, Проконсуларию, Нумидию, часть Мавретании. К империи отошли также Сардиния, Корсика и Балеарские острова. Но почти вся Западная Африка осталась независимой, за исключением некоторых прибрежных областей: самым важным приобретением для византийцев здесь была крепость Септем. Победа византийского оружия объясняется разрозненностью мавретанских племен, неоднородностью социального состава участников движения, его стихийностью, отсутствием дисциплины у восставших.

Эта победа была куплена дорогой ценой. Страна была разорена длительными войнами. Желая возродить экономику завоеванной провинции, византийское правительство пыталось укрепить свободное землевладение. Новеллой 552 г. устанавливалось, что колоны, бежавшие из поместий во время вандалов, сохраняли свободу. Издание этого закона было продиктовано также опасением новых народных восстаний. Но землевладельцы Африки не выполняли предписания правительства. Поэтому в 558 г. оно вновь запретило «незаконные возвраты», предписав тут же, чтобы все колоны, рустики и клирики, бежавшие из имений своих хозяев или церкви после завоевания Африки византийскими войсками, немедленно возвращались их прежним владельцам15.

Юстиниан осуществлял в Африке широкую строительную деятельность, которая благоприятствовала хозяйственному подъему. Евагрий говорит, что Юстиниан отстроил в Северной Африке 150 городов. Широкий размах строительства подтверждается археологическими открытиями многочисленных городов и укреплений, воздвигнутых в Африке в правление Юстиниана. Установившееся относительное спокойствие мореплавания по Средиземному морю и возродившиеся торговые связи Карфагена и других североафриканских городов с восточными областями Византийской империи также способствовали восстановлению ремесла, торговли и городской жизни в Северной Африке. Экономический подъем продолжался здесь вплоть до завоевания страны арабами.

Падение в 534 г. королевства вандалов в Северной Африке явилось прелюдией к завоеванию византийскими войсками Италии. Воюя с вандалами, империя всячески заигрывала с остготами: ей необходим был нейтралитет Остготского королевства. Но как только была одержана победа над вандалами, взоры византийского правительства обратились к Италии. Завоевание Северной Африки обеспечивало с юга тыл византийских войск. Кроме того, оно показало, как рухнуло варварское королевство, считавшееся непобедимым. Это воодушевляло сторонников империи в Италии.

Подобно государству вандалов, королевство Теодориха в 30-х годах VI в. раздиралось внутренними смутами. При его слабых наследниках оно стало клониться к упадку. Официальным преемником Теодориха, умершего 30 августа 526 г., был его малолетний внук Аталарих, но фактически страной правила его мать, дочь Теодориха, регентша Амаласунта (Амаласвинта)16. В ту пору ей было 28 лет. Дочь Теодориха сочетала необычайную красоту и женственность с умом, энергией и решительностью зрелого человека. Она получила прекрасное образование, свободно владела греческим и латинским языками. С первых шагов своего правления Амаласунта столкнулась с огромными трудностями. Продолжая политику отца, Амаласунта придерживалась проримской ориентации и опиралась на ту часть готской знати, которая стояла за сближение с римлянами. Кроме того, она окружила себя советниками из римской аристократии, поддерживавшими остготское правительство. В правление Амаласунты Остготское королевство стремилось жить в мире с Византийской империей. Правительство запретило готам захватывать земли римских владельцев и покровительствовало католической церкви; римскому папе было даровано право суда над католиками. Все это не могло не вызвать резкой оппозиции со стороны антиримски настроенной остготской военной знати. Вожди оппозиции не хотели примириться с тем, что Амаласунта воспитывает короля Аталариха по римскому образцу. Они потребовали, чтобы юный король забросил науки и предался военным упражнениям в кругу знатных готских юношей. Опасаясь за свою жизнь, Амаласунта уступила, и Аталарих, подпав под влияние готской партии, вскоре вышел из повиновения матери. Против королевы был составлен заговор.

К этому времени обострилось также недовольство народных масс. Крайне осложнилось и международное положение Остготского королевства — с северо-запада ему грозили франки, на юге произошел разрыв с Вандальским королевством. В борьбе с оппозицией Амаласунта могла обратиться за помощью только к империи.

В 532 г., в момент наибольшей опасности со стороны готской военной знати, Амаласунта тайно известила Юстиниана о своем намерении искать убежища в Византии. Однако затем Амалсунте удалось расправиться с вождями оппозиции и снова укрепиться на троне. Известие о готовящемся бегстве Амаласунты открывало Юстиниану возможность захватить Италию, выступая защитником законной правительницы. Но одновременно это известие обеспокоило императрицу Феодору: она опасалась брака Юстиниана с красивой наследницей Теодориха, которая принесла бы в приданое своему супругу Остготское королевство. Победа Амаласунты была непрочной. Ее сын Аталарих, никчемный и развратный кутила, заболел и 2 октября 534 г. умер. Желая во что бы то ни стало сохранить власть, Амаласунта решила пойти на компромисс с оппозиционно настроенной готской знатью. Она сделала своим соправителем и мужем двоюродного брата, последнего представителя мужской линии королевского дома Амалов — Теодата (Теодахада). Теодат был приемлем как человек, лояльный по отношению к римскому сенату и Восточной Римской империи. Союз Амаласунты и Теодата был заключен при одобрении готской знати и с согласия римского сената. Но тайно королева потребовала от Теодата клятвы в том, что реальная власть останется в ее руках. Она надеялась на сохранение прежней политической линии Остготского государства. Надежды Амаласунты не оправдались. Человек изменчивый, слабодушный, лишенный твердой воли и преисполненный коварства, Теодат меньше всего был способен сохранять верность своим клятвам. Подобно Гелимеру, он был горячим поклонником римской цивилизации, изучал латинский язык и римскую литературу, гордился знанием платоновской философии. Теодат был совершенно несведущим в военном деле. Основной чертой его характера являлось корыстолюбие. Дипломатия, а не поле сражения была ареной его деятельности. Лицемерно согласившись на все требования Амаласунты, Теодат, придя к власти, заключил против королевы союз с вождями готской военной знати, расправился с приближенными Амаласунты и в конце октября 534 г. сослал ее на один из островов Бульсинийского озера (ныне — остров Маршано на Лаго ди Больсена). 30 апреля 535 г. царственная дочь Теодориха была задушена в бане приспешниками Теодата. Такой способ убийства Амаласунты был избран убийцами лицемерно — с тем, чтобы не пролить царственной крови великого короля Теодориха. Смерть королевы означала победу готской партии над сторонниками союза с империей.

Дворец Теодориха. Мозаика базилики Сант-Аполлинаре Нуово в Равенне. VI в.
Дворец Теодориха. Мозаика базилики Сант-Аполлинаре Нуово в Равенне. VI в.

Убийство Теодатом законной королевы послужило Юстиниану удобным предлогом для вмешательства во внутренние дела Остготского королевства. Весной 535 г. между обоими государствами произошел открытый разрыв.

Истинной причиной войны было стремление Юстиниана осуществить широкие планы восстановления империи на Западе. Немалую роль играла и религиозная рознь между православными и готами-арианами. Завоевание Италии должно было не только неизмеримо поднять политический престиж Византийской империи, но и дать ей огромные богатства и экономические ресурсы, в которых она нуждалась.

Удар по Остготскому королевству предполагалось нанести с трех сторон. Армия полководца Мунда должна была занять Далмацию и напасть на Италию с востока; Велисарий с флотом и армией, насчитывавшей около 8 тысяч солдат, двинулся в Сицилию и намеревался вторгнуться в Остготское королевство с юга; враги остготов — франки готовились нанести им удар с северо-запада. Золотом послы императора купили помощь Меровинга — короля Теодеберта — против королевства остготов. Важными козырями в этой дипломатической игре были обещание византийцев уступить франкам земли в Провансе и призыв к борьбе франков-католиков против еретиков-ариан. Вторично византийской дипломатии удалось расколоть фронт германских государств.

В июне 535 г. разразилась одна из кровопролитнейших войн того времени, принесшая огромные бедствия народу Италии. Начало военных Действий было весьма благоприятно для Византии17. Мунд без труда занял крупнейший порт Далмации Салону (ныне — Сплит), а Велисарий, высадившись в Сицилии, продвигался в глубь острова, почти не встречая сопротивления. Катана (ныне Катания), Сиракузы и другие города сдались византийцам без боя. 31 декабря 535 г. Велисарий торжественно въехал в Сиракузы. В кратчайший срок Сицилия была покорена византийскими войсками и стала провинцией империи. Такие успехи византийцев объясняются прежде всего поддержкой крупных римских землевладельцев и католической церкви. Население острова (как и Южной Италии) было недовольно правлением остготов. Кроме того, у Велисария был явный перевес сил. Даже некоторые вожди готов в Сицилии перешли на сторону победителя.

Захват Сицилии лишил Остготское королевство его основной житницы. Византийцы приобрели прекрасную оперативную базу для нападения на Италию. Первые же успехи Велисария в Сицилии вселили в малодушного короля панический страх, и он начал переговоры о мире с Юстинианом. К этому толкало Теодата и нараставшее недовольство в стране. Его неумелое правление заставило отвернуться от него как остготскую военную знать, так и римский сенат. В 535 г. вспыхнуло народное восстание в Риме. Усиливалась рознь между римлянами и готами. В такой обстановке Теодат пошел на все уступки Юстиниану. В начале 539 г. Теодат заключил с императорским послом тайный договор, по которому был готов передать императору всю Италию за богатые поместья и 1200 либр золота ежегодного дохода. Юстиниан отправил новых послов в Италию для выполнения этого секретного договора. Но когда в апреле 536 г. послы явились к остготскому королю, тот круто изменил свою позицию. Изменчивый и непоследовательный, Теодат столь же легко падал духом, как и впадал в высокомерие. К этому времени остготские полководцы разбили армию Мунда в Далмации, близ Салоны. Поднятию воинственного духа остготского правительства способствовало также известие о восстании Стотзы в Северной Африке. Теодат бросил в темницу послов императора. Одновременно ему удалось посадить на папский престол своего ставленника — диакона Сильверия. Активизировалась и дипломатия Остготского королевства. В переговорах с франками Теодату посчастливилось добиться некоторых успехов. За уступку остготских владений в Провансе и большую дань франки обещали помочь своим германским соседям, но отказались и расторгнуть договор с Византией.

Летом 536 г. византийский полководец Константиан отвоевал у остготов Далмацию, а Велисарий подавил восстание солдат в Северной Африке и возвратился в Сицилию. Вскоре он высадился в Регии (ныне — Реджио ди Калабрия). Население Южной Италии встретило византийцев как освободителей. Византийские войска прошли Бруттий, Луканию и достигли Кампании. Здесь они неожиданно натолкнулись на упорное сопротивление готского гарнизона и жителей самого крупного центра Южной Италии — Неаполя. Его осада длилась двадцать дней. Лишь благодаря военной хитрости византийцы тайно, ночью проникли в город и овладели им. Это произошло в середине ноября 536 г. Неаполь был подвергнут жестокому разгрому, после которого этот прекрасный город запустел и обезлюдел.

Падение Неаполя вызвало страшное негодование против Теодата в остготской армии, превратившееся в открытое возмущение. Остготские воины подозревали короля в измене.

В ноябре 536 г. в местечке Регата, недалеко от Террацины (ныне — Терричина), остготские солдаты восстали против Теодата и провозгласили королем своего вождя Витигиса. Узнав о восстании, Теодат пытался бежать, но по приказу Витигиса был убит.

Преемник Теодата, казалось, являлся его полной противоположностью. Храбрый солдат незнатного происхождения, Витигис гордился своими воинскими доблестями. Однако энергичный и мужественный на поле сражения, он проявил себя посредственным полководцем и заурядным политиком. Первоначально приход к власти Витигиса, пользовавшего поддержкой широких слоев готских воинов и пошедшего на сближение с готской партией, вселил большие надежды в готов. Но его стратегический план в борьбе против Велисария оказался неудачным. Вместо того, чтобы наступать, Витигис отступил из Рима в Равенну, оставив «Вечный город» византийцам. Стремясь обезопасить свой тыл, он вступил в переговоры с франками, закончившиеся уступкой им Прованса и уплатой большой дани. Но Меровинги вели двойную игру и, на словах обещая помощь Витигису, на деле не расторгали своего договора с империей. Покинуть Рим Витигиса заставило еще и недоброжелательное отношение к готам римского сената, католического духовенства и самого населения города. Выходец из солдатской среды, новый король во что бы то ни стало хотел придать своей власти законный характер. Он женился на дочери королевы Амаласунты — Матасунте (Матасвинте). Гордая своей знатностью, внучка Теодориха Матасунта ненавидела Витигиса, человека «низкого» происхождения. Она постоянно интриговала против мужа и вместе со знатными готами и римлянами устраивала заговоры против него в пользу византийского императора. Оторвавшись от простых солдат, Витигис не был принят и высшей знатью. Пока король в Равенне справлял брак с Матасунтой, время для наступления против Велисария было потеряно. Стремительным броском Велисарий подошел к Риму и 10 декабря 536 г. без боя овладел им. Активную помощь византийцам при этом оказали знатные заговорщики в Риме во главе с папой Сильверием и сенатором Фиделием. Массы римлян, ненавидевшие готов, сочувственно встретили их изгнание из древней столицы и освобождение oт власти готских королей.

Византийцы сумели захватить также многие важные пункты Южной и Средней Италии. В Средней Италии ими были захвачены города Нарния (ныне — Нарни), Сполеций (ныне — Сполето) и Перузия (ныне — Перуджа). Весной 537 г. огромная армия остготов подошла к Риму. Началась осада. Положение Велисария было очень тяжелым: он располагал сравнительно небольшим гарнизоном в 5 тысяч воинов. В городе из-за голода и болезней росло недовольство. Обещанные императором подкрепления не прибывали. Осада длилась четырнадцать месяцев. Но все усилия Витигиса взять Рим были тщетны, и в марте 538 г. он снял осаду. Его принудили к этому начавшиеся в войске болезни и голод, а также умелый маневр византийцев, пославших в рейд в Пицен, по тылам готов, кавалерийский отряд полководца Иоанна, разграбивший эту область и захвативший в плен жен и детей готских воинов, ушедших в поход. Отряд Иоанна взял Ариминий (ныне — Римини) и угрожал самой Равенне. Еще два года продолжалось сопротивление готов, чему способствовали разногласия, возникшие между Велисарием и посланным к нему на помощь с 7-тысячной армией евнухом Нарсесом. В 539 г. Юстиниан принужден был отозвать Нарсеса из Италии и вновь передать все ведение войны в руки Велисария.

В это время активизировалась и дипломатия готов. В поисках союзников против Византии Витигис заключил соглашение с лангобардами. Весной 539 г. он тайно отправил послов к персидскому шаху Хосрову I Аношарвану с целью разжечь старую вражду между Византией и Ираном. Готы имели успех. Персидский шах стал готовиться к войне против Византии и весной 540 г. нарушил «вечный мир». Однако спасти Витигиса от разгрома Сасанидам не удалось. В это же время в войну готов с византийцами вмешалась третья сила: франки короля Австразии Теодеберта с большим войском перешли Альпы и внезапно вторглись в Лигурию, а затем напали как на остготов, так и на византийцев и опустошили ряд областей на севере страны. Летом 539 г., на обратном пути, франки завершили свои кровавые подвиги разрушением города Генуи.

В это время в войске остготов начало расти недовольство. Средние слои остготского общества все больше отходили от своего короля. Одновременно против Витигиса в Равенне был составлен заговор остготской и римской знати. Душой заговора была Матасунта. И когда в конце 539 г. Велисарий двинул свои войска к Равенне и начал осаду столицы Остготского королевства, он нашел внутри города верных союзников в самом королевском дворце. Знатные заговорщики сожгли в Равенне хлебные амбары, и в городе начался страшный голод. Осада Равенны длилась до мая 540 г. Витигис завязал с империей переговоры о мире. Он соглашался на то, чтобы все земли к югу от реки По перешли к Византии, а остготы остались бы лишь на территории к северу от этой реки. Юстиниан был готов принять эти условия в виду обострения отношений с сасанидским Ираном и нашествием славян со стороны Дуная. Однако Велисарий, всегда покорный своему императору, на этот раз требовал полной капитуляции Витигиса. Тогда остготская знать предложила самому Велисарию трон императора бывшей Западной Римской империи и корону остготского короля. Притворно приняв предложения готов, он в мае 540 г. без боя вступил в Равенну. Сдача Равенны знатью вызвала возмущение готов. Известную роль в ее капитуляции сыграло и то, что среди рядовых воинов-остготов росло безразличие к судьбе правительства Витигиса, которое уже полностью себя дискредитировало. Воины-земледельцы стремились скорее кончить войну и вернуться к своим семьям.

Витигис сдался на милость победителя. Равенна не была разграблена, но все готы были из нее удалены. Велисарий вскоре вернулся в Константинополь, везя с собой столь же драгоценные трофеи, как и после экспедиции в Северную Африку. Король Витигис получил земли в Малой Азии и сан патрикия и спустя два года умер в своем поместье. Матасунта удостоилась высших почестей и после смерти своего мужа вышла замуж за племянника Юстиниана, патрикия Германа. Тяжелая пятилетняя война, казалось, завершилась полной победой. Юстиниан прибавил к своим титулам «Африканский» и «Вандальский» еще один титул — «Готский». Но скоро, как и в Северной Африке, политика византийского правительства в Италии вызвала сопротивление народных масс, на этот раз решительно поддержавших, казалось бы, уже окончательно побежденных готов.

Спустя несколько месяцев после капитуляции Витигиса, начался новый этап войны, гораздо более опасный для империи, поскольку в борьбе приняли участие широкие народные массы не только остготского, но и римско-италийского населения страны.

Тотчас после завоевания в Италии вводилась византийская административная и финансовая система, византийские законы, значительно ухудшавшие правовое и реальное положение куриалов, колонов и рабов.

В византийской армии, расквартированной в Италии, наметились весьма опасные признаки разложения и недовольства. Командиры без конца ссорились и враждовали между собой, грабили и отдавали на произвол солдат местное население. Солдаты были недовольны сокращением жалования.

Центром сопротивления Византии стала Северная Италия — области, расположенные за рекой Падуе (ныне — По), где после разгрома Витигиса остались жить свободные остготские земледельцы-воины. Осенью 541 г. остготы провозгласили своим королем Тотилу (Бадуилу), известного не только знатностью, но и большим умом, незаурядной энергией и выдающейся личной храбростью18. В момент своего избрания на остготский престол Тотила не достиг еще тридцатилетнего возраста. Необычайно красивый, статный и ловкий, прекрасный наездник и стрелок из лука, любезный в обращении, он скоро завоевал большую популярность у своих воинов. Тотила оказался не только смелым воином, но и талантливым полководцем. Последний защитник Готского государства был личностью обаятельной и заслужил похвалы даже своих врагов. Он был и незаурядным политиком. Тотила и его приближенные проявили дальновидность, поняв, что без поддержки народных масс Италии победа над таким сильным врагом, как империя, невозможна. Поэтому они пошли на серьезные уступки угнетенному населению страны.

Тотила провел важные социально-экономические реформы19. Он встал на защиту земельных владений мелких свободных собственников от притязаний крупных римских землевладельцев. Одновременно Тотила проводил конфискацию земель старой римской аристократии и католической церкви как наиболее непримиримых врагов остготского правительства и раздавал эти земли своим дружинникам и свободным воинам. Он широко практиковал зачисление беглых колонов и рабов в свою армию20. Такая политика обеспечила консолидацию вокруг Тотилы всех слоев населения Италии.

Начав в 542 г. войну с византийцами, Тотила располагал лишь войском из 5 тысяч человек. Но перейдя с ними через По, он быстро овладел всей Средней Италией, затем совершил стремительный рейд на юг страны и в короткий срок захватил Бруттий, Калабрию, Апулию и Луканию. Весной 543 г. Тотила взял Неаполь. Затем остготские войска блокировали последний опорный пункт византийцев на юге Апеннинского полуострова — порт Гидрунт (ныне — Отранто), через который византийцы получали подкрепления с Востока. Всюду, где появлялись остготские войска, поднималось народное движение против византийских правителей.

Юстиниан решил вновь послать в Италию Велисария, однако, не доверяя своему генералу, он не дал ему ни армии, ни денег. На этот раз победитель Гелимера и Витигиса проявил несвойственную ему медлительность. Тотила же продолжал свое триумфальное шествие по Италии. В конце 545 г. он подошел к стенам Рима и приступил к осаде. Тотила установил блокаду города и решил взять его измором. Вскоре в Риме начался страшный голод и болезни. Византийские командиры припрятали хлеб в Риме и теперь бессовестно им спекулировали. В осажденном городе росла анархия. В ночь на 17 декабря 546 г. войска Тотилы были впущены в Рим отрядом исавров. По обычаю тех времен Тотила отдал богатый город на разграбление солдатам. Римские сенаторы и патриции лишились всех своих богатств. Жители были выселены из Рима, часть укреплений разрушена, и «Вечный город» в течение 6 недель оставался необитаемым. Бедный люд, тяжко пострадавший от голода и болезней еще во время осады, теперь также должен был покинуть свои жилища и, по требованию победителя, брести в Кампанию, ища там крова и пищи. Но именно в момент своих блестящих успехов Тотила допустил стратегическую и политическую ошибку: он оставил Рим. Неожиданным и смелым ударом его внезапно занял Велисарий.

Военное счастье однако, не покинуло Тотилу, и он неутомимо теснил византийские войска. В 548 г. Тотила взял на севере Перузию, а на юге — Росциану. Он фактически парализовал наступательные действия Велисария, и византийский полководец принужден был покинуть Италию, навсегда похоронив здесь свою былую воинскую славу. В январе 550 г. Тотила второй раз овладел Римом. Он полностью восстановил разрушенные укрепления и общественные здания. По его приказу в Рим спешно возвращались прежние его обитатели. Мертвый город постепенно оживал. Тотила блокировал Анкону, заставил сдаться Ариминий и Тарент. Теперь на всем Апеннинском полуострове в руках византийцев осталось всего несколько городов, главным образом в районе Равенны и на крайнем юге. Чтобы получить перевес над византийцами и на море, Тотила построил большой флот. Это дало ему возможность совершать стремительные набеги на побережье Далмации и угрожать исконным владениям самой Византии. Благодаря сильному флоту, Тотила в 550 г. смог овладеть Сицилией. Весной 551 г. флот остготов из 300 кораблей неожиданно напал на остров Керкиру (ныне — Корфу) на побережье Эпира и опустошил их.

В руках византийцев оставались только четыре приморских города: Равенна, Анкона, Отранто и Кротон.

Но именно в это время наступил перелом. Победы Тотилы обеспокоили не только Юстиниана, который стал собирать против него огромную армию, но и соперников Тотилы из остготской знати. Многие знатные остготы считали, что их король сделал слишком большие уступки народу и, опасаясь потерять свои владения, своих рабов и колонов, они мало-помалу стали отходить от Тотилы. После того как у византийцев была отвоевана не только Южная, но и Средняя Италия, где находились крупные земельные владения остготской знати, всякие новые меры в пользу народа неизбежно означали ущемление интересов крупных остготских землевладельцев. В то же время сам Тотила не был последователен в своей социально-экономической политике.

Одной из крупных неудач Тотилы явилось поражение остготского флота в морской битве у Сены Галльской (ныне Сенигалия) летом 551 г., когда была уничтожена остготская эксадра, блокировавшая порт Анкону. Однако и в этих трудных условиях Тотила проявил энергию и мужество. Уже после поражения у Сены Галльской, в конце лета 551 г., Тотила ударом с моря захватил Сардинию и Корсику. Это создавало угрозу владениям византийцев в Северной Африке. Но то был последний военный успех Тотилы20а.

К весне 552 г. в Византии закончились грандиозные приготовления к новому походу в Италию. Главнокомандующим византийской армии был назначен влиятельный при дворе и преданный императору человек — евнух Нарсес. Обладая ясным и проницательным умом политика, хитростью и изобретательностью дипломата, Нарсес сочетал смелость с осторожностью, решительность с коварством. Он действовал обдуманно и тщательно подготовился к войне. В апреле 552 г. в Салоне под знаменами Нарсеса собралась большая, разноплеменная и разноязычная, армия, возможно, самая сильная из всех, которые когда-либо собирала империя. Пройдя по побережью Адриатического моря, эта огромная армия вторглась в Италию и прибыла в Равенну, где соединилась с оставшимися в Италии византийскими войсками. Генеральное сражение войск Тотилы и Нарсеса произошло в конце июня 552 г. в Апеннинах, у местечка Тагины (ныне — Гвальдо Тадино)21.

План Тотилы сводился к стремительному удару конницы по центру армии Нарсеса, выстроенной полумесяцем. Но остготская конница попала под фланговый обстрел византийских лучников, начала отступать и смяла ряды своей пехоты, стоявшей позади. Поражение Тотилы было довершено внезапным появлением из засады кавалерии Нарсеса. К ночи все было кончено. Более 6 тысяч воинов Тотилы пали на поле боя; попавшие в плен были перебиты. Трагическая судьба постигла и самого Тотилу. Смертельно раненный в кровопролитной схватке, он искал убежища в местечке Капры (ныне — Капрара), где, истекая кровью, умер спустя несколько часов после окончания битвы. Нарсес, торжествуя победу, отправил в Константинополь окровавленные одежды Тотилы и знаки его королевского достоинства. Отличавшийся исключительным корыстолюбием византийский полководец тотчас захватил себе все богатства остготского короля.

Трагическая гибель Тотилы была тяжким ударом для остготов. Потеря вождя однако не сломила сопротивления противников империи, которые вскоре собрались в Северной Италии около города Тичин (ныне — Павия). Область за рекой По, как и раньше, стала центром возрождения разбитой остготской армии. Остготы провозгласили королем сподвижника Тотилы, совсем еще юного военачальника Тейю22.

Между тем Нарсес с энергией и решимостью продолжал планомерное завоевание Италии. Его войска захватили Среднюю Италию, овладели Римом. Затем он перебросил их в Кампанию и осадил крепость Кумы. Войска Тейи также вступили в Южную Италию и спешили на помощь Кумам. Последняя крупная битва остготов с войсками Нарсеса произошла в Кампании в октябре 552 г., у подножия Молочной горы (ныне — Монте-Латтаро), близ реки Сарн (ныне — Сарно). Два дня длилось это беспримерное по ожесточению сражение. Но силы были неравны, и Тейя пал, сраженный ударом дротика. Однако готы не отступили ни на шаг. Лишь к вечеру второго дня воины Тейи пошли на переговоры, и Нарсес согласился прекратить страшное кровопролитие и заключить мир. Соглашение было почетным. Все оставшиеся в живых готы, со своими семьями и имуществом, могли свободно уйти за пределы Италии на новые места жительства или вступить в армию Нарсеса. Независимое Остготское королевство на Апеннинском полуострове прекратило свое существование. Но для истерзанного многолетней войной народа Италии конец испытаниям еще не настал.

В середине 553 г. франки и алеманны под командованием Левтариса и Бутилина, воспользовавшись поражением готов и ослаблением в этой борьбе византийцев, огромной лавиной, насчитывавшей 75 тысяч воинов, обрушились на Северную Италию, которую предали огню и мечу. Весной 554 г., опустошая все на своем пути, они двинулись на юг страны. Их полчища разделились на две армии. Одна двинулась в Кампанию, затем совершила грабительский рейд в Луканию и Бруттий, дойдя до Мессинского пролива; другая разграбила Апулию и Калабрию. На счастье жителей Италии, которым грозило рабство или истребление, среди северных варваров летом 554 г. начались эпидемические заболевания. К осени 554 г. Нарсесу удалось объединить все силы против франков и алеманнов. Остготы, еще сопротивлявшиеся Нарсесу в отдельных крепостях, перед лицом нового врага объединились с византийцами. В сражении у Казилина, на берегу реки Волтурно, вблизи города Капуи в Кампании, варвары были наголову разбиты Нарсесом. Это было одно из кровопролитнейших сражений, которое когда-либо знала Италия. Войско франков и алеманнов было почти поголовно истреблено. Вскоре прекратилось и сопротивление остготов в Южной Италии. К 555 г. Италия была завоевана византийцами, и лишь отдельные отряды готов еще боролись в Северной Италии вплоть до начала 60-х годов VI в.

Территория, завоеванная византийцами в Италии, была несколько меньше владений Остготского королевства. Южные области Реции и Норика были уступлены лангобардам. Линия обороны Италии теперь сложилась на естественных границах, образуемых Альпами. Для охраны Италии от все возраставшего напора варварских народов были созданы четыре военно-административных округа — так называемые дукаты, где располагались пограничные крепости с сильными гарнизонами. Как и в Северной Африке, в Италии и Сицилии административное устройство, введенное византийцами, в отличие от ряда других областей Византийской империи, основывалось на разделении гражданской и военной властей. Во главе гражданского управления стоял префект претория Италии, его резиденцией была Равенна23. Но реальная власть сосредоточивалась в руках главно-командующего армией — Нарсеса, ставшего фактическим наместником Италии. После двадцатилетней войны Италия была разорена и обезлюдела. Поля запустели и оставались необработанными, а ремесла и торговля в городах пришли в упадок24.

13 августа 554 г., когда война с готами еще продолжалась, византийское правительство издало Прагматическую санкцию о внутреннем устройстве Италии. Основным принципом аграрной политики было восстановление крупного землевладения и возврат земель прежним владельцам из числа римско-италийской знати. Прагматическая санкция отменяла все реформы и пожалования ненавистного империи «тирана» Тотилы. Римским аристократам, эмигрировавшим в Константинополь, разрешалось теперь вернуться в Италию для восстановления своих имений. Римским сенаторам возвращались все их привилегии. Католической церкви не только передавались утерянные ею земли, но и все имущество, конфискованное у арианских церквей. Особенно обогатилась равеннская церковь. Не были забыты интересы императора и фиска, которым отдавались лучшие земли, отобранные у остготских королей и остготской знати. В некоторых областях страны, особенно в Северной Италии и близ Равенны, сохранились земельные владения остготской знати, перешедшей на службу к императору. Выросшее в правление Тотилы мелкое свободное землевладение сократилось, но все же осталось, поскольку участки, забранные у свободных остготских воинов, передавались в виде наделов византийским солдатам, зачастую тоже варварам. Больше всего от византийского завоевания пострадали зависимые держатели и мелкие италийские собственники, которые при Тотиле освободились и захватили земли знатных эмигрантов.

Цапля. Декоративные побеги. Мозаика, украшавшая пол Большого дворца в Константинополе. VI в.
Цапля. Декоративные побеги. Мозаика, украшавшая пол Большого дворца в Константинополе. VI в.

Одновременно с перераспределением земельной собственности и реставрацией землевладения римской аристократии и католической церкви, византийское правительство занялось восстановлением в Италии рабовладения и колоната. Все рабы и колоны, получившие свободу в правление Тотилы, бежавшие из имений своих прежних господ, согласно Прагматической санкции 554 г., возвращались старым владельцам. Им же передавалось и все потомство, родившееся у рабов и колонов в то время, когда они пользовались свободой. Потомство от смешанного брака сохраняло статус матери. Целью всех этих постановлений было обеспечить рабочей силой римскую аристократию, возрождавшую свои имения. Однако предписания Прагматической санкции далеко не всегда проводились в жизнь. Реставрация рабовладения успеха не имела, и в VII в. его масштабы все более сокращались. Оно вытеснялось различными формами колоната и аренды25.

Немало усилий приложило византийское правительство для восстановления экономики городов Италии, пострадавших от войны. В правление Нарсеса был восстановлен Медиолан и другие города Северной Италии, разрушенные готами. Предметом особой заботы Юстиниана был Рим. Город отстраивался, очищалось русло Тибра и восстанавливался римский порт, возрождались государственные мастерские, ремонтировались общественные здания. Стали, как и прежде, практиковаться даровые раздачи римскому плебсу (хлеба и других продуктов). Рим снова стал местом пребывания сената и главы католической церкви — римского папы. Вновь окрепли торговые связи Италии с Константинополем и восточными провинциями империи. Путем укрепления полноценной монеты — золотого солида — было урегулировано монетное обращение.

Однако все эти меры правительства подрывались налоговой системой, введенной в Италии, и злоупотреблениями сборщиков податей. Поэтому подлинного экономического возрождения в правление византийцев Италия так и не достигла. Реставрация римской земельной собственности и рабовладельческих порядков, тяжелые налоги вызывали ненависть народных масс Италии к завоевателям, и поэтому-то их правление оказалось столь недолговечным.

После падения королевства остготов очередь дошла и до Толедского королевства вестготов в Испании. Богатства Пиренейского полуострова давно привлекали Византию. Испания славилась как страна изобильная и цветущая. В VI в. она вела интенсивную торговлю с Востоком. Из портов Испании и Южной Галлии вывозили ценные металлы, соль, вино, уксус, мед и рабов. Впрочем, и из Византии в Испанию ввозили предметы роскоши, тончайшие изделия византийских ремесленников, шитые золотом одежды.

Завоевательные планы Юстиниана относительно Испании поддерживались купечеством восточных провинций. Вместе с тем часть купечества Испании, видимо, сочувствовала сближению с империей.

В осуществлении планов возрождения Римской империи завоевание Испании имело немаловажное значение прежде всего с военно-стратегической точки зрения. Для империи важной задачей было обеспечить свои вновь приобретенные владения в Северной Африке от возможного нападения со стороны вестготов. Захват Испании вновь превратил бы Средиземное море в Римское озеро («mare nostrum»), сделав византийский флот полным его хозяином26.

Внутреннее положение в Вестготском королевстве благоприятствовало завоевательным планам Юстиниана. Кризис рабовладельческого строя и развернувшийся процесс феодализации привел к обострению всех социальных противоречий в стране27. Испано-римская рабовладельческая знать была особенно сильна в Южной Испании. Она сочувствовала установлению власти Византии и боялась вестготов. Знать и духовенство умело использовали племенную и религиозную рознь между вестготами-арианами и местным католическим населением. Народ Испании тяготился игом вестготских королей и знати. Тяжелое положение усугубляли бесконечные смуты и кровавая борьба за престол. В 548 г. король Тевд был убит одним из своих приближенных. Его преемник Тиудигискл (548—549) царствовал только один год и также пал жертвой заговора. Часть вестготской знати сблизилась с местной аристократией, другая стояла за проведение твердой антиримской политики. Борьба между различными группировками вестготских военачальников и дружинников особенно обострилась в правление короля Агила (549—554).

Под давлением арианского духовенства и военной знати Агил начал преследование населения, исповедовавшего католическую веру. Против Агила подняла восстание местная римско-испанская знать и католическое духовенство. Восстание возглавил храбрый военачальник Атанагильд, представитель той части вестготской знати, которая шла на союз с местной аристократией. Восставшие обратились к византийскому правительству с просьбой о помощи. В 554 г., когда завоевание Италии уже подходило к концу, Юстиниан послал войска для покорения Толедского королевства вестготов. Во главе византийского флота и экспедиционного корпуса был поставлен престарелый римский патрикий Петр Марцеллин Феликс Либерии. В короткое время он одержал ряд серьезных побед. Высадившись в Испании, войска Либерия овладели многими городами на юго-востоке Пиренейского полуострова. В предельно короткий срок под власть византийцев попала значительная часть провинции Бэтики. Вестготская знать очень скоро поняла, какую угрозу представляло вторжение византийцев. Она прекратила внутренние смуты. Агил был убит в 554 г. в городе Эмерите своими приближенными.

Королем Вестготского государства был провозглашен Атанагильд (554—567). Новый король сумел быстро сплотить вокруг себя всех врагов империи и повел войну против Либерия. И хотя Атанагильду не удалось вытеснить византийцев с захваченных ими земель, их продвижение на север было остановлено. Атанагильд не допустил захвата Севильи, хотя и не сумел отвоевать Кордову. Успехам византийцев в Испании был положен конец. В борьбе с империей Атанагильд получил поддержку широких слоев вестготских воинов. Его поддержала, видимо, и часть испанского свободного крестьянства. Между Юстинианом и Атанагильдом был заключен мирный договор, определявший границы византийских владений в Испании. Таковы были результаты последнего завоевательного предприятия Юстиниана на Западе28.

Как и в других завоеванных странах, в Бэтике были введены византийская администрация и налоговая система. Но в отличие от знати Вандальского и Остготского королевств, вестготская знать в Испании в большей степени, чем ее германские соседи, наладила союз с частью местной испано-римской аристократии. Стремившаяся к независимости, местная знать Бэтики очень скоро стала тяготиться господством византийцев. Католическое духовенство тоже довольно быстро стало выражать недовольство чересчур авторитарной политикой константинопольского престола. Южноиспанские города и городские курии, а также купечество Бэтики, рассчитывавшие найти в византийцах поддержку и защиту против произвола вестготских правителей, убедились в тяжести византийского правления и опасности конкуренции греческих и сирийских купцов29. Владычество византийцев в Южной Испании оказалось кратковременным и непрочным. Уже в 70-х годах VI в. начинается вестготская «реконкиста» и, несмотря на то, что вестготам одновременно пришлось вести борьбу с франками и свевами, уже в начале VII в. византийцы были вытеснены с Пиренейского полуострова30.

Период византийского господства оставил свой след в политической жизни и культуре Испании. Законодательство Юстиниана оказало значительное воздействие на юридические нормы Толедского королевства вестготов. Византийское церковное влияние получило многообразное выражение — в заимствовании византийских монастырских уставов, форм литургии и даже восточных приемов иконографии. С середины VI в. в Испании, по археологическим данным, довольно широкое распространение получили изделия византийских мастеров. Архитектура Испании, как и иконография, в VI в. носила известный отпечаток византийского стиля31.

Никаких попыток агрессивной политики по отношению к могущественному государству франков в Галлии Юстиниан не предпринимал. Понимая, что ему не справиться с франками, Юстиниан предпочитал иметь их лучше в числе ненадежных союзников, чем опасных врагов. Поэтому он согласился с переходом Прованса в руки франков. Известную роль в миролюбивой политике Юстиниана по отношению к франкам играло также и то, что, в отличие от других германских племен, франки исповедовали католическую веру: религиозная общность с империей позволяла сохранять хотя бы видимость добрых отношений между обоими государствами.

В середине 50-х годов VI в. кровопролитные войны на Западе подходили к своему завершению. Территория империи увеличилась почти вдвое. Далмация, Италия, Северная Африка, юго-восток Испании, острова западного бассейна Средиземного моря — Сицилия, Сардиния, Корсика, Балеары — были присоединены к державе Юстиниана. Почти все побережье Средиземного моря опять было в его руках, а самое это море снова превратилось в Римское озеро. Велик был политический резонанс византийских завоеваний на Западе. Римский мир с надеждой и изумлением увидел, что «непобедимые» варвары не столь уже сильны. На Западе вновь возродился римский «патриотизм», восстанавливалась римская культура, причудливо переплетавшаяся с византийской цивилизацией и варварским наследием. Была сделана попытка возродить социально-экономические порядки Римской империи. Однако именно эти-то попытки реставрации отжившего рабовладельческого строя и оказались тем подводным камнем, о который разбилось византийское владычество на Западе. Никакая реставраторская политика византийского правительства не могла задержать развитие феодальных отношений, она была обречена на неудачу.

Победы на Западе были куплены дорогой ценой. Они привели к разорению многих исконных областей Византийской империи, к увеличению налогов, к росту недовольства народных масс. Эти завоевания ослабили империю на Севере и Востоке и во многом определили неудачи византийских войск в войнах с персами и славянами.

Далеко не так успешно, как на Западе, складывалось в VI в. внешнеполитическое положение Византийской империи на Востоке. Здесь ей постоянно приходилось иметь дело с могущественным соперником, иногда союзником, чаще всего — врагом, — сасанидским Ираном. В VI в. сасанидский Иран был еще обширным и сильным государством33. Его владения простирались на все Иранское нагорье с Прикаспийской низменностью (современные Иран и Афганистан), Нижнюю Месопотамию (ныне Ирак), Кавказскую Албанию и большую часть Армении и Грузии. Пестрое население Ирана, частично оседлое, частично кочевое, в большинстве своем говорило на языках иранской системы. В центральных районах Ирана преобладающую роль играли персы. В Месопотамии жило много сирийцев, арабов, евреев, говоривших на различных языках семитической системы34. В VI в. в Иране происходил процесс разложения рабовладельческого строя и складывания раннефеодального общества. Значительного развития достигло ирригационное земледелие и скотоводство. Богатые города Ирана славились своими ремеслами и торговлей35. Иранские изделия из серебра и меди, прекрасное оружие, растительные краски, парфюмерные изделия, ковры, льняные, шерстяные, а с VI в. шелковые ткани, украшенные художественным орнаментом, были известны далеко за пределами страны. Многие из этих изделий вывозились как в страны Средиземноморья, так и в государства Азии, в частности в Китай. Огромную роль в экономике Ирана играла транзитная торговля: далекими караванными путями из стран Средиземноморья в Среднюю Азию, Китай и Индию, через Ирак36 и Иран везли дорогие товары: сирийские и египетские ткани, изделия из стекла и металла, произведения искусных ремесленников. Из сказочной Индии и неведомого Китая караваны возвращались, нагруженные драгоценными камнями, ароматами, пряностями и главное ценнейшим китайским шелком. Китай был поставщиком не только шелковых тканей невиданной красоты, но и шелка-сырца, который в VI в. обрабатывался в шелкоткацких мастерских иранских ремесленников. С VI в. в Иране, правда, стало развиваться и собственное шелководство, но монополия Китая по производству шелка оставалась все же незыблемой. Византия в VI в. была также жизненно заинтересована в транзитной торговле со странами Дальнего Востока, особенно в торговле шелком с Китаем. Поскольку караванные пути в Индию и Китай пролегали по территории Ирана, а выходы к Средиземному и Черному морям находились в руках Византии, неизбежно было постоянное острейшее соперничество между ними из-за обладания этими важнейшими торговыми артериями 37.

Немалую роль в столкновениях Византии и Ирана играли также причины политического характера. В VI в. Византия и Иран были самыми крупными политическими силами на Переднем Востоке, и все второстепенные государства, а также различные племена и народы группировались вокруг них, находясь под протекторатом, а то и в прямой зависимости либо от империи василевсов, либо от державы Сасанидов.

Поэтому так часты были столкновения Византии и Ирана не только из-за пограничных споров, особенно в Месопотамии, но и из-за владычества над различными племенами и народами, жившими в непосредственной близости от обеих великих держав. Постоянным источником раздоров между Ираном и Византией являлись арабские племена, кочевавшие на территории между Сирией и низовьями Евфрата, а также государства Закавказья. К тому времени в Закавказье образовались раннефеодальные государства, важнейшим из которых была Армения, с IV в. разделенная на две части — Западную Римскую Армению, находившуюся в орбите византийского влияния, и Персидскую Армению, подчиненную Ирану. Раннефеодальные государства сложились и в Грузии. При этом с IV в., после раздела Армении между Римом и Ираном, Лазика была признана сферой влияния Рима, а Картли и Албания должны были признать суверенитет Ирана. И Византия, и Иран не были довольны этим разделом и мечтали о переменах. Из-за завоевания и подчинения государств Закавказья, особенно стратегически важного Армянского нагорья и Лазики, имевшей важные порты на побережье Черного моря, в VI в. шла постоянная борьба между Византией и Ираном38. Важным козырем в этой борьбе была проводившаяся Византией успешная христианизация народов Закавказья. Христианство, в православной его форме, утвердилось в Армении, Картли и кавказской Албании с IV в., а в Лазике — с VI в. Лишь в одной Атропатене господствовал зороастризм.

Византия сперва выступала защитницей гонимых в Иране христиан, но когда среди христианского населения Ирана возобладало несторианство, а затем монофиситство, она перестала оказывать им покровительство. В пику Константинополю, иранское правительство стало проводить политику веротерпимости по отношению к несторианам и монофиситам.

Угроза нашествия кочевых народов — гуннов-эфталитов — привела к тому, что между 337 и 502 гг. Иран и Византия жили в мире. Но уже при императоре Анастасии и особенно Юстине вновь нависла угроза войны.

Война началась в 527 г. Непосредственным предлогом этой первой войны с Ираном было сооружение византийцами на персидской границе, кроме уже существовавшей крепости Дары, другой крепости — вблизи иранского города Нисибиса (Нисибина). Шахиншах Ирана Кавад (488—531) нарушил мир и напал на Месопотамию. Персам удалось разбить войска Велисария, являвшегося в то время начальником гарнизона в Даре, и воспрепятствовать строительству новой крепости. В 529 г. Велисарий был назначен главнокомандующим византийской армии, собранной для ведения войны с Ираном. Но военные действия велись довольно вяло. В Иране развернулось грандиозное народно-еретическое движение маздакитов, с которым Наваду и его сыну Хосрову пришлось вести упорную борьбу. Маздакитское движение охватило самые широкие круги крестьян и рабов, а также нашло отклик среди городской бедноты. Маздакиты требовали всеобщего равенства, раздела имущества богачей, передачи земли крестьянским общинам39.

Движение достигло огромного размаха и необычайного ожесточения. Кавад вынужден был пойти на уступки и сделать Маздака своим советником. Кроме того, Каваду постоянно угрожали заговоры знати и духовенства. Юстиниан же, задумав завоевание Запада, также тяготился войной на Востоке. Византийского императора заставляло быть уступчивым и народное движение в Палестине. Последовали переговоры о мире с Ираном. Затишье на театре военных действий, наступившее в 529 г., помогло Юстиниану подавить летом этого же года грозное восстание самаритян,

В 530 г. иранский полководец Пероз вторгся в пределы империи, но потерпел поражение от войск Велисария и отступил. Однако реальных плодов эта победа не принесла. Затянувшиеся переговоры о мире с Кавадом были к тому времени прерваны. Внутреннее положение в Иране изменилось. Сын Кавада, Хосров, хитростью заманив вождей маздакитского движения для переговоров в Ктесифон, вероломно перебил их во дворце, во время пира. Началось массовое истребление маздакитов. Земли, отнятые восставшими крестьянами у их господ, возвращались прежним владельцам. Маздакитское движение ушло в подполье. Самаритяне звали персов в Палестину. Кроме того, разжиганию конфликта между Византией и Ираном способствовала обострившаяся борьба между этими великими державами из-за северной группы арабских племен40.

Северные арабы, жившие за пределами Аравийского полуострова, преимущественно кочевники-скотоводы, делились на множество племен, переживавших различные стадии разложения общинно-родового строя. К V в. на границе Палестины и Сирийской пустыни сложилось арабское государство Гассанидов, являвшееся вассалом Византии. На границе же Месопотамии и Сирийской пустыни немного раньше (в IV в.) возникло другое арабское царство, во главе с племенем лахм, известное под названием государства Лахмидов. Лахмидское царство было вассалом Ирана. Арабские шейхи и правители этих государств были непостоянны в своих политических симпатиях, враждовали между собой, интриговали против Византии и Ирана, искали милостей то при дворе византийского императора, то — великого «царя царей», шахиншаха Ирана. Константинополь пытался за высокое вознаграждение использовать арабские племена государства Гассанидов для защиты границ империи от иранской угрозы. Правительство Юстиниана постоянно разжигало ненависть Гассанидов к Ирану и царству Лахмидов41 (его центром был город Хира на Евфрате). Длительное время во главе этого царства стоял столь же смелый, сколь и коварный вождь Мундхир III (505—554), которого византийцы называли Аламундаром. Аламундар пользовался покровительством иранского правительства. Своими опустошительными набегами он многие годы наводил ужас на жителей Сирии, Финикии и Месопотамии. В 528 г. Аламундар убил вождя Гассанидских племен Арефу, союзника Византии. Тогда Византия двинула свои войска против Аламундара и разгромила его кочевья. Но на следующий год Аламундар совершил дерзкое нападение на Сирию, дошел до стен самой Антиохии, опустошая все огнем и мечом. Удар по Сирии был чрезвычайно чувствителен для Византии, и она должна была противопоставить Аламундару союзные ей арабские племена.

В 531 г. царем Гассанидского царства сделался при помощи Юстиниана ставленник Византии, также Арефа — сын Габалы (Ха-риг-ибн-Габала) (531—570). Арефа оставался верным союзником Византии, однако он далеко уступал в смелости и энергии Аламундару. В 531 г. Иран решил не только более энергично вмешаться в дела арабов, воспрепятствовать их союзу с Византией, но и вторгнуться в Сирию по дороге, проторенной Аламундаром. Персидские войска под командованием полководца Азарета действительно вступили в Евфратисию, а затем в Сирию. Велисарий со своим войском двинулся им навстречу из Месопотамии. 19 апреля 531 г. при городе Каллинике в Сирии произошла жестокая битва между персами и византийцами. Велисарий потерпел полное поражение, причинами которого было отсутствие дисциплины в его армии и коварное поведение арабов Арефы, бежавших с поля сражения в самый решительный момент битвы. Несмотря на победу персов цель похода не была достигнута. Из-за больших потерь они возвратились в Иран. Юстиниан отрешил Велисария от должности главнокомандующего войсками Востока, назначив на его место Мунда. Византийское правительство решило привлечь на свою сторону столь опасного врага, как Аламундар, и до известной степени имело успех, временно обезопасив свои владения от его нападений.

Одновременно со столкновениями в Сирии и Месопотамии военные действия между Византией и Ираном велись на других театрах войны — в Армении и Лазике. Юстиниан всячески стремился утвердить свою власть в западной части Армении. При нем происходит подчинение и христианизация племен цанов, живших в горных местностях к северу от Евфрата. В начале 30-х годов персы вели с византийцами войну из-за крепости Мартирополь. Война велась с переменным успехом и закончилась лишь со смертью шаха Кавада. Он умер в сентябре 531 г. Отдельные стычки между византийцами и персами происходили и в Лазике.

Смерть Кавада послужила сигналом к острейшей борьбе за престол. Шахиншах оставил его младшему, любимому и самому талантливому сыну — Хосрову. Часть иранской знати и духовенства составила заговор в пользу старшего брата Хосрова — Зама, но так как он был кривой и в силу установившегося обычая не мог занять престол, то заговорщики решили провозгласить шахом малолетнего сына Зама, а самого Зама сделать его опекуном. Однако заговор был раскрыт и все братья Хосрова от разных жен его отца уничтожены.

Внутренние затруднения, с которыми встретился Хосров I Аношарван («Справедливый») (531—579), заставили его искать примирения с Византией. К этому же стремился и Юстиниан. В сентябре 532 г. мирный договор был подписан, правда, без указания срока его действия — поэтому мир был назван «Вечным». Границы между Ираном и Византией оставались прежними. Империя обязалась, однако, выплатить Ирану 110 тысяч либр золота якобы за оборону Кавказа от нападения кочевников. Юстиниан согласился перенести подальше от персидских границ резиденцию дукса — начальника войск Месопотамии. Иберия оставалась под покровительством Сасанидов, но зато персы уходили из крепостей, захваченных ими в Лазике, и признавали ее сферой влияния Византии.

«Вечный» мир был большим политическим и дипломатическим выигрышем Византии. Тем не менее ее соперничество с Ираном продолжалось. Византийской дипломатии удалось утвердить влияние империи на Кавказе, в Лазике и Армении, в Крыму и даже проникнуть в Аравию и далекую Эфиопию42. Области южных арабов, как и северных, постоянно служили яблоком раздора между Ираном и Византией. Арабы Йемена, страны с развитой земледельческой культурой и торговыми городами, являлись посредником в торговле Египта, Палестины и Сирии с Эфиопией (Абиссинией) и Индией. Йемен был также связующим звеном в торговых сношениях стран Дальнего Востока с побережьем Персидского залива и портом Оболла в устье Тигра и Евфрата. В Византию из Йемена вывозили благовония и лекарственные вещества: ладан, мирру, алоэ, ревень, кассию.

Из Западной Аравии — Хиджаза (с центром — в Мекке) в страны Средиземноморья вывозили кожи, изюм, финики, благовония, золотой песок и серебро. Через эти страны велась и транзитная торговля: из Индии везли пряности, корицу, ароматы, китайский шелк; из Африки — золото, слоновую кость, черных рабов. В свою очередь из Сирии мекканские купцы вывозили ценные византийские ткани, оружие и другие металлические изделия, стеклянную посуду, оливковое масло, зерно.

С VI в. Йемен и Западная Аравия стали объектом ожесточенной дипломатической борьбы Византии и Ирана. В среде местной арабской знати и купечества появились две политические группировки, одна — провизантийской, другая — проиранской ориентации. Столкновения этих группировок принимали иногда форму религиозных распрей: христианские купцы поддерживали Византию, иудейские — Иран.

При Юстиниане Византия подчинила своему влиянию арабские племена, жившие в Стране Пальм, расположенной между Палестиной и «Счастливой» Аравией, а также племена Кинда и Маад, населявшие центральное плато Неджа. В 530 г. Юстиниан вмешался в борьбу племенных вождей Неджа против государства химьяритов, поддержал одного из них, Кайса, которому помог укрепиться у власти, и подчинил империи подвластные ему племена маадитов.

Царство химьяритов, крупное рабовладельческое государство в Йемене, возникшее во II в. н. э. и занимавшее юго-западный угол Аравийского полуострова, славилось своей развитой торговлей и городами. Через его порт Аден велась торговля с Восточной Африкой. Правители Химьяра являлись союзниками Ирана. Значительная часть населения, приверженная к языческому политеизму, иудаизму и несторианству, также поддерживала персов. В V—VI вв. в Химьяр начало проникать византийское влияние, распространялось христианство монофиситского толкав Постоянным соперником в торговле Химьяра со странами Африки было Аксумское царство кушитов. В VI в. оно представляло собой огромное государство, включавшее Эфиопию, часть Нубии и некоторые другие области Восточной Африки. В отличие от Химьяра, в Аксуме рано возобладало византийское влияние, здесь издавна были развиты торговые связи с Византией (через порт Адулис), и греческий язык являлся даже официальным языком дипломатии. В стране прочно укрепилось христианство монофиситского направления. Правители Аксума не раз пытались завоевать и подчинить своей власти государство химьяритов, а Византия искусно разжигала эту вражду. Константинополь не только оказал поддержку провизантийской монофиситской партии в Химьяре, но и всячески поощрял притязания царя Аксума на царство химьяритов. При активном содействии византийской дипломатии Калеб (Элесбоа), царь Аксума в начале 20-х годов VI в. совершил поход в Химьяр, сверг местную династию и посадил на престол своего наместника. Но народное восстание в Химьяре против завоевателей привело к отпадению Химьяра, а затем к новой войне с Аксумом. Калеб жестоко подавил восстание. Аксум, подталкиваемый Византией, выступил и на этот раз защитником христиан Химьяра от гонений язычников.

В 522—531 гг. Юстиниан сделал попытку вовлечь Аксум в борьбу против персов. Вскоре в Химьяре вспыхнуло еще одно восстание против эфиопов, и Химьяритское царство вновь стало независимым. В конечном счете сложная дипломатическая игра Византии в Аравии и Восточной Африке не увенчалась успехом: торговля шелком с Индией и Китаем через остров Тапробану (Цейлон) по-прежнему шла через Персию, хотя влияние Византии в Йемене и Аксуме возросло.

Военные успехи Византии на Западе и активная дипломатическая деятельность Юстиниана в Крыму, на Кавказе, в Аравии и Абиссинии не могли не обеспокоить иранское правительство. Хосров I был достойным соперником Юстиниана и одним из самых выдающихся и наиболее жестоких правителей иранского государства Сасанидов. Он сразу же показал себя сильным государем, твердой рукой правившим огромной страной. Хосров I провел серьезную реорганизацию армии, превратившейся с этого времени в грозную силу. Стремясь постоянно к расширению границ своего государства, он действительно преуспел в этом; при нем границы Ирана простирались до Окса (Аму-Дарьи) — в Средней Азии и Йемена — в Аравии. Раздавив маздакитское движение, шахиншах начал наступление на народные массы. Осуществленная Хосровом I налоговая реформа, вводившая постоянные ставки поземельной подати — хараджа (харага) (независимо от урожая), ухудшила положение народа, зато увеличила доходы казны. После подавления заговора аристократии Хосров I сумел найти пути сближения с феодализировавшейся знатью и зороастрийским духовенством; раздачей богатых синекур он сделал фрондировавших аристократов послушными, а духовенство — сговорчивым. Хосров I, так же как его соперник Юстиниан, развернул широкую строительную деятельность: сооружались роскошные дворцы, храмы и крепости, прокладывались дороги. Шахиншах был образован, имел склонность к наукам, особенно к философии и медицине, покровительствовал литературе и искусству. По его приказу в Гундишапуре (Хузистан) была основана медицинская академия, приобретшая большую известность на всем Востоке. Шахиншах окружил себя греческими философами и юристами — он дал политическое убежище эмигрировавшим из Византии ученым-язычникам.

В VI в. Хосров I был самым опасным и грозным врагом Византии. С беспокойством наблюдая в течение всего мирного периода (532—540 гг.) за успехами Юстиниана на Западе, шахиншах тайно готовился к войне против соперника. Иранское правительство хорошо понимало, что неудержимое стремление василевса ромеев к господству над всей христианской ойкуменой рано или поздно явится угрозой для самой державы Сасанидов.

К 540 г. чрезвычайно обостроилось положение в той части Армении, которая находилась под протекторатом империи. Бесконечные усобицы враждующих родов местной знати были искусно использованы византийцами для усиления своего влияния в Армении. Очень скоро ее население почувствовало тяжелую руку византийских чиновников. Вопреки договору, византийцы ввели тяжелый денежный налог, вызвавший всеобщее негодование. Армянская знать обратилась за помощью против Византии к персидскому шаху. Одновременно недовольство против византийцев росло и в Лазике. Лазы также просили иранское правительство избавить их от владычества императора. Все это свидетельствовало об активизации в Армении и Лазике проиранской партии, включавшей в себя знать и часть купечества. Хосров I незамедлил воспользоваться благоприятным моментом, тем более что в это время почти все войска Юстиниана были переброшены на Запад. Ктесифонский двор стал лихорадочно выискивать предлог для разрыва с Константинополем. Такой предлог дали стычки арабских племен Аламундара и Арефы из-за области Страта, близ Пальмиры. Кроме того, Хосров I обвинил Юстиниана в тайных сношениях с племенами гуннов. В 540 г. Хосров I, разорвав «Вечный мир», вторгся в пределы империи. Началась вторая война Юстиниана с Ираном, значительно более тяжелая и опустошительная, чем предшествующая.

Весной 540 г. огромная армия персов во главе с самим шахом вторглась в Сирию. Страна была залита кровью, тысячи жителей уводили в плен и обращали в рабство. Ограбив все на своем пути и взяв огромный выкуп с укрепленных городов, шах Хосров подошел к стенам Антиохии. Посланный для ее защиты византийский полководец Герман бежал, бросив гарнизон и жителей на произвол судьбы. Солдаты византийского гарнизона при первом же штурме обратились в бегство. Персы ворвались в Антиохию. Город был подвергнут страшному разгрому. Хосров разрешил своим воинам обращать в рабство всех оставшихся в живых антиохийцев и грабить их имущество. Разрушив Антиохию, Хосров двинулся к Селевкии, расположенной на берегу Средиземного моря. Однако укрепиться на побережье он не решился, понимая, что Византия не примирится с этим и двинет против него новые войска. Хосров I повернул в Персию, взяв на обратном пути огромный выкуп со многих крупных городов — Апамеи, Халкиды, Эдессы, Константины, Дары и др. Византийские военачальники бездействовали, оставаясь пассивными свидетелями опустошения Сирии персами; не было сделано ни одной попытки остановить победоносное продвижение шаха по стране. Ограбление Сирии и падение Антиохии было тяжким ударом для империи, от которого она долго не могла оправиться.

В следующем, 541 г. военные действия между Ираном и Византией были перенесены в Лазику. Горная страна, покрытая лесами, с узкими проходами в горах — клисурами, которые легко могли защищать небольшие отряды воинов, Лазика представляла для Византии очень удобный заслон от нападений гуннов и аваров с севера, а с юга преграждала Ирану выход к Черному морю. Ирану в свою очередь Лазика могла стать великолепным плацдармом для нападения на Византию с моря. С экономической точки зрения Лазика нужна была обеим державам как район, имевший важное значение в черноморской торговле. Тесные торговые сношения издавна связывали средиземноморский мир с Лазикой. В VI в. из Лазики в Византию вывозили шкуры диких зверей, кожи и рабов, а византийские купцы везли туда хлеб, соль, вино. За христианизацией и династическими браками не замедлило последовать политическое и военное подчинение страны. При Юстиниане византийцы ввели в Лазику свои войска, построили там ряд крепостей, где разместили собственные гарнизоны. Самым важным опорным пунктом византийского господства здесь стала выстроенная по приказу Юстиниана мощная приморская цитадель Петра, расположенная к югу от реки Фасис. Фактическое управление Лазикой сосредоточилось в руках византийских наместников.

В стране стало расти недовольство. Лазы негодовали, что под видом дружеской помощи византийцы фактически оккупировали их территорию. Особенно сильное возмущение вызвало правление византийского наместника Иоанна Тциба. Он установил монополию на торговлю и захватил ее в свои руки, продавал лазам испорченные продукты, ненужные его воинам, и брал за них огромные цены, а ввоз купцами хлеба, соли и вина из Византии запретил. Это было последней каплей, переполнившей чашу терпения.

Лазы отправили послов к персидскому шаху, прося его о помощи. Хосров I стал готовиться к вторжению в Лазику. Он хотел окончательно подчинить себе цветущую Иберию. Вторгшись в 541 г. в Лазику с огромным войском, Хосров I одержал ряд побед и, благодаря помощи местных жителей, овладел крепостью Петрой, после чего были захвачены крепости Севастополь и Титицит. Командиры византийских войск, расквартированных в этих крепостях, подожгли дома, разрушили крепостные стены, а сами бежали морем в Трапезунд. Хосров решил возвратиться в Персию, оставив в Петре сильный гарнизон. Для отвлечения персидских войск с Кавказа правительство Юстиниана послало на территорию самой Персии Велисария. И хотя он одержал лишь незначительную победу, взяв небольшую крепость Сисавран в Месопотамии, цель диверсии была достигнута: Хосров возвратился в свою страну.

В последующие годы война велась с переменным успехом. Неудачи в войне с Тотилой в Италии и тяжелое экономическое положение страны заставили Юстиниана в 545 г. искать мира с Ираном. Было заключено перемирие на пять лет. Эту передышку Юстиниан купил дорогой ценой: он отослал шаху 2 тысячи либо золота; правда, взамен Хосров отпустил на родину без выкупа три тысячи пленных византийцев.

После 545 г., ко всеобщему облегчению, во взаимоотношениях Византии и Ирана наступил период относительного спокойствия, нарушавшегося лишь постоянными конфликтами арабов Арефы и Аламундара, да тревожными событиями в Лазике и других областях Кавказа. Здесь между великими державами непрестанно шла своеобразная «война во время мира» за переманивание новых сателлитов. Лазы, испытавшие тяжесть персидского правления, в 549 г. вновь отдались под покровительство Византии. Одновременно персы стали строить в Лазике флот с целью нападения на Византию. Они решили убить царя лазов Губаза. Покушение на него послужило сигналом к переходу лазов на сторону империи. Вновь началась нескончаемая борьба за Лазику. Воспользовавшись просьбами лазов о помощи, Юстиниан в 549 г. незамедлительно послал сюда 7-тысячную армию. Центром военных действий вновь сделалась крепость Петра. Бегство византийцев из-под стен Петры не замедлило сказаться на настроениях других кавказских племен, колебавшихся между Ираном и Византией. В 550 г. абхазцы, до этого времени являвшиеся вассалами империи, перешли на сторону Ирана.

В начале 551 г., использовав помощь гуннов-савиров и преимущества византийской военной техники, военачальник Бесса овладел, наконец, Петрой и срыл до основания ее укрепления, чтобы они впредь не могли попасть в руки персов. Но ни та, ни другая сторона не могла добиться решающего перевеса. Кавказские племена склонялись то к Ирану, то вновь переходили к Византии. В 552 г. сателлитом Ирана стала Сванетия, а в 554 г. — племя мисимиан. Царь лазов Губаз твердо держался союза с империй. Однако вероломство и корыстолюбие византийских полководцев едва не погубили положение византийцев в Лазике. Губаз пожаловался Юстиниану на грабежи его командиров, а те из мести предательски убили этого верного союзника империи. Убийство Губаза чуть было не привело к восстанию в Лазике. Все же провизантийская партия знати и купечества была здесь так сильна, что настояла на сохранении союзных отношений с империей, выдвинув, правда, условиями наказание цареубийц и передачу престола брату Губаза — Гуафии. Требования лазов были немедленно выполнены Юстинианом. Но положение византийцев в Лазике было сильно поколеблено, чем не замедлил воспользоваться Иран.

Весной 555 г. 60-тысячная персидская армия наводнила Лазику и завязала с византийцами кровопролитную битву за главный город страны — Фасис, расположенный в низовьях реки того же названия. Персы понесли страшное поражение. Восставшее против империи племя мисимиан было вновь подчинено и жестоко наказано. Хосров решил тогда же прекратить активные военные действия в Лазике. После перемирия, длившегося 6 лет, в 561 г. был, наконец, заключен мир, сроком на 50 лет. Обеим великим державам пришлось пойти на серьезные уступки. Хосров должен был отказаться от Лазики и тем самым — от мечты укрепиться на Черном море. Однако Сванетия и Грузия (Иберия) оставались под властью Ирана. Был признан status quo в Армении, Месопотамии, Сирии. Надежды шаха получить выход к Средиземному морю также потерпели фиаско. Византия же обязывалась выплачивать Ирану ежегодно 300 тысяч номисм, или свыше 400 либр золота. Обе державы принимали обязательства не нападать на страны и народы, находящиеся под верховной властью другой договоривающейся стороны, и не возводить новых укреплений в пограничных районах. Большое внимание в мирном договоре уделялось вопросам регулирования торговли. Устанавливалось, что торговля должна вестись в Нисибисе — на иранской территории и в Даре — на византийской при условии уплаты таможенных пошлин, равных 10% стоимости товаров. Этому предписанию должны были подчиняться не только сами иранские и византийские купцы, но и арабы. По дополнительному договору, византийскому правительству удалось добиться веротерпимости для христиан, живущих в Иране.

Итак, многолетние и крайне изнурительные войны Византии и Ирана завершились прочным миром. Это было огромным облегчением для народов обеих великих держав. Жертвы во многом оказались напрасными. Иран так и остался отрезанным от Средиземного и Черного морей, а Византия не смогла сломить монополии персов в торговле со странами Дальнего Востока. В конечном счете и Византия и Иран вышли из этих войн ослабленными. Народы, подвластные Византии и Ирану, в частности, жители обеих Армении, Лазики, Иберии и других областей Кавказа, а также северные арабские племена так и не освободились от иноземного ига.

В VI в., особенно в правление императора Юстиниана, значительно возросло влияние Византии в Северном Причерноморье. В это время она прочно удерживала в своих руках торговую монополию и военное господство на Черном море. Империя владела Херсоном, Боспором (ныне — Керчь) и Таманским полуостровом. Крым, эта жемчужина Северного Причерноморья, издавна привлекал Византию. Ее прельщали и богатства самого Крыма, и его роль в транзитной торговле с племенами Причерноморья, Приазовья и Северного Кавказа, и те возможности, которые его военно-стратегическое положение дало бы империи в борьбе с огромной варварской периферией. Форпосты византийского влияния на южном берегу Черного моря — Херсон и Боспор — являлись не только с заслонами от опасных нападений кочевых народов, но и центрами мирных сношений с гуннами, аланами, готами, славянами. Именно в среде этих варварских племен Византия черпала наемное войско, столь необходимое ей для завоеваний на Западе и нескончаемых войн с Ираном на Востоке. Херсон и Боспор, кроме того, были торговыми факториями империи. Византийские купцы привозили сюда драгоценные товары Востока — пряности, ароматы, жемчуг, роскошные ткани, ювелирные изделия. Археологические раскопки Херсона и других городов Крыма свидетельствуют о ввозе в VI в. в Таврику металлических (особенно из свинца) изделий, сельскохозяйственного инвентаря, стеклянной и керамической посуды, различных тканей43. Возможно, что из Малой Азии в Херсон ввозился и хлеб, в котором нуждалось многочисленное население этого города. Через Херсон и Боспор осуществлялся постоянный обмен с местным земледельческим населением Таврики и гуннами-степняками. В обмен на византийские товары отсюда вывозились меха, кожи, скот и много рабов. Из Херсона везли, кроме того, соль — предмет исконного промысла херсонесцев. Торговля Херсона с Византией шла хорошо известным морским путем — в Малую Азию и Константинополь. В VI в. наблюдалось значительное развитие судоходства на Черном море. Для Херсона, Боспора и Лазики византийским правительством была даже установлена морская повинность, состоявшая в поставке государству судов и их снаряжения. Через Боспор в VI в. налаживались экономические связи империи с оседлым населением и кочевниками Приазовья и Северного Кавказа. В Херсоне было развито рыболовство, виноделие, производство строительной керамики, кирпича, черепицы, обработка камня, дерева, судостроение44.

Для подчинения своему влиянию варварских племен Таврики Византия, как всегда, широко использовала подкуп; племенным вождям жаловались различные привилегии и пышные имперские титулы; немалую роль призвана была сыграть и проповедь христианства. В первые годы правления Юстиниана византийские дипломаты и православные миссионеры сумели привлечь на сторону империи знать гуннских племен Таврики. Обласканный императором хан одного гуннского племени Грод (Горд) признал главенство Византии и был отправлен на Боспор, чтобы «блюсти интересы империи». Он согласился принять в свои владения византийские войска. Однако на Боспоре вспыхнуло восстание. Грод был убит, а византийский отряд полностью уничтожен. Тогда Юстиниан прибег к открытому военному вмешательству в дела Боспора. Восстание гуннов было жестоко подавлено, Боспор окончательно подчинен власти империи. Крепостные укрепления города были заново отстроены. Не остановившсь на этом, Юстиниан включил в орбиту византийского влияния и противоположный берег Боспора. Господство Византии на Боспоре продолжалось вплоть до вторжения хазар в конце VII в.

Помня о постоянной опасности со стороны варваров, Юстиниан энергично взялся за строительство укреплений также и в Херсоне. Строительная деятельность византийцев охватила юго-западный нагорный район Таврики — так называемую область Дори с центром в крепости Дорос (Мангуп). Здесь, на месте древних поселений, византийцами были выстроены две крепости: Алустий (ныне — Алушта) п Гурзувиты (ныне — Гурзуф). Археологические раскопки показывают, что к VI в. относится также постройка крепостных стен на плато Эски-Кермен, Мангупа и Сюреньского укрепления, господствовавшего над горным проходом из степей Таврики к Херсону. Византийцы укрепляли стратегически важные пункты горной Таврики, защищавшие проходы к побережью, особенно к Херсону. Постройка крепостей преследовала целью не только охрану от набегов варваров, но и подчинение власти Византии местного населения.

При Юстиниане империя завязала политические и церковные сношения с готами, жившими в Крыму. По договоренности с империей готы поставляли солдат в армию византийского императора и охраняли Херсон от набегов кочевников-гуннов. Готы исповедовали христианство в его арианской форме, но около 548 г. по их просьбе к ним был послан православный епископ из Византии. Хотя в царствование Юстиниана происходила энергичная христианизация местного населения Таврики, но значительная часть его по-прежнему оставалась приверженной к язычеству.

В подвластных империи городах и областях Таврики вводилась византийская налоговая и административная система. Чаще всего в руках командира византийских войск, расквартированных в Херсоне или Боспоре, сосредоточивалось как военное, так и гражданское управление. Большую роль играли таможенные и налоговые чиновники.

Итак, власть Византии в Таврике в VI в. была расширена и укреплена. Казалось, Таврика прочно вошла в круг византийских владений в Северном Причерноморье. Однако так же как в Армении, Лазике, Северной Африке, Италии и Испании, византийцы и здесь не пользовались симпатиями местного населения. Повсюду росло глухое недовольство народных масс налоговым гнетом и произволом военщины, неизменно сопутствовавшими утверждению власти Византии.

предыдущая главасодержаниеследующая глава





Пользовательского поиска




Тысячу лет назад в африканском городе умели изготовлять стекло

В Турции найдено сверло возрастом 7,5 тыс. лет

Обнаружен древнейший артефакт Южной Америки

В Мехико нашли ацтекскую башню из черепов

В Перу обнаружены следы существовавшей 15 тыс. лет назад культуры

Культуру ацтеков показали в аутентичных ярких красках

Наскальные картины горы Дэл в Монголии

Древний город Тиуанако изучили с воздуха

Обнаружены «записи» о древней глобальной катастрофе

10 малоизвестных фактов о ледяной мумии Эци, возраст которой 5300 лет

Каменные головы ольмеков: какие тайны скрывают 17 скульптур древней цивилизации

В письменности инков могли быть зашифрованы не только цифры

В Мексике обнаружен двухтысячелетний дворец

Как был открыт самый большой буддийский храм Боробудур и почему его нижняя часть до сих пор не расчищена

Забытый подвиг: какой советский солдат стал прототипом памятника Воину-освободителю в Берлине

Люди проникли вглубь австралийского континента 50 тыс. лет назад

Неизвестные факты о гибели Помпеи

В пирамиде Кукулькана нашли ещё одну пирамиду

Кто построил комплекс Гёбекли-Тепе?

15 малоизвестных исторических фактов о Византийской империи, ставшей колыбелью современной Европы

История Руси: Что было до Рюрика?

15 мифов о Средневековье, которые все привыкли считать правдой
Рейтинг@Mail.ru
© Алексей Злыгостев, дизайн, подборка материалов, оформление, разработка ПО 2001–2017
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку:
http://historic.ru/ 'Historic.Ru: Всемирная история'