история







разделы



предыдущая главасодержаниеследующая глава

ОТДЕЛ ЧЕТВЕРТЫЙ. МИДО-ХАЛДЕЙСКОЕ ПРЕОБЛАДАНИЕ

МИДИЙСКОЕ ЦАРСТВО


Еще при жизни Саргона, сын его Синахериб, в качестве наместника одной из северных провинций, доносил отцу о борьбе, которую приходится выдерживать Аргишти II ванскому со вторгающимися с севера врагами; другие наместники называли последних «Гамирра» — имеяем, переданным в библии «Гомер», у классиков Κιμμεριοι. Появление нового бурного народа произвело сильное впечатление во всей Азии, и пророк Исаия видел в нем знамение гнева божия и всесокрушающей силы его против грешников: «гнев его не утих, рука его еще простерта. И поднимет знамя народам дальним, и призовет одного от края земли, ион быстрой легко явится»... (5, 25—30). Аргишти удалось отразить их от своего царства; часть их ушла в Малую Азию, часть на юг, в Ман, где они осели, образовав скифское государство, слух о котором также проник в библию и оставил в ней след в имени Ашкеназа (из «Ашкуз»), сына Гомера; в клинописи они названы Ашкуза. Преемник Аргишти, Руса II, заботится об укреплении северных областей своего царства. Найденная в 1900 г. Хачиком близ Эчмиадзина большая клинообразная, чрезвычайно важная надпись повествует об его постройках, водяных сооружениях и насаждениях в этой местности, подвергшейся наиболее тяжелым испытаниям во время нашествия киммериян. Об этом же повествует и единственное дошедшее до нас из Ванского царства клинописное письмо на глиняной табличке, найденной немецкой экспедицией в Топраккалэ. Оно адресовано Русой вассальному царьку Ишкугулу (у Александрополя) и говорит о постройке «града Русы». Таким образом, ванские цари справились с нашествием, и на очереди оказалась Ассирия. Царствование Асархаддона было наполнено войной с северными арийцами, напиравшими на Ниневию, как германцы на Рим, и подготовлявшими крах ассирийской державы. Завоеватель Египта и повелитель всей Передней Азии трепетал перед ними и в страхе вопрошал богов. Сначала ему удалось одержать верх над разрозненными племенами и проникнуть победоносно до Демавенда, но скоро у арийцев появились коалиции и общие предводители. Некий Каштарит с толпами киммериян, маннеев и мидян, и со скифами под водительством Спаки угрожал центру области Парсуа, крепости Кишашу. С ним в союзе были: Дусанна, вождь скифского племени Сапарда (Сефарод у пр. Авдия, 20), и Мумитарши, князь мидян. Асархаддон одно время был не прочь даже вступить в мирные переговоры и отправлял к нему посольство. Вероятно Каштарит был слишком уверен в себе и отклонил переговоры, но время еще не пришло, и в 672 г. он был разбит. Союз распался, так как Асархаддону удалось разъединить врагов, привлекши на свою сторону скифов, образовавших государство в Атропатене. Он согласился выдать за скифского вождя Бартатую (Прототий у Геродота) свою дочь. Поступив так подобно византийским императорам, он сделал из скифов оплот Ниневии и с их помощью отразил киммериян, которые, потерпев несколько поражений, должны были уйти в Малую Азию. Таким образом, в первой половине VII в. в северо-восточной части культурного мира обозначились государственные образования арийского племени: скифское и индийское, первоначально действовавшие солидарно, но разъединенные ловкой политикой ассирийского царя, который таким образом отсрочил на некоторое время гибель своей державы.

Из всех государств Древнего мира, игравших в истории более или менее крупную роль, Мидия представляет для исследователей наибольшие затруднения. До сих пор приходится довольствоваться данными из Геродота, писавшего на основании преданий малоазиатских гарпагидов, и даже черпать из недоброкачественных писаний Ктесия, приводить их в согласие со скудными и случайными упоминаниями в военной литературе ассириян и в Бехистунской надписи Дария. Эту неблагодарную задачу исполняли Оппер, Винклер и Прашек. Последний с большим трудолюбием, остроумием и настойчивостью пытается привести к единству эти разнородные сведения и реконструировать историю мидян от первого их появления до катастрофы при Кире. В этом направлении он сделал все возможное при современном состоянии науки, но стремление его создать цельную картину не могло не увлечь его иногда на путь рискованных сближений. К сожалению, мало надежды на значительное увеличение нашего материала. До сих пор у нас нет от мидян ни одной надписи, и даже высказывалось сомнение, была ли у них письменность. Вещественные памятники также едва ли будут найдены в изобилии: мидяне строили из кирпичей, высушенных на солнце, города, вероятно, не были особенно обширны и богаты, материал их затем был употреблен в последующие эпохи на новые постройки.

Между тем, в Мидии следует искать промежуточное звено между Малой Азией, Ассирией и Персией, и различные явления в области, напр., искусства могли бы найти себе объяснение, если бы до нас дошли памятники индийской культуры.

Некоторое время даже сомневались, где находилась столица индийского царства Экбатана, основание которой у Геродота приписывается Дейоку, окружившему ее замок 7 концентрическими стенами с зубцами, окрашенными в 7 планетных цветов. Армянские историки, а в недавнее время Раулинсон, отказывались видеть в ней предшественницу нынешнего Хамадана, а помещали гораздо севернее — у Такши-Сулемана. Но де-Морган, производивший лично исследования в Хамадане, убедительно доказал ошибочность этого предположения и даже, на основании условий рельефа почвы, дал примерный чертеж 7 стен и выяснил все географические условия, благоприятствовавшие именно здесь возникновению политического центра, по справедливости названного «Сборным пунктом» (Haginatana): «Хамадан расположен у подножия Эльвенда, в начале широкой плодородной равнины, по которой направляются воды из большой горы в Кара-чай. Равнина богата и плодородна, большое количество ручьев ее орошает, в то время как высота, на которой она находится, сообщает ей свежесть, а обильные воды Эльвенда дают развиться пышной растительности. Эльвенд — это гранитная масса, почти обособленная. Она соединяется к сев.-зап. с Загром — возвышенностью Асадабадом; с другой стороны его отроги спускаются далеко к равнине, продолжаясь в виде бесплодных и обнаженных холмов. К сев.-вост. от горы находится долина Хамадана, к югу и юго-зап. — Джамасаба и его притоков. Эти две долины, весьма богатые, заключают в себе многочисленное население и обильные остатки старины. Чувствуется, что здесь некогда был центр большой цивилизации и что важность современного Хамадана — только слабое отражение того, чем некогда была Экбатана. Расположенный на краю горного массива Курдистана, город господствует над всей иранской равниной: он — начало пути из Месопотамии в Персию. Горы прикрывают его с юго-вост. стороны от нападений врагов. Климат его приятно свеж и окрестности весьма плодородны. Эти качества доставляют ему несравненные преимущества для возникновения столицы» (Mission en Perse, IV, I, 207—9). К сожалению, эти же преимущества привлекали к нему жителей во все времена персидской истории, и мидийская старина заслонялась и уничтожалась. Ахемениды имели здесь летнюю резиденцию, и немногочисленные древности (напр., база колонны), находящиеся здесь, относятся уже к их времени. Возможно, что более древнего происхождения фигура летящего льва; к индийской эпохе относится еще гробница в скалах у Фахрака к югу от Урмийского озера, между Бехистуном и Кангаваром, в Дуккан и Дауде и др. Они обнаруживают аналогии с малоазийскими и древнейшими ахеменидовскими. Иногда они передают фасад дома и имеют древнейшие формы иранских колонн. Едва ли прав де-Морган, относящий к мидийскому времени дворец, описанный у Поливия (X, 27) — описание слишком обще, из него только видно, что колонны были из кедра и кипариса и обложены серебряными и золотыми пластинками, а кровельные дощечки — из чистого серебра. Это только объясняет, почему у нас так мало осталось — металл расхищен, дерево погибло. Следы пожаров достаточно заметны в нижних слоях современной Экбатаны; кроме того, персидское правительство имеет обыкновение давать кладоискателям концессии на поиски в почве древних городов. Благодаря этому, варварские раскопки ведутся в широких размерах, металлические вещи идут в сплав и безвозвратно гибнут. То, что случайно найдено и уцелело в Экбатане и ее окрестностях из мелких вещей, крайне ничтожно и принадлежит различным эпохам: здесь и вавилонские цилиндры, и бронзовые изделия восточного и греческого типа, и камеи времен Ахеменидов и т. п.

Рассказы Геродота, восходящие к семейным традициям Гарпагидов, имеют под собою некоторую реальную почву. Происхождение мидийского государства возводится к Дейоку; действительно, ассирийские летописи говорят не только о воевавшем с Саргоном маннее Даиукку, но и о стране Бит-Даиукку, названной вероятно по имени его деда, соответствующей Мидии и локализуемой у Эльвенда. Сын Дейока и отец Киаксара у Геродота назван Фраортом. Имя Фравартис носил индийский самозванец при Дарий I, объявивший себя Кшатритой из рода Хувакшатры (Киаксара). Отсюда заключают, что источник Геродота, забыв настоящее имя отца Киаксара, воспользовался известным из Бехистунской надписи, но принял при этом частное имя за царское. Вероятно, как полагает Хюзинг, Кшатрита и было его настоящее имя; может быть, однако, он принял это имя в память древнего Каштариты, современника Асархаддона. Что касается имен индийских царей, сообщаемых Ктесиеи, то многие из них также найдены в клинописной передаче: Саргон в числе своих данников упоминает и Арбака, и Артика, и Машдака; таким образом, это были не члены одной династии, а одновременные князья различных индийских племен.

Около 626 г. Передняя Азия видела ужасы нового скифского нашествия. Царь Вана Сардур IV дружит с Ассурбанипалом, чтобы в союзе с ним сохранить свою страну, которая сильно пострадала, когда скифы прошли опустошительным потоком на юг. Иудейские пророки (Иеремия I, 14, IV, 7 и т. п.) оставили нам поэтические картины нашествия варваров, Геродот прибавляет к этому, что скифы сожгли Аскалон, а новый фараон Псаметих, вступивший в Сирию в качестве завоевателя, должен был уйти, откупившись дарами от неожиданных пришельцев. При таких условиях все пришло в движение, изменилась этнографическая карта, и на место ванских халдов двигаются современные индо-европейские армяне, прибывшие из Фракии и Фригии чрез долгое пребывание в хеттской Каппадокии. В Араратской области они были арийцами и завоевателями, что запечатлелось в грузинском языке, на котором «эри» означает — «воин». Пред напором армян халды отступали на север, в бассейн Куры и область Армавира, где найден, между прочим, кирпич с надписью, обнаруживающей позднее происхождение. Последними царями, сидевшими еще в Ване, были Эримена и Руса III, который жертвовал еще в местный храм дошедшие до нас бронзовые щиты. Он царствовал, вероятно, уже в начале VI в.

Как отразились эти перевороты на ассирийской державе? Геродот повествует, что еще Фраорт пытался ее разгромить, но что, несмотря на отпадение всех ее союзников, время еще не пришло, так как ассирияне находились в хорошем состоянии, и Фраорт погиб. Сын его Киаксар прежде всего занялся реорганизацией армии, распределив ее по способу вооружения, затем снова напал на Ниневию, но и на этот раз неудачно. Теперь защитниками и спасителями ее оказались уже не собственные войска, а скифы под начальством Мадии, сына известного нам Прототип, породнившегося с царским домом. Геродот передает даже, что скифы перешли в наступление, покорили Мидию и сделали на 28 лет Киаксара своим вассалом. Вероятно, в действительности дело обстояло несколько иначе: скифы спасли еще раз Ниневию и опустошили Азию. Поражение, нанесенное ими Киаксару, приостановило на несколько лет развитие мидийского могущества. Геродот довольно обстоятельно рассказывает о договоре, заключенном между Киаксаром и скифами, о разрыве между ними и освобождении Мидии; насколько все это близко к действительности, мы не знаем; несомненно только, что, собравшись с силами, Киаксар продолжал свои подвиги, и первым делом ударил снова на Ниневию.

Орреrt, Le peuple et la langue des Medes, 1879. Wincklef, Zur medischen und altpersischen Geschichte. Untersuchungen z. altorient. Geseh., 1889. Dhоrme, Les Aryens avant Cyrus. Conferences de St. Etienne 1910—11. De-Morgan, Ecbatane. Mission scletitifique en Perse. IV. Par., 1896. Husing, Astuwega, Orient. Literaturzeitung, 1913. Остальная библиография приведена в книге Прашека. Н. Я. Марр, Надпись Русы II из Маку. Зап. вост. отд. Арх. общ. XXV.


предыдущая главасодержаниеследующая глава








ПОИСК:







Рейтинг@Mail.ru
© Алексей Злыгостев, дизайн, подборка материалов, оформление, разработка ПО 2001–2019
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку:
http://historic.ru/ 'Historic.Ru: Всемирная история'