история







разделы


Пользовательского поиска



Ричмонд Чайлд - английский язык для детей с обучением у вас дома.

назад содержание далее

Глава XXI. Война английских колоний в Северной Америки за независимость. Образование Соединённых Штатов Америки

1. Английские колонии в Северной Америке в XVIII в.

Экономическое и социальное развитие английских колоний в Северной Америке начиналось со стадии, уже достигнутой метрополией. «...Буржуазные производственные отношения, — пишет Маркс, — ввезенные туда (т. е. в Америку. —Ред.) вместе с их носителями, быстро расцвели на почве, на которой недостаток исторической традиции вознаграждался избытком чернозема» ( К. Маркс. К критике политической экономии, стр. 44.).

Правда, на протяжении целого столетия английские власти прилагали усилия к насаждению в Америке крупного феодального землевладения. Английские короли раздавали своим приближенным обширные земли, даже целые колонии, жаловали специальные хартии на право учреждения в Америке маноров с зависимыми земельными держаниями и манориальными судами. Но раннее проникновение капитализма в экономику и обилие земель, ставших доступными для колонизации в результате вытеснения и уничтожения коренного индейского населения, не позволяли здесь развиваться феодальным отношениям. Американские города никогда не знали и настоящего цехового строя. Регламентация производства, исходившая от колониальных властей, не получила законченного характера.

Сельское хозяйство. Борьба фермеров за землю

В сельском хозяйстве успели укорениться лишь некоторые элементы феодализма. В колониях были созданы обширные имения; однако преобладало фермерское хозяйство. Практиковалась полуфеодальная фиксированная рента, взимавшаяся, впрочем, нерегулярно я далеко не во всех колониях. Существовали такие элементы феодального права, как майорат и законы о запрете отчуждения земель, перенесенные из Англии в интересах землевладельческой аристократии.

Все тринадцать английских колоний, расположенных вдоль Атлантического побережья, имели отчетливо выраженный аграрный характер; более девяти десятых их быстро растущего населения принадлежало к фермерству. Период становления в них капитализма отличался пестротой укладов хозяйственной жизни и форм эксплуатации. В сельском хозяйстве и в ремесле преобладало мелкое товарное производство.

Замкнутый натуральный характер фермерское хозяйство носило лишь в глупы горных районов Юга и у западной границы. В фермерских хозяйствах всех районов страны развивалась домашняя промышленность, частью уже попавшая в зависимость от капиталиста-скупщика. Начало мануфактурному производству в северных колониях было положено еще в период временного разрыва торговых связей с метрополией в годы Английской революции.

В связи с возможностью переселения и захвата земель на Западе, в колониях ощущалась постоянная нехватка рабочих рук и наблюдалась большая текучесть в составе трудящегося населения. Во всех колониях, в большей мере — в центральных, применялся принудительный труд белых, так называемых обязанных слуг. Основанное на эксплуатации рабского труда негров, плантационное хозяйство южных колоний с его главной культурой — табаком занималось производством для внешнего рынка.

Новый Амстердам (Нью-Йорк). Рисунок начала XVIII в.
Новый Амстердам (Нью-Йорк). Рисунок начала XVIII в.

Экономическое развитие колоний в XVIII в. происходило весьма противоречиво и неодинаково в разных районах страны. В северо-восточных колониях (Новая Англия), где торговля, ремесло и мануфактура имели преобладающее экономическое значение, наибольшее распространение получила мелкая фермерская собственность при сохранении пастбищ в общинном пользовании. Сельское хозяйство этих колоний удовлетворяло потребности только местного рынка.

По-иному развивались аграрные отношения в центральных колониях. Фермерские участки там были крупные, и объем продукции далеко превосходил местные потребности. Избыток сельскохозяйственной продукции — зерна, скота, кож, масла и т. п. — вывозился через порты Филадельфии и Нью-Йорка.

Но быстро развивавшееся фермерское хозяйство не находило для себя выгодных рынков сбыта. Фермеры страдали не только от алчности купцов, скупавших их продукцию за бесценок и продававших им британские изделия по монопольно высоким ценам, но и от политики метрополии, облагавшей сельскохозяйственные продукты разорительными для американских фермеров пошлинами. В этом заключалась одна из важнейших причин широкого аграрного движения, развившегося с середины XVIII в. в центральных колониях. Наиболее активными участниками движения были многочисленные здесь фермеры-арендаторы. Крупные землевладельцы не вели в этих областях своего хозяйства, как это происходило на плантациях Юга, а сдавали землю фермерам за фиксированную ренту. Методы ее взимания вызывали недовольство, часто перераставшее в настоящие восстания против землевладельческой аристократии. Участники таких восстаний в графстве Вестчестер в колонии Нью-Йорк, называвшие себя левеллерами по примеру радикальной мелкобуржуазной партии времен Английской революции, наряду с экономическими выдвигали и политические требования.

В 1768—1771 гг. развернулась борьба фермеров в Северной Каролине. Образовавшаяся там фермерская организация «Регуляторов» требовала снижения ренты, сокращения жалованья чиновникам, участия фермеров в колониальном самоуправлении. Это движение достигло на первых порах немалых успехов, но в 1771 г. было подавлено королевским губернатором Тройоном с помощью военной силы.

В Пенсильвании фермеры пограничных районов в 1763 г. отказались платить ренту наследникам основателя колонии Вильяма Пенна и пошли походом на Филадельфию, требуя предоставления им политических прав.

Возникавшие в различных колониях волнения не перерастали локальных рамок; противоречия между фермерами и крупными землевладельцами в условиях изобилия земель разрешались тем, что фермеры уходили на Запад и занимали там земли в порядке скваттерства (самовольное занятие свободных земель). Иногда на эти земли предъявляли претензии собственники колоний или компании земельных спекулянтов, которые с помощью шерифов сгоняли бедняков с их участков, разоряли и предавали огню их убогие хижины. Фермеры упорно сопротивлялись, на насилие отвечали насилием, и эта борьба стала в пограничной полосе обычным явлением. Чаще всего земли эти были охотничьими угодьями коренных обитателей страны — индейцев, и с ними колонисты вступали в столь же ожесточенную борьбу.

Дом середины XVIII в. в Гилфорде. Штат Коннектикут
Дом середины XVIII в. в Гилфорде. Штат Коннектикут

Скваттерство, являясь революционным разрешением аграрного вопроса, было одной из существенных предпосылок развития капитализма в сельском хозяйстве по фермерскому пути. В то же время оно представляло собой насильственный метод заселения Северной Америки, сопровождавшегося экспроприацией земли у индейцев и бесчеловечным их истреблением.

Положение индейцев и негров. Плантационное хозяйство

Белые колонизаторы многим были обязаны индейцам, от которых они научились сводить лес, возделывать ранее неизвестные европейцам культуры — табак, индиго, кукурузу, помидоры и т. д. У прославленных охотников дремучих лесов пионеры-пограничники перенимали охотничьи приемы, а также тактику боя в рассыпном строю, оказавшую им впоследствии великую услугу в борьбе за независимость колоний.

Немало первых крупных американских капиталов составилось на торговле с индейцами, у которых за бесценок скупались драгоценные меха, а когда индейцы были почти поголовно истреблены, — на спекуляциях отнятыми у них землями.

По примеру испанцев в Мексике, Перу и в других странах Латинской Америки английские колонизаторы в том числе и пуритане Новой Англии, делали попытки обращения индейцев в рабство, но потерпели полную неудачу.

Важнейшей особенностью процесса развития капитализма на североамериканском континенте было рабство негров и работорговля.

Причины широкого применения рабского груда в колониях состояли прежде всего в том, что огромное количество мелких производителей легко приобретало здесь основное средство производства — землю. Вследствие этого предложение рабочей силы в колониях было весьма ограниченным и наемный труд был дорог. Рабство негров, таким образом, было вызвано к жизни потребностями капиталистического развития в исторически сложившихся условиях недостатка рабочих рук.

Вслед за португальцами, положившими в конце XV в. основание африканской работорговле, и их ближайшими преемниками — англичанами и голландцами, американские купцы и судовладельцы также обратились к работорговле как источнику огромных прибылей. Они покупали в Вест-Индии патоку и перегоняли ее в ром на многочисленных винокуренных заводах Новой Англии. На западном берегу Африки ром был главным платежным средством при покупке рабов-негров; цена негра равнялась 100 галлонам рома, т. е. 10 ф. ст., перепродавали же их в Вест-Индию и американские колонии по 30—60 ф. ст. «за голову».

По отношению к рабам-неграм, пытавшимся сопротивляться чудовищной эксплуатации, плантаторы южных колоний применяли самые зверские наказания: клеймили лицо, отрезали уши и правую руку. Убийство восставшего негра поощрялось особой премией в 455 фунтов табака. И все же в этот период (до конца XVIII в.) произошло свыше 50 восстаний негров.

В течение XVIII в. число рабов в южных колониях продолжало непрерывно возрастать. Оно превосходило уже число белых в Южной Каролине и почти равнялось ему в Виргинии. Попытки запретить работорговлю, предпринимавшиеся некоторыми колониями, неизменно наталкивались на сопротивление со стороны метрополии. На работорговле наживались ливерпульские купцы; ее участниками были английские лорды и епископы; наконец, в этой торговле были заинтересованы и сами американские плантаторы, нуждавшиеся в постоянном притоке рабочей силы.

Американское плантационное рабство радикальным образом отличалось от рабства античной формации. Маркс подчеркивает, что плантатор соединяет в одном лице капиталиста и землевладельца; в плантационном хозяйстве при наличии рабов дело ведется капиталистами, и производство там с самого начала рассчитано на мировой рынок (См. К. Маркс, Теории прибавочной стоимости, ч. II, Госполитиздат, 1957, стр. 297 — 29&>). Плантационное хозяйство, основанное на рабском труде, являлось поэтому придатком к капиталистической системе на раннем этапе ее развития.

Рост плантаторского хозяйства в Америке в XVIII в. вызывался в первую очередь увеличением спроса ва табак в Европе. Производство табака увеличилось к 1776 г. по сравнению с началом века почти в 4 раза (с 28 млн. фунтов до 102 млн. фунтов).

Во второй половине XVIII в. цены на табак стали непрерывно падать вследствие широкого распространения этой культуры в Европе. Наступил тяжелый, кризис плантаторского хозяйства. Плантаторы старались поправить свои дела земельными спекуляциями, либо непосредственным участием в реализации своего табака на европейских рынках. Их жалобы на британских купцов, клавших все прибыли от реэкспорта табака к себе в карман, были вполне обоснованы, но обходиться без этих посредников они оказались не в состоянии; к тому же, покупая у них британские изделия по ценам на 25—40% выше европейских, плантаторы, еще больше запутывались в долгах. К 1776 г. задолженность их достигла внушительной суммы — 2 млн. ф. ст.

Белые рабы

Наряду с рабами-неграми в колониях имелись и белые рабы — обязанные слуги.

Основную массу обязанных слуг составляли тысячи копигольдеров и прочих мелких крестьян-держателей, согнанных с земли в Англии и Ирландии, а также разоренных промышленным переворотом ремесленников, которые продавали себя «на срок» еще в Англии для оплаты проезда в Америку.

Во время тяжелого путешествия через океан многие из них погибали от голода, болезней, кораблекрушений. По прибытии на американский материк, если в гавани не находилось покупателей, белых рабов, прикованных друг к другу, водили в поисках покупателя по селам и городам. В число белых рабов попадали и продаваемые за долги колонисты.

Существовали и другие, подчас нелегальные способы добывать белых рабов для колоний. Так, например, практиковалась кража детей в Англии для продажа в рабство в Америке. Политические и уголовные преступники, бродяги и нищие из Англии, где бродяжничество преследовалось как уголовное преступление, также пополняли кадры белых рабов в колониях.

Положение белых рабов часто было не лучше, чем черных. Хозяин являлся их временным владельцем и поэтому совершенно не был заинтересован в сохранении их жизни и здоровья по истечении срока контракта. За попытку к бегству их подвергали самым свирепым наказаниям, вплоть до смертной казни.

По истечении срока контракта, обычно семилетнего, обязанные слуги получали одежду, мушкет, немного денег. В некоторых колониях существовали законы о наделении их землей. Но часть обязанных слуг не выдерживала непосильного рабского труда и цогибала до своего освобождения.

Политика ограничения промышленности в колониях

Английская буржуазия и аристократия смотрели на колонии, как на источник сырья и рынок сбыта для растущей в метрополии промышленности. Этой политике соответствовал характер развития южных колоний с их плантационным хозяйством. Но северные колонии развивались по тому же пути, что и сама метрополия, и американская буржуазия оказалась преуспевающей соперницей английской буржуазии в судостроении, рыболовстве, торговле с Вест-Индией, а затем и в мануфактурах.

Постройка судов в богатых мачтовым лесом колониях обходилась на 20—30% дешевле, чем в Англии. К 1775 г. одна треть всего британского флота была построена в колониях.

Здесь, в североамериканских колониях, свободных от стеснений цехового строя, обрабатывающая промышленность развивалась в форме мелкого товарного производства, крупной централизованной и рассеянной мануфактуры.

Развитию железоделательной мануфактуры способствовало наличие богатых залежей руды, доступных источников водной энергии, обилие древесного топлива. В 1750 г. английский парламент нашел успехи промышленности колоний настолько угрожающими, что запретил сооружать в них прокатные станы, железорезальные мастерские. Но тем же актом поощрялся вывоз в Англию полуфабрикатов: чугуна в чушках и железа. Таким образом, основа американской промышленности — металлургия все же сохранилась.

Особенно ревниво охраняя свою монополию на производство шерстяных изделий, английская буржуазия принимала меры к пресечению развития в американских колониях шерстяной промышленности. Запрещение колонистам изготовлять подковы, гвозди, пуговицы, фетровые шляпы, тонкие сорта сукон и т. д. стало основным предметом нападок со стороны американской оппозиционной публицистики 60—70-х годов.

Первыми мануфактурами централизованного типа в колониях были школы прядения и ткачества, сохранявшие для отвода глаз вывеску «благотворительного» учебно-воспитательного заведения. В 1769 г. в такой школе, принадлежавшей бостонскому купцу Молинэ, действовало 400 веретен.

Широко развивалась и рассеянная мануфактура. Фермерские семьи изготовляли гвозди и замки, пряли шерсть и ткали полотно, которое затем отделывалось и окрашивалось странствующими ремесленниками, и сдавали все это скупщикам.

По официальным данным, в крупных городах жило всего 3,3% населения. Но количество населения в крупных городах в то время, когда процесс отделения промышленности от сельского хозяйства был далек от завершения, не отражало роста рассеянной и даже централизованной мануфактуры, которая развивалась чаще всего вне крупных городских центров. Последние своим благосостоянием были обязаны главным образом торговле. В это же время появляются такие промышленные центры, как Линн, Хаверхилл и др., где основным занятием населения являлись ремесло и работа на мануфактуре.

Экономическое развитие 13 колоний происходило значительно быстрее, чем развитие французской Канады. Так, население этих колоний выросло с 275 тыс. в 1700 г. до 2781 тыс. в 1780 г., а в Канаде насчитывалось к этому времени всего 65 тыс. жителей, хотя ее заселение колонистами началось еще в первые десятилетия XVII в. Феодализм продолжал господствовать в Канаде и после ее завоевания англичанами (1763 г.), и это обстоятельство тормозило рост производительных сил. Принадлежавшие светским и духовным сеньорам земли оставались в значительной степени необработанными. Фермеры-арендаторы, уплачивавшие ренту обычно натурой, были обязаны выполнять часто еще и барщину. Взималась десятина в пользу католической церкви. Внутренняя торговля и промышленность были развиты очень слабо.

В экономической неразвитости Канады заключалась в конечном счете причина того, почему эта страна, перешедшая в руки англичан незадолго до войны американских колоний за свою независимость, не приняла в ней участия, а стала убежищем торийской контрреволюции.

Образование внутреннего рынка

Тринадцать колоний создавались в разное время (с 1606 по 1733 г.)( В 1733 г. образовалась последняя из тринадцати колоний — Джорджия.) и на различной основе: как поселения религиозных общин (Плимутская колония в Новой Англии); как поселения, основанные торговыми компаниями (колония Массачусетского залива, Виргиния); как колонии, организованные частными лицами, получившими хартии от короля (Пенсильвания, Мэриленд). Экономически и политически они долгое время оставались более связанными с метрополией, чем между собой. Метрополия использовала их разобщенность для поддержания своего колониального господства.

Зависимость от метрополии, поддерживавшей разобщенность колоний, являлась препятствием к образованию в них единого внутреннего рынка. Такое положение соответствовало интересам английской буржуазии, стремившейся к полному господству на американском рынке. Изгнание английских конкурентов с американского рынка и приобретение экономической независимости было главной задачей молодой американской буржуазии, хотя в конце XVIII в. она и не была еще в состоянии полностью ее реализовать.

Метрополия не в силах была предотвратить усиление экономической общности между колониями, закономерно возраставшей по мере развития капитализма. Немаловажная роль в этом процессе принадлежала развитию средств сообщения. Первоначально из-за отсутствия дорог торговые связи между колониями осуществлялись главным образом через океанские порты. С конца XVII в. грунтовые дороги начинают заменять опознаваемые по меткам на деревьях тропинки для вьючных лошадей, на реках вместо паромов появляются мосты; с начала XVIII в. организуется регулярное почтовое сообщение.

Политический строй колоний

Во второй половине XVIII в. большинство колоний управлялось утверждаемыми английской короной губернаторами, которые назначали должностных лиц и обладали правом вето в отношении колониальных законодательных собраний. Но последние вотировали средства на содержание губернаторов и таким образом держали их в известной зависимости от себя.

Между губернаторами и законодательными собраниями шла постоянная борьба, в которой верх все чаще одерживали собрания, особенно со времени Семилетней войны.

Власть в колониях наряду с губернатором принадлежала фактически местной купеческой и плантаторской олигархии. Политические права являлись монополией ничтожного меньшинства. В то время как в XVII в. избирательным правом пользовалось все мужское белое население, перед революцией уже повсюду существовал высокий имущественный ценз для избрания в законодательные собрания и для замещения должностей. Имущественный ценз дополнялся цензом оседлости. Поэтому в Пенсильвании, например, правом голоса пользовались лишь 8% сельского населения и 2% городского. В колонии фактически господствовала квакерская олигархия города Филадельфии. В Массачусетсе власть находилась в руках двух семей — Гатчинсонов и Оливеров, опиравшихся на пуританскую церковь. В Нью-Йорке царила олигархия земельных магнатов Ливингстонов и Де-Лансей. Опорой губернаторской власти в Виргинии были крупные плантаторы побережья.

Бенджамин Франклин. Гравюра 1777 г.
Бенджамин Франклин. Гравюра 1777 г.

Развитие экономической общности как главный фактор, а также борьба Англии и Франции за овладение землями на североамериканском континенте ставили в порядок дня проблему политического и военного объединения колоний. Инициатива созыва с этой целью конгресса в 1754 г. в Олбани принадлежала пионеру национально-освободительного движения, крупному ученому, писателю и политическому деятелю Бенджамену Франклину. Эта первая попытка объединения не увенчалась успехом вследствие противодействия метрополии, а также в силу недостаточно развившихся еще в это время национальных связей.

Формирование американской национальной культуры

Развитие капитализма, изменение условий материальной жизни вызывали значительные сдвиги в общественном сознании. Передовая буржуазная идеология прокладывала себе путь в борьбе с церковной регламентацией быта, с религиозным фанатизмом и суеверием, которые пышным цветом расцвели в колониях в XVII и начале XVIII в. Традиционная библия постепенно уступала место произведениям буржуазных просветителей. Среди буржуазии, плантаторов и интеллигенции получила распространение философия деизма.

Духовенство не играло крупной политической роли в колониях. Наличие многочисленных враждующих сект облегчало борьбу буржуазии с церковной идеологией. Но духовенство продолжало еще цепляться за сохранение своей руководящей роли в области народного образования. Наиболее прочным было влияние духовенства в высшей школе, главным образом благодаря тому, что все существовавшие тогда в колониях восемь высших учебных заведений, за исключением академии в Филадельфии, были созданы для подготовки священников.

К середине XVIII в. наука, однако, достигает известных успехов. В Принсетонском, Иэльском и в других колледжах среди профессуры появляются либеральные ученые — Джон Уинтроп, Джон Уотерспун и др. Крупной вехой в развитии науки послужили открытия Франклина в области физики (теория положительного и отрицательного электричества, изобретение громоотвода), а также усовершенствование телескопа Давидом Ритенхаузом и изыскания врача-материалиста Бенджамена Раша в области психиатрии. В 1743 г. группа ученых во главе с Франклином основала Американское философское (т. е. научное) общество. Франклин был не только выдающимся физиком, но и крупным экономистом. Маркс писал, что он дал «первый сознательный, почти тривиально ясный анализ меновой стоимости, приводящий ее к рабочему времени...»( К. Маркс, К критике политической экономии, стр. 44.).

Подъем освободительного движения 70-х годов выдвинул многочисленных писателей и публицистов. Кроме Франклина, широкую известность получили Томас Джефферсон, Джемс Отис, Сэмюэль Адаме. Одним из наиболее демократически настроенных публицистов был поэт Филипп Френо, отстаивавший в своих произведениях право на свободу, независимость и демократию не только своей, но и других стран. В одной из своих поэм Френо мечтал о том времени, когда «свобода завоюет и ледяные просторы России».

Преклонение перед английской монархией, основанное на вере в божественное происхождение королевской власти, уступает место теории естественного права и договорного происхождения государства. Произведения Бэкона, Ньютона, Локка, Гаррингтона, Мильтона, Вольтера, Монтескье популяризуются в многочисленных альманахах, памфлетах, газетах.

Наибольшей популярностью пользовался Локк с его философией сенсуализма, теорией естественного права, учением о разделении властей. Колониальной буржуазии импонировало учение Локка о «праве на революцию против тирана», равно как и его теория классового компромисса. Формулу Локка «жизнь, свобода, собственность» буржуазия сделала своим девизом. Цитаты из произведений Сиднея и Локка встречались даже в проповедях пасторов, которые нередко затрагивали на церковных кафедрах политические вопросы.

Будущий руководитель освободительного движения Новой Англии Сэмюэль Адаме при окончании Гарвардского колледжа в 1740 г. посвятил диссертацию обоснованию тезиса «о законности сопротивления высшим магистратам».

Становление самостоятельной национальной культуры тормозилось в колониях рядом факторов. Среди них наиболее существенным было влияние более развитой английской культуры, что накладывало печать подражательности на молодую и слабую американскую культуру.

Развитие национальной культуры задерживалось также непрерывным пополнением населения многонациональной иммиграцией. В 1775 г. 40% населения колоний составляли не англичане. Одна шестая падала на долю шотландско-ирландской и одна десятая — на долю немецкой иммиграции. Население колоний непрерывно пополнялось, кроме того, французами, шведами, голландцами и т. д.

Господствующие слои колониального общества — верхушка буржуазии и особенно плантаторы — до войны за Независимость были тесно связаны с английской культурой, старались во всем подражать английской аристократии. Плантаторы строили свои усадьбы по образцу английских маноров, отправляли сыновей учиться в Кембридж. Виргинские джентльмены вывозили из Англии не только парики, бриджи, кружевные жабо, предметы роскоши и комфорта, но и произведения модных философов и последние новинки литературы.

Национальная культура американского народа со времени первых поселений зарождалась в толще народных масс — среди фермеров и ремесленников. Часть их общалась с индейцами и испытывала влияние их древней культуры и мифологии. В народные песни американцев были вкраплены элементы индейского эпоса. Большая роль в создании национальной культуры принадлежала буржуазной интеллигенции и мелкой городской буржуазии.

Английский язык, развиваясь в североамериканских условиях, пополнялся новыми словообразованиями. Это были индейские слова и наименования географических пунктов, растений, злаков, животных, птиц и т. д., а также слова, заимствованные из голландского, французского, испанского и других европейских языков.

Заметно изменились в американских условиях произношение и грамматические формы английского языка.

Гарвардский колледж. Гравюра В. Бэрджеса 1725 г.
Гарвардский колледж. Гравюра В. Бэрджеса 1725 г.

Североамериканцы в конце XVIII в. уже отличались от англичан некоторыми особенностями национального характера, своеобразием культуры, экономических условий жизни. Подъем движения 60—70-х годов и последующая революционная война за Независимость значительно ускорили развитие национального самосознания.

2. Американская буржуазная революция

Основной предпосылкой разрыва тринадцати колоний с Англией послужило развитие в них капитализма. Американская революция была событием исторически закономерным, подготовленным всем предшествующим развитием колоний. Непосредственной причиной, вызвавшей массовое движение против метрополии в 60-х годах, а затем и революционную войну против нее в 1775 г., была та политика усиленного нажима и угнетения, которую Англия стала осуществлять в колониях после Семилетней войны.

Обострение отношений между колониями и метрополией

Не нуждаясь более в поддержке колоний для ведения войны и сокрушив последнюю из своих соперниц в Северной Америке — Францию, английская буржуазия могла теперь приступить к решению новой задачи: остановить рост экономической независимости колоний, угрожавший ее монопольным прибылям, задушить нового опасного конкурента в лице американской буржуазии. Быстрый подъем производства в самой Англии, связанный с промышленным переворотом, делал английскую буржуазию особенно заинтересованной в сохранении своего господства на американских рынках. Проведение более жесткого курса в отношении колоний нашло выражение прежде всего в ряде решительных мер против процветавшей в колониях контрабандной торговли.

В поисках дополнительных источников для покрытия дефицита в бюджете, образовавшегося в результате Семилетней войны, английское правительство ввело прямое и косвенное обложение населения американских колоний. Встретив упорное противодействие, оно решило обеспечить повиновение колоний с помощью вооруженной силы.

Ослепленные успехами в борьбе за мировое торговое и колониальное преобладание, правящие классы Англии не понимали, что политика, создававшая искусственные препятствия свободному развитию американских колоний, неизбежно вызовет со стороны последних решимость бороться за полное отделение от метрополии.

В 1763 г. король Георг III выпустил прокламацию, запрещавшую колонизацию земель, расположенных к западу от Аллеганских гор. Помимо стремления сохранить монополию короны на эти земли и обеспечить английским торговым компаниям прибыли от торговли мехами с индейцами, правительство метрополии ставило своей целью предотвратить дальнейшее расселение колонистов по североамериканскому материку. На узкой полосе вдоль Атлантического побережья английским властям легче было собирать налоги, осуществлять меры по удушению местной промышленности, пресекать контрабанду, усиливать полицейский нажим, держать колонии под угрозой применения вооруженной силы.

В следующем, 1764 г. парламент нанес чувствительный удар прибыльной торговле североамериканских купцов с Вест-Индией введением пошлин на ввоз сахара в английские колонии. По окончании Семилетней войны на все колонии было распространено запрещение выпуска бумажных денег, ранее относившееся только к Новой Англии. Это вызвало застой в торговле и промышленности, еще более усилившийся в результате изданного парламентом в 1765 г. закона об обложении гербовым сбором всей судебной и коммерческой документации, периодических изданий, памфлетов и т. д. Предвидя недовольство колонистов, парламент под предлогом обороны от индейцев заблаговременно принял закон о размещении в колониях войск.

Политика метрополии ущемляла интересы не одного какого-нибудь класса в колониях, а всех классов. Запрещение поселений на плодородных землях Запада было направлено не только против фермеров, составлявших подавляющее большинство населения колоний, но и против ремесленников и рабочих, искавших в скваттерстве спасение от капиталистической эксплуатации. Оно затрагивало и интересы плантаторов, видевших в земельных спекуляциях возможность поправить свои дела, пошатнувшиеся в связи с кризисом плантационного хозяйства. Запрещение выпуска бумажных денег еще более ухудшало их положение как должников британских купцов.

Массовое движение против гербового сбора

Такие действия английских властей, как размещение войск или закон о гербовом сборе, не могли расцениваться иначе, как покушение на права местного населения. В одной из многочисленных прокламаций по поводу гербового сбора высказывалось опасение, как бы «британские власти не ввели налог на голосование, на солнечный свет и воздух, которым мы дышим, на землю, в которую мы ляжем». Политика колониального порабощения укрепляла в американском народе чувство единства и национальное самосознание.

Подобно английской буржуазии XVII в., начавшей борьбу с феодально-абсолютистской монархией с отказа платить налоги, колониальная буржуазия, представители которой собрались в 1765 г. на конгресс по поводу гербового сбора, отказалась признать за английским парламентом право на обложение налогами колоний, не имевших своих представителей в парламенте. Она написала на своем знамени: «Никаких налогов без представительства».

Конгресс не ограничился внешне лояльной петицией королю об отмене гербового сбора. Желая экономически ущемить своего конкурента, американская буржуазия провела решение о бойкоте английских товаров и о принятии мер к производству в колониях всего необходимого. С трибуны конгресса впервые раздался призыв забыть о принадлежности к той или иной колонии и стать американцами. Широкий отклик нашел и страстный призыв к борьбе, прозвучавший в речи Патрика Генри в Законодательном собрании Виргинии. Оратор патетически закончил свою речь возгласом: «Свобода или смерть!»

Решение о бойкоте вызвало возмущение в правящих кругах Англии, и даже Питт, не одобрявший слишком резкого курса в отношении колоний, заявил, что пойдет во главе тех, кто силой оружия будет изгонять американцев из мастерских, в которых они начнут изготовлять для себя все необходимое. Не прошло и нескольких месяцев, как английские купцы убедились, что потеряли в результате бойкота более 700 тыс. ф. ст.

Решающая роль в движении против гербового сбора, как и в контроле за осуществлением бойкота, принадлежала массовой организации ремесленников, рабочих, городской мелкой буржуазии, именовавшейся «Сынами свободы», или «Партией дерева свободы». Во главе этой организации стояли передовые деятели колониальной буржуазии — Сэмюэль Адаме в Массачусетсе, Джон Лемб и Исаак Сире в Нью-Йорке, Кристофор Гадсден в Северной Каролине. Бостонская организация развивала агитацию и среди фермеров.

«Сыны свободы» устраивали демонстрации и шествия, врывались в дома сборщиков, заставляя их публично отказываться от должности, сжигали склады с гербовой бумагой, закрывали суды. Тех, кто выступал защитником метрополии, обмазывали смолой и вываливали в перьях. В августе 1765 г. бостонцы разгромили дом ненавистного королевского губернатора Гатчинсона. В день вступления в силу закона о гербовом сборе, 1 ноября 1765 г., они устроили церемонию похорон «колониальной свободы», насчитывавшей 145 лет со времени первого поселения; церемония закончилась тем, что «свобода» при общем ликовании присутствующих благополучно встала с катафалка. Весной 1766 г. парламенту пришлось отменить гербовый сбор. Для поддержания престижа короны эта уступка сопровождалась декларацией о верховной власти парламента над колониями и его праве облагать их налогами.

Отмена гербового сбора была торжественно отпразднована салютами, звоном колоколов, шествиями, во время которых сжигались портреты ненавистных английских министров Гренвилля и Бьютта.

В буржуазной историографии нередко игнорируется роль масс в развертывании движения против Англии. Между тем массовые народные организации «Сынов свободы» занимают в истории борьбы за независимость видное место. Ввиду ожидавшегося столкновения с английскими войсками создавалось ополчение, насчитывавшее в колониях Массачусетсе и Нью-Гемпшире 40 тыс. и в Коннектикуте 10 тыс. человек.

Некоторый спад движения в связи с отменой гербового сбора сменился в 1767 г. новым подъемом после введения так называемых пошлин Тауншенда (на ввоз чая, стекла, красок). В колониях продолжали размещаться войска; за оказываемое сопротивление было распущено несколько законодательных собраний.

Обеспокоенная активностью масс и революционным характером, который начали принимать выступления против гербового сбора, буржуазия, чтобы сохранить за собой руководство движением, проводит решение о бойкоте английских товаров через законодательные собрания. После того как пошлины Тауншенда, подобно гербовому сбору, были отменены, за исключением пошлины на чай, буржуазия Нью-Йорка и Чарлстона в целях подавления демократических элементов приступила к созданию специальных организаций «по борьбе с насилиями толпы». Ремесленники и рабочие стали в свою очередь создавать свои особые организации.

Освободительное движение поднимающейся североамериканской нации не было единым. Городская мелкая буржуазия, рабочие и фермеры связывали с борьбой против колониального гнета надежды на приобретение политических прав, на свободный доступ к земле. Они добивались не только независимости, но и замены господства торговой и землевладельческой аристократии властью демократического большинства народа. Эти трудящиеся слои составляли левое, буржуазно-демократическое крыло партии вигов, или революционистов.

Расстрел жителей Бостон английскими войсками. Гравюра П. Ривери 1770 г.
Расстрел жителей Бостон английскими войсками. Гравюра П. Ривери 1770 г.

Верхушка буржуазии и плантаторы составляли правое крыло этой партии. За исключением отдельных лиц, сразу же связавших свою судьбу с освободительным движением, большинство этого правого крыла долго колебалось, прежде чем решиться на разрыв с метрополией, и искало компромисса. Их беспокоила перспектива потери британских рынков и страшила революционная активность народных масс.

Партия открытых сторонников метрополии — тори, или лоялисты, включала в себя прежде всего тех, кто был связан с крупной земельной собственностью, с британской короной, с британским капиталом. К владельцам крупных имений, полученных от короны, примыкала небольшая часть южных плантаторов. Затем следовали купцы, оперировавшие британским капиталом, владельцы акций Английского банка, пайщики Ост-Индской и других монопольных компаний, королевские чиновники, духовенство (преимущественно служители государственной англиканской церкви) и прочие элементы, так или иначе связанные своики интересами и своим благосостоянием с Англией. Во время и после войны за Независимость от 60 тыс. до 90 тыс. тори переселились в Канаду, Вест-Индию, Англию.

Корреспондентские комитеты

5 марта 1770 г. на улицах Бостона произошло первое кровавое столкновение с британскими войсками: шестеро рабочих было убито и столько же ранено. В числе первых американцев, отдавших жизнь за национальную независимость, был негр Криспус Аттакс. «Кровь, пролившаяся на мостовой Бостона, — писал Адаме, — взывает о мщении». Со времени «бостонского побоища» вооруженная борьба стала лишь вопросом времени.

В 1772 г. было объявлено, что отныне оплата губернаторов, судей и других чиновников будет производиться из королевской казны. Это означало полную независимость королевских чиновников от законодательных собраний, и буржуазия немедленно предприняла шаги к образованию собственных органов власти. На городском митинге в Бостоне был избран особый общественный орган во главе о Самюэлем Адамсом, Джозефом Уорреном, Полем Ривери, названный Корреспондентским комитетом.

Комитет захватил в свои руки фактическую власть в Бостоне и обратился к другим колониям с призывом последовать его примеру. Весной 1773 г. подобные комитеты были созданы в Виргинии и других колониях.

В 1773 г. английский парламент принял «чайный закон», которым он хотел подтвердить незыблемость своих прав на обложение колоний налогами. Тотчас после этого в колониях развернулось широкое движение за бойкот чая.

Ост-Индская компания, монополизировавшая торговлю чаем в североамериканских колониях, не только была злейшим конкурентом американских купцов, но пользовалась всеобщей ненавистью как олицетворение колониального гнета.

В декабре 1773 г. по решению городского митинга в Бостоне был выброшен в океан груз чая, принадлежавший Ост-Индской компании. Смелые действия бостонцев с энтузиазмом поддержали все без исключения колонии. В Лондоне «бостонское чаепитие» было расценено как покушение на собственность Британии и на ее господство над колониями.

'Бостонское чаепитие' Гравюра XVIII в.
'Бостонское чаепитие' Гравюра XVIII в.

Репрессии против Бостона

По отношению к мятежному городу были применены суровые репрессии. Бостонский порт был закрыт, его население обречено на голод. Королевский губернатор получил чрезвычайные полномочия, колония Массачусетс лишилась хартии самоуправления; взамен суда присяжных предусматривалась отправка обвиняемых на суд в Англию. Запрещены были городские митинги, которыми народ дорожил как давнишней демократической традицией.

Репрессии вызвали широкое возмущение. Все колонии стали оказывать помощь голодающему населению Бостона. 1 июня 1774 г.— день вступления в действие билля о закрытии бостонского порта — был объявлен в Виргинии днем «скорби, поста и молитвы».

Немало способствовал росту возмущения одновременно принятый парламентом так называемый Квебекский акт, имевший целью изолировать Канаду от революционного движения тринадцати американских колоний. Квебекский акт подтверждал национальный французский характер Канады и сохранял ее феодальные порядки и католические учреждения. Наибольшее возмущение в колониях вызвало то, что Квебекским актом к Канаде была присоединена огромная северо-западная территория за Аллеганами, недавно отвоеванная у Франции с помощью американских колонистов.

Выдающийся деятель буржуазно-демократического крыла освободительного движения Томас Джефферсон, обращаясь к Георгу III, писал, что земли Америки не принадлежат короне по феодальному праву, а принадлежат они по закону природы тем, кто поливал их своей кровью и возделывал своими руками. «Квебекский акт» поднял фермерство на борьбу, обеспечив, таким образом, участие основной массы населения колоний в революционном движении против Англии.

I Континентальный конгресс

В сентябре 1774 г. в Филадельфии собрался I Континентальный конгресс представителей всех колоний, за исключением Джорджии, делегация которой была задержана губернатором. Большинство членов конгресса принадлежало к числу сторонников мирного разрешения конфликта, предлагавших возмещение убытков Ост-Индской компании и сохранение американских колоний в составе Британской империи на условиях передачи колониям права налогообложения.

Но на конгрессе было и влиятельное левое меньшинство во главе с С. Адамсом, П. Генри, К. Гадсденом. Это были сторонники немедленных наступательных действий против британских войск до того, как они получат подкрепления. Левому крылу удалось провести предложенную Дж. Уорреном резолюцию о неподчинении британским приказам, о бойкоте английских товаров и начале военных приготовлений.

Конгресс учредил Континентальную ассоциацию, которой было поручено принять меры к прекращению английского экспорта и импорта и приостановлению работорговли. Успехом левого крыла явилась передача контроля за исполнением решений ассоциации от законодательных собраний избираемым в каждом округе народным комитетам, именовавшимся чаще всего «Комитетами безопасности». Под их эффективным контролем торговля с Англией за один 1775 г. сократилась с 2500 тыс. ф. ст. до 200 тыс, ф. ст. Конгресс обратился к королю с жалобой на притеснение колоний; одновременно он принял обращение к народу 13 колоний, к народам Англии и Канады.

Начало войны за Независимость

Зимой 1774/75 г. в колониях стали стихийно возникать вооруженные отряды, участники которых называли себя «людьми минуты» или «парнями свободы». Они сами избирали из своей среды командиров, доставали оружие, вели неустанное наблюдение за действиями британских войск.

Возглавляемая гравером Полем Ри-вери разведка успела предупредить С. Адамса и Дж. Хэнкока о грозящем им аресте. Прискакав ночью в Лексинг- тон, Ривери успел также предупредить «людей минуты» о предстоящем захвате британцами складов оружия. Прибывший туда утром отряд английских солдат был встречен партизанами в полной боевой готовности.

Собрание горожан накануне войны за Независимость. Гравюра 1795 г.
Собрание горожан накануне войны за Независимость. Гравюра 1795 г.

В первых сражениях у Лексингтона и Конкорда 19 апреля 1775 г. английские войска столкнулись с тактикой рассыпного строя. Партизаны метко стреляли из-за деревьев и строений и оставались сами неуязвимыми; англичане потеряли треть своих солдат. Эти события послужили сигналом к повсеместному захвату оружия народом. Восстание против Британии началось.

II Континентальный конгресс

10 мая 1775 г. собрался II Континентальный конгресс. Он констатировал состояние войны с Англией и 15 июня принял решение об организации армии. Во главе ее был поставлен Джордж Вашингтон, богатый виргинский плантатор. Талантливый полководец и выдающийся политический деятель, он завоевал популярность среди широких масс народа своей последовательной борьбой за независимость колоний. Его избрание должно было символизировать единство северных и южных колоний в борьбе против общего врага.

Конгресс не поспевал за быстро развертывающимися событиями. В это время 20-тысячная армия «людей минуты» и колониальной милиции, назвавшая себя «лагерем свободы», уже окружила Бостон с находившейся в нем британской армией.

Битва при Лексингтоне. Гравюра А. Дулитла 1775 г.
Битва при Лексингтоне. Гравюра А. Дулитла 1775 г.

Захватив одну из господствовавших над городом высот — Бэнкерсхилл, американцы в течение дня 17 июня отразили три ожесточенных атаки противника. Потеряв 450 убитыми и ранеными, они оставили Бэнкерсхилл лишь после того, как у них иссякли запасы пороха. Потери британцев составили тысячу солдат и офицеров. Победители не обольщались по поводу одержанного успеха. «Еще одна такая победа, — писала лондонская газета, — и не останется никого, чтобы принести известие домой».

В июле 1775 г., уже после Лексингтона и Бэнкерсхилла, правые элементы конгресса, возглавляемые Джоном Диккинсоном, предприняли новую попытку примирения, направив королю так называемую петицию оливковой ветви. Правительство Георга III ответило призывом к вооруженному подавлению «мятежников». Британским флотом был сожжен город Фольмаус (ныне Портленд) и в январе 1776 г. опустошены берега Виргинии у селения Крик Бридж.

Репрессии и жестокости, применяемые в колониях по приказам властей метрополии, способствовали росту среди масс не только антибританских, но и антимонархических настроений, поколебав сильную ранее веру в «доброго» короля Англии.

Прояснению революционного сознания масс немало способствовал появившийся в январе 1776 г. памфлет «Здравый смысл», принадлежавший перу Томаса Пэна, демократического деятеля, прибывшего в 1774 г. из Англии. Пэн звал народ колоний к оружию, к восстанию против правящих классов Британии и против монархии, «проклятой провидением и разумом». Ссылаясь на «естественные права» человека, памфлет Пэна призывал установить независимость колоний и создать в них демократический порядок, который сделал бы Северную Америку убежищем для страждущего под феодально-монархическим игом человечества.

Идеи независимости и демократии отвечали надеждам и чаяниям широких масс. Памфлет получил невиданное в Америке XVIII в. распространение. Он читался и перечитывался фермерами, ремесленниками, торговцами, партизанами и солдатами армии Вашингтона.

Битва при Бэнкерсхилле. Гравюра 1783 г.
Битва при Бэнкерсхилле. Гравюра 1783 г.

Весной 1776 г. революционное крыло буржуазии одержало в конгрессе решительную победу. Был осуществлен ряд радикальных мероприятий, аннулированы ненавистные навигационные акты и открыты американские порты для кораблей всех стран. В целях борьбы против установленной британским флотом блокады колоний было принято решение о снаряжении каперских кораблей. Конгресс образовал секретный комитет внешних сношений, начавший поиски союзников в Европе среди врагов Англии и принявший меры к приобретению оружия и кораблей.

10 мая 1776 г. конгресс предложил всем колониям создать новые правительства взамен королевских чиновников. В ряде колоний это было уже сделано ранее. Всюду провозглашались независимые республики — штаты, происходила выработка конституций, уничтожавших привилегии земельной аристократии и отменявших избирательный земельный ценз. В конституции включались специальные пункты об отмене полуфеодальной фиксированной ренты и о ликвидации других элементов феодализма.

Важнейшим мероприятием буржуазной революции явилось решение конгресса о разоружении лоялистов и конфискации их собственности. Экспроприации подверглись земли короны, государственной англиканской церкви, крупные поместья бывших собственников колоний — Вильяма Пенна в Пенсильвании, лорда Балтимора в Мэриленде. В Мэне конфискации подверглось имение баронета Вильяма Пеппереля, раскинувшееся вдоль побережья на 30 миль, в Виргинии - имение лорда Ферфакса, достигавшее 6 млн. акров. В Нью-Йорке, помимо земель короны, было конфисковано 59 частных поместий на сумму в 3 млн. долларов; в Массачусетсе конфискации подверглась собственность 300 семей аристократии.

Титульный лист памфлета Томаса Пэна 'Здравый смысл'
Титульный лист памфлета Томаса Пэна 'Здравый смысл'

На новом этапе развития революции расширилась деятельность комитетов «корреспонденции, безопасности, наблюдения». Эти комитеты поддерживали связь между колониями, вели антибританскую пропаганду, ведали призывом в милицию, снабжением оружием, разведкой. В их функции входило также осуществление революционного террора против лоялистов. Комитеты обычно осуществляли и конфискацию собственности последних. Для этого составлялись «черные списки» подозреваемых в государственной измене. В Массачусетсе на городских митингах каждый имел право назвать подозреваемого в пособничестве врагу. Если большинство поддерживало обвинение, такое лицо предавалось суду и высылалось, чаще всего в Англию, за собственный счет. Высланным запрещалось возвращение на родину под угрозой смерти. Смертная казнь ожидала также тех, чья измена была на суде неопровержимо доказана.

Провозглашение независимости

4 июля 1776 г. конгресс принял составленную Джефферсоном Декларацию независимости. Новое государство — Соединенные Штаты Америки — начало свое самостоятельное существование. Текст Декларации читался народу под пушечные салюты и звон колоколов, по приказу Вашингтона с ней знакомили идущих в бой солдат. В эти дни свинцовая статуя короля Георга в Нью-Йорке была переплавлена в пули.

Декларация независимости вызвала сочувственные отклики во всей Европе, пробуждая силы для борьбы против абсолютизма и феодализма.

При постоянных колебаниях правых элементов буржуазии решительный разрыв с метрополией оказался возможным только благодаря революционному движению масс, достигшему в это время наивысшего подъема. Принятие Декларации было не только победой сторонников независимости, но и победой революционного крыла над умеренным внутри партии вигов. Декларация независимости, являвшаяся первой декларацией прав человека, носила отпечаток породившего ее революционного подъема и существенно отличалась от позднейших, более умеренных документов американской революции. Она была антифеодальным и антимонархическим манифестом, провозглашавшим республиканские и буржуазно-демократические свободы: равенство перед законом, суверенитет народа, его право изменять форму власти.

При перечислении естественных прав человека декларация не упоминала о собственности. Джефферсон, как и Руссо, Мабли, Томас Пэн и другие представители левого течения в буржуазной теории естественного права, связывал понятие «собственность» с понятием «труд» и относил его к разряду прав гражданских, а не естественных, т. е. считал институтом, исторически преходящим, тогда как Локк и его последователи объявляли собственность правом естественным, вечным и незыблемым. Поэтому в общепринятой буржуазной формуле «жизнь, свобода, собственность» Джефферсон заменил слово «собственность» словами «стремление к счастью».

В первоначальном проекте, составленном Джефферсоном, Декларация содержала решительное осуждение рабства и работорговли «как жестокой войны против самой человеческой природы», причем обвиняла «тирана» Георга III, угнетавшего и американцев и негров, в поощрении рабства в колониях. Декларация предъявляла ему еще 26 других обвинений. Но параграф об осуждении рабства был вычеркнут из Декларации по требованию рабовладельцев Южной Каролины и Джорджии, поставивших это условием своего участия в войне против Англии. Их требование было поддержано северными купцами и судовладельцами, извлекавшими прибыли из торговли неграми.

Обнародование Декларации независимости. Гравюра 1783 г.
Обнародование Декларации независимости. Гравюра 1783 г.

После окончания войны за Независимость работорговля была возобновлена, и в погоне за прибылями американские рабовладельцы намного превзошли английских.

Военные действия 1775—1778 гг.

Главным театром военных действий первые три года оставались северные и центральные штаты. Британский стратегический план предусматривал изоляцию Новой Англии от остальных богатых ресурсами штатов путем захвата Нью-Иорка и долины реки Гудзон. На остальных театрах британцы, не рискуя вторгаться в глубь огромной враждебной страны и используя свое превосходство на море, ограничивались наступательными действиями на побережье вблизи своих баз.

Американская армия вынуждена была придерживаться оборонительной тактики. Она предприняла всего одну наступательную операцию на границах британской Канады, имея своей целью воспрепятствовать захвату противником долины Гудзона, а также добиться присоединения Канады к антибританскому восстанию. Руководители восставших колоний не сомневались, что канадцы тоже стремятся к отделению от Англии, которая только недавно подчинила их силой. I и II конгрессы назывались континентальными именно потому, что предполагалось объединение против Англии всех ее колоний на североамериканском континенте; в текст «Статей конфедерации» был включен специальный параграф о присоединении Канады к США, в случае если она того пожелает.

Весной 1775 г. без ведома конгресса к канадской границе отправился отряд повстанцев, называвших себя «парнями зеленой горы», во главе с Этаном Алленом, впоследствии автором воинствующего антиклерикального произведения «Разум — единственный оракул человека». Он захватил крепость Тикондерогу с большим количеством столь нужных восставшим пушек и снаряжения.

Получив подкрепления, американская армия взяла в ноябре Монреаль, но потерпела поражение под Квебеком и в дальнейшем уже не могла добиться успеха. Но угроза Канаде отвлекала на этот театр военных действий на протяжении всей войны значительные британские силы.

Осажденная с весны 1775 г. в Бостоне британская армия сдала его в марте 1776 г., оставив здесь значительные военные запасы. Вместе с англичанами ушли 1100 лоялистов.

В конце августа 1776 г. американская армия под командованием Вашингтона, обороняя Нью-Йорк, едва не была окружена у Лонг-Айленда. Армию удалось сохранить ценой потери Нью-Йорка, остававшегося в руках англичан до конца войны. В декабре англичане нанесли противнику, отступавшему от Нью-Йорка к Пенсильвании, новое серьезное поражение под Трентоном.

В этот критический момент генерал Чарльз Ли сдался англичанам со своей армией. Он был впоследствии отпущен из плена и сумел стать вторым после Вашингтона лицом в командовании; современники не знали о его измене, она была установлена лишь спустя 80 лет.

Зимой 1776/77 г. армия конгресса, еще мало походившая на регулярную армию, испытывала большие трудности в снабжении и вооружении. Под влиянием следовавших одно за другим поражений армия теряла боевой дух. Она сократилась с 34 тыс. до 4 тыс. человек. Находившийся при армии Томас Пэн начал в это время выпускать свой журнал «Американский кризис». В первом выпуске, взывая к мужеству американцев, Пэн писал, что, чем тяжелее испытания, тем радостнее будет победа, и призывал соотечественников быть мужественными и «улыбаться в несчастии».

Рождественской ночью 1776 г. Вашингтон, получив свежие подкрепления, внезапно перешел Делавар, обрушился на британский лагерь у Трентона и захватил в плен тысячу английских наемников. В январе 1777 г. он нанес новое поражение англичанам у Принстона.

Британское командование, придавая решающее значение захвату долины Гудзона, осенью 1777 г. предприняло наступление силами трех армий: армии Бургойна, двигавшейся от канадской границы, армии Сен-Лежера, в которой было много американских тори и индейцев, наступавшей от озера Онтарио, и армии Клинтона, оперировавшей в районе устья Гудзона.

Военные действия развивались для англичан неудачно. Против них поднялось все население штатов Новой Англии. Чтобы преградить путь английским кораблям вверх по Гудзону, в течение шести недель днем и ночью ковалась гигантская железная цепь длиной в 152 м и весом в 180 т, которая была протянута потом поперек реки. 19 октября 1777 г. армия Бургойна, окруженная у Саратоги, принуждена была сдаться американским войскам под командованием Гейтса. При известии об этом поражении тори из армии Сен-Лежера разбежались, индейцы же обратили оружие против англичан. Победители великодушно разрешили военнопленным возвратиться в Англию при условии, что они больше не будут сражаться против американцев.

Победа при Саратоге означала крушение основного стратегического плана британского командования. Она имела громадное значение для достижения национальной независимости американского народа, отныне твердо уверовавшего в конечную победу.

Международное положение республики

Капитуляция Бургойна повлекла за собой далеко идущие последствия международного характера. После начала военных действий колоний против Англии Франция провозгласила нейтралитет. Но, мечтая о реванше за понесенное в Семилетней войне поражение, она тайно оказывала колониям помощь оружием и снаряжением. На французских верфях строились суда для американцев.

Правительство Людовика XVI находилось в то время на грани финансового банкротства; между тем помощь восставшим английским колониям требовала больших расходов. К тому же правящие круги феодально-абсолютистской Франции не могли не понимать, что союз с республикой, провозглашенной в Америке, опасен своим революционизирующим влиянием на французский народ. Однако над всеми соображениями господствовали чувства ненависти к конкуренту и надежда на возвращение утраченных в Америке колониальных владений. Победа у Саратоги окончательно склонила французское правительство к заключению с американцами союзного и торгового договора, который и был подписан в Париже в феврале 1778 г.

После этого английское правительство обратилось к восставшим с мирным предложением, обещая повстанцам амнистию и отмену законов, принятых парламентом с 1763 г. и ущемлявших интересы колоний. Оно призывало американцев отказаться от «неискреннего и противоестественного иностранного союза» и восстановить союз с «матерью-родиной». Конгресс отказался рассмотреть предложения Георга III, требуя признания полной независимости колоний и отозвания британской армии и флота.

Между тем Франция вступила в войну против Англии. Она использовала также свое дипломатическое влияние, чтобы вовлечь в войну и Испанию. Последняя страшилась распространения освободительной войны на ее собственные колонии в Америке, но все же не могла устоять перед обещаниями возвращения ей Гибралтара в Европе и новых территориальных приобретений в Северной Америке за Аллеганами.

Победе колоний в войне против Англии косвенно способствовала и Россия. В ответ на враждебные действия английского флота против торговли нейтральных держав русское правительство возглавило в 1780 г. Лигу нейтральных стран, провозгласив политику вооруженного нейтралитета, к которой присоединилось большинство европейских государств.

Вооруженные эскадры нейтральных держав стали охранять свои торговые пути. Испания осадила Гибралтар. Французы предприняли военные операции в Индии. Военные действия происходили также в Вест-Индии, близ берегов Ирландии, у Атлантического побережья Англии, близ Плимута, в Ла-Манше. В дальнейшем коалиция против Англии была расширена вступлением в войну Голландии.

Имея против себя соединенный флот Франции, Испании и Голландии, Англия утратила превосходство на море, и дальнейшее ведение войны в Америке стало для нее весьма затруднительным.

Англо-американская война вызвала крайнее обострение противоречий в лагере колониальных хищников. В. И. Ленин указывал, что в интересах своего освобождения американский народ использовал противоречия между колониальными державами, заключив соглашения с Францией и Испанией против Англии. Это способствовало победе национально-освободительного движения в Северной Америке ( См. В. И. Ленин, I Всероссийский съезд по внешкольному образованию, Соч., т. 29, стр, 321.).

Армии воюющих сторон

В начале войны представлялось весьма вероятным, что могущественная Великобритания, последовательно сокрушившая мощь Голландии, Испании, Франции, господствующая на морях, легко справится с восставшими колониями.

При своем рождении американской республике приходилось собирать по крупицам армию, в процессе самой войны создавать командные кадры, с великими трудностями изыскивать денежные средства, налаживать отечественное производство оружия, обмундирования и т. п. На протяжении всей войны повстанческая армия страдала от недостатка оружия.

Контрреволюционная деятельность скрытых и явных тори, злоупотребления и стяжательство поставщиков из числа местной буржуазии приводили к тому, что, несмотря на обилие в стране продовольствия и одежды, солдаты голодали, нерегулярно получали жалованье, были одеты самым причудливым образом. Один мушкет и одно одеяло, как правило, приходились на трех солдат. Во время жестокой зимовки 1777/78 г. в Валлей-Фордж армия, недавно одержавшая у Саратоги блестящую победу, голодала и мерзла под открытым небом. У Тикондероги на 12 тыс. бойцов имелось 900 пар сапог. По свидетельству Вашингтона, пути всех походов его армии отмечены следами окровавленных босых ног.

Но на стороне освободительной армии были и крупные преимущества. Ее бойцы сражались за свое собственное кровное дело. Это сознание поднимало боевой дух армии, а передовая тактика рассыпного строя позволяла ей одерживать победы даже над превосходящими силами противника.

Англичане располагали обученной, дисциплинированной армией, возглавляемой опытными командирами. Британское правительство легко получало займы, и его армия не испытывала недостатка ни в чем необходимом. Но было одно обстоятельство, делавшее эту армию весьма уязвимой. Англия не в состоянии была обеспечить ее непрерывное пополнение людьми. Как и в других войнах, она широко пользовалась наемными войсками. Екатерина II отказалась предоставить ей русских солдат, но Англия получила солдат у курфюрста ганноверского, герцога брауншвейгского и ландграфа гессенского, продавших ей в общей сложности 29 тыс. солдат.

Англичане увеличивали численность своего войска за счет американских тори, на их стороне участвовало в войне большинство индейцев, видевших в колонистах своих более опасных и непосредственных врагов. Англичане делали попытки увеличить свои людские ресурсы также и за счет негров. Они широко применяли методы шпионажа, диверсии и подкупа. По некоторым данным, число платных британских агентов в восставших колониях составляло 25 тыс. Эти агенты снабжали шпионскими сведениями британское командование, организовывали с помощью вооруженных отрядов диверсии, проводили карательные экспедиции, занимались подкупами, устраивали заговоры на жизнь Вашингтона. Англичане пытались также подкупить его. За переход на сторону короны ему было предложено ирландское пэрство. Высокие титулы и пожизненные пенсии предлагались также Франклину, Хэнкоку, Джозефу Риду и многим другим патриотам.

Лишь в конце 1780 г. было разоблачено предательство генерала Бенедикта Арнольда, систематически передававшего шпионские сведения из штаба Вашингтона и изобличенного случайно при попытке продать план фортов крепости Вест-Пойнт.

Первая конституция США

Немалую роль в затяжке войны играла слабость государственной власти молодой республики. Отрицательные стороны ее конфедеративного устройства особенно остро давали себя знать в военное время.

Первая конституция США — «Статьи конфедерации и вечного союза» — была принята конгрессом в 1777 г. и в течение последующих двух-трех лет ратифицирована всеми штатами. Она сохраняла суверенитет за штатами как самостоятельными государственными единицами, объединившимися лишь для защиты от общего врага. Конгресс состоял из одной палаты, избираемой на один год по принципу равного количества представителей от каждого штата, независимо от численности населения. Пост президента (как главы исполнительной власти) отсутствовал, конгресс не имел права сбора налогов, штаты сохраняли свою валюту и тарифные законы.

В распоряжении конгресса не было средств для уплаты процентов по внешним займам. Агенты Англии со злорадством раздували в Европе этот факт, как свидетельство финансового банкротства республики. Попытки провести в 1781 и 1783 гг. поправки к конституции с целью предоставить конгрессу право на взимание таможенных пошлин не увенчались успехом.

Конгресс неизменно прибегал лишь к одному средству покрытия расходов — выпуску не обеспеченных золотом и серебром бумажных денег. Выпускали их в свою очередь и штаты, результатом чего было падение их стоимости до одной сороковой в 1779 г. и одной сотой в 1781 г.

В штатах делались попытки бороться с обесценением денег путем установления максимума цен. Но все усилия разбивались о своекорыстие купцов, взвинчивавших цены и требовавших за товары твердую валюту. Пополнение армии и ее снабжение целиком зависели от штатов, которые часто выставляли свои контингенты в неполном составе.

«Статьи конфедерации» создавались в противовес господствовавшей в XVIII в. политической централизации в ее абсолютистско-монархической форме, неизбежно сопутствуемой гнетом деспотизма, постоянной армией, полицией и бюрократией, тяжелым налоговым гнетом. Эта конституция носила на себе печать теории «естественного права», почитавшей злом всякую централизацию. Требование самостоятельности штатов продолжало быть лозунгом американской буржуазной демократии и в XIX в. и выражалась формулой: «The government is best, which governs least» (наилучшим является правительство, которое наименее управляет).

Широкие массы фермеров, ремесленников и рабочих поддерживали «Статьи конфедерации», не желая создания сильной центральной власти, которую буржуазия могла бы использовать для подавления народа. Народные массы надеялись, что суверенитет штатов сделает возможным расширение избирательных прав и другие демократические преобразования.

Участие негров в войне за Независимость

После поражения у Саратоги и перенесения англичанами центра военных операций на Юг война продолжалась еще пять лет.

Развертывая кровавую войну на Юге, англичане рассчитывали получить поддержку рабовладельцев, но в то же время пытались привлечь на свою сторону негров. Неспособность американской буржуазии к революционному разрешению проблемы рабства затянула войну и умножила количество жертв.

Англичане отнюдь не были сторонниками освобождения рабов. В английской Вест-Индии 10 рабов приходилось на одного свободного. Для подавления восстаний рабов там содержалась армия. Высшие классы Англии не видели ничего предосудительного в рабовладении и считали собственность в виде раба столь же священной, как и любой другой вид собственности. Все это не помешало в 1775 г. губернатору Виргинии лорду Данмору обещать свободу взрослым мужчинам-неграм, которые перейдут на сторону англичан. Десятки тысяч рабов, поверивших этому призыву, были жестоко обмануты: частью они были проданы в Вест-Индию, частью леребиты англичанами при отступлении, многие погибли от голода и болезней.

Американские рабовладельцы применяли к неграм-перебежчикам самые жестокие меры, вплоть до смертной казни. В проведении репрессий участвовали даже некоторые корреспондентские комитеты на Юге. Но негров это не удерживало. Всего за время войны бежала к англичанам пятая часть негритянского населения колоний — около 100 тыс. человек.

В то же время многие негры стойко сражались за независимость колоний, хотя рабовладельцы стремились всеми средствами воспрепятствовать участию рабов в войне на стороне американцев. В 1775 г. представители Южной Каролины провели в конгрессе запрещение набора негров в армию. Однако Вашингтон под влиянием все усиливающегося бегства рабов к англичанам был вынужден отказаться от проведения в жизнь постановления конгресса, а в январе 1777 г. конгресс разрешил набор негров, но только свободных.

Когда в 1779 г. выяснилось, что Южная Каролина использует ополчение своего штата для борьбы с восстаниями и побегами рабов и бессильна в борьбе против англичан, конгресс пытался заставить власти южных штатов мобилизовать 3 тыс. негров, взяв на себя выкуп их у владельцев. Но рабовладельцы Южной Каролины и Джорджии отказались дать в руки негров оружие, опасаясь, что оно будет обращено против них самих. В результате оба эти штата были оккупированы англичанами, и выбить их оттуда стоило немалых жертв.

Большинство негров с энтузиазмом встретило американскую революцию, ожидая, что она освободит их от оков рабства. Несмотря на чинимые рабовладельцами препятствия, не было ни одной крупной битвы, где бы не участвовали негры. Негры были неоценимы в качестве разведчиков, они служили во флоте, сражались в партизанских отрядах. В составе одного из полков американской армии даже сражалась переодетая мужчиной негритянская девушка — Дебора Ганнет. В борьбе с англичанами отличился негритянский легион с острова Гаити, сформированный французами. Герои негритянского народа Остин Дабни и Джон Иди были признаны и награждены дажо в рабовладельческих штатах. История сохранила немало других имен отважных бойцов-негров, сражавшихся за свободу Америки.

Последний этап войны

Важное значение в 1778—1779 гг. имели операции на Западе, где англичане с помощью индейских племен захватили большую территорию. Но в феврале 1779 г. они были разбиты и отброшены отрядами поселенцев-пионеров, возглавляемых Роджерсом Кларком. Эта победа обеспечила за восставшими колониями обширную территорию на Северо-Западе.

В конце 1778 г., высадившись в Джорджии, британская армия захватила Саванну, а через год осадила и весной 1780 г. взяла столицу Южной Каролины Чарлстон. В августе 1780 г. американцы потерпели большое поражение у Кэмдена. Перелом в ходе операций на Юге в пользу американцев связан с передачей командования Южной армией одному из наиболее выдающихся полководцев войны за Независимость — бывшему кузнецу Натаниэлю Грину.

До прибытия Грина армия на Юге была весьма слабой. Ее главную силу составляли партизанские отряды, состоявшие из мелких фермеров. Небольшими отрядами партизаны внезапно нападали на британские посты и, оставаясь неуловимыми, возвращались на свои базы в лесах, горах и болотах. Приученные к неподвижной тактике линейного строя, британские войска оказались непригодными к борьбе с партизанами и несли большие потери. Нередко одно имя партизанского вождя Френсиса Мариона, прозванного «болотной лисой», наводило на них ужас и обращало в бегство.

После того как генералу Грину, представителю демократической части командования, удалось установить связь с партизанскими отрядами и наладить снабжение и пополнение Южной армии, он перешел к тактике систематических, обдуманных ударов, координируя действия регулярной армии и партизанских частей. В начале 1781 г. Грин нанес британской армии генерала Корнуоллиса ряд поражений.

Вскоре обе Каролины и Джорджия были освобождены от врага, решающие операции развернулись в Виргинии, где действовали две американские армии, одна под командованием молодого француза маркиза Лафайета, другая — генерала Уэйна.

Капитуляция Корнуоллиса и заключение мира

Осенью 1781 г. английская армия под командованием Корнуоллиса расположилась под Йорктауном (Виргиния). Готовившийся в это время к взятию Нью-Йорка Вашингтон спешно двинулся с частью своих сил в Виргинию. К этом уже времени было приурочено прибытие в Чезапикскую бухту сильной французской эскадры адмирала де Грассе.

1 октября армия Корнуоллиса оказалась отрезанной от снабжения и окруженной у Иорктауна с суши и с моря американо-французскими частями, в три раза превосходившими численность британских войск. 19 октября Корнуоллису пришлось капитулировать.

Победой при Йорктауне по существу закончились активные военные операции. Капитуляция Корнуоллиса вызвала смену то-рийского правительства в Англии. К власти в 1783 г. пришли «новые тори» во главе с Питтом Младшим, который, опасаясь дальнейшего ослабления Британской империи в результате поражений в Америке, вынужден был предложить мир на основе признания независимости США.

Джордж Вашингтон. Гравюра Дж. Хитса
Джордж Вашингтон. Гравюра Дж. Хитса

Во время мирных переговоров со всей отчетливостью выявились захватнические устремления участников антибританской коалиции, объединяемых лишь общей враждой к Англии.

Испания вступила в переговоры отдельно, требуя обещанных ей территорий на Западе и исключительного права навигации по Миссисипи, но ей пришлось удовлетвориться Флоридой и Меноркой. Разочарована была и Франция, которая рассчитывала на возвращение ей Канады. Опасаясь раздела земель, расположенных к западу от Аллеганских гор, между Англией и Францией, американская делегация в Париже предложила англичанам вести сепаратные переговоры, на что те выразили согласие.

При подписании в Версале в 1783 г. мирного договора Англия, признав независимость США, передала им земли на Западе, между Аллеганскими горами и рекой Миссисипи, взамен чего конгресс со своей стороны обязался рекомендовать штатам уплатить английским купцам довоенные долги и компенсацию за конфискованную собственность тори.

3. Обострение классовой борьбы в США после завоевания независимости

Монархический заговор

После достижения основных целей американской буржуазной революции — завоевания независимости и устранения элементов феодализма в землевладении, препятствовавших развитию производительных сил,— в США обострились классовые противоречия.

Серьезные волнения вспыхнули в армии в связи с невыплатой конгрессом жалованья солдатам и офицерам. Республика, писал поэт Френо, предоставила ветеранам освободительной войны лишь «славу и голод».

В июне 1783 г. восставшие в Ланкастере воинские части двинулись в поход на Филадельфию, чтобы заставить конгресс выполнить их требования. Вашингтону удалось успокоить солдат обещанием добиться уплаты им жалованья. Но конгресс, опасаясь расширения этого движения и включения в него малоимущих слоев гражданского населения, решил распустить армию. Волнениями в армии пытались воспользоваться монархически настроенные офицеры. Они обратились к прусскому принцу Генриху с предложением американской короны, от которой тот, однако, отказался. Другая группа офицеров предложила королевскую власть Вашингтону, обещая ему поддержку армии для проведения государственного переворота. Вашингтон отверг это предложение, заявив, что предпочитает свою ферму всем империям мира. В условиях раннего развития в Америке буржуазных отношений монархическая традиция, связанная с феодализмом, не имела глубоких корней.

Рост экономической мощи крупной буржуазии

Война за Независимость значительно упрочила экономическую мощь крупной буржуазии. Промышленники, производившие вооружение и изделия, ранее ввозившиеся из Англии, получали субсидии от государства. На поставках армии составилось немало крупных состояний. Среди поставщиков встречались и такие, которые ухитрялись сбывать товары обеим воюющим сторонам. Источником обогащения буржуазии служило также каперство, наносившее большой ущерб британской морской торговле. Наконец, купцы и промышленники имели возможность выгодно помещать капиталы в приобретаемые по дешевым ценам конфискованные земли тори. Спекулянты, скупая за бесценок солдатские сертификаты на право получения земли, сосредоточивали в своих руках огромные земельные владения, которые они затем перепродавали с лихвой мелкими участками. Нажитые таким путем капиталы также положили основание ряду крупных состояний.

Создание в 1781 г. Североамериканского банка способствовало капиталистическому развитию страны. Американские купцы начинают теперь проникать на отдаленные рынки Средиземного моря, Скандинавии, России. В 1784 г. первый американский корабль появился в Кантоне.

Восстание Шейса

Экономические и финансовые затруднения послевоенного периода пали всей тяжестью на плечи фермерской бедноты. Потерпев военное поражение, Англия не без успеха пыталась увековечить экономическую зависимость своих бывших колоний. Она направила на рынок США потоки товаров по демпинговым ценам на условиях долгосрочного кредита, чтобы помешать развитию местных мануфактур; создала препятствия торговле США с Вест-Индией рыбой и продуктами фермерского хозяйства, что привело с 1783 г. к быстрому падению цен на эти товары. Народ страдал под тяжестью долгов, земельного и подушного налогов.

В 1786 г. беднота ряда штатов, особенно Новой Англии, настойчиво требовала приостановки взимания долгов, отмены тюремного заключения за долги, выпуска «дешевых» (т. е. обесцененных) бумажных денег для погашения задолженности, снижения налогов, ненавистных еще со времен британского господства.

Перед весьма реальной угрозой народного восстания буржуазия ряда штатов проявила готовность пойти на некоторые уступки. На выборах 1786 г. в Нью-Йорке, Нью-Джерси, Род-Айленде, Пенсильвании, Южной и Северной Каролинах, Джорджии победу одержали сторонники дальнейшей эмиссии бумажных денег и других уступок народу.

В Массачусетсе и Нью-Гэмпшире, напротив, верх одержали представители крупной буржуазии, которые выступали против всяких уступок, и в этих штатах были проведены законы о взыскании долгов в твердой валюте. Доведенная до отчаяния фермерская беднота решила взяться за оружие. Осенью 1786 г. восставшие стали захватывать здания судов, чтобы приостановить взыскание долгов и налогов и уничтожить судебные решения о продаже за долги фермерских участков. Они открывали двери долговых тюрем и освобождали томившихся там бедняков. Они жаловались, что неравенство стало большим, чем до революции, и изгоняли богачей из их роскошных домов. Они требовали «аграрного закона», т. е. передела земли.

В порядок дня был поставлен вопрос о крупной собственности. «Собственность Соединенных Штатов, — говорили руководители восстания, — была защищена от Британии объединенными усилиями всех, она должна стать поэтому общим достоянием; те, кто противится этому, являются врагами равенства и должны быть стерты с лица земли». Повстанцы созывали конвенты и принимали в этом духе решения, настаивая на их законной силе, как принятых от имени народа.

Милиция сочувствовала восстанию и не выполняла приказа властей убивать на месте каждого, схваченного с оружием в руках. Восставшие захватили ряд мелких городов Массачусетса и Нью-Гэмпшира. Во главе их стал герой освободительной войны капитан Даниель Шейс, которого Лафайет наградил за храбрость золотым оружием. Шейс призывал всех, кто сражался за свободу, отстоять ее теперь с оружием в руках.

Следуя традиции революционной войны, сторонники Шейса назначили город Конкорд, где в 1775 г. произошла первая схватка с англичанами, местом сбора для похода на Бостон. Восставших было около 15 тыс. Встреченные большой армией генерала Линкольна, они были разбиты и отступили за пределы Массачусетса.

Их неоднократные попытки захватить арсенал в Спрингфилде также не увенчались успехом. Восставшие фермеры не получили широкой поддержки в городах и за пределами Новой Англии. Только Джефферсон приветствовал восстание как очистительную бурю.

Принятие Второй конституции и образование национального правительства

Угроза крупной собственности сплотила буржуазию и плантаторов. В тревоге за свои классовые привилегии они прибегли к государственному перевороту с целью изменения конституции.

После подавления восстания Шейса, весной 1787 г., был созван конституционный конвент в Филадельфии. Пересмотр «Статей конфедерации» запрещался без согласия законодательных собраний всех 13 штатов. Ни в постановлении конгресса о созыве конвента, ни в инструкциях представителям штатов не предусматривалось ничего другого, кроме внесения в действующую конституцию отдельных поправок, которые способствовали бы развитию внешних сношений и торговли между штатами, расширению внутреннего рынка. Между тем конвент принял, не имея на то полномочий, новую конституцию.

Работа конвента протекала в обстановке реакции, наступившей после подавления восстания. Заседания происходили при закрытых дверях, без официальных протоколов, в глубокой тайне от народа, чтобы не вызвать нового его возмущения.

В отличие от I и II Континентальных конгрессов на конвенте не было представив телей левого, радикального крыла, за исключением одного лишь 82-летнего Франклина. Составлявшие конгресс адвокаты, банкиры, ростовщики, купцы, мануфактуристы, плантаторы были настроены реакционно. Они хотели покончить с притязаниями народа на долю плодов победы, обуздать, как они выражались, «неистовства демократии», «спасти людей, обладающих собственностью и принципами», от власти толпы. Небольшая группа участников конвента во главе с Александром Гамильтоном высказалась за введение конституционной монархии по образцу Англии, но это предложение, не встретив поддержки, не было даже поставлено на обсуждение. С другой стороны, выступление Франклина против введения в конституцию имущественного ценза в против уступок рабовладельцам не произвело на конвент никакого впечатления.

Вследствие невозможности найти единое мерило имущественного ценза для всех штатов, установление ценза было передано компетенции штатов, в результате чего из 3 млн. населения США право голоса получили не более 120 тыс. человек. Впрочем, предусматриваемый большинством конституций земельный ценз ввиду дешевизны и легкости покупки земли не являлся непреодолимым препятствием к приобретению политических прав сколько-нибудь зажиточными людьми.

В отличие от «Статей конфздерации» новая конституция предоставляла федеральному правительству обширные полномочия. Законодательный орган — конгрес (сенат и палата представителей) получал право налогообложения, право распоряжения национализированным на Северо-Западе земельным фондом, право содержания армии и флота, регулирования торговли, чеканки монеты, внешних займов.

Филадельфия. Рисунок середины XVIII в.
Филадельфия. Рисунок середины XVIII в.

Президенту, избираемому не прямыми выборами, а коллегией выборщиков, предоставлены были полномочия, которые намного превышали полномочия английского короля. Он обладал правом вето по отношению к законодательным постановлениям, но вето теряло силу, если закон принимался двумя третями членов обеих палат. Президент являлся главнокомандующим армией и флотом, назначал пожизненно, с последующим утверждением сената, членов Верховного суда, а также министров и послов. Консервативный характер конституции позднее еще усилился, когда Верховный суд присвоил себе право толкования конституции, т. е. право признавать неконституционным любой закон.

Творцов конституции вдохновляла идея Монтескье о «разделении и равновесии властей». Тем не менее они обеспечили президенту вместе с сенатом и Верховным судом преобладание над палатой представителей, долженствующей олицетворять нацию.

Конституция делала невозможной полную смену одновременно всех органов власти: президент избирался на четыре года с правом переизбрания на второй срок, сенат обновлялся на одну треть каждые два года, весь состав палаты представителей подлежал перевыборам через два года.

Уступки рабовладельцам выразились в том, что в южных штатах число их представителей в конгрессе определялось численностью не только свободного населения, но и рабов. Помимо того, в конституцию были включены также параграфы о поимке беглых рабов и о разрешении ввоза рабов в США в течение 20 лет.

Таким образом, одобренная конвентом 17 сентября 1787 г. так называемая Вторая конституция фактически урезывала суверенитет народа. Она не включала и билля о правах, гарантирующего буржуазно-демократические свободы, хотя подобные гарантии имелись во всех конституциях штатов. Но для введения в действие она еще нуждалась в ратификации штатов.

Борьба американского народа за демократизацию конституции

Новая конституция подлежала ратификации конвентами, избранными в штатах специально для этой цели.

Против ратификации конституции повсюду развернулось широкое движение. Оно находило наибольшее число сторонников среди фермерства, продолжавшего поддерживать «Статьи конфедерации», хотя уже были ясны слабые стороны конфедеративного устройства. Значительной была оппозиция и со стороны части плантаторов и буржуазии. Лишь в пяти штатах ратификация нрошла без значительной оппозиции, в остальных восьми многочисленные ее противники признали незаконным отказ от «Статей конфедерации» и требовали созыва нового конституционного конвента.

В наиболее крупных штатах конституция была ратифицирована весьма незначительным большинством: в Виргинии — 89 против 79, в Массачусетсе — 187 против 168, в Нью-Йорке — 30 против 27. В Мэриленде народ с оружием в руках требовал права для всех участвовать в выборах конвента. В Пенсильвании после утверждения конституции демонстранты публично сожгли ее текст и собрали несколько тысяч подписей под петицией об отказе от конституции. Род-Айленд отверг конституцию путем референдума и не принимал участия в выборах первого конгресса, вступив снова в союз лишь в 1790 г. В Нью-Йорке в день провозглашения независимости, 4 июля, текст новой конституции был торжественно сожжен при стечении многочисленной толпы.

В процессе ратификации вносились десятки поправок. В большинстве штатов конституция была ратифицирована лишь при условии присоединения к ней билля о правах. Первые десять поправок к Конституции (билль о правах) были утверждены конгрессом и ратифицированы в 1789—1791 гг. Они утверждали следующие буржуазно-демократические свободы: свобода слова, печати, собраний, личности, петиций, ношения оружия, суд присяжных, отказ от постоянной армии, отделение перкви от государства, гарантии суверенитета штатов. Билль о правах был ценным аавоеванием народа.

Окончательное утверждение Второй конституции со всеми поправками к ней, при всем ее несоответствии воле народа, все же означало упрочение буржуазно-демократической республики и было фактом исторически прогрессивным для эпохи, когда в большинстве стран Европы господствовали феодально-абсолютистские порядки.

Федеральная власть облекалась теперь полномочиями, присущими национальному правительству, и располагала необходимой для выполнения своих функций материальной основой.

Конституция устанавливала демократический принцип присоединения новых штатов к первоначальным тринадцати с предоставлением им равных прав по достижении численности населения не менее 60 тыс. человек, чем способствовала превращению США в крупное национальное государство.

Вступление в действие в 1789 г. Второй конституции было также важным этапом в процессе развития североамериканской нации. Конституцией были упразднены сохранявшиеся при конфедерации особые для каждого штата таможенные границы и валюта. Это в огромной степени стимулировало развитие национального внутреннего рынка.

Аграрный вопрос в американской буржуазной революции

Американская революция 1775—1783 гг. явилась важнейшей предпосылкой торжества фермерского, «американского пути» развития капитализма в земледелии. Революция уничтожила элементы феодализма в аграрном строе, ликвидировала рабство обязанных слуг, отменила такие феодальные пережитки, как майорат, неотчуждаемость наделов, взимание полуфеодальной фиксированной ренты.

Конфискацией коронных земель и частновладельческих крупных имений, принадлежавших тори, революция в огромной степени способствовала складыванию фермерского типа капиталистического хозяйства, при котором, как писал В. И. Ленин, «помещичьего хозяйства нет или оно разбивается революцией, которая конфискует и раздробляет феодальные поместья» (В. И. Ленин, Аграрная программа социал-демократии в первой русской революции, 1905—1907 годов, Соч., т. 13, стр. 216.).

Решающее влияние на успешное развитие «по американскому пути» оказала национализация правительством Конфедерации в 1787 г. северо-западных земель. Ленин считал национализацию земли экономической основой американского пути развития капитализма (См. В. И. Ленин, Письмо И. И. Скворцову-Степанову, Соч., т. 16, стр. 104.). Отсутствие частной собственности на землю в части США составило в дальнейшем особенность, обеспечившую очень широкое и быстрое развитие капитализма. Этим были созданы условия для появления частной собственности на землю уже на новой, капиталистической основе.

Эти мероприятия способствовали ликвидации политического влияния землевладельческой аристократии, за исключением рабовладельческого Юга.

Земля в слабо заселенной стране имелась в изобилии, ею наделялись «белые слуги», наемные солдаты английских войск, переходившие на сторону американцев; землей расплачивался конгресс с ветеранами войны — солдатами и офицерами. Но все же крупная буржуазия, придя к власти, не передала земли народу, потому что не была заинтересована в быстром заселении Запада, что повело бы к вздорожанию рабочих рук в старых штатах. Разрешение аграрного вопроса на капиталистический лад ограничилось превращением земли в предмет купли-продажи, выгоды от которой достались главным образом компаниям крупных земельных спекулянтов, имевших могущественных покровителей в конгрессе.

В интересах земельных спекулянтов закон 1785 г. разрешал покупку земель из национализированного фонда на Западе по низким ценам лишь крупными участками — не менее 640 акров. Мелкие фермерские участки могли приобретаться из конфискованных земель в штатах, а на Западе — из «свободных» земель. Селиться на Западе фермеры могли либо в порядке скваттерства, либо при посредстве земельных спекулянтов. Более широкий доступ к землям Запада фермеры получили лишь после 1800 г., когда для ускорения темпов его заселения были уменьшены размеры продаваемых участков.

Итоги революционной войны за Независимость

Прогрессивное значение революционной войны 1775—1783 гг. заключалось в освобождении американского народа от колониального угнетения, в образовании независимого национального государства, в устранении оков для свободного развития производительных сил и культуры североамериканской нации.

Маркс отмечал огромное прогрессивное значение установления республиканской формы правления в США, «где возникла впервые... идея единой великой демократической республики, где была провозглашена первая декларация прав человека и был дан первый толчок европейской революции XVIII века...» (К. Маркс, Президенту Соединенных Штатов Америки Аврааму Линкольну, К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. XIII, ч. I, стр. 21.). Отделение церкви от государства также являлось важным буржуазно-демократическим завоеванием.

Рабство негров, однако, не только не было уничтожено, но с конца XVIII в. под влиянием созданного промышленным переворотом в Англии спроса на хлопок стало быстро распространяться на новые территории. Маркс, впервые отметивший связь этих двух явлений, подчеркивает также значение изобретения Эли Уитни (1793 г.) хлопкоочистительной машины.

Под влиянием все возраставшего спроса со стороны хлопчатобумажной промышленности Англии рабство, до того времени более или менее патриархальное, превратилось в коммерческую систему эксплуатации (См. К. Маркс, Капитал, т. I, стр. 763.), выросшую впоследствии в угрозу для системы свободного наемного труда.

Во время революции и вскоре после нее рабство было запрещено во всех северных штатах, где оно не пустило глубоких корней. Важнейшим мероприятием правительства Конфедерации был ордонанс о запрещении рабства на землях северозападной территории. Но на землях Юго-Запада, пригодных для субтропических культур, рабство разрешалось. Предложение Джефферсона в 1784 г. запретить рабство на всех присоединяемых к США территориях было отвергнуто в конгрессе большинством всего в один голос, решившего, как гневно писал Джефферсон, судьбы миллионов еще не родившихся людей.

Среди представителей буржуазно-демократического крыла, пользовавшегося значительным влиянием в конгрессе и находившегося у власти в большинстве штатов во время войны, насчитывалось немало противников рабства.

Однако в представлении многих буржуазных демократов политическая демократия не находилась в непримиримом противоречии с рабовладением. Оставаясь на почве частной собственности, они и рабов рассматривали как один из видов священной для буржуазии частной собственности. К тому же они не желали терять в лице рабовладельцев союзников в общей борьбе против Англии.

Международное значение американской войны за Независимость проявилось в изменении соотношения сил на мировой арене. В частности, несколько ослабело морское и колониальное преобладание Англии; неудачи Англии в войне благоприятствовали временному усилению буржуазного патриотического движения в Ирландии.

Пример победоносного восстания североамериканцев пробудил начавшееся с этого времени национально-освободительное движение против испано-португальского владычества в странах Латинской Америки.

Наибольшее влияние американская буржуазная революция оказала на Францию, стоявшую в преддверии своей революции. Возвратившиеся из Америки радикально настроенные офицеры — Лафайет, Сен-Симон, братья Ламет и др., — сравнивая буржуазно-демократические и феодально-абсолютистские порядки, еще более убеждались в обреченности последних. Не случайно из их среды вышло немало представителей дворянской оппозиции правительству Людовика XVI.

Когда во Франции разразилась революция, народ воспользовался организационным опытом американцев и, совершенствуя его, создал свои конвенты и комитеты безопасности. При составлении французской Декларации прав человека была взята за образец американская Декларация независимости.

Революционная французская армия перенимала и усовершенствовала передовую военную тактику рассыпного строя. «Дело, начатое американской революцией, — писал Энгельс, — завершила французская, — также и в военной области» ( Ф. Энгельс, Анти-Дюринг, стр. 157.).

Передовые умы во Франции: Мабли, Кондорсе, Бриссо, Сиейес изучали опыт американской революции, конституцию США, конституции штатов (особенно наиболее демократическую из них — Пенсильванскую) и испытали глубокое влияние буржуазно-демократических республиканских идей.

Неоднократно подчеркивая антифеодальный характер революционной войны за Независимость, Маркс писал, что она прозвучала «набатным колоколом для европейской буржуазии» (К. Маркс, Капитал, т. I, стр. 7.).

В. И. Ленин отмечал антиколониальный, национально-освободительный характер борьбы угнетенной тогда североамериканской нации, справедливый характер войны за независимость и связанную с ней революционную традицию. «Это была, — писал он, — война американского народа против разбойников англичан, угнетавших и державших в колониальном рабстве Америку...» (В. И. Ленин, Письмо к американским рабочим, Соч., т. 28, стр. 44.)

Революционная война в американских колониях была буржуазной революцией, в которой, как и во Франции, гегемоном являлась буржуазия, в то время как движущей силой, которая довела борьбу до решительного разрыва с метрополией и обеспечила победу в войне, был народ: широкие массы фермерства, мелкая буржуазия городов, рабочие, «обязанные слуги», негры-рабы.

Американская революция, имевшая для своего времени огромное прогрессивное значение, как революция антифеодальная и национально-освободительная, способствовала свободному и быстрому развитию капиталистического общества в Северной Америке.

назад содержание далее



Рейтинг@Mail.ru
© Алексей Злыгостев, дизайн, подборка материалов, оформление, разработка ПО 2001–2015
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку:
http://historic.ru/ 'Historic.Ru: Всемирная история'