история







разделы



назад содержание далее

3.11. Демонтаж Pax Americana.

Конец "холодной войны" означает не просто крушение Советского Союза как победы "свободного мира" над "империей зла", но и устранение соперника, который бросил глобальный вызов претензии Америки на установление Pax americana (частично он существовал на Западе). Теперь оставшаяся единственная сверхдержава со своей специфической идеологией мессианизма, похоже, совершает триумфальное шествие по миру. Кажется, ничто не может помешать Америке осуществить провозглашенные ею "намерения выстроить новый мировой порядок, применяя свои собственные ценности на всем мировом пространстве" (Киссинджер Г. Дипломатия. М., 1997. С.733). Окончательное установление Pax americana преподносится при этом как необходимость, вытекающая как из американских национальных интересов, так и "потребностей" мирового сообщества. По сути, проводится весьма простая мысль, что вне рамок глобального Pax americana невозможно упорядоченное существование всего мира. Напротив, именно увековечивание Pax americana ведет к маргинализации и дальнейшему обнищанию многих стран мира: "В связи с этим реальной представляется перспектива растущей угрозы маргинализации для стран, регионов и людей – они могут быть насильственно отстранены от мирового процесса развития. Но "отстраняются" они на условиях, которые не являются результатом их собственного выбора. Наиболее очевидный пример в этом отношении – Африка южнее Сахары… Будучи выжатой как лимон в ходе мирового капиталистического "развития", большая ачасть Африки теперь может быть предоставлена себе самой. Подобная судьба угрожает и другим странам и народам" (Франк А.Г. Смещение мировых центров с Востока на Запад // Латинская Америка. 1993. №2. С.11). Не следует забывать того обстоятельства, что маргинализованные страны и народы Незапада могут развязать войну (ядерную, бактериологическую и пр.) против Запада и уничтожить его.

Однако в действительности тенденции развития мирового сообщества таковы, что происходит весьма болезненный для Америки процесс "умирания" ее гегемонии и соответственно заката "Pax americana. "Сейчас мы вступаем в эпоху угасания PAX AMERIKANA, – подчеркивает Н. Моисеев. – Угасание будет медленным и неравномерным. Американский мир еще полон сил, он не осознал начала своего упадка, но и не в его возможностях задержать рост могущества других центров экономической силы, что и определит историю. И он неизбежно будет терять свое монополистическое положение как в военной, так и в экономической сфере. И это естественный финал эпохи, которая проходила под знаком экономической гегемонии США, к которой они стремились последние полвека. И именно сам факт гегемонии служит источником ее угасания" (Моисеев Н. Расставание с простотой.М.,1998.С.369). Ведь одной из опор гегемонии Америки в послевоенном мире был Советский Союз, конфронтация с которым в ходе "холодной войны" позволила ей стать во главе Запада и сконсолидировать весь его экономический и политический потенциал. Исчезновение Советского Союза с его Pax sovetica неизбежно влечет за собой закат Америки вместе с ее Pax americana.

Картину современного мирового развития немыслимо представить вне тенденции возрастания взаимозависимости развития отдельных стран и регионов мира, т.е. внимание следует акцентировать на аспектах "глобальности" исторического процесса. Где-то на рубеже 70-80-х годов нашего столетия исследователи начали всерьез разрабатывать такой сценарий мировой геополитики, как модель "нового мирового порядка" или мондиализации. Относительно ее сути среди политологов существуют различные точки зрения, вплоть до противоположных. Одни из них под процессом мондиализации понимают складывание реальной единой социально-экономической и политической общности людей в рамках всей планеты. Этого требуют разрешение целого ряда глобальных противоречий, обусловленных созданием качественно новых типов оружия массового поражения, исчерпанием многих видов энергоресурсов и сырья, растущим разрывом между качественными и количественными уровнями производства и потребления. И решить все эти глобальные противоречия можно только путем объединения усилий всех стран и народов, которые должны координироваться мировым правительством. В данном случае нужно принимать во внимание то обстоятельство, что мировое правительство представляет собой семерку ведущих стран Запада во главе с Америкой, т.е. мозговой центр Pax americana. Иными словами, существование такого мирового правительства означает реализацию стремления Америки установить раз и навсегда господство над всем земным шаром.

Вполне естественно, что существует прямо противоположная точка зрения относительно модели "нового мирового порядка" или мондиализации. В своей монографии "Россия и современный мир" Г.А. Зюганов принимает за исходный пункт исследования положение, трактующее мондиализм как набор социальных технологий, нацеленных на "установление глобальной диктатуры Запада во имя сохранения им иллюзии своего политического, экономического и военного лидерства" (Зюганов Г.А. Россия и современный мир. М., 1995. С.74-75). Однако он считает, что модель, или план, "нового мирового порядка" в действительности есть более сложное и многостороннее явление. Пытаясь по добрать этой геополитической модели исторические аналогии, он пишет, что, "по сути, это – всемирный мессианский, эсхатологический религиозный проект, по своим масштабам, степени продуманности и основательности подготовки далеко превосходящий известные в истории формы планетарных утопий, будь то римский империализм времен Тиберия и Диоклетиана, халифат Аббасидов, движение протестантов-фундаменталистов в Европе или троцкистские грезы о Мировой Революции"(Зюганов Г.А.Указ.соч.С.75).

И хотя в этом утверждении имеются неточности (никаких планетарных утопий в виде римского империализма Тиберия и Диоклетиана и халифата Аббасидов просто не существовало в природе), оно довольно четко выражает мессианскую "постхристианскую" религиозность в форме либерально-демократического "рая на земле", тождественную Pax americana. Все относящиеся к модели "нового мирового порядка" основные ее моменты взяты Г.А. Зюгановым из книги бывшего директора Европейского банка реконструкции и развития, члена Бильдербергского клуба Ж. Аттали "Линии горизонта". В ней мондиалистская парадигма геополитически связана с "глобальной стратегией" Америки и атлантическим Большим Пространством в качестве своего рода "метрополией" мировой колониальной империи. Здесь сконцентрированы внутренние "высокоорганизованные пространства" торгового строя, в котором "власть измеряется количеством контролируемых денег", выступающих "единым эквивалентом, универсальной мерой вещей"(См. Аттали Ж. Линия горизонта. М., 1993). Мондиалистская парадигма в своей основе имеет стихию "свободного рынка"; это означает главенствующую роль денег в жизни общества, ибо они диктуют законы его функционирования, а человек тогда рассматривается как товар (об этом уже давно шла речь в европейской философии). И наконец, немаловажно то, что в модели "нового мирового порядка" доводится до своего логического конца агрессивное культурно-национальное "всесмесительство", о котором весьма едко писал известный русский философ К. Леонтьев (См. Леонтьев К. Средний европеец как идеал и орудие всемирного разрушения//Избранное. М., 1993). Это "всесмесительство" в своем воплощении представляет собой процесс, когда в "этнических котлах" посредством массовой культуры и безбрежного транснационализма "выплавляется" утопический человек "без свойств" (Р. Музиль). Такого рода идеал исчезновения этнического и культурного разнообразия закономерно приводит к исчезновению самого человечества.

Неудивительно, что многие аналитики и политологи не восприняли модель "нового мирового порядка" и некоторые из них предложили реалистичный сценарий "баланс интересов" (См. Дахин В. Контуры нового мира // Свободная мысль.1995.№4). Ведь действительная картина динамичного мира после "холодной войны" отражает противоречия "глобальности" истории, когда пересекаются противоположные тенденции унификации всего мира в культурном, этническом, политическом и экономическом гранях и регионализации, усиления культурного разнообразия, национальной идентичности, политического и экономического плюрализма. Модель "баланса интересов" коррелирует с происходящим цивилизационным сдвигом, проявляющимся также и в формировании новых пространственно-временных представлений. Последние являются существенными компонентами картины мира, играющей немалую роль в осмыслении происходящих геополитических мировых процессов. Известно, что в Новое время в галлилеево-ньютоновской картине мира пространство и время стали рассматриваться как гомогенные и изотропные (это связано с рождением и развитием индустриального общества). Старая, классическая картина мира содействовала научно-техническому прогрессу западной цивилизации, позволившему ей создать всемирную империю и достигнуть гигантских успехов в экономической сфере. Однако наряду с достижениями западная цивилизация получила и систему глобальных кризисов, самым грозным из которых является надвигающаяся экологическая катастрофа. Сейчас происходит не только "проникновение" новой, стохастической картины мира в социальные и гуманитарные дисциплины, но и как бы происходит "отрицание" абстрактных представлений об однородных и изотропных пространстве и времени. Это проявляется в диалектическом (говоря языком гегелевской философии) возврате к господствующим в восточных цивилизациях и античной и средневековой Европе представлениям о неоднородным (негомогенным) и анизотропным пространству и времени.

Весьма плодотворным в теоретических исследованиях путей развития человечества является использование представлений о социальном пространстве и времени. Без них не обойтись в построении геополитических и геоэкономических моделей развития локальных и региональных цивилизаций, великих держав и групп государств, а также мировой цивилизации. Именно представления о неоднородном пространстве и анизотропном времени вписываются в нелинейные модели социума и культуры, в стохастическую картину мира, именно их использование в качестве методологического инструментария показывает неадекватность мондиалисткой модели, абсолютизирующей тенденцию к унификации всего мира в соответствии со стандартами западной цивилизации. Как раз-таки представления о неоднородном пространстве и анизотропном времени показывают неосуществимость управления глобальной историей и высвечивают пределы управления историей на локальных участках и во временных интервалах. Негомогенный и анизотропный характер пространства и времени неразрывно связан с многообразием и разнообразием культур и цивилизаций, с нелинейной, многоэтажной и многогранной природой человека как системообразующего фактора общества и культуры. Отсюда следует принципиальная невозможность установления мирового господства какой-то одной великой державы, группы государств или одной цивилизации, т.е. невозможность осуществить претензию Америки на установление во всемирном плане Pax americana.

Современный мир представляет собою весьма пеструю мозаику различных культур и цивилизаций, разных политических объединений, начиная племенами Огненной земли и кончая Западной цивилизацией, в которую входит несколько культур и крупных держав. Многообразие культурных уровней, различие этнических групп, разнообразие религиозных представлений, социальных ориентаций способствует распаду внешне унифицированного западной цивилизацией мира. Невозможность интегрирования весьма разнородных в перечисленных аспектах общностей в единую мировую империю осознал уже Александр Македонский. В своей фундаментальной книге "Александр Македонский" австрийский историк античности Ф. Шахермайр показывает мотивы отказа великого полководца от завоевания Индии. "Александр Македонский не был подобен монгольским ханам, захватывавшим новые земли ради самих завоеваний. Он мечтал о создании такого государства, которое объединило бы мир. Греческая культура должна была стать основой этого будущего объединения, но каждой отдельной части предстояло внести в него свою лепту. Все Средиземноморье уже подготовилось к подобному объединению; кроме того, можно было попытаться включить в него и Персидское царство. Но как быть с Индией?... Прежде всего Александра отпугивала совершенно иная, далекая от греческой, куль тура Индии с ее чуждой кастовой организацией, консерватизмом воззрений и обычаев... Различие этнического состава, религиозных взглядов, общественного и политического строя препятствовало восприятию единого руководства...Это была пестрая мозаика, которая могла в любой момент рассыпаться"(Шахермайр Ф. Александр Македонский. Ростов-на-Дону.1996.С.385-386). Таким образом, созданию единого геополитического ландшафта, чьим центром должна была быть мировая империя, еще в античные времена мешала несовместимость культур. В принципе ничего не изменилось и сейчас, ибо за исключением технологий древний и современный миры ничем не различаются и закон этнического и культурного разнообразия никто не отменял. Даже если и удастся создать всемирную колониальную империю на основе модели "нового мирового порядка", то она окажется эфемерной и она рассыплется подобно тому, как развалилась в свое время империя Александра Македонского. Такая участь ожидает любую глобальную империю, на каких бы основаниях она ни строилась – либерально-демократических, авторитарных, корпоративных и т.д.

Вполне понятно в свете выше изложенного, почему сценарий "баланса интересов" фиксирует распад внешне унифицированного мира по культурным линиям означает утрату западной цивилизацией универсальности и одновременно влечет за собой региональную интеграцию, перерастающую "в процессы образования новых или возрождения традиционных цивилизационных очагов" Дахин В. Указ. соч.С.79-80). Нелишне заметить, что распад не совсем унифицировавшегося мира происходит под ширмой единой для целого ряда стран либеральной модели; все это затемняет картину формирующегося нового геополитического ландшафта, запутывает происходящий процесс демонтажа Pax americanа. В этом ключе требует своей модификации и традиционная геополитика как научная дисциплина – она должна комплексно рассматривать и решать проблемы нелинейного, многоэтажного, многомерного и многополярного мира и отражающего эти аспекты в их целостности глобальной политики. На таком подходе настаивает российский исследователь К.Э. Сорокин, который раскрывает его значимость следующим образом: "Исходя из такого определения, новая фундаментальная геополитика могла бы анализировать развитие событий не только на глобальном, но и региональном, субрегиональном и даже внутригосударственном (в ключевых районах планеты) уровнях. Геополитика современности – это совокупность десятков, даже сотен одно и разнонаправленных, параллельных и пересекающихся процессов с отличающимися свойствами, положительная сумма (если иметь в виду благоприятную для человечества эволюцию) игры интересов государств"(Сорокин К.Э. Геополитика современного мира и Россия // Полис. 1995. N1. С.9). Иными словами, современная геополитика должна исследовать различные уровни сложного, динамичного и многоярусного мира и давать оценки различным сценариям будущего геополитического порядка мира. В понимании К.Сорокина современная геополитика склоняется к сценарию "баланса интересов", отражающего феномен многополярного, полицентричного мира, который представляет собой мозаику взаимозависимых региональных цивилизационных центров.

В сценарий "баланса интересов" великолепно вписывается модель "столкновения цивилизаций" С.Хантингтона, ибо она исходит из мультицивилизационного взаимодействия. Он признает за Россией статус стержневого государства одной из основной цивилизации и отводит ей одну из ведущих ролей на арене будущего мирового геополитического порядка. Следовательно, Россия, будучи осью постсоветского евразийского региона, выступает в качестве одного из центров силы будущего мирового порядка, хотя ее права ограничены культурным ареалом православия.

Из сценария "баланса интересов" исходит и известный американский политик Г.Киссенджер, который в своей последней книге "Дипломатия" тоже отводит России роль одного из шести основных центров силы наряду с Соединенными Штатами Америки, Европой, Китаем, Японией и, возможно, Индией(См. Kиссенджер Г. Дипломатия. М., 1997). Вместе с тем он считает, что Россия только тогда сможет оказывать существенное влияние на возведение здания нового мирового порядка, когда она будет "готова к дисциплинирующим требованиям по сохранению стабильности, а также к получению выгод от их соблюдения"(Там же.С.746). Следует отметить, что его, как и З. Бжезинского, тревожат возрождающиеся сейчас в России настроения в пользу восстановления бывшей империи. Эта тенденция, дескать, пробуждает исторический страх соседних с ней государств и всего мира, так как все знают последствия русского экспансионизма. Поэтому нашим соседям свойственно стремление интегрироваться в политические, экономические и военные структуры Запада, чтобы добиться гарантий собственной безопасности. Факт нарастающей многополярности в мире после эпохи "холодной войны" свидетельствует о том, что XXI век будет обладать совершенно иной структурой мощи в мире. И если России ничего не помешает во внешнеполитическом плане, если во главе ее будет находится группа политической элиты, ориентированная не на свои узкие, ограниченные интересы, а на национальные интересы, тогда она действительно сможет занять свою нишу в геополитическом мировом ландшафте XXI столетия и играть роль одного из мировых цивилизационных центров.

Другим региональным центром в сценарии "баланса интересов" является Западная Европа, которая еще не определила свое место в формирующемся новом мировом порядке. Для сложившейся ситуации оказалось подходящим образное выражение, характеризующее комбинацию новых геополитических центров в мире как "танец динозавров". По мнению журнала "Экономист", ныне образовался квартет: "Сильная Америка, развивающийся Китай, борющаяся Россия и неопределившаяся Европа образуют новый квартет великих держав"; причем не исключено в будущем присоединение к ним Японии и некоего гипотетического центра в мире ислама(Цит. по: Савельев В.А.Указ.соч.С.4). Некоторые политические обозреватели указывают на возможность присоединения к сильнейшим державам Индии и Бразилии, выступающие центрами незападных цивилизаций.

В этом плане привлекает то обстоятельство, что Западная Европа еще не определилась, что она ищет свою нишу в мире после эпохи "холодной войны". Вес Западной Европы уменьшился в связи с окончанием эпохи "холодной войны" в силу названных выше причин, но теперь происходит его увеличение на международной арене. "Более того, – замечает В.А. Савельев, – роль, вес и ответственность ЕС (Европейского Союза – В.П.) на мировой арене ныне заметно возрастают в связи с отходом на второй план военно-стратегических аспектов противостояния периода холодной войны, поиском баланса интересов вместо "баланса страха", политизацией торгово-экономических противоречий среди стран Запада, постепенным и относительным сокращением американского присутствия на Европейском континенте, а также в связи с усилившейся тягой стран Центральной и Восточной Европы к общеевропейской интеграции"(Савельев В.А. Постблоковая геополитика: "танец динозавров" // США – ЭПИ. 1996. №4. С.7). Общеизвестно, что на долю Европейского Союза падает более одной трети общего объема мировой торговли, свыше 20% расходов на научные исследования и разработки, более 30% золотовалютных резервов капиталистического мира. И тем не менее в Западной Европе имеется множество проблем геополитического и геоэкономического характера, которые, по мнению ряда западноевропейских экспертов, невозможно решить без "российской колонны". Хрестоматийным примером здесь служит урегулирование кризиса в Боснии и Герцеговины, достигнутое путем включения в "европейское измерение" России. Система общеевропейской безопасности, сам общеевропейский дом просто немыслимы без участия в них России. Так, французский геополитик П.-М. Галлуа пишет о значимости нашего отечества для всего мира, Европы и Франции в частности следующее: "Всему миру, всей Европе и, наконец, Франции необходима сильная, независимая защищать свои интересы. Способная распространять свою культуру и за счет ее неоднозначности и разносторонности обогащать мировое культурное достояние... Нам нужна Россия, способная противопоставить американизации нашего общества иную концепцию межгосударственных связей и гуманистических отношений"(Галлуа П.-М. Указ. соч. С.83). Именно Россия как один из центров многополярного мира своим стремлением реализовать свой колоссальный ресурсный потенциал способствует демонтажу существующего Pax americana.

Необходимо принимать во внимание то обстоятельство, что в Азиатско-тихоокеанском регионе намечаются процессы образования сразу нескольких интеграционных центров: вероятно возникновение японо-китайского ядра дальневосточной интеграции и австрало-центристского узла (Австралия и Новая Зеландия). Первый интеграционный центр будет связан (противостоять и/или сотрудничать) с североамериканским центром и выходить на группу существующих и будущих "тигров" Юго-Восточной Азии – Южная Корея, Гонконг, Тайвань, Сингапур, а затем и Таиланд, Малайзия, Филиппины, Индонезия, где связующим звеном выступает Вьетнам. Второй интеграционный узел через еще недавно маргинальные острова Тихоокеанского бассейна сотрудничает с уже оформленным блоком НАФТА (Канада, США и Мексика) и маргинальной зоной Центральной Америки и Карибского бассейна и Южной Америкой. Следует отметить, что и здесь намечается тенденция доминирования Китая над Японией, что темпы развития Китая могут совершенно изменить геополитическое и геоэкономическое лицо мира, баланс между основными интеграционными центрами. Ведь не только для Японии, но и для Европы китайский фактор становится важнейшим во взаимоотношениях с Соединенными Штатами. Не случайно, что Америка стремятся установить более тесные отношения с Китаем, хотя последний в отличие от отстаиваемых Америкой прав человека на первый план выдвигает права наций (См. Галенович Ю.М. США – Китай: за фасадом сотрудничества // CША – ЭПИ. 1998. №9). Следует знать китайский менталитет, его удивительную гибкость в адаптации к существующим реалиям при достижении своих стратегических целей, чтобы стать самой могущественной державой в мире (об этом в свое время говорил Мао Цзедун). Вполне вероятно, что геополитический мировой порядок и станет однополюсным – Китай окажется лидером мира, но такое положение дел по историческим меркам продлится не так уж долго в силу изложенных выше аргументов. В этом плане следует согласиться Н. Моисеевым, который пишет следующее о мире XXI столетия: "Я не думаю, что развитие под знаком гегемонии американского мира окажется замененным на развитие в рамках какого-либо иного мира – Японского, Германского или Китайского. Вероятнее всего, утвердится полицентризм, некая политическая система, аналогичная "Системе ТНК"" (Моисеев Н.Н. Расставаясь с простотой.С.369-370).

В сценарии "баланса интересов", согласно которому в мире будет несколько "суперобщностей", включающих в себя весь арабо-мусульманский мир, евроатлантическое, евразийское, южноатлантическое и индоокеанское сообщество и азиатско-тихоокеанский регион, всегда будут существовать неравноправные отношения и иметь место конфликты и столкновения. Сам процесс трансформации мира в "мир миров" также будет сопровождаться жесткими столкновениями военно-политических, экономических и культурных центров сил. Сценарий "баланса интересов" является весьма реалистичным и вполне возможно его осуществление на практике, что делает неосуществимым стремление Америки создать всемирный Pax americana. Заслуживает внимания то обстоятельство, что З.Бжезинский, которому чужда концепция многополярного мира, связанная с моделью "баланса интересов", приходит к выводу о потере Америкой своей гегемонии в масштабах всего мира: "В конце концов мировой политике непременно станет все больше несвойственна концентрация власти в руках одного государства. Следовательно, США не только первая и единственная сверхдержава в поистине глобальном масштабе, но, вероятнее всего, и последняя… когда превосходство США начнет уменьшаться, маловероятно, что какое-либо государство сможет добиться того мирового превосходства, которое в настоящее время имеют США. Таким образом, ключевой вопрос на будущее звучит так: "Что США завещают миру в качестве прочного наследия их превосходства?"" (Бжезинский З. Великая шахматная доска. С.248,249).

Не исключено, что первенствующее место в мире займет Китай, чей потенциал растет весьма быстро. И Запад вместе Америкой ждут весьма непростые времена из-за их просчетов, вызванного спецификой западного менталитета. "Запад имел шанс, – подчеркивает А.Анисимов, – способствуя модернизации мощной, но несколько устаревшей экономики СССР, как бы локализовать китайский экономический потенциал. Однако Запад взял на вооружение стратегию разборки СССР на части, да и в настоящее время проводит политику, направленную на экономическое ослабление и дезинтеграцию России. В результате экономическому потенциалу Китая Запад по сущесту ничего эквивалентного противопоставить не может" (Анисимов А.Загадки глобального соотношения сил и китайский фактор. С.67).

назад содержание далее








ПОИСК:







Рейтинг@Mail.ru
© Алексей Злыгостев, дизайн, подборка материалов, оформление, разработка ПО 2001–2019
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку:
http://historic.ru/ 'Historic.Ru: Всемирная история'