НОВОСТИ    ЭНЦИКЛОПЕДИЯ    КНИГИ    КАРТЫ    ЮМОР    ССЫЛКИ   КАРТА САЙТА   О САЙТЕ  
Философия    Религия    Мифология    География    Рефераты    Музей 'Лувр'    Виноделие  





предыдущая главасодержаниеследующая глава

У генерала Тэйлора отказывает память

Приговор Международного военного трибунала должен был служить руководящим началом для всех состоявшихся позднее в Нюрнберге процессов военных преступников, ставших известными под названием "последующие процессы". На них судили виновных в тяжких преступлениях фашистских магнатов военной промышленности, врачей, юристов, министерских чиновников, генералов и высших чинов СС. Но в отличие от Нюрнбергского эти процессы велись не Международным военным трибуналом, а только американскими судами.

Одним из самых важных среди этих уголовных процессов был процесс по так называемому "делу № 11". Перед американским военным судом предстали четыре нацистских министра и семь статс-секретарей, а также ряд других высших государственных чиновников гитлеровского рейха. По названию берлинской улицы, где размещались главные фашистские министерства, процесс этот получил наименование "процесс Вильгельмштрассе". Длился он с 1948 года до апреля 1949 года.

На скамье подсудимых по "делу № 11" сидели начальник зарубежной секретной службы нацистов Вальтер Шелленберг, бывший имперский министр финансов граф Шверин фон Крозиг и вице-президент германского Рейхсбанка Эмиль Пуль. Поскольку эти обвиняемые также в решающей степени несли ответственность за начавшуюся осенью 1944 года транспортировку нацистских миллионов за границу, весь мир ожидал, что на "процессе Вильгельмштрассе" будут до конца вскрыты еще оставшиеся неясными вопросы.

Огромный аппарат американского обвинения подготовил к слушанию дела 550 тысяч документов; папки с ними занимали полки длиной 15 метров. В качестве обвинителей были назначены известные юристы. Главным обвинителем выступал свежеиспеченный бригадный генерал американской армии Телфорд Тэйлор. Его заместителем был доктор юриспруденции Роберт М. Кемпнер. Им ассистировали американский ученый-правовик профессор Чарльз С. Лайон и доктор юриспруденции Александр Джордж Харди. Связь с соответствующими английскими органами осуществлял весьма компетентный в финансовых вопросах сын директора одного из английских банков Уильям Х. Мерсер.

Но объективным наблюдателям, рассчитывавшим услышать на процессе важные разоблачения и ожидавшим, что виновный в подделке денег и связанных с нею преступлениях Шелленберг будет сурово наказан, пришлось с разочарованием покинуть Нюрнберг. В конце концов Шелленберга за его принадлежность к преступным организациям СС и СД, а также за совершенные им преступления против человечности все же приговорили... к шести годам тюремного заключения. Вице-дрезидент германского рейхс-банка Пуль получил пять лет. Однако по поводу всего комплекса деятельности СД по фабрикации фальшивых денег и сопряженных с нею преступлений, осуществленных службой безопасности совместно с Рейхсбанком и германскими монополиями, на процессе не прозвучало ни слова! Многие считали это случайностью.

В действительности влиятельные реакционные круги и представители финансового капитала западных держав заключили с преступниками из СД и гитлеровскими генералами сделку. Вместо того чтобы на основе вынесенного в Нюрнберге приговора Международного военного трибунала покарать главарей СС и службы безопасности, с ними вступили в антикоммунистический заговор: за предоставление своего опыта и СЕязей американской разведке им разрешили вынуть головы из уже накинутой петли. Американская секретная служба взяла к себе на службу нацистских преступников. Об этом, например, свидетельствуют следующие факты.

Доверенный Кальтенбруннера и близкий друг Эйхмана нацистский фальшивомонетчик штурмбан-фюрер СС Вильгельм Хеттль не только остался совершенно безнаказанным, но и превратился в высокооплачиваемого руководителя агентов американской разведки1. Более того, Си-Ай-Си воспрепятствовала выдаче Хеттля венгерскому правительству, которое официально разыскивало его как военного преступника для предания суду.

1 ("Der Spiegel" Hamburg, Nr 17/1953, S. 15)

Изобличенный в многочисленных военных преступлениях фаворит Гитлера и главаоь диверсантов Шелленберга оберштурмбанфюрер СС Отто Скорцени уже в 1947 году под кличкой Абель заключил сделку с американской секретной службой. Скорцени продал "историческому отделу" американских войск в "Кэмп кинг" свой изложенный на бумаге опыт ведения подрывной деятельности и за это получил "квитанцию о прохождении химчистки"1. Американцы отказались также удовлетворить требование Чехословацкой республики о выдаче Скорцени, хотя в связи с преступлениями против человечности, совершенными им в оккупированной фашистами Чехословакии, был объявлен его международный розыск.

1 (Otto Skorzeny Wir kämpften - wir verloren. Siegburg - Niederpleiss, 1962, S. 263)

Штурмбанфюрер СС и фальшивомонетчик Фриц Швенд - словно в насмешку! - провел в американском плену один день1. Затем в течение одиннадцати месяцев он подвизался в качестве эксперта по подрывной деятельности против СССР и народной Польши в мюнхенском филиале одного из разветвлений вашингтонской секретной службы - "Спешиэл каунтри интеллидженс" (SCI)2 Только заступничеством американской разведки можно объяснить тот факт, что Швенд не был арестован и выдан итальянцам как убийца, разыскиваемый судом города Больцано.

1 ("Correo". Lima, 3. XI. 1963)

2 (Цит. по документу генерального консула США в Мюнхене FS от 16.VI.1959)

Джордж Спенсер Шпитц, являвшийся одной из ключевых фигур в аппарате СД по сбыту фальшивой валюты, пристроился под крылышком у начальника американской разведки в оккупированной Баварии Чарльза Михаэлиса и пользовался его покровительством1.

1 ("Der Spiegel". Hamburg, Nr, 1-2/1960, S. 33)

Главарь действовавших против Советского Союза агентов СД и главное лицо по сбыту фальшивых фунтов стерлингов Рудольф Блашке был вызволен разведкой США из исправительного лагеря и, как и его брат фальшивомонетчик Оскар Блашке, выпущен на свободу.

Тесно сотрудничавший с Шелленбергом и Скорцени гитлеровский генерал Рейнхард Гелен, начальник шпионско-диверсионного отдела "Иностранные армии Востока" в германском генеральном штабе (ОКХ), получил в 1945 году от разведки США задание создать в Западной Германии щедро финансируемую долларами антисоветскую секретную службу. Привлеченные им в дальнейшем на службу нацисты и офицеры вермахта получили от американцев полное отпущение грехов.

Арестованный турецкой полицией специалист СД по контрабанде валюты и золота Джузеппе Беретта был освобожден из тюрьмы американским офицером Ирлом и заброшен в освобожденный Советской Армией Бухарест1.

1 ("Wochenpost". Berlin, Nr 39/1960, S. 11)

Список этот можно было бы дополнить не одной сотней фактов и фамилий.

Так осуществился заговор, о котором Гиммлер, германский генеральный штаб и магнаты немецкой промышленности, используя свой не прерывавшиеся в ходе военных действий международные монополистические и агентурные связи, вели переговоры с влиятельными кругами США и Великобритании. Сделавшись наследниками антикоммунистической политики гитлеровского рейха, западные державы пригласили к себе на службу и тех, кто считался в третьем рейхе наиболее надежным и кому в последние дни войны было поручено упрятать нацистские миллионы в безопасные места и строго блюсти тайну доверенных лиц, которым они были переданы на хранение.

Исходя из этих соображений, влиятельные представители Пентагона и реакционные политики США пустили в ход все связи, чтобы избежать нежелательных разоблачений. Вот почему американские военные трибуналы в Нюрнберге не решились преподнести общественности комплекс акций по сокрытию нацистских миллионов и уголовно наказуемому производству фальшивых денег, а также наказать виновных в совершенных при этом убийствах узников концлагерей. В самом деле, выглядело бы по меньшей мере странно, если бы в Нюрнберге вынесли приговор нацистским преступникам, которые тем временем числились в денежных ведомостях американской армии и разведки!

Действие этого заговора испытал на себе и автор, начав собирать материал для этой книги.

Прежде чем ее написать, необходимо было выяснить у главы американского обвинения на "процессе Вильгельмштрассе" Тэйлора ряд вопросов в связи с всплывшими тем временем фактами. После 1950 года Тэйлор расстался со своим генеральским мундиром и вернулся к прежней гражданской юридической деятельности. К концу 1963 года он преподавал на юридическом факультете Колумбийского университета в Нью-Йорке. Ответ отставного бригадного генерала был предельно вежлив, но весьма краток:

"Сожалею, что за давностью лет не могу вспомнить каких-либо обстоятельств, связанных с Шелленбергом и фальшивомонетчиками. Полагаю, что эта часть дела находилась в ведении д-ра Роберта М. Кемпнера и что ответ на Ваши вопросы Вы, вероятно, смогли бы получить от него".

Трудно было поверить Тэйлору. Разве не казалось невероятным, что юрист мог забыть суть дела, разбиравшегося на таком процессе, каким являлся "процесс Вильгельмштрассе"? Ведь самая крупная в истории подделка денежных знаков в сочетании с преступлениями против человечности не такое уж мелкое преступление, чтобы так легко запамятовать о нем!

Возникшие сомнения отнюдь не ослабли, когда стало известно, что свою карьеру Тэйлор сделал в период второй мировой войны в военной разведке американской армии. Именно во время службы в разведке он продвинулся с майора в 1942 году до бригадного гейерала в 1946 году. Было ли случайным, что именно генералу американской разведывательной службы поручили возглавить обвинение на процессе против шефа нацистской секретной службы Вальтера Шелленберга? Можно констатировать, что именно под началом Тэйлора на этом процессе сформировался тот политический курс в отношении нацистских преступников, который осуществлялся реакционными кругами США впоследствии. Поэтому к высказываниям Тэйлора по данному вопросу следовало отнестись критически.

Не мог вспомнить каких-либо подробностей дела и Чарльз С. Лайон, тоже преподающий ныне на юридическом факультете Нью-Йоркского университета. Он сообщил автору книги:

"Я не занимался Шелленбергом. Обвинение было разделено на несколько частей, я руководил лишь одной его частью, а Роберт М. Кемпнер - другой, той, в ведении которой находилось дело Шелленберга. Кроме того, не могу вспомнить, чтобы я слышал что-либо об истории с подделкой денег".

Такое заявление настораживает. Ведь профессор Лайон возглавлял обвинение против хозяйственнополитических учреждений и организаций нацистского государства. А они не только активно участвовали во всех махинациях службы безопасности с фальшивой валютой, но и непосредственно помогали ей скрывать награбленные нацистами миллионные сокровища.

Оставалась надежда: может быть, что-нибудь сообщит заместитель главного обвинителя от США на "процессе Вильгельмштрассе" д-р Роберт М. Кемпнер. В 1963 году пришел ответ и от него:

"Весьма отрадно, что Вы занялись изучением дела о подделке денег. Рекомендую ознакомиться с книгами, вышедшими по этому вопросу, одна из них издана на английском языке в прошлом году. К сожалению, я не вел в Нюрнберге расследований, касающихся нацистской аферы с фальшивой валютой, которая, само собою разумеется, заинтересовала бы меня, хотя мы как обвинители, естественно, занимались убийствами, совершенными главными военными преступниками, а фальшивомонетчики не подпадали прямо под статут обвинения, применимый к военным преступникам... Александр Харди, занимавшийся делом Шелленберга на процессе, в обвинительном акте не упоминал об афере с поддельными банкнотами. По каким именно соображениям не говорилось об афере с деньгами, сказать Вам не могу".

Пришлось обратиться к профессору Харди (ныне он президент чикагской компании "Аутоматик кэнтин компани оф Америка") и задать ему вопросы насчет некоторых неясных сторон этого дела. Прежде чем привести его ответ, замечу, что в лице Харди мы опять сталкиваемся с видным представителем американской секретной службы. Во время второй мировой войны он служил в разведке военно-морского флота США - "Оффис оф нэвэл интеллидженс", откуда и был откомандирован на "процесс Вильгельмштрассе". Поэтому ответу Харди удивляться не пригодится. "Не припоминаю, - пишет он, чтобы мне приходилось просматривать какие-либо материалы, касающиеся изготовления фальшивых денег и заслуживающих использования в каком-либо из тех дел, по которым я поддерживал обвинение. Все эти материалы находились в руках д-ра Кемпнера, и ему было бы легче ответить на Ваш вопрос, почему эти уголовные деяния не были включены в обвинительное заключение против кого-либо из подсудимых на "процессе Вильгельмштрассе"".

Итак, подведем итог: представители американского обвинения на "процессе Вильгельмштрассе", в подавляющей своей части состоявшего из офицеров секретной службы США, утверждают, что они якобы и знать не знали о том, как нацисты добывали свои сокровища, прятали их, спекулировали ими, подделывали и сбывали фальшивые денежные знаки, совершая при этом преступления и убийства. Но если это действительно так, значит, американская секретная служба еще в мае 1945 года сознательно скрыла составленный совместно с компетентными английскими органами доклад Макнэлли и пришла на выручку нацистам, утаив от американских обвинителей в Нюрнберге этот в высшей степени важный документ. Хотя в пользу такого предположения и говорит многое, есть, однако, еще один документ, хранящийся в сейфах Вашингтона. Он делает мало правдоподобным подозрительное выпадение памяти у некоторых представителей американской секретной службы.

Что же это за документ?

Один из случайно уцелевших узников концлагерей, которых VI управление главного имперского управления безопасности использовало в обреченных на уничтожение командах по изготовлению фальшивой валюты, Петер Эдель, во время "процесса Вильгельмштрассе" явился в Нюрнберг и под присягой дал американскому военному трибуналу обличающие нацистских преступников показания;

"27 января 1944 года в концентрационном лагере Аушвиц1 штурмбанфюрер СС Крюгер обязал меня выполнять работу, о характере которой я не имел тогда ни малейшего представления. В начале февраля 1944 года я вместе с несколькими другими заключенными был отправлен в концлагерь Заксенхаузен. После четырехнедельного карантина мы были переведены в блок № 18/19. Крюгер сказал нам, что в этом блоке изготовляются фальшивые деньги. Он сообщил, что разглашение (в том числе и заключенным лагеря, находящимся вне этого блока) происходящего в блоке № 18/19 карается смертной казнью.

1 (Немецкое название лагеря Освенцим. - Прим. перев.)

В блоке, как я узнал после своего прибытия, изготовлялись не только фальшивые деньги, но и подложные документы, паспорта и бланки удостоверений многих наций. Блок № 18/19 являлся предприятием главного имперского управления безопасности...

Всем заключенным блока с самого начала было известно, что эта особая команда, именовавшаяся на лагерном жаргоне "командой вознесения на небо", являлась командой смертников, ибо все принадлежавшие к ней заключенные были евреи или люди смешанной национальности. Мы являлись, на жаргоне эсэсовцев, "носителями тайны". Если обоих этих качеств оказалось бы недостаточно самих по себе, чтобы считать нас командой смертников, то дополнительным подтверждением и доказательством служило следующее. При легкой травме, например порезе пальца, заключенных отправляли на амбулаторный прием к врачу, который не имел права обмолвиться с ними ни единым словом. Тяжелобольных не разрешалось класть в больничный барак, даже если их можно вылечить. Их ликвидировали, то есть умерщвляли.

Только благодаря неожиданно быстрому вступлению американских войск 5 мая 1945 года заключенные особой команды, которые к этому времени были переведены в лагерь Эбензее (основной лагерь Маутхаузен) в Австрии, обязаны тем, что СД не удалось привести в исполнение свои намерения.

Я дал эти показания добровольно, без какого-либо вознаграждения и без принуждения или угрозы..."

Это те самые показания, которые, по словам упомянутых представителей американского обвинения, остались им неизвестны или же были забыты! Но показания эти были лично заверены 24 января 1948 года Норбертом Р. Барром из следственного отдела начальника американского трибунала по делу военных преступников, затем документ получил от американских судебных органов номер "NG-5508" и, таким образом, официально приобщен к делу. Если даже не брать в расчет, вероятно, действительно утаенный доклад Макнэлли, то уже один этот документ опровергает ставшее ныне стереотипным утверждение американцев, будто военный трибунал США ничего не знал о преступлениях эсэсовских фальшивомонетчиков в отношении узников концлагерей. В этой связи надо подчеркнуть и еще одно заслуживающее внимания обстоятельство: этот, вне всякого сомнения, чрезвычайно важный документ не был включен в насчитывающий свыше 3800 страниц официальный протокол "процесса Вильгельмштрассе", напечатанный в государственной типографии США в 1951 - 1952 годах под названием "Trials of War Criminals, Case 11" (тома XII - XIV). Таким образом, документ, разоблачавший фашистскую секретную службу, превратился в документ, обличающий американскую разведку.

Однако д-р Роберт Кемпнер, который просил автора книги держать его в курсе предпринятого изучения этого дела, вдруг решил попробовать поколебать неопровержимые доказательства. Он привел довод, что, когда Эдель давал свои показания, составление всех обвинительных актов в Нюрнберге, а особенно обвинительного заключения по "процессу Вильгельмштрассе", датированного 1 ноября 1947 года, уже было закончено. Но и этот аргумент при ближайшем рассмотрении не выдерживает критики. Ведь антифашист Петер Эдель своими показаниями лишь подтвердил то, что офицер американской разведки Макнэлли зафиксировал в своем протоколе еще за 24 месяца до того, как обвинение было предъявлено подсудимым на "процессе Вильгельмштрассе". Кроме того, Эдель еще 1 октября 1947 года, то есть за четыре недели до упомянутого обвинительного заключения, описал нацистские преступления, очевидцем которых он был, в своем документальном сообщении. Оно было опубликовано в популярном журнале "Вельтбюне", привлекло к себе внимание мировой общественности и, естественно, не могло остаться неизвестным американским судебным органам. Более того, оно подлежало приобщению к обвинительному акту.

Но есть и еще одно доказательство сговора между американской и нацистской секретными службами. Еще в 1945 году вновь пристроенный к делу американской разведкой штурмбанфюрер СС Вильгельм Хеттль (он же Вальтер Хаген) подтвердил весьма важный факт. Он писал: "Для меня имело большое значение то, что моя точка зрения подкреплялась английской позицией в Нюрнберге. Я был тогда "вечным свидетелем" на различных процессах военных преступников... Я являлся очевидцем того, как американское обвинение пыталось предать Шелленберга суду трибунала за "операцию Бернгард". Ведь меня допрашивали по этому делу очень часто, а самого Шелленберга, разумеется, еще чаще. Но вдруг все вопросы, касающиеся "операции Бернгард", разом прекратились. Позднее один американский офицер (который мог это знать, так как имел возможность следить за ходом судебного разбирательства) сообщил мне, что представители английского обвинения сами просили американцев не заниматься больше расследованием аферы с фальшивыми деньгами. А для Шелленберга, сказал он, это означает, что проведение "операции Бернгард" вплоть до момента германской капитуляции будет считаться дозволенной военной хитростью"1

1 (Walter Hagen. Unternehmen Bernhard, S. 281)

В цепи убедительных доказательств не хватало до сих пор лишь одного звена: объяснения непосредственного мотива этого поступка. Но признание Хеттля дает и его. Империализм и война нераздельны. Преступному характеру империалистической войны соответствуют и ее преступные методы. Цель оправдывает средства - таков девиз того строя, для которого война закон. Американские судебные органы, вне всякого сомнения, чрезвычайно тщательно расследовали связанный с многочисленными убийствами комплекс вопросов о подделке валюты. Но они отказались от публичного обвинения и осуждения виновных нацистов для того, чтобы включить "бумажное оружие" в арсенал своих средств ведения подрывной войны против стран социалистического лагеря.

Здесь воочию видны двойная империалистическая мораль и прагматизм буржуазного права. Как английские, так и американские законы сурово карают за подделку денежных знаков. Зато у эсэсовских бандитов, не останавливавшихся перед массовыми убийствами и превзошедшими по масштабу все известные дотоле подделки денег, нашлись влиятельные покровители в правительственных органах тех стран, которым был нанесен огромный ущерб фальшивой валютой.

Все это в конечном счете может служить лишь еще одним примером растущего влияния преступности и уголовщины на политику современных империалистических государств.

Д-р Кемрнер рекомендовал ознакомиться с выпущенной в США книгой о фальшивомонетчиках из СД. Это издание под названием "Операция Бернгард" принадлежит перу Антони Пири и вышло в Нью-Йорке в 1962 году. Последовав совету, я не просто ознакомился с ним, но и шаг за шагом подверг его тщательному анализу с точки зрения фактов. И сразу стало ясно, что книга эта не что иное, как смесь лжи, полуправды и признаний. Хотя под давлением имеющегося материала Пири и вынужден признать, что изготовление фальшивых денег сопровождалось убийствами заключенных концлагерей, никаких выводов отсюда он делать не желает. Наоборот, стараясь политически и юридически лишить эти факты их обличительной силы, он прибегает к методу, несовместимому с объективным подходом к истории: дает всем прямым и косвенным виновникам преступлений произвольные псевдонимы, явно надеясь тем самым замести следы так называемого "непреодоленного прошлого". По поводу такого рода "литературных" вольностей Антони Пири счел нужным дать только следующее объяснение: "Очевидно, д-р Вильгельм Хеттль считает важным позабыть о своем прошлом. Свою книгу "Операция Бернгард" он выпустил под псевдонимом Вальтер Хаген и каждый раз, когда к нему в этой книге (имеется в виду американское издание. - Ю. М.) обращались по имени, ставил вместо него прочерк. Следуя его примеру, я тоже использовал псевдоним".

Однако защита нацистских преступников со стороны определенных кругов государств, объединившихся в 1949 году в агрессивный военный блок НАТО, только одна сторона дела. Другая состоит в том, что преступные нацистские методы ведения войны стали составной частью приготовлений Североатлантического блока к агрессии против социалистического лагеря.

Об этом, в частности, свидетельствует статья лейтенанта Дж. Коуглэна, опубликованная в 1951 году в канадском военном журнале "Канадиен арми джорнэл". В его статье, озаглавленной "Боевое оружие, которым пренебрегают", предпринимается попытка сделать для НАТО актуальные выводы из "операции Бернгард". Автор, например, пишет: "Если бы Гитлер летом 1940 года вместо бомб большой взрывной силы сбрасывал на Англию фальшивые фунты стерлингов, он имел бы гораздо больше шансов сохранить свой "тысячелетний рейх". Англия могла бы оказаться засыпанной огромной массой таких банкнотов. Будем исходить из того, что один банкнот стоимостью в один фунт стерлингов весит три грамма. 400 тонн таких банкнотов потребовали бы от английского государственного банка обеспечения на сумму примерно 667 миллионов фунтов стерлингов, что лишь немного превышает общий номинал банкнотов, находившихся тогда в обращении в Англии. Если принять во внимание, что германская люфтваффе только за одну ночь сбросила на Ковентри 400 тонн бомб, приходим к выводу, что Германия в течение одной ночи могла бы удвоить количество находящихся в обращении денежных знаков Великобритании, а тем более наверняка сделать это за две или три недели! Воздействие, оказанное этим на промышленность, было бы еще более сильным, чем фатальное падение уровня производства в Германии в период инфляции 1920 - 1924 годов..."

Коуглэн продолжает далее: "...некоторые могут возразить, что, хотя снаряды и дороже, их все же следует предпочесть фальшивым деньгам. Во время войны потребители часто оплачивают свои покупки в двух валютах, а именно: бумажными денежными знаками и талонами. Конечно, с самолетов можно сбрасывать также продовольственные и промтоварные талоны, подделать которые куда легче, чем банкноты фунтов стерлингов"1.

1 ("Canadian Army Journal". Ottawa, Nr 10/1951)

Именно тогда, когда появилась эта статья, в Вашингтоне из официального протокола нюрнбергского "процесса Вильгельмштрассе" изъяли данные под присягой показания немецкого антифашиста Петера Эделя.

Симптоматичен и другой факт: ко времени появления этой статьи осужденный американским военным трибуналом к шести годам тюремного заключения военный преступник Вальтер Шелленберг был выпущен из каторжной тюрьмы и без всяких затруднений получил визу на въезд в являющуюся членом НАТО Италию, где к тому времени даже не истек срок давности его преступлений, связанных с подделкой денег. В Италии Шелленберг не только не испытывал никаких неприятностей от полиции, но и, что весьма примечательно, жил на широкую ногу. Можно не ошибиться, расценив это как предупредительность со стороны всех тех, кто пожелал воспользоваться опытом Шелленберга в области подрывной деятельности и перенять его опыт для военной доктрины НАТО.

предыдущая главасодержаниеследующая глава








Рейтинг@Mail.ru
© HISTORIC.RU 2001–2022
При использовании материалов проекта обязательна установка активной ссылки:
http://historic.ru/ 'Всемирная история'


Поможем с курсовой, контрольной, дипломной
1500+ квалифицированных специалистов готовы вам помочь