НОВОСТИ    ЭНЦИКЛОПЕДИЯ    КНИГИ    КАРТЫ    ЮМОР    ССЫЛКИ   КАРТА САЙТА   О САЙТЕ  
Философия    Религия    Мифология    География    Рефераты    Музей 'Лувр'    Виноделие  





предыдущая главасодержаниеследующая глава

Предисловие

Рукопись этой книги была закончена летом 1976 года, но увидеть ее в напечатанном виде автору уже не придется. В том же году 16 декабря выдающийся советский историк Альберт Захарович Манфред скоропостижно скончался.

А. 3. Манфред родился 28 августа 1906 года. Специальное историческое образование он получил в аспирантуре Института истории РАНИОН (Российской ассоциации научно-исследовательских институтов общественных наук).

Обязательная вступительная работа А. 3. Манфреда при поступлении в РАНИОН была посвящена Огюсту Бланки. Основанная на первоисточниках и новейшей литературе, появившейся тогда во Франции, она получила весьма положительную оценку такого вдумчивого и требовательного знатока, как В. П. Волгин, в семинаре которого А. 3. Манфред занимался. Следует отметить, что и в дальнейшем, на протяжении всей своей жизни, академик В. П. Волгин высоко ценил А. 3. Манфреда прежде всего как пытливого и талантливого исследователя.

Большое значение для дальнейшей научной деятельности А. 3. Манфреда имело его участие в семинаре слушателей РАНИОН и Института красной профессуры, которым руководил академик Н. М. Лукин. Семинар был посвящен истории французского социалистического движения в годы Третьей республики.

А. 3. Манфред избрал тему "Социалистическое движение в 70-х годах после Парижской Коммуны". Этой проблеме он позднее посвятил свою кандидатскую диссертацию. Занятия в семинарах этих двух крупнейших ученых сыграли большую роль в формировании А. 3. Манфреда как историка.

В 1928 году А. 3. Манфред был привлечен к работе в Институте Ленина (впоследствии Институт Маркса - Энгельса - Ленина) в группу по истории Коммунистического Интернационала, которую возглавлял выдающийся деятель международного рабочего движения Бела Кун.

Своей первоочередной задачей группа ставила изучение роли В. И. Ленина в международном рабочем движении и истории циммервальдского движения. А. 3. Манфред активно включился в изучение этих проблем и избрал предметом своего исследования историю швейцарского социалистического движения в начале XX века - тему, которой тогда никто не занимался не только в Советском Союзе, но и в Швейцарии. Исследуя эту тему, он не только изучил архивы и прессу, собранную в Институте Ленина, но и получил ценнейшие личные сведения от ряда виднейших участников циммервальдского движения, в частности от Фрица Платтена, находившегося тогда в Москве. В 1929 году в журнале "Пролетарская революция" (орган Института Ленина) была опубликована содержательная статья А. 3. Манфреда, не устаревшая и в наше время*. В этой работе был поставлен и разработан ряд важных проблем из истории циммервальдского и швейцарского социалистического движения и тщательно разобраны все ленинские материалы по этим вопросам. Многое дала тогда молодому историку и личная встреча с Н. К. Крупской, ознакомившейся с этой рукописью. Интерес к творчеству В. И. Ленина, постоянное и тщательное изучение его трудов были свойственны А. 3. Манфреду на протяжении всей его научной деятельности.

* (См. Манфред А. 3. Циммервальдское движение в швейцарской социал-демократии. - "Пролетарская революция", 1929, № 7, с. 15-47. Эта тема продолжала и в дальнейшем интересовать ученого (см. его рецензию на кн. М. Пианзола "Ленин в Швейцарии". - "Коммунист", 1959, № 8).)

В 1930 году, после окончания аспирантуры, А. 3. Манфред был направлен на педагогическую работу сначала в Ярославль, а затем в Иваново (1932-1937 гг.). В эти годы он опубликовал ряд брошюр и статей, посвященных главным образом проблемам мирового коммунистического движения. В 1940 году он вернулся в Москву. Замечательный педагог, талантливый лектор, прекрасный оратор, любимец студенческой аудитории, он продолжал свою педагогическую деятельность в различных учебных заведениях: в Московском областном педагогическом институте, на историческом факультете Московского университета, в Институте иностранных языков, в Институте международных отношений и других, а также руководил рядом кафедр.

С 1945 года А. 3. Манфред работал в Институте истории Академии наук СССР. Именно в этот период в полной мере развернулось его научное дарование как историка.

А. 3. Манфред был специалистом очень широкого профиля. Об этом свидетельствуют его лекционные курсы, многочисленные историографические обзоры, главы в учебниках, монографические исследования, статьи. Однако основные исследования А. 3. Манфреда были посвящены истории Франции. Трудно найти какой-либо период новой истории Франции XVIII - XIX веков, изучением которого он бы не занимался. При этом некоторые проблемы французской истории вызывали у него особый интерес. К числу таких проблем относилась прежде всего история Великой французской революции. В этой области он был общепризнанным специалистом, его труды хорошо известны не только в нашей стране, но и за рубежом.

Первой опубликованной работой А. 3. Манфреда по истории революции был изданный в 1950 году очерк "Французская буржуазная революция конца XVIII века (1789-1794 гг.)"; в 1956 году он вышел вторым, дополненным изданием*. Эта книга была переведена на немецкий (1952), китайский (1954), а второе ее издание на венгерский (1958), французский и португальский (1961), испанский (1963) языки. Хотя книга носила научно-популярный характер, для специалиста было очевидно, что этот очерк истории революции явился результатом большой и длительной работы автора над широким кругом источников. Наиболее точную и исчерпывающую оценку этой книги дал академик В. П. Волгин. Редактируя статью О. Л. Вайнштейна "Изучение истории Франции средних веков и нового времени советскими историками" для первого тома "Французского Ежегодника", В. П. Волгин сам вписал в эту статью абзац, в котором говорилось: "Об огромном интересе в Советском Союзе к истории Великой французской революции свидетельствует обилие научно-популярных работ по этой теме, весьма, впрочем, неоднородных по своим научным и литературным достоинствам. Наиболее ценной и в научном отношении содержательной является работа А. 3. Манфреда, основывающаяся не только на тщательном изучении литературы о французской революции, но и на продуманном использовании источников"**.

* (См. Манфред А. 3. Великая французская революция XVIII века. М. 1956.)

** ("Французский Ежегодник. 1958". М., 1959, с. 499. А. 3. Манфред является также автором общих очерков по истории Великой французской революции в 6-м томе "Всемирной истории" (1959 г.), в БСЭ (2-е изд., т. 45, 1956 г.), в учебнике "Новая история" для высшей школы (т. 1, 1958 г.), в "Краткой всемирной истории" (1966 г.), во 2-м томе "Истории Франции" (1973 г.).)

А. 3. Манфреда всегда привлекал жанр исторического портрета. Яркие характеристики исторических деятелей содержатся почти во всех его работах. Но особенно интересовали его исторические личности, стоявшие во главе французской революции. Другу народа Жан-Полю Марату он посвятил специальную работу, вышедшую в серии "Жизнь замечательных людей"*. Вместе с В. П. Волгиным А. 3. Манфред подготовил трехтомное собрание "Избранных произведений" Жан-Поля Марата. Это издание, задуманное еще В. Д. Бонч-Бруевичем по совету В. И. Ленина, явилось более полным, чем все предшествующие французские и русские издания (Ш. Веллэ, Г. С. Фридлянда и т. д.)**. "Избранным произведениям" Жан-Поля Марата была предпослана обширная вступительная статья А. 3. Манфреда***.

* (См. Манфред А. 3. Марат. М., 1962, с. 352. Книга переведена на сербский язык (1965 г.).)

** (Vellay Ch. Les pamphlets de Marat. Paris, 1911; Марат Ж.-П. Памфлеты. М., 1933.)

*** (См. Марат Ж.-П. Избранные произведения, т. 1-3. М., 1956. Сост. В. П. Волгин и А. 3. Манфред. Вступительная статья А. 3. Манфреда "Жан-Поль Марат и его произведения" (перепеч. в сб. Манфред А. 3. Очерки истории Франции XVIII-XX цв. М., 1961).)

Особое место в научной деятельности А. 3. Манфреда занимал Максимилиан Робеспьер. По существу во всей русской и советской литературе, посвященной истории французской революции, и в частности деятельности Робеспьера, А. 3. Манфред имел в разработке этой темы только одного предшественника - Н. М. Лукина, автора первой в нашей литературе биографии Неподкупного. А. 3. Манфред подготовил трехтомное собрание "Избранных произведений" Робеспьера; сочинения Робеспьера ни разу до тех пор не издавались на русском языке*.

* (См. Робеспьер М. Избранные произведения, т. 1-3. М., 1965. Сост. и автор вступительной статьи А. 3. Манфред.)

А. 3. Манфред был активным я страстным участником не утихающих в советской и мировой историографии дискуссий о Робеспьере. В 1958 году, во время празднования двухсотлетия со дня рождения этого выдающегося революционера, он выступил с блестящим докладом "Споры о Робеспьере"*. К этому же юбилею был издан отдельной брошюрой краткий биографический очерк о Робеспьере, написанный А. 3. Манфредом. В 1955 году на втором международном коллоквиуме но истории Великой французской революции, проходившем во время XII Международного конгресса исторических наук, он выступил с докладом "Робеспьер в русской и советской историографии"**.

* (Манфред Л. 3. Споры о Робеспьере. - "Вопросы истории", 1958, № 7 (перепеч. в кн.: Манфред А. 3. Очерки истории Франции XVIII-XX вв.).)

** (См. "Новая и новейшая история", 1966, № 2; см. франц. текст доклада в "Actes du colloque Robespierre" (XII congres international aes sciencese historiques. Vienne, 1965). Paris, 1967.)

Эти споры об оценке Робеспьера неразрывно связаны с дискуссией об оценке якобинизма. Не подлежит сомнению, что А. 3. Манфред неизменно отстаивал ту оценку якобинизма, которой придерживался В. И. Ленин. Он хорошо понимал, что якобинцы занимают совершенно особое место в истории мирового революционного движения. "Я их ставлю ужасно высоко, - говорил А. И. Герцен устами одного из своих персонажей, - таких людей больше нет. Должно быть, на людей бывает урожай, как на виноград. Кажется, условия те же, а один год... вино лучше - говорят, от кометы. В Англии комета на людей была во время Кромвеля, а у нас - в конце XVIII века. И заметьте, что люди этих двух crus* похожи друг на друга. Пуритане, доканчивавшие свой век в Швейцарии и Голландии, сильно сбивались на старых якобинцев... Они страдали, были в тягость другим, были просто не на месте. Дело в том, что они в сущности были моложе внучат... Как сохранили эти люди свежесть души, своего рода наивность и веру - это потерянный секрет... Седой, пожелтелый старик, едва двигающий ноги, а туда же, как влюбленный мальчик, хранит свои святыни, имеет... свои заветные слова, от которых в семьдесят, в восемьдесят лет их глаза горят и голос дрожит... Их жиденькие наследники скучали с ними, думали, что они позируют; а этот поднятый тон происходил просто оттого, что душа их была поднята и привыкла гордо хранить свое убеждение в тяжелое время"**. Такое отношение к якобинцам от Герцена и русских революционеров XIX века перешло к Ленину и большевикам. Этой традиции следовал и А. 3. Манфред, превосходно чувствовавший неувядаемый аромат исторической эпохи. Он никогда "не скучал" с Робеспьером и якобинцами и постоянно обращался к страницам истории революции**.

* (Почв, местностей (франц.).)

** (Герцен А. И. Соч., т. 8. М., 1958, с. 497-498.)

*** (См. Манфред А. 3. Великая французская революция XVIII в. и современность (к 175-летию революции). - "Новая и новейшая история", 1964, № 4; его же. О природе якобинской власти. - "Вопросы истории", 1969, № 5.)

Другой темой, всегда вызывавшей интерес у историка, была внешняя политика Франции. В 1947 году в "Вопросах истории" была опубликована его статья "Из предыстории франко-русского союза", показывавшая, как далеко продвинулся А. 3. Манфред в изучении внешней политики Третьей республики в последней трети XIX века. В 1950 году он защитил докторскую диссертацию на тему "Внешняя политика Франции от Франкфуртского мира до союза с Россией (1871 -1891)" *. Выступившие на защите в качестве оппонентов Е. В. Тарле, С. Д. Сказкин, Б. Е. Штейн - крупнейшие знатоки истории внешней политики дали весьма положительную оценку диссертации. Диссертация А. 3. Манфреда была опубликована отдельной книгой в 1952 году**. В этой монографии автор использовал широкий круг уникальных архивных источников. В ней было дано наиболее полное для того времени изложение истории дипломатических отношений, приведших к заключению франко-русского союза.

* (В том же году была опубликована статья А. 3. Манфреда "Русско-французские отношения после Франкфуртского мира (1870-1872 гг.)" - одна из наиболее интересных глав его диссертации (см. "Вопросы истории", 1950, № 6, перепеч. в кн.: Манфред А. 3. Очерки истории Франции XVIII-XX вв.).)

** (См. Манфред А. 3. Внешняя политика Франции. 1871 - 1891 годов. М., 1952.)

К истории франко-русских отношений А. 3. Манфред неоднократно возвращался и после опубликования этой монографии. Его особенно интересовали культурные связи менаду Россией и Францией - тема, которая не получила подробного освещения в книге. Многочисленные материалы по этому вопросу, обнаруженные А. 3. Манфредом в советских архивах, были использованы им в интересной и содержательной статье "К истории русско-французских культурных связей 70-80-х годов XIX в."*, которая была опубликована в 1961 году.

* (См. "Французский Ежегодник. 1959". М., 1961 (перепеч. в сб. "Очерки истории Франции XVIII-XX вв.").)

А. 3. Манфред был одним из пионеров в области изучения истории франко-советских отношений. Этой теме он посвятил много статей и докладов*. Под его руководством были подготовлены специальные исследования по истории франко-советских отношений в 20-30-х годах XX века. Исследования и статьи А. 3. Манфреда по проблемам русско-французских и советско-французских отношений были опубликованы в 1967 году в книге "Традиции дружбы и сотрудничества"**.

* (См. Манфред А. 3. Некоторые вопросы франко-советских отношений в период 1917-1957 гг. - "Французский Ежегодник. 1958". Л1-. 1959; его же. К истории франко-советского договора о взаимной помощи 1935 г. - "Французский Ежегодник. 1961". М., 1962.)

** (См. Манфред А. 3. Традиции дружбы и сотрудничества. Из истории русско - французких и советско-французских связей. М., 1967.)

Великой французской революцией и внешней политикой Франции отнюдь не исчерпывался круг проблем новой истории Франции, которыми занимался А. 3. Манфред. Ему принадлежит большая заслуга в исследовании истории первой пролетарской революции - Парижской Коммуны. Еще в 1941 году была опубликована его первая статья, посвященная истории Коммуны. Глава о Парижской Коммуне была помещена в учебнике новой истории для высшей школы. В связи с 90-летием Парижской Коммуны А. 3. Манфред написал интересный этюд, посвященный первым десяти дням революции 1871 года*, где он одним из первых дал содержательную и оригинальную оценку деятельности центрального комитета Национальной гвардии.

* (См. Манфред А. 3. Историческое значение и традиции Парижской Коммуны. - "Новая и новейшая история", 1961, № 2.)

Он принял активное участие в качестве одного из основных авторов и редакторов в подготовке коллективного двухтомного труда, посвященного 90-летию Парижской Коммуны. Он обобщал и подводил итоги всего того, что было сделано советскими историками в изучении исторического опыта Коммуны*. А. 3. Манфред был ответственным редактором, а также автором ряда глав коллективного труда, вышедшего в 1971 году к 100-летию Коммуны **.

* (См. Парижская Коммуна 1871 г., т. I-II. Под ред. Э. А. Желубовской, А. 3. Манфреда, А. И. Молока, Ф. В. Потемкина. М., 1961.)

** (См. История Парижской Коммуны 1871 года. М., 1971.)

Еще в 20-х годах А. 3. Манфред начал заниматься историей французского социалистического и рабочего движения после Коммуны. На эту тему он опубликовал ценную статью "Французское революционное движение после Парижской Коммуны и Н. Г. Чернышевский"*. К этим проблемам он возвращался неоднократно. В коллективном исследовании "Первая русская революция 1905-1907 гг. и международное революционное движение" ему принадлежал содержательный этюд о влиянии первой русской революции на подъем революционного движения во Франции.

* (См. сб. "Из истории социально-политических идей". М., 1955; перепеч. в кн.: Манфред А. 3. Очерки истории Франции XVIII- XX вв.)

Но была одна тема в истории французского социализма, которая привлекала А. 3. Манфреда на протяжении всей его научной деятельности,- о роли и значении Жана Жореса. Если из исторических деятелей Франции XVIII века его интересовал Максимилиан Робеспьер, то в XX веке его привлекала фигура Жана Жореса. В 30- 40-х годах в советской историографии была распространена чисто негативная оценка Жореса. Тезису о "сплошном оппортунизме" II Интернационала соответствовало положение о "сплошном реформизме" Жореса. В 1944 году, к тридцатой годовщине убийства Жореса, в "Историческом журнале" был опубликован первый этюд А. 3. Манфреда, в котором он оспаривал эту точку зрения*. Статья эта в рукописи была прочитана и одобрена Морисом Торезом.

* ("Исторический журнал", 1944, № 9.)

В последующие годы А. 3. Манфред неоднократно, все с той же убежденностью возвращался к этой теме*. В то время как многие французские политические деятели, в том числе и деятели социалистического движения того периода, па своем жизненном пути эволюционировали слева направо, Жорес, утверждал он, был редким исключением: он шел справа налево. Эта линия особенно ярко проявилась в последние годы его жизни, когда Жорес как бы воплощал в себе волю не только французского, но и европейского рабочего класса в его стремлении противодействовать милитаризму и войне. Голос Жореса, так убежденно звучавший под сводами Базельского собора на последнем, предвоенном конгрессе II Интернационала, продолжает звучать и в наши дни. Об этом говорил А. 3. Манфред в яркой статье, посвященной памяти Жореса и опубликованной в связи с пятидесятилетием со дня его убийства**.

* (См. Манфред А. 3. Жан Жорес - борец против реакции и войны. - "Новая и новейшая история", 1959, № 5; см. также его вступительную статью в сб.: Жорес Жан. Против войны и колониальной политики. М., 1961.)

** (См. Голос Жореса. - "Новый мир", 1964, № 8.)

А. 3. Манфреда давно занимала тема Наполеона, но до поры до времени историк как-то обходил ее. Лишь однажды в Исторической энциклопедии* он опубликовал небольшой очерк о Наполеоне. Возможно, его удерживало от публикации по данной теме наличие широкоизвестной книги Е. В. Тарле. В 1969 году в последних номерах журнала "Новая и новейшая история", а также в томе "Французского Ежегодника" были напечатаны главы из подготовляемой А. 3. Манфредом монографии о Наполеоне**, а в 1971 г. вышла книга "Наполеон Бонапарт"***. В советской исторической науке А. 3. Манфред был признан, и вполне заслуженно, талантливым мастером исторического повествования. В этой работе в полной мере проявилось все исключительно яркое научное и литературное дарование историка. Написанная увлеченно, страстно, в лучших традициях советской исторической науки, эта монография не оставила равнодушным читателя. Она принесла автору огромную популярность. По оценкам советской и зарубежной научной печати, это была самая блестящая работа А. 3. Манфреда. Свидетельство тому - обширная корреспонденция (свыше 500 писем), полученная ученым и сохранившаяся в его архиве.

* (В этой энциклопедии, а также в двух изданиях Дипломатического словаря (1948 и 1960 гг.) напечатан ряд статей А. 3. Манфреда.)

** (См. Манфред А. 3. Итальянский поход Бонапарта в 1796 - 1797 годах - "Новая и новейшая история", 1969, № 5 и 6; его же. Египетский поход Бонапарта. - "Французский Ежегодник. 1969). М., 1971.)

*** (См. Манфред А. 3. Наполеон Бонапарт. М., 1971 (1-е изд.); М., 1973 (2-е, дополненное изд.).)

Среди полученных автором откликов были письма наших крупнейших писателей, видных дипломатов, ученых, историков, письма рядовых читателей - педагогов, врачей, рабочих, воинов, студентов, дававших о книге самые восторженные отзывы. Эта книга широко известна и зарубежному читателю: она переведена во многих европейских странах.

Монография "Наполеон Бонапарт" открыла как бы новую страницу в творческой биографии А. 3. Манфреда. Эта книга и последующие работы А. 3. Манфреда свидетельствовали о ярком расцвете его научного творчества. В 1975 году появилась капитальная монография А. 3. Манфреда "Образование русско-французского союза". В ней с присущей А. 3. Манфреду тщательностью и требовательностью к себе были подведены итоги его тридцатилетней работы по изучению внешней политики Франции в последней трети XIX века. В книге использованы богатейшие материалы из Архива внешней политики России. Он привлек также - ив этом ему оказал содействие крупнейший специалист по истории международных отношений Пьер Ренувен - архивы французского министерства иностранных дел и даже такой труднодоступный фонд, как архив второго отдела французского Генерального штаба. За три десятилетия упорных поисков через руки Манфреда прошли тысячи, а возможно, и десятки тысяч дипломатических документов. Нельзя не отметить того мастерства, того, можно сказать, изящества, с которым ученый сумел изложить сложнейшую, запутанную историю международной политики конца XIX века, нисколько не загромождая своего изложения и ясно, отчетливо выявляя основные линии развития. Наряду с исследованиями С. Д. Сказкина и В. М. Хвостова эта книга вошла в золотой фонд лучших советских исследований по истории международных отношений.

Сосредоточившись на истории Франции конца XIX века, А. 3. Манфред не оставлял свой излюбленный, говоря словами Радищева, "осьмнадцатый век". Специалисты по истории Франции были приятно поражены, когда в 1974 году А. 3. Манфред выступил с блестящим докладом, а затем и со статьями о молодом Руссо*. Жан-Жак Руссо давно привлекал внимание историка, и это было совершенно естественно. Ведь Руссо был властелином дум передовых людей XVIII века, и особенно его любимого героя - Максимилиана Робеспьера. На письменном столе Д. 3. Манфреда можно было часто увидеть произведения Руссо. Во время одной из поездок во Францию он посетил Эрменонвиль, где был похоронен Руссо, и это посещение произвело на него глубочайшее впечатление. Только что закончив сложнейшее исследование о Наполеоне, А. 3. Манфред сумел в кратчайший срок перейти к разработке новой важной темы - о Руссо, обнаружив при этом и глубокую эрудицию, и оригинальный подход. Работа о Руссо была написана с тем же блеском и мастерством, которые были свойственны монографии "Наполеон Бонапарт". О Руссо А. 3. Манфред намеревался написать большую книгу, но осуществить этот замысел он уже не смог.

* (См. Манфред А. 3. Молодой Руссо. - "Новая и новейшая история", 1974, № 4 и 5.)

Был еще один деятель Великой французской революции, биография которого была предметом постоянных раздумий историка. Он не скрывал своего желания написать о Мирабо. Это была трудная задача, тем более что до сих пор в русской и советской литературе никто не решался взяться за эту тему.

Так сложился замысел новой книги. Первоначально А. 3. Манфред собирался включить в нее и портреты менее известных персонажей, например первого генерала-плебея, участника всех великих революционных дней, потрясавших Париж в 1789-1792 годах, рабочего-ювелира Жана Россиньоля. Вызывал его интерес и Пьер-Франсуа Реаль, вероятно парадоксальностью своей судьбы. Помощник прокурора-синдика Парижа в 1793 году Шометта, защитник Бабефа на Вандомском процессе, он стал любимцем Наполеона, графом империи и одним из руководителей бонапартистской полиции. Но постепенно замысел уточнялся. В книге должны были остаться только те деятели, которые воплощали революцию в ее ранних, неясных зорях, в ее подъеме и, наконец, в ее расцвете и кризисе. Так родилась книга "Три портрета эпохи Великой французской революции", с которой читатель знакомится уже после кончины ее автора.

Первая часть книги посвящена молодому Руссо, челочку, оказавшему глубокое влияние на возникновение революции, на идеологию ее наиболее видных демократических деятелей. Вторая часть книги - подъем революции рассказывает о Мирабо. Читатель убедится, с каким блеском воссоздал ученый исторический портрет этого человека, к громовому голосу которого в 1789 году прислушивалась вся Франция, два года спустя потрясенная и возмущенная "великой изменой графа Мирабо" (la grande trahison du comte Mirabeau). Историк ничего не скрыл, ничего не утаил в повествовании о молодости "дикого барина", как чрезвычайно метко он определил Мирабо, применив тургеневский эпитет (Тургенев, кстати, принадлежал к числу любимейших писателей А. 3. Манфреда, которого он часто и охотно перечитывал). Он сумел объяснить и ту роль, которую Мирабо довелось сыграть и при открытии Генеральных штатов, и впервые месяцы существования Национального собрания. С тем же мастерством он изложил и "падение" Мирабо. Вторая глава книги "Три портрета эпохи Великой французской революции", по нашему глубокому убеждению, относится к лучшим страницам литературного наследия А. 3. Манфреда.

Третью часть этой книги - расцвет и трагический закат революции - историк, естественно, связал с именем Максимилиана Робеспьера, деятельность которого он так долго и с таким глубоким пониманием изучал. Споры о Робеспьере велись и ведутся с непрекращающимся ожесточением вот уже почти два века. Мы уже отмечали, что в этих спорах А. 3. Манфред был на передовой линии, в первых рядах убежденных защитников Робеспьера.

В третьей части книги ученый подводит итоги своих многолетних исследований биографии и исторической роли Робеспьера, внося при этом много нового. Особый интерес представляет заключительный раздел главы о Робеспьере. Вникнуть в духовный мир Робеспьера, вжиться в его образ, понять причины, заставлявшие его действовать,- задача необычайно сложная. Может быть, только Ромен Роллан, долгие годы не решавшийся написать последнюю часть цикла своих пьес, посвященного революции, лучше других понимал драму Робеспьера*. А. 3. Манфред предложил новое толкование поведения Робеспьера в последние недели его жизни. Это толкование еще не является общепризнанным, о нем, возможно, будут спорить. Но, на наш взгляд, оно весьма правдоподобно, основано на глубоких многолетних размышлениях о тех мотивах, которые определяли поведение Робеспьера.

* (См. Мотылева Т. Л. Трагедия Ромена Роллана "Робеспьер". - "Французский Ежегодник. 11172". М., 1974.)

Мы не имеем здесь возможности охарактеризовать всю большую научную и популяризаторскую деятельность А. 3. Манфреда, завершением которой явились "Краткая всемирная история" в двух томах и трехтомная "История Франции", ответственным редактором которых он был, а также его работы в области историографии*. Наш очерк был бы неполным, если бы мы не упомянули об активной организаторской работе ученого и его деятельности по воспитанию научных кадров. На протяжении ряда лет он был председателем Ученого совета по всеобщей истории в Институте истории Академии наук СССР и заведующим сектором новой истории западноевропейских стран, работу которого он поднял на большую высоту.

* (Отметим кроме работ, названных раньше, талантливую характеристику Е. В. Тарле (в сб. "Из истории общественных движений и международных отношений". М., 1957). См. также: Манфред А. 3. Академик Евгений Викторович Тарле (1875-1975).- "Вестник Академии наук СССР", 1976, № 3; его же. Талант историка (К столетию со дня рождения академика Е. В. Тарле). - "Комсомольская правда", 12 ноября 1975 г.)

Крупнейшие заслуги принадлежали А. 3. Манфреду в деле установления и укрепления научных связей между советскими и французскими историками. Он был активнейшим участником почти всех коллоквиумов историков обеих стран (1958 год - Париж, 1961 год - Москва, 1965 год - Париж, 1969 год - Ереван, 1973 год - Москва, 1976 год - Париж и Дижон). А. 3. Манфред явился инициатором создания группы по истории Франции при Институте истории Академии наук СССР (с 1963 года, после кончины В. П. Волгина, он был ее председателем) и "Французского Ежегодника". А. 3. Манфред был одним из организаторов созванной в 1969 году в Москве конференции "Ленин и история Франции", в которой наряду с советскими историками приняли участие Ж. Дюкло, Ж. Брюа, А. Собуль, К. Виллар и др. При его активном участии к XIII Международному конгрессу историков были изданы (в Париже и в Москве) два сборника "Век Просвещения" и "Франко-русские экономические связи"*, в которых сотрудничали советские и французские историки. В редколлегию этих сборников входили с французской стороны Фернан Бродель, Роже Порталь и Марк Ферро, с советской - А. А. Губер и А. 3. Манфред**. А. 3. Манфред был активнейшим деятелем и членом президентского совета общества "СССР - Франция". На XIV Международном историческом конгрессе он был избран одним из трех почетных председателей международной комиссии по истории Великой французской революции (при международном историческом комитете).

* ("Век Просвещения" и "Франко-русские экономические связи". М. 1970 ("An siecle les lumieres"; "La Russie et l'Europe du XVI au XX siecles", Paris, 1970).)

** (Под редакцией и с предисловием А. 3. Манфреда вышел перевод ряда значительных монографий французских историков, в том числе А. Собуля "Парижские санкюлоты во время якобинской диктатуры" (М., 1966) и "Первая республика" (М., 1974), К. Виллара "Социалистическое движение во Франции 1893-1905 (Гедисты)" (М., 1969), М. Шури "Коммуна в сердце Парижа" (М., 1970), а также воспоминания Э. Эррио "Из прошлого" (М., 1958). Незадолго до кончины А. 3. Манфреда вышел первый том "Социалистической истории Французской революции" Жана Жореса (М., 1976) под его редакцией и с его предисловием.)

Почетный доктор Клермон-Ферранского университета, А. 3. Манфред пользовался большим авторитетом среди широкого круга французских историков.

А. 3. Манфред никогда не был чисто кабинетным ученым. Его страстные публицистические статьи нередко появлялись в центральной партийной печати.

Разносторонние знания и высочайшая духовная культура, любовь к исторической науке, тонкий и пытливый ум ученого в сочетании с ярким литературным талантом завоевали А. 3. Манфреду исключительно почетное место в нашей науке.

Десятки и сотни тысяч читателей "Трех портретов" еще раз испытают радость встречи с любимым автором. Но они ощутят и горькое сожаление при мысли о том, что эта книга является последним произведением блестящего и необыкновенно талантливого историка.

16 февраля 1977 года.

В. Далии

предыдущая главасодержаниеследующая глава









Рейтинг@Mail.ru
© HISTORIC.RU 2001–2021
При использовании материалов проекта обязательна установка активной ссылки:
http://historic.ru/ 'Всемирная история'


Поможем с курсовой, контрольной, дипломной
1500+ квалифицированных специалистов готовы вам помочь