НОВОСТИ    ЭНЦИКЛОПЕДИЯ    КНИГИ    КАРТЫ    ЮМОР    ССЫЛКИ   КАРТА САЙТА   О САЙТЕ  
Философия    Религия    Мифология    География    Рефераты    Музей 'Лувр'    Виноделие  





предыдущая главасодержаниеследующая глава

§ 1. Особенности развития Северной Европы в XVI - первой половине XVII в.

Разрыв Кальмарской унии и возобновление государственной независимости Швеции. В начале XVI в. борьба вокруг Кальмарской унии вступила в завершающую стадию. Королями объединенных унией стран оставались монархи Дании. Ей принадлежали тогда помимо Ютландии и Датских островов области Сконе, Блекинге, Халланд вместе с проливами, герцогства Шлезвиг и Гольштейн (Голштиния). Она располагала значительными, важными в аграрном, стратегическом и торговом отношении территориями, богатыми пошлинными поступлениями. С Данией считались не только Ганза, но и империя. Норвегия, особенно тяжело пережившая аграрный кризис XIV-XV вв., не имела сил освободиться от власти Дании. Швеция же, более консолидированная, чем "лоскутная" Дания, все активнее боролась против унии. Правители Швеции, регенты из дома Стуре (1471 -1520), опираясь на сильное в стране свободное крестьянство и поддержку ганзейских городов, добились фактической независимости страны.

В 1518 г. датский король Кристиан II во главе разноязычной наемной армии вторгся в Швецию, чтобы восстановить реальную унию. Заняв Стокгольм и надев шведскую корону, Кристиан II, подстрекаемый главой шведской церкви архиепископом Густавом Тролле, казнил до 150 именитых граждан (дворян, священнослужителей, верхушку бюргеров). Народ назвал это событие "Стокгольмской кровавой баней". Затем казни прокатились по провинции. Датские наемники бесчинствовали в замках, были введены новые налоги. Ответом шведов стало общенародное восстание против унии (1520-1523). Руководитель его, аристократ Густав Ваза, опираясь на помощь ганзейского флота, получил в 1523 г. шведскую корону и расторг унию.

В результате разрыва Кальмарской унии в Северной Европе образовались и начали соперничать две державы: Дания с подвластными Норвегией и Исландией и Швеция с подвластной Финляндией.

Экономическое развитие Северной Европы в XVI - первой половине XVII в. Революция цен, рост мануфактур и мореплавания, развитие европейского рынка, возрастание армий и флотов повысили спрос на товары Северной Европы: металлы и изделия из них, живой скот, масло и сало, строевой лес, рыбу. Расширился и традиционный спрос северного региона на соль, полотно и тонкое сукно, хмель и солод (для изготовления пива), пряности, вина и предметы роскоши. Скандинавы торговали как между собой, так и с немецкими землями, с Польшей, через Прибалтику - с Россией, с конца XVI в. - с Нидерландами, Францией, затем Англией. Портами-посредниками для них в течение XVI в. оставались Любек, Данциг (Гданьск), Гамбург, Ревель (Таллинн), Нарва. Перемещение торговых путей к Атлантике стимулировало скандинавское судоходство и судостроение. Все это способствовало экономическому подъему ведущих Скандинавских стран. Там усиливаются местные купцы и предприниматели, шкиперы и судовладельцы, растут национальные капиталы. Организуются заморские торговые компании, расширяется флот. Однако скандинавский экспорт развивался преимущественно за счет сырья и полуфабрикатов. Число мануфактур - горных, металлургических, оружейных, монетных, парусиновых и других (особенно в Швеции) - все время возрастало. Но это были прежде всего казенные предприятия, которые обеспечивали нужды государства в армейском обмундировании, оружии, кораблях и т. д. Эти мануфактуры были невелики (самые крупные из них обслуживались всего несколькими десятками работников), чаще имели рассеянную форму и нередко базировались на труде зависимых крестьян. Развитие текстильных мануфактур тормозилось конкуренцией ввозных товаров. Да и внутренний рынок оставался еще очень ограниченным. Крестьяне, ведя преимущественно натуральное хозяйство, покупали главным образом соль, изделия из железа, обувь и немного тканей, продавали же преимущественно продуктовые излишки.

Новая конъюнктура, усиление связей западноевропейских государств со Скандинавией, Россией, Польшей и Прибалтикой повысили значение балтийского торгового региона и борьбу за преобладание в нем. К этому* времени соотношение сил на Балтике изменилось. Ливонское орденское государство развалилось, за его земли наряду со скандинавами боролись Россия и Польша, но обе к концу XVI в. значительно ослабели. С конца XV в. стала ослабевать и Вендская Ганза во главе с Любеком и Данцигом. Место ведущих торговых посредников и торговых партнеров на Балтике постепенно переходит к голландцам, все ощутимее становится также роль валлонских, французских, английских капиталов. Усиливается интерес к этому региону со стороны империи, особенно к Шлезвигу и Гольштейну. Наличие важных сырьевых ресурсов и обладание ключевыми позициями на торговых путях между западом и востоком континента, при ослаблении ближайших соседей-соперников, позволили Дании и Швеции выдвинуться на заметное место в Европе, активизировать борьбу за гегемонию на Балтике и развить военно-политическую инициативу за пределами региона, вмешиваясь в крупные общеевропейские конфликты. Одновременно усиливалась борьба между Швецией и Данией.

Почти непрерывные войны на Балтике были в значительной мере "торговыми". Борьба шла из-за рынков и путей к ним, пограничных земель, каждого острова или порта, важных в стратегическом и торговом отношении. Особое значение при этом приобрели территории в Прибалтике и Заполярье, выходы русских торговых путей (Швеция вела торговлю преимущественно через Ревель, Дания - через Нарву). Дания и особенно Швеция сыграли серьезную роль в Тридцатилетней войне (см. гл. 38), вступить в которую их побудили успехи Габсбургов, угроза их проникновения в Северную Европу, опасность католической контрреформации и все те же расчеты на новые территориальные приобретения. Крупные успехи в этой войне, в войнах с Речью Посполитой и против России (вмешательство в Ливонскую войну), а также военные победы над Данией позволили Швеции к середине XVII в. значительно расширить свои владения, в том числе в самой Скандинавии и в Прибалтике. Территория, ресурсы, финансовые и политические возможности Швеции значительно возросли, принеся ей лидерство в скандинавском мире и место в числе великих европейских держав.

Социальные сдвиги в североевропейских обществах. Новые времена обострили сложность внутренней жизни Скандинавских стран. От предшествующего периода они унаследовали преобладание надельной системы над домениальной и оброка над барщиной, а также в силу местных природных условий - слабость (кроме Дании) аграрного хозяйства при значительном развитии скотоводства и промыслов. В деревне, где проживало более 90% населения, сохранилась значительная прослойка свободных крестьян - скаттовых бондов, лично свободных, владевших наследственной землей и обязанных государству налогом (скаттом) и некоторыми повинностями (извоза, постоя). Сохранялись общинные права на угодья, местные судебные собрания. Города оставались небольшими, в Стокгольме и Копенгагене едва набиралось по 10 тыс. жителей. Они управлялись купеческо-патрицианской олигархией под надзором королевских чиновников. Бюргеры испытывали сильную конкуренцию со стороны сельских ремесленников и торговцев. В городах ведущие позиции принадлежали богатым иностранцам: ганзейцам, с XVII в. - выходцам из Нидерландов.

Воздействие на небогатые и патриархальные Скандинавские страны благоприятной внешнеторговой конъюнктуры позднего средневековья оказалось противоречивым. В промышленности и сельском хозяйстве наряду с появлением элементов раннего капитализма и новых социальных групп наблюдалось как бы закрепление, а в ряде случаев и усиление некоторых феодальных форм. Число мануфактур увеличилось, вместе с тем еще в XVII в. продолжали оформляться ремесленные цехи. Сельское хозяйство постепенно товаризовалось (особенно промыслы), но связь с рынком осуществлялась в значительной мере через земельных собственников. Наблюдалось некоторое расширение доменов и натуральной ренты, барщины, хотя даже в Дании домены не превышали 8% господской земли и преобладал смешанный оброк. Натуральные платежи занимали заметное место и в государственных поборах. Рынок и предпринимательство все больше привлекали господ, они заводили свои мануфактуры и торговые корабли. Это сближало дворян с бюргерством, а в Швеции - и с верхушкой крестьянства и обеспечивало известную опору правительствам как при их централизаторских мероприятиях, так и при организации торговых войн. Но молодая буржуазия укреплялась и богатела медленно, прежде всего за счет торговли, что тормозило развитие капиталистического уклада и абсолютистских режимов. Дворяне Северной Европы были слабее, беднее, малочисленнее английских или французских, хотя в своих странах владели до 1/4 культурных земель.

В течение позднего средневековья в Скандинавии впервые появились графы, бароны. Титулованная знать составляла замкнутую группу, она получала преимущественный доступ к верховному управлению, земельным пожалованиям. Низшее дворянство мало отличалось образом жизни от верхушки тягловых слоев - скаттовых бондов и бюргеров. Разбогатевший бонд или тем более крупный купец, который был в состоянии исполнять рыцарские обязанности, мог стать дворянином.

Но общие условия жизни лично свободного крестьянства Скандинавии ухудшались, их независимость все более ущемлялась. Привилегированная категория - скаттовые бонды - составляла до 50% крестьян в Швеции, 30% - в Норвегии и 20% - в Дании. Скаттовые бонды отличались социальной активностью, их верхушка заправляла на общинных сходах, могла участвовать в работе четырехсословных парламентов. Свободолюбивые, грамотные, вооруженные скаттовые бонды выступали главной движущей силой в народных движениях. В течение XVI и особенно XVII вв. из-за непрерывных войн, рекрутчины и земельных раздач дворянству число скаттовых бондов сократилось, уменьшились их земельные владения. Оформление верховного права королей на земли и воды превратило их фактически в государственных крестьян, земли же общин - в объект присвоения и раздач короны.

Категория поместных крестьян - земельных держателей короны и отдельных феодалов - в это время расширилась. В северном регионе издавна преобладали земельные держания на срок, преимущественно средний (6-8 лет). Держатели - ландбу (Швеция, Дания) и лейлейдинги (Норвегия) сохраняли личную свободу, но их права на обрабатываемую землю не были обеспечены. Лишь в некоторых областях Дании держатели были прикреплены к земле. Некоторых крестьян вообще сгоняли с земли, освобождая ее для барских хозяйств, особенно скотоводческих. Самой низшей группой безземельных крестьян были хибарочники, которые держали хижину с огородом и несли за нее отработочные повинности (уход за скотом, строительные и ремонтные работы). Постоянную категорию наемных работников составляли рабочие мануфактур (часто надомники), грузчики и моряки, прислуга, подмастерья, разорившиеся ремесленники и крестьяне; в Швеции, а позднее в Норвегии - также горняки. Наемный труд сохранял полуфеодальный характер, в нем были сильны элементы внеэкономического принуждения.

Реформация в Скандинавских странах. К началу XVI в. церкви принадлежало в Северной Европе до 1/3 освоенных земель. Епископы заседали в Государственных советах, замещали должности канцлеров. Высшее католическое духовенство противодействовало усилению королевской власти. Короли в свою очередь стремились не только сломить политическую оппозицию церкви, но и пополнить за ее счет оскудевшую казну и угодить дворянству. Многие крестьяне и горожане, а также передовая часть духовенства понимали необходимость "очистить" и "удешевить" церковь. С 20-х годов XVI в. проповедь протестантизма успешно вели последователи Лютера, обучавшиеся в Виттенбергском университете, а затем ставшие просветителями своих стран: в Дании - Ханс Таусен, в Швеции - "мастер Улоф" (Олаус) Петри, в Финляндии - Петер Сяркилахти и сын рыбака, самоотверженный Михаил Агрикола. При такой широкой социальной поддержке, руководствуясь образцом германской Реформации, скандинавские государи провели реформу церквей "сверху" - сначала в Швеции и Финляндии (с 1527 г.), а затем в Дании, Норвегии и Исландии (с 1536 г.). Реформация в странах Северной Европы, произведенная королевской властью, была в Швеции, Финляндии и Дании относительно быстрой и успешной, хотя и небезболезненной. Католическое духовенство не раз организовывало в защиту "древней веры" восстания крестьян, недовольных самоуправством государства. Но особенно сильной, принципиальной оказалась оппозиция в Норвегии и Исландии. Народы этих стран не без основания воспринимали королевскую Реформацию как орудие политики иноземных государей, тем более что и лютеранское богослужение там вводилось на языке страны-сюзерена.

К середине XVI в. церковное феодальное землевладение и политическое влияние католической церкви в Северной Европе были уничтожены. Главным результатом Реформации в регионе стало укрепление монархий. Впоследствии, особенно в XVII в., многие бывшие церковные и монастырские земли в порядке пожалований, продажи перешли из казны в собственность дворянства, отчасти к верхушке бюргерства.

Переход от сословных монархий к абсолютным. К XVI веку Скандинавские страны пришли сословными монархиями, с сильными элементами областного сепаратизма. Престолонаследие окончательно не сформировалось: новые короли проходили процедуру избрания, не закрепилось наследование престола по прямой линии. Огромным влиянием пользовались аристократические Государственные советы - риксроды. Лены не имели наследственного характера, но знатные ленники использовали их для обогащения и укрепления собственного влияния. Регулярные доходы казны долгое время складывались лишь за счет королевских доменов, податей с тяглового населения и пошлин с торговли и промыслов.

Короли всегда стремились всячески расширить коронные владения, число податных крестьян и доходы. Первоначально именно Реформация позволила разрешить финансовый кризис правительств Швеции и Дании. Затем на протяжении XVI-XVII веков короли покровительствовали торговле, особенно внешней, экспортным и военным отраслям производства, вводили общие уставы цехов и регламенты в области мануфактур, цен, оплаты труда. Важную часть протекционистской, меркантилистской политики составляли указы о торговых преимуществах местных бюргеров и ограничениях для иностранцев. Реформа церкви позволила укрепить опору королей на служилое дворянство и чиновничество, поставила им на службу духовенство. Так были созданы условия для перехода от сословной к ранней форме абсолютной монархии.

Абсолютистские тенденции государственной власти в Дании и Швеции проявились уже в первой половине XVI в., в политике и самодержавных методах управления королей Густава I Вазы Шведского и Кристиана II Датского. В это время там упорядочивается престолонаследие, ленная система превращается в подотчетную государству административную организацию, в качестве чиновников зачастую выступают недворяне.

К середине XVII в. переход к абсолютной монархии в основном совершился. Усиление монархий и активизация их внешней политики, чреватые рекрутчиной и поборами, тяготили широкие народные массы. На протяжении всего позднего средневековья не прекращались народные волнения, вооруженные мятежи. Они вспыхивали в связи с событиями конца Кальмарской унии, Реформацией, со сменами правителей, внешними войнами, с введением новых налогов и некоторых реформ. В выступлениях против государства участвовали прежде всего податные группы населения, особенно скаттовые бонды. К ним присоединялись поместные крестьяне, нередко низшие дворяне и священники. Короли, используя податные сословия для подрыва влияния аристократии, в то же время безжалостно подавляли волнения народных масс - с помощью той же аристократии и реформированной церкви.

предыдущая главасодержаниеследующая глава









Рейтинг@Mail.ru
© HISTORIC.RU 2001–2021
При использовании материалов проекта обязательна установка активной ссылки:
http://historic.ru/ 'Всемирная история'


Поможем с курсовой, контрольной, дипломной
1500+ квалифицированных специалистов готовы вам помочь