история







разделы



У меня мультиварка cuckoo, инструкция позволяет мне быстро разогревать блюда.

предыдущая главасодержаниеследующая глава

Глава XXVII. Обострение внутренних противоречий в воюющих странах


Мировая война до предела обострила все противоречия капиталистической системы. Невиданные прежде монополизация и государственное регулирование хозяйства, усиление классовой борьбы, глубокое революционизирование масс и революционные выступления пролетариата воюющих стран - все это свидетельствовало о том, что капитализм вступает в эпоху своего общего кризиса.

Война породила хозяйственную разруху, оторвала от хозяйства миллионы рабочих и крестьян: общее число мобилизованных достигло к концу войны 74 млн. человек. Вместе с тем углубилась неравномерность развития капиталистических стран: одни из них оказались почти полностью отрезанными от источников сырья и рынков, другие получили возможность вытеснить своих конкурентов, обогатиться.

Усилилась тенденция к подчинению государственного аппарата капиталистическим монополиям. Различные государственные органы и специальные комитеты устанавливали для предприятий объем производства, виды продукции и сроки ее изготовления. Государственными органами, ведавшими контролем над промышленностью, руководили ставленники картелей, трестов и крупнейших капиталистов.

В сельском хозяйстве воюющих стран вводились принудительные посевные планы и обязательная сдача крестьянами урожая по разверстке государству. Для регулирования потребления основных продуктов питания сначала в Германии, а затем и в других странах была введена карточная система.

Важнейшей частью мероприятий военно-государственного капитализма было установление принудительного труда для рабочих. Рабочим запрещалось выдвигать «незаконные» требования, прибегать к стачкам.

Правительства воюющих стран и их органы пропаганды изображали эти меро^ приятия как «мобилизацию всех сил нации на защиту отечества», внушали трудящимся, что благодаря контролю государства эгоистические интересы капиталистов будут подчинены интересам нации и что поэтому никто не сможет наживаться на войне. Это был грубый обман масс. Никогда еще буржуазия не получала таких баснословных прибылей.

Целям ее обогащения, помимо военных поставок, служила также инфляция. Быстро обесценивавшиеся бумажные деньги были фактически принудительными займами империалистического государства у населения. Инфляция ухудшала положение рабочих и других трудящихся слоев населения, открывала широкий простор для спекуляции и позволяла капиталистам наживать миллионы.

Налоги на военные прибыли начали вводиться лишь на втором и третьем годах войны. В некоторых странах этими налогами была открыто узаконена «нормальная» прибыль, на 20-30% выше довоенной. Но и эти налоги оставались в значительной степени фикцией, так как буржуазия утаивала свои доходы.

Монополии воюющих стран поддерживали тайную связь с противником. Английский никель, добывавшийся в Канаде, доставлялся окольными путями в Германию. Немецкие химические заводы в Бадене снабжали своими изделиями через Голландию и Швейцарию английские и французские предприятия. Так военные спекулянты превращали в золото кровь, лившуюся на полях мировой войны.

Война втянула в свою орбиту также колониальные и зависимые страны и в значительной степени определила экономическое и политическое развитие колониального мира. В ходе войны назревал кризис колониальной системы империализма, создавались предпосылки подъема освободительного движения в странах Азии и Африки.

1. Внутреннее положение в главных империалистических странах

Германия

Начиная империалистическую войну в 1914 г., правящие верхи кайзеровской империи исходили из убеждения, что они подготовились к ней лучше своих противников. В производстве вооружения Германия шла впереди других стран. Она обладала самой передовой в Европе металлургической и машиностроительной промышленностью и хорошо организованным железнодорожным транспортом, большими запасами угля и некоторых других ископаемых, развитым сельским хозяйством. Однако Германия нуждалась во ввозе железной руды и цветных металлов, не имела своей нефти, хлопка, каучука, марганца. Ее сельское хозяйство не обеспечивало всех потребностей населения в пшенице, ячмене, льне, молочных продуктах и кормах.

Германское правительство заблаговременно создало крупные запасы дефицитного сырья. Кроме того, в течение войны, несмотря на проводимую Антантой блокаду, Германия сохраняла некоторую возможность получать нужные ей сырье и продовольствие через соседние нейтральные страны. Так, Швеция снабжала Германию высококачественной железной рудой; Дания, Голландия, Норвегия во много раз увеличили вывоз в Германию масла, рыбы, скота. Наконец, положение Германии облегчалось тем, что в руки германских империалистов вскоре после начала войны попали железорудные и угольные районы Франции и Бельгии, а затем промышлен-» ные и сельскохозяйственные ресурсы захваченной ею части Польши.

Перестройку народного хозяйства на нужды войны Германия начала раньше других государств: германская промышленность могла быстрее перейти к военно-государственному капитализму, так как концентрация промышленности и развитие капиталистических монополий достигли в Германии очень высокого уровня. Немецкая буржуазия проявила лихорадочную активность в тех отраслях хозяйства, которые сулили ей наивысшие прибыли. Даже по отчетам самих предпринимателей, средняя норма прибыли в металлургической промышленности поднялась в 1915 г. по сравнению с 1914 г. вдвое, в химической промышленности - с 19,2 до 31,1%, в кожевенной-с 20,3 до 37,7%. За три года войны прибыль Круппа вдвое превысила прибыль грех предвоенных лет. Сказочно разбогател магнат стальной промышленности Стиннес.

В августе 1914 г. по инициативе В. Ратенау, главы «Всеобщей компании электричества» (АЭГ). при военном министерстве был создан «военно-сырьевой отдел», в задачу которого входили учет запасов промышленного сырья в стране и его реквизиция на военные нужды. За руководство «военно-сырьевым отделом» промышленные магнаты вели ожесточенную борьбу. В 1915 г. Стиннесу удалось одержать верх над Ратенау и поставить во главе «военно-сырьевого отдела» своего ставленника.

Крупные дельцы создали в разных отраслях промышленности «военные комитеты», взявшие на себя распределение военных заказов между отдельными фирмами и содействие их выполнению. Во главе этих комитетов стоял «Военный комитет немецкой промышленности», образованный всеми предпринимательскими объединениями Германии.

Несмотря на все эти меры, уверенность кайзеровского правительства и генерального штаба в том, что Германия в экономическом отношении хорошо подготовлена к войне, не имела под собой серьезных оснований. Преимущество Германии в вооружении и военно-промышленном потенциале было временным. Оно могло оказать решающее влияние лишь в случае краткосрочной войны. К длительной же войне «на истощение» германская экономика не была подготовлена.

К 1916 г. в народном хозяйстве Германии обозначились признаки глубокого надлома. Огромное расширение военного производства привело к быстрому расходованию основного капитала промышленности. Свертывалось производство во всех отраслях легкой промышленности, упала добыча угля, выплавка чугуна и стали. Мобилизации обескровили сельское хозяйство, испытывавшее к тому же растущую нехватку машин и химических удобрений. В 1915 г. понизился урожай важнейших сельскохозяйственных культур. Продовольственное снабжение населения было затруднено; в этой области царила безудержная спекуляция помещиков, кулаков и торговцев. Внутренние резервы и стратегические запасы начали приходить к концу. В то же время принятые Англией и Францией меры по усилению блокады Германии резко ограничили возможность получения из-за границы дефицитного сырья и продовольствия. Выход из экономических затруднений германские империалисты видели в проведении всеобъемлющей централизации системы снабжения. В феврале 1915 г. была введена хлебная норма (225 г муки в день на человека) и в течение 1916 г. - карточки на масло, жиры, мясные продукты, картофель, на покупку одежды. Была установлена обязательная сдача крестьянами всего урожая, за исключением строго ограниченной нормы личного потребления.

Осенью 1916 г. урожай картофеля снизился вдвое по сравнению с предыдущим годом. Картофель стали заменять брюквой, ставшей едва ли не единственным доступным продуктом питания трудящихся; голодную зиму 1916/17 г. немецкий народ прозвал «брюквенной зимой». Плохой урожай 1916 г. германские империалисты отчасти восполнили захватом продовольственных ресурсов Румынии, оккупированной ими в конце 1916 г. и беспощадно ограбленной. Но румынского продовольствия хватило ненадолго. Весной 1917 г. хлебный паек был снижен до 170 г муки в день, или 1600 г печеного хлеба в неделю. Потребление мяса и жиров сократилось до одной пятой довоенного.

Не считаясь с реальными возможностями страны, юнкерско-буржуазные верхи Германии разработали летом 1916 г. новую гигантскую программу вооружений, так называемую «программу Гинденбурга», выполнение которой должно было, по их расчетам, дать немецкой армии превосходство над войсками Антанты и обеспечить победу в войне. Намечалось увеличить вдвое производство боеприпасов и минометов, втрое - производство пулеметов и орудий и т. д.

Опьяненные действительными и мнимыми успехами на фронтах, германские империалисты не понимали безнадежности военного и экономического положения Германии. Они строили обширные планы аннексий, распространения господствующего влияния Германии на все страны света. С побежденных противников намечалось взять огромную контрибуцию.

Артиллерийский завод (Германия). Фотография. 1916 г.
Артиллерийский завод (Германия). Фотография. 1916 г.

Буржуазные и юнкерские партии рейхстага беспрекословно поддерживали требования монополий и военщины об ассигновании новых военных кредитов, о милитаризации труда и экономики, об усилении военной цензуры и военно-полицейского надзора над населением. Кайзеровское правительство и военное командование сдавили народ железными тисками осадного положения. Поддержка немецких милитаристов буржуазией способствовала тому, что военный деспотизм, лежавший в основе политического строя кайзеровской империи, выступил в период войны в неприкрытых формах. Даже канцлер и министры зависели в своих решениях от верховного командования.

Лидеры германской социал-демократии и профессиональных союзов дезорганизовали рабочее движение, помогли буржуазии обмануть массы и погнать их на империалистическую бойню. Большую силу придал социал-шовинистам их союз с правительством, буржуазией и генеральным штабом. Деятельность социал-шовинистов была взята под охрану государства, военных властей и полиции военная цензура охраняла их от разоблачений в печати.

Открытым предателям - Шейдеману, Эберту, Легину, Зюдекуму, Давиду и другим лидерам социал-демократической партии и профессиональных союзов помогали центристы во главе с Каутским. Они, как и шейдемановцы, голосовали за военные кредиты, разделяли основную идею социал-шовинистов о «защите отечества» в империалистической войне, требовали от рабочих отказа от классовой борьбы во время этой войны. Главные усилия Каутского и других центристов были направлены на то, чтобы теоретически оправдать социал-шовинистов, замаскировать измену пролетарским принципам.

Тем не менее на фронте и в тылу росли антивоенные настроения. Уже в декабре 1914 г. были случаи стихийных братаний немецких солдат с французскими и английскими солдатами. В 1915 г. участились стачки, возникали демонстрации рабочих. В пробуждении классового сознания пролетариата крупнейшая заслуга принадлежала левым социалистам Германии. Небольшая группа оставшихся верными пролетарскому делу социалистических деятелей - К. Либкнехт, Р. Люксембург, Ф. Meринг, К. Цеткин, Л. Иогихес, В. Пик и другие - представляла все честное и действительно революционное среди социалистов Германии.

Выступление Карла Либкнехта на собрании спартаковцев. Фотография. 1916 г.
Выступление Карла Либкнехта на собрании спартаковцев. Фотография. 1916 г.

Карл Либкнехт использовал все легальные и нелегальные средства, чтобы призвать пролетариат к революционной борьбе против империалистической войны. Широкий отклик по всей стране и далеко за пределами Германии получило заявление К. Либкнехта в рейхстаге 2 декабря 1914 г., когда он выступил против всех депутатов, в том числе против депутатов социал-демократов, и голосовал за отказ правительству в военных кредитах. Либкнехт смело разоблачил аннексионистский, грабительский характер войны ивиновность германского империализма в ее возникновении. В других своих выступлениях Либкнехт призывал рабочий класс к борьбе под лозунгом «война войне». Он указывал немецким рабочим на то, что их главный враг - это германский империализм и милитаризм. «Этого-то врага в своей собственной стране,- писал Либкнехт,- и нужно одолеть германскому народу, одолеть в политической борьбе, действуя совместно с пролетариатом других стран, борющимся против своих отечественных империалистов».

К. Либкнехт и Р. Люксембург наладили издание подпольной антивоенной литературы. Весной 1915 г. под их руководством создалась группа «Интернационал», игравшая большую роль в сплочении интернационалистских элементов Германии. В издававшемся этой группой журнале «Интернационал» разоблачалась измена социал-шовинистов и каутскианцев марксизму. Нелегальные революционные группы образовались в Берлине, Бремене, Лейпциге, Гамбурге и других промышленных центрах Германии. Пытаясь заставить К. Либкнехта замолчать, правительство мобилизовало его в армию. Р. Люксембург была арестована. Но революционную работу интернационалистов не остановили ни жестокие репрессии кайзеровского правительства, ни преследования со стороны верхушки социал-демократии и профессиональных союзов.

Нелегальная листовка группы «Спартак». 1916 г.
Нелегальная листовка группы «Спартак». 1916 г.

В мае 1915 г. Вильгельм Пик организовал перед зданием рейхстага две демонстрации. 30 октября 1915 г. несколько сот женщин демонстрировали перед зданием Центрального Комитета социал-демократической партии, требуя решительной борьбы с войной. В начале 1916 г. группа «Интернационал» стала издавать нелегальные революционные листовки под названием «Политические письма» (позднее «Письма Спартака») и приняла название группы «Спартак». Спартаковцы расширили революционную пропаганду и агитацию в массах. 1 мая 1916г., находясь в Берлине в период заседаний рейхстага и ландтага, Либкнехт организовал на Потсдамской площади антивоенную демонстрацию под лозунгами: «Долой войну!», «Долой правительство!» За это новое революционное выступление Либкнехтбыл предан военному суду, который приговорил его к 4-летней каторге. Ответом на расправу над Либкнехтом была волна политических стачек. В Берлине в знак протеста бастовало 55 тыс. рабочих военной промышленности. В Брауншвейге произошла всеобщая стачка металлистов. В ряде других промышленных центров прошли стачки и демонстрации. В течение всего 1916 г. в Германии продолжались стачки, свидетельствовавшие о начавшемся революционном брожении в рабочих массах.

Нараставший протест все же не привел к разрыву социал-демократических рабочих с изменившей делу социализма партией, так как этому противодействовали своей тактикой Каутский и другие центристы. Они внушали измученным войной рабочим фальшивые надежды на возможность окончить войну «справедливым» и «демократическим» миром между империалистами, стремясь такими пацифистскими проповедями замаскировать свое согласие с открытыми социал-шовинистами по главному, коренному вопросу о «защите отечества» в империалистической войне. Одновременно центристы перестали голосовать в рейхстаге за военные кредиты, мотивируя свою позицию тем, что военное положение Германии достаточно прочно и это делает желательным ее выступление с мирными предложениями. В марте 1916 г. центристы создали в рейхстаге свою отдельную фракцию под названием «Рабочее содружество». Так своими «левыми» жестами и лицемерными фразами о «мире» центристы удерживали рабочий класс под влиянием социал-демократических агентов буржуазии.

Но даже левые социалисты, вожди группы «Спартак», не ставили вопроса о полном организационном разрыве с социал-демократической партией и продолжали оставаться в одной партии с шеидемановцами и каутскианцами. Спартаковцы считали, что такая тактика поможет им привлечь на свою сторону большинство партии. В действительности эта ошибочная позиция «Спартака» лишь поддерживала среди рабочих доверие к социал-демократической партииинадеждунавозможность выправить ее политику.

Левые социалисты Германии и во время войны при всех своих крупнейших заслугах не сумели полностью освободиться от своих ошибок. Они не поняли связь довоенного оппортунизма с социал-шовинизмом периода войны, не создали своевременно революционную партию нового типа, которая могла бы возглавить борьбу немецкого пролетариата против империалистической войны.

Австро-Венгрия

Во время войны с особой силой проявились давно раздиравшие «лоскутную монархию» непримиримые национальные противоречия, углубилась и обострилась классовая борьба.

Австрийская промышленность была дезорганизована в результате хаотических мобилизаций рабочих, а также в связи с растущим сырьевым и топливным кризисом. Еще в большей степени война подорвала сельское хозяйство. В городах и промышленных районах Австрии на втором и третьем годах войны воцарился настоящий голод. Голодала и сельская беднота. Серьезным источником бедствий трудящихся масс была инфляция. Уже в 1916 г. стоимость австрийской кроны составляла лишь 51 % довоенной. Золотое обеспечение валюты уменьшилось в 47 раз больше, чем в какой-либо другой воюющей стране.

Созданные правительством промышленные и финансовые комитеты, так называемые «централи», были в руках ставленников монополистического капитала и крупных банков. Позиции финансовой верхушки австро-венгерской буржуазии во время войны еще более укрепились. К 1917 г. австрийское правительство выпустило шесть военных займов, а венгерское - тринадцать. Размещение займов шло через крупные банки, которые не только необычайно нажились на этих операциях, но и усилили свое влияние на правительственные органы в обеих частях империи. Подчинение государственного аппарата финансовому капиталу углубило разложение австро-венгерской бюрократии на всех ее ступенях, вплоть до высших сановных сфер.

Нищета и голод трудящихся масс сопровождались жесточайшей реакцией. Установленный с первых дней войны режим военной диктатуры и террора направлялся на подавление антивоенных настроений в стране и был особенно заострен против славянских народов Австро-Венгрии. Общеавстрийский парламент - рейхсрат в течение первых двух лет войны не созывался. Ассигнование военных кредитов, введение новых ваконов осуществлялись росчерком пера императора и министров. Военщина и полиция обладали всей полнотой власти.

Военная и экономическая поддержка Германией своего союзника вскоре превратилась в едва прикрытый контроль Германии над внутренней и внешней политикой Австро-Венгрии и ее вооруженными силами. Стратегические планы и операции австро-венгерской армии на всех фронтах определялись в конечном счете германским генеральным штабом, а с 1916 г. австро-венгерские войска на русском фронте были и формально подчинены германскому верховному командованию. Правящие круги империи мирились с этой кабальной зависимостью, так как рассчитывали с помощью Германии осуществить свои завоевательные планы на Балканах и в России и сохранить свое господство над угнетенными славянскими народами.

Австрийские и венгерские буржуазные и помещичьи партии безоговорочно поддерживали империалистическую политику правительства. Социал-демократы по примеру германской социал-демократии тоже выступали в защиту своего «отечества». Их лидеры публично одобрили позорное голосование социал-демократической фракции германского рейхстага 4 августа 1914 г. Провозгласив «гражданский мир», они призвали рабочий класс к поддержке империалистической вбйны, выдавая ее, как это сделали и германские социал-шовинисты, за «освободительную» войну против русского царизма.

Отравляя сознание австрийских и венгерских рабочих ядом шовинизма и великодержавности, подрывая в массах веру в принципы международной пролетарской солидарности, социал-демократы сумели в первый период войны затормозить процесс революционизирования австрийского и венгерского пролетариата. Антивоенные настроения австрийских и венгерских рабочих долгое время не выходили за рамки глухого брожения. Более активными были антивоенные выступления трудящихся масс славянских народов империи. Ненависть к империалистической войне переплеталась у них с национально-освободительными устремлениями. Наиболее широкое развитие эти выступления получили в Чехии, Словакии и Галиции, особенно в периоды успешных наступательных действий русской армии на австрийском фронте. Солдаты - чехи, словаки, украинцы - массами сдавались в плен русским войскам. В чешских землях ширился саботаж военных мероприятий австрийских властей, росла пораженческая агитация. Поведение чехов, указывал В. И. Ленин, обнаружило «силу национального сцепления, значение национальных симпатий» (В. И. Ленин, Поворот в мировой политике, Соч., т. 23, стр. 261.) в войне 1914- 1918 гг.

С течением времени возрастал протест народных масс Австро-Венгрии против подчинения германскому диктату, против правительственного произвола, разгула полицейского террора, ограбления трудящихся помещиками и буржуазией. Предательское сотрудничество социал-демократических лидеров и верхушки профессиональных союзов с империалистической реакцией стало подвергаться в низах критике. В руководстве австрийской социал-демократической партии образовалось «левое крыло во главе с Фридрихом Адлером. В сущности это были центристы, австрийская разновидность каутскианства.

В партии появилось также подлинно левое течение, участники которого разоблачали империалистический характер войны и соглашательскую политику партийного руководства. Наиболее значительной революционной группой были венские «левые радикалы», хотя и они еще не решались на организационный разрыв с партией и примыкали к центристской оппозиции. В венгерской социал-демократии и в венгерских профессиональных союзах возникла революционная группа Эрвина Сабо, боровшаяся с социал-шовинистами и проводившая антивоенную агитацию на фабриках и в казармах. Слабость этой группы состояла в ее склонности к анархо-синдикализму.

К концу 1916 г. явственно обозначилось приближение катастрофы Габсбургской империи. В знак протеста против политики правящих верхов Фр. Адлер решился на террористический акт. 21 октября 1916 г. он застрелил австрийского премьер-министра графа Штюргка. Покушение Адлера было, как тогда же отметил В. И. Ленин, актом отчаяния со стороны каутскианца, отвергавшего революционный выход из войны, революционную борьбу масс. Адлер был приговорен к смертной казни, замененной 18 годами тюремного заключения. После этого покушения, произведшего большое впечатление в стране и за границей, австрийское правительство созвало рейхсрат, чтобы прикрыть диктаторский режим видимостью парламентаризма.

Симптомом кризиса верхов в Австро-Венгрии были и попытки тайных переговоров о сепаратном мире с Антантой, предпринятые новым австрийским императором Карлом, занявшим престол в конце 1916г., после смерти престарелого Франца-Иосифа

Англия

Накануне войны, летом 1914 г., Англия переживала серьный политический кризис. Вступление в войну привело на некоторое время к установлению «гражданского мира».

Объявленный правительством набор добровольцев в армию дал в первые три месяца 900 тыс. человек. Большую услугу английскому империализму оказали правые вожди тред-юнионов и лейбористской партии, призвавшие английских рабочих поддержать войну против «прусского милитаризма». Ярыми защитниками империалистической войны выступили фабианские «социалисты». Большинство руководителей Британской социалистической партии также перешло в начале войны на позиции социал-шовинизма. Голос немногочисленных социалистов-интернационалистов и других честных рабочих деятелей тонул в хоре прислужников британского империализма и реакции.

Все это позволило господствующим классам без больших потрясений совершить переход к войне. Демократические свободы были фактически упразднены. Печать подверглась военной цензуре.

Однако постепенно происходило ослабление шовинистических настроений в массах. Приток добровольцев в армию, несмотря на мощное и умелое воздействие буржуазной прессы, церкви и школы, стал в 1915 г. заметно сокращаться. На предприятиях возобновились забастовки. В феврале 1915 г. произошли крупные стачки в машиностроительной и судостроительной промышленности бассейна реки Клайд в Шотландии. В июле того же года в течение недели бастовали 200 тыс. горняков Южного Уэльса.

Неудачи английской армии на фронтах и слишком вялая с точки зрения милитаристских кругов политика правительства Асквита вызывали недовольство буржуазии. Крупные капиталисты требовали более последовательного проведения мер военно-государственного капитализма. На этом настаивал и Ллойд-Джордж, все более сближавшийся с самыми реакционными деятелями консервативной партии. В мае 1915 г. при активном участии Ллойд-Джорджа либеральный кабинет Асквита был превращен в коалиционный, с включением в него консерваторов и лейбористов. Лидер лейбористов Гендерсон получил пост министра просвещения, а фактически стал главным советником правительства по вопросам рабочей политики.

Руководство промышленностью, работающей на военные нужды, перешло к министерству вооружения, во главе которого был поставлен Ллойд-Джордж. Руководящие посты в этом министерстве заняли директора, администраторы и специалисты, выделенные крупными фирмами и концернами. Законы «о защите королевства» (1914-1915 гг.) предусматривали введение государственного контроля над железными дорогами, судоходством, военными заводами и стратегическим сырьем. Теперь правительственные полномочия по контролю и регулированию промышленности значительно расширились. Министерство вооружения имело право конфисковать любое предприятие, необходимое для изготовления военной продукции, причем «конфискованные» предприятия оставались собственностью прежних владельцев, которые продолжали руководить делами и получать прибыли.

На контролируемых государством предприятиях строжайше запрещались стачки; вводился принудительный арбитраж по трудовым конфликтам. Тред-юнионистские и лейбористские лидеры полностью поддерживали это новое наступление империалистической реакции на рабочий класс.

Благодаря помощи руководителей лейбористской партии правящие круги сумели также осуществить введение обязательной воинской службы. Против обязательной воинской повинности выступали рабочие массы, местные организации лейбористской партии и тред-юнионов, а также ряд пацифистских организаций. Однако антивоенное движение не получило боевого руководства. Во главе этого движения чаще всего стояли не революционные социалисты, а буржуазные и мелкобуржуазные пацифисты. Руководители Независимой рабочей партии - Макдональд, Сноуден и другие - выступали под флагом «христианско-пацифистской» оппозиции и в то же время всячески удерживали рабочих от революционной борьбы с империалистической войной.

В мае 1916 г. закон об обязательной воинской повинности был принят парламентом. Против этого закона голосовала лишь небольшая группа либералов и членов Независимой рабочей партии.

Все эти меры позволили буржуазии реализовать обширную милитаристскую программу. Летом 1916 г. промышленность производила в неделю столько же артиллерийского снаряжения, сколько составляли все его запасы в начале войны. Огромные военные прибыли крупных капиталистов облегчили процесс поглощения ими мелких предприятий. Усилилась концентрация производства, создавались новые монополистические объединения. В 1916 г. образовалась «Федерация британской промышленности» - союз промышленников и банкиров, занявший важнейшее место в экономической и политической жизни страны.

Усиление могущества крупного капитала сопровождалось снижением жизненного уровня народа. Милитаризация труда, длительные сверхурочные работы без выходных дней, плохое питание изматывали силы рабочих. Все большее число рабочих принудительно отправлялось на новые военные заводы, где им приходилось жить в тяжелых жилищных условиях, вдали от семей.

В английском рабочем движении под влиянием войны происходили серьезные сдвиги. В 1916 г. из Британской социалистической партии по требованию большинства ее членов были вынуждены уйти открытые социал-шовинисты во главе с Гайндманом. В составе рабочего класса значительно увеличилась прослойка полуобученных и необученных рабочих, особенно женщин. Положение большинства квалифицированных рабочих намного ухудшилось; произошло сокращение численности рабочей аристократии. Главными очагами социального и антивоенного движения в Англии становились районы с преобладанием квалифицированных кадровых рабочих. Особенно волновала кадровых рабочих проводившаяся предпринимателями политика «разводнения труда» - замещение квалифицированных рабочих полуобученными, получавшими пониженную заработную плату. Борьба металлистов, машиностроителей и горняков против «разводнения труда», за равную оплату одинаковой работы разрушала скрытый замысел капиталистов, стремившихся воспользоваться войной, чтобы снизить жизненный уровень квалифицированных рабочих и подготовить тем самым условия для наступления на весь английский пролетариат.

Массовое рабочее движение находило новые формы борьбы. Одной из них явилось движение «шоп-стюардов» (цеховых и фабричных старост). Шоп-стюарды являлись в сущности рабочими депутатами: в их выборах участвовали все рабочие цеха, предприятия, а не только члены тред-юнионов. Во время стачки рабочих на Клайде, в феврале 1915 г., шоп-стюарды возглавили забастовочное движение, а после окончания стачки создали Рабочий комитет, объединивший все предприятия бассейна Клайда. Руководителями Рабочего комитета были шотландские революционные социалисты, мужественно боровшиеся против империалистической войны: рабочий металлист Галлахер, народный учитель Джон Маклин и другие. По примеру рабочих этого района, комитеты фабрично-заводских и цеховых старост начали создаваться в других промышленных центрах Шотландии, а затем и Англии.

В конце 1915 - начале 1916 г. стачечное движение на Клайде усилилось. Машиностроители требовали увеличения заработной платы, введения рабочего контроля над производством. После того как уговоры и угрозы Ллойд-Джорджа, явившегося в Глазго в сопровождении Гендерсона, не дали результатов, местная рабочая печать была запрещена, а члены Рабочего комитета арестованы и высланы. Джона Маклина приговорили к трем годам тюремного заключения.

Весной 1916 г. вспыхнуло национально-освободительное восстание в Ирландии. Еще накануне войны, надеясь успокоить ирландский народ, правительство издало закон о самоуправлении; однако проведение этого закона в жизнь откладывалось до окончания войны. Ирландские правые буржуазные националисты удовлетворились этими обещаниями и пошли в услужение к английскому империализму. Демократические силы ирландского народа продолжали борьбу. В созданный единый национальный фронт вошли левые мелкобуржуазные националисты, опиравшиеся на отряды «ирландских волонтеров», и ирландские революционные социалисты, организовавшие рабочие отряды «ирландской гражданской гвардии». Воскресив старый лозунг ирландских революционеров: «затруднения Англии - это шанс для Ирландии», они подготовили вооруженное восстание с целью создания независимой Ирландской республики. Незадолго до восстания потерпела неудачу предпринятая деятелем национального движения Р. Кезментом попытка доставить в Ирландию оружие из Германии.

Подавление восстания в Дублине. Отряд английских пулеметчиков. Фотография. 1916 г.
Подавление восстания в Дублине. Отряд английских пулеметчиков. Фотография. 1916 г.

Подавление восстания в Дублине. После артиллерийского обстрела. Фотография. 1916 г.
Подавление восстания в Дублине. После артиллерийского обстрела. Фотография. 1916 г.

В ночь на 24 апреля 1916 г. около 1200 «волонтеров» и участников «гражданской гвардии» захватили в Дублине главные здания, стратегические пункты и провозгласили Ирландскую республику. Повстанцами командовал Джемс Конноли, талантливый публицист и поэт, выдающийся революционер.

Восстание вызвало сочувствие в массах угнетенного ирландского народа. Но это сочувствие было пассивным. План повстанцев - поднять одновременно на борьбу всю страну - не осуществился. Выступления «волонтеров» в провинции оказались слабыми, к тому же все они запоздали: их дезорганизовали некоторые мелкобуржуазные националистические лидеры, в последнюю минуту отказавшиеся участвовать в восстании. Слабым пунктом было также отсутствие социальной программы, которая могла бы зажечь и поднять на борьбу массы рабочих и мелких крестьян. Наконец, большое значение имело то обстоятельство, что ирландское восстание не получило необходимой поддержки у английского пролетариата.

В течение недели дублинские повстанцы героически сражались против 20-тысячного английского войска, подвергшего город беспощадной бомбардировке. Но силы были неравными, и правительству удалось подавить восстание. Над побежденными революционерами была учинена зверская расправа; 16 руководителей восстания, в том числе Конноли и Кезмент, были казнены.

Подавление восстания, однако, не упрочило положения английских империалистов в Ирландии. Здесь началась длительная и упорная партизанская борьба, направленная на полное освобождение Ирландии от господства английского империализма.

В самой Англии новые стачки и волнения, возникшие в 1916 г., свидетельствовали о растущем недовольстве трудящихся. Рабочие требовали государственного контроля над продовольственным снабжением, изъятия военных прибылей буржуазии, национализации крупной промышленности и транспорта. Даже правые руководители тред-юнионов были временами вынуждены поддерживать эти требования.

Тревогу буржуазии вызывали также антивоенные настроения солдатских масс. «После битвы на Сомме,- признавал впоследствии Ллойд-Джордж,- пыл британской армии охладел». Подводная война, проводившаяся Германией, поставила Англию в критическое положение.

Все это усилило опасения правящих кругов за исход войны. Часть буржуазии даже настаивала на открытии мирных переговоров с Германией. В группу министров, склонную к миру «по соглашению», входили либералы Мак-Кенна, Ренсимен и консерватор Ленсдаун. Глава другой группы министров, требовавшей более решительной борьбы с Германией, Ллойд-Джордж утверждал, что положение Антанты улучшилось и Англия должна продолжать войну до победного конца.

В декабре 1916 г. группа Ллойд-Джорджа, опираясь на поддержку консерваторов, вынудила Асквита уйти в отставку. Было создано новое правительство во главе с Ллойд-Джорджем; важнейшие посты в кабинете заняли консерваторы. При новом правительстве система военно-государственного капитализма расширилась. В начале 1917 г. был введен правительственный контроль над всей угольной промышленностью, а затем и над судоходством. Милитаризация труда распространилась на новые отрасли хозяйства.

Народное хозяйство Англии больше, чем хозяйство какой-либо другой крупной страны, зависело от внешней торговли, от ввоза сырья. Война нарушила торговые связи Англии, подорвала ее былое первенство в мировой торговле. Соединенные Штаты Америки, Япония и некоторые нейтральные страны успешно вытеснили своих английских конкурентов с азиатских, южноамериканских и других рынков.

Все доминионы - Австралия, Канада, Южно-Африканский Союз, Новая Зеландия поддержали метрополию в войне. Они участвовали в снабжении Англии и союзных государств продовольствием, стратегическим сырьем и снаряжением. 300 тыс. австралийцев, 100 тыс. новозеландцев, десятки тысяч канадцев сражались на фронтах. Однако за годы войны экономические позиции Англии в доминионах ослабели. В Канаде значительно укрепилось влияние американских монополий, тогда как английские капиталовложения в канадскую экономику сократились. Воспользовавшись ослаблением связей с метрополией, буржуазия доминионов ускоряла развитие собственной промышленности.

Франция

В первые же месяцы войны германские войска оккупировали наиболее развитые в экономическом отношении районы Франции - десять северо-восточных департаментов, являвшихся центрами французской крупной промышленности и наиболее интенсивного сельского хозяйства. Захваченная немцами территория давала накануне войны 75%продукции каменного угля и кокса, 84% чугуна, 63% стали, 60% продукции металлообрабатывающей промышленности и т. д. Во время войны было разрушено 3256 французских городов и селений, около 8 тыс. километров железных дорог.

Посевная площадь зерновых культур в стране неуклонно сокращалась, достигнув в 1917 г. всего 67% довоенной площади, а сбор важнейших продовольственных культур составил от двух третей до половины довоенного.

С помощью правительственных субсидий французские капиталисты построили новые предприятия и расширили старые в районе Парижа, в бассейне р. Луары, в Марселе, Бордо, Тулузе. В этих районах создавались новые металлургические, автомобильные, машиностроительные и химические заводы, началась разработка новых угольных месторождений. В приальпийских департаментах получило большое развитие строительство гидроэлектростанций. Новая промышленность работала целиком на войну.

В армию было призвано свыше 60% мужской части сельского населения и около половины рабочих. Затем, когда правительству пришлось спешно развертывать военную промышленность, часть мобилизованных рабочих была возвращена на заводы. Эти рабочие рассматривались как военнослужащие, «откомандированные на заводы», и на них распространялась военная дисциплина. При малейших признаках недовольства и неповиновения рабочие посылались на фронт.

Распределение военных заказов и огромных правительственных субсидий сосредоточилось в руках консорциумов, возглавленных крупными капиталистами. В короткий срок во Франции возник многочисленный слой «нуворишей»-спекулянтов, разбогатевших на военных поставках. Владельцы военно-промышленных предприятий получали баснословные доходы. Чистая прибыль фирмы Гочкис, изготовлявшей пулеметы, составила за два с половиной года войны 65 млн. фр., фирмы Крезо в 1915 г.-55 млн., в 1916 г.- 206 млн. фр. Общество моторов «Гном и Рон» выплатило своим акционерам за первый же год войны весь вложенный капитал и, сверх того, получило чистую прибыль около 10 млн. фр.

Женщины-контролеры на военном заводе (Франция). Рисунок. 1915 г.
Женщины-контролеры на военном заводе (Франция). Рисунок. 1915 г.

Большие прибыли получали так же крупные банки, размещавшие многочисленные внутренние и внешние займы. Эти займы, служившие главным источником финансирования войны, привели к колоссальному росту внутреннего государственного долга (с 34 млрд. фр. в 1914 г., до 116 млрд. фр. в 1918 г.) и к образованию огромного долга Франции Соединенным Штатам Америки и Англии, составившего к концу войны 5,4 млрд. долл.

В начале войны шовинистические настроения в массах французского народа казались весьма сильными. Буржуазия и вожди социалистической партии провозгласили лозунг «священного единения» нации перед лицом внешнего врага. В правительство, возглавлявшееся бывшим социалистом Вивиани, вошли представители различных буржуазных партий и социалистов. Гед и Самба стали министрами в одном правительстве с Мильераном. Через некоторое время в правительство вступил третий социалист - А. Тома, занявший важный пост министра военного снабжения. Анархо-синдикалистские лидеры профессиональных союзов, например Жуо, приняли участие в руководящих правительственных органах, занимавшихся мобилизацией промышленности и рабочих на нужды войны.

Развитие событий на фронте, ухудшение положения трудящихся при растущем обогащении буржуазных слоев постепенно открывали народным массам глаза на истинный характер войны. О начавшемся брожении свидетельствовало стачечное движение, охватившее в 1915-1916 гг. различные слои трудящихся - железнодорожников, швейников, трамвайщиков, горняков, банковских служащих. В 1916 г. число стачек увеличилось более чем втрое по сравнению с 1915 г. Правительство ввело на предприятиях «оборонной» промышленности обязательный арбитраж, лишивший рабочих права на стачку, и создало институт «делегатов от мастерских», который должен был способствовать сотрудничеству рабочих и предпринимателей. Но в начале 1917 г. стачечное движение достигло еще большего размаха. Президент республики Пуанкаре в своем дневнике в конце 1916 г. отмечал «тревожное настроение» в парижском населении, рост числа «пораженцев» и констатировал: «В воздухе носятся подозрительные миазмы».

Эти «миазмы» проникали и во французскую армию. Солдатскую массу также охватывало недовольство. Солдаты начинали понимать, кому выгодна империалистическая война.

По мере того как затягивалась война и усиливалось брожение масс, стала расти антивоенная оппозиция в социалистической партии и профессиональных союзах Ввиду немногочисленности революционных марксистских элементов во французском рабочем движении и слабости марксистских традиций, в оппозиции преобладали центристы. Ж. Лонге и другие руководители оппозиции в Социалистической партии оправдывали поведение партии в начале войны, ее голосование за военные кредиты и отстаивали лозунг «защиты отечества». Они отвергали революционные средства антивоенной борьбы и ограничивались пацифистскими проектами «давления на правительство в целях заключения мира». Представители этой оппозиции участвовали в состоявшихся в 1915 и 1916 гг. международных конференциях интернационалистов в Циммервальде и Кинтале, поддерживая там центристское большинство. В профессиональных союзах антивоенную оппозицию также возглавляли центристские элементы, примиренчески относившиеся к реформистской политике Жуо и других правых лидеров Всеобщей конфедерации труда. Однако постепенно складывались группы последовательных интернационалистов, а в 1916 г. образовался «Комитет по восстановлению международных связей», объединивший ряд представителей меньшинства социалистической партии и профессиональных союзов. В этом комитете вскоре выделилась левая группа. Находившийся тогда в Швейцарии В. И. Ленин установил связь с французскими левыми социалистами, помогал им своими советами. Проживавшие во Франции большевики знакомили французских интернационалистов со своими взглядами и тактикой. Французские левые социалисты все же не сумели занять последовательную революционную позицию. Они не решались на полный разрыв с центристами, не освободились от сектантской замкнутости в своей работе и поэтому не смогли возглавить движение масс, поднимавшихся на борьбу против империалистической войны.

Россия

Царская Россия была плохо подготовлена к мировой войне. Уже в самом начале ее для вооружения мобилизованных не хватило около 400 тыс. винтовок, к октябрю 1914 г. их недоставало вдвое больше. Но и спустя два года в действующей армии были сотни тысяч невооруженных солдат. Не хватало пулеметов. Быстро иссякли запасы снарядов, устанавливались голодные нормы их расходования. В катастрофическом положении оказалась из-за этого артиллерия, особенно гаубичная.

Производственные возможности русской промышленности были крайне ограничены. Перестройка ее на военный лад из-за технико-экономической отсталости страны, косности бюрократического государственного аппарата, велась нерешительно и очень медленно. Лишь серьезные экономические затруднения и военные неудачи заставили царское правительство приступить по примеру других стран к мобилизации промышленности. В помощь постоянно действующему правительственному аппарату было создано несколько междуведомственных органов для регулирования всей хозяйственной деятельности, связанной с войной.

Среди них главную роль играло образованное в 1915 г. «Особое совещание по обороне», призванное осуществлять высший надзор за деятельностью всех государственных и частных промышленных предприятий, снабжавших армию и флот предметами снаряжения, содействовать организации новых заводов, распределять заказы и контролировать их исполнение. Другие «особые совещания» занимались разработкой и координацией мероприятий по продовольствию, топливу, перевозкам; им предоставлялось право распределять заказы, устанавливать предельные цены, производить реквизиции. В каждую из этих организаций, кроме царских сановников, входили также представители Думы, Государственного совета и помещичье-буржуазных организаций.

В том же 1915 г. были основаны военно-промышленные комитеты. В состав центрального и местных комитетов входили видные промышленники, представители банков, верхушка буржуазной технической интеллигенции. Военно-промышленные комитеты привлекли к обслуживанию нужд фронта около 1300 средних и мелких промышленных предприятий и создали до 120 собственных заводов и мастерских. Возникшие еще в самом начале войны всероссийские организации буржуазии и обуржуазившихся помещиков - «Союз земств» и «Союз городов», объединились в «Союз земств и городов» - «Земгор». Помимо госпитальной службы, «Земгор» взял в свои руки также мобилизацию для нужд войны мелкой и кустарно-ремесленной промышленности.

Крупная буржуазия, представленная в особых совещаниях и занимавшая господствующее положение в военно-промышленных комитетах, использовала их для усиления своих экономических и политических позиций. Между отдельными группировками капиталистов шла ожесточенная борьба за получение высокоприбыльных заказов, дефицитного сырья, топлива, транспортных средств. Монополистические объединения обычно добивались этого помимо военно-промышленных комитетов, используя непосредственно свои связи в «Особом совещании по обороне» и в правительстве. Заказы брались во многих случаях независимо от возможности выполнить их, ибо заказ давал право на крупные правительственные субсидии. Предоставленные «Земгору» заказы были выполнены всего на 60%, а военно-промышленными комитетами - не более чем наполовину.

Военная экономика помещичье-буржуазной России носила в еще большей мере, чем в других капиталистических странах, однобокий характер. Рост военного производства, сам по себе недостаточный, происходил за счет свертывания мирных отраслей хозяйства и разрушения основных производственных фондов. Крупные металлургические и машиностроительные заводы раздували производство выгоднее всего оплачивавшихся боеприпасов. В то же время выплавка черных металлов сокращалась. К 1916 г. из 151 домны бездействовали 36. Старое оборудование быстро изнашивалось, а заменить его было нечем.

Россия испытывала топливный голод, особенно острый в крупнейших центрах военного производства - Петрограде и Москве. В октябре 1915 г. петроградская промышленность получила только половину потребного ей топлива, а московская - итого меньше. Топливный голод парализовал транспорт и в свою очередь усиливался разрухой на транспорте. Неразвитость железнодорожной сети, недостаток и изношенность подвижного состава приводили к систематическим срывам как военных, так и крайне ограниченных гражданских перевозок. На железнодорожных узлах создавались колоссальные товарные «пробки». Экономические связи между отдельными районами страны нарушились.

Упадок производства в ряде отраслей промышленности усугублялся потерями, связанными с занятием западных губерний противником. Эвакуация предприятий из Польши и Прибалтики велась неорганизованно. Из-за отсутствия в тылу необходимых помещений и топливно-энергетической базы лишь немногие из эвакуированных предприятий возобновили работу в новых местах.

В годы войны ускорилось развитие российского монополистического капитализма и превращение его в государственно-монополистический капитализм. Расширились старые и возникли новые монополистические объединения высшего типа - тресты и концерны, контролировавшие многие акционерные общества и предприятия Различных отраслей промышленности. Значительно выросло могущество банков. В составе финансовой олигархии заметное место заняли крупные текстильные фабриканты Центрального района, волжские хлеботорговцы и т. д.; они приобретали и основывали предприятия в тяжелой промышленности, превращались в банковских воротил (Второвы, Стахеевы, Рябушинские).

Война и милитаризация хозяйства обеспечивали буржуазии получение чудовищной прибыли. На отдельных предприятиях она достигла более 100-200%. Положение же пролетариата резко ухудшилось. Рабочий день был удлинен почти во всех отраслях промышленности. В громадных размерах применялись сверхурочные работы. Острый недостаток квалифицированной мужской рабочей силы предприниматели восполняли широкимиспользованиемтруда женщин, подростков и стариков. Интенсификация труда и все возраставшая дороговизна жизни вели к физическому истощению рабочих.

Бурлачки на реке Суре. Фотография. 1915 г.
Бурлачки на реке Суре. Фотография. 1915 г.

Мобилизация трудоспособного мужского населения в армию и отлив рабочей силы в город пагубно сказались на помещичьем и еще больше на крестьянском хозяйстве. В большинстве губерний не менее одной трети, а в некоторых до половины крестьянских хозяйств остались без работников - мужчин. Это привело к резкому упадку сельского хозяйства, сокращению посевных площадей и сельскохозяйственной продукции.

К концу 1916 г. продовольственный кризис принял катастрофические размеры. В больших городах тысячи людей стояли в очередях за хлебом и мясом. На дверях московских булочных все чаще появлялась надпись: «Сегодня хлеба нет и не будет». Петроград в конце января 1917 г. оказался на грани голода. В столице имелся только десятидневный запас муки, трехдневный запас жиров, а мяса не было совсем.

Попытки царского правительства урегулировать продовольственный вопрос (создание «Особого совещания по продовольствию», правительственные заготовки и реквизиции, наконец, введение в декабре 1916 г. принудительной хлебной разверстки) не имели успеха. Результатом этих мер были активизация черного рынка, невероятный рост спекуляции, обогащение кулаков, помещиков, купцов, банков. Царская бюрократия оказалась неспособной обеспечить самым необходимым не только гражданское население, но даже находившуюся на фронте армию.

Очередь за хлебом в Москве. Фотография. 1917 г.
Очередь за хлебом в Москве. Фотография. 1917 г.

С начала войны и до апреля 1916 г. втрое уменьшился мясной рацион для солдат. Впоследствии продовольственное снабжение армии еще более ухудшилось.

Война вызвала расстройство государственных финансов. Общие расходы России на войну составили колоссальную сумму - 41,4 млрд. руб. (а если учесть падение ценности рубля, то 15-16 млрд. довоенных рублей). С самого начала войны был введен ряд новых налогов и повышены старые. Для покрытия военных расходов правительство прибегло к усиленному выпуску бумажных денег, предварительно прекратив свободный размен их на золото. Важнейшим источником финансирования, наряду с инфляцией, являлись внутренние и внешние займы. Государственный долг увеличился с 8,8 млрд. руб. в 1913 г. до 50 млрд. руб. в 1917 г.

Зависимость царской России от ее иностранных кредиторов приобретала все более кабальный характер. Союзники были заинтересованы в усилении этой зависимости - и для того, чтобы урезать территориальные притязания царизма и для того, чтобы расширить возможности своего проникновения в российскую экономику после войны. Англия и Франция предоставляли России оружие, боеприпасы, военное снаряжение на условиях, намного удорожавших стоимость заказов. К тому же заказы выполнялись лишь частично и несвоевременно. Россия расплачивалась за эту «помощь» огромными материальными и человеческими жертвами. Ллойд-Джордж после войны откровенно признал, что союзники могли вооружить русскую армию и спасти ее от поражений 1915 г., но из эгоистических соображений не сделали этого. Английское правительство, в руках которого фактически находился контроль над большей частью русских заказов, потребовало, чтобы Россия в качестве гарантии оплаты заказов перевела свой золотой запас в Лондон. Свыше 640 млн. руб. русского золота было вывезено во время войны. Транспортные средства для перевозки вооружения давались союзниками при условии ответных поставок хлеба, масла, леса, спирта и важного стратегического сырья, в котором Россия сама испытывала крайнюю нужду. Французское правительство потребовало в обмен на вооружение прислать 400 тыс. русских солдат. В 1916 г. царское правительство начало отправку русских войск во Францию и на Салоникский фронт.

Значительно усилилась зависимость России и от американского империализма. Царское правительство разместило в Соединенных Штатах Америки заказы на вооружение и снаряжение на общую сумму в 1 млрд. 237 млн.руб. Американский импорт в Россию увеличился в семнадцать раз по сравнению с довоенным временем. Уже в 1916 г. Соединенные Штаты заняли первое место во внешней торговле России, оттеснив Англию и Францию. «Русско-американская торговая палата» в Москве, ее филиалы в провинции развернули пропаганду за дальнейшее привлечение американского капитала в Россию.

Царизм, особенно после поражения 1915 г., шел на удовлетворение самых тяжелых и унизительных для России требований союзников. Все острее становилась угроза потери экономической, а в перспективе - и политической независимости страны. Военный и хозяйственный кризис превращался в общий социально-политический кризис.

Война создала исключительно трудные условия для рабочего движения. Революционная деятельность грозила ее участникам военным судом и самыми жестокими карами. Уцелевшим от разгрома профессиональным союзам приходилось работать нелегально. Рабочие депутаты IV Думы, многие руководящие деятели большевистской партии томились в ссылке. Но и в этой сложной обстановке большевики неутомимо продолжали борьбу за осуществление последовательно революционной, интернационалистской программы действий, которая в первые же дни войны была определена В. И. Лениным. Большевики делали все, чтобы использовать ослабление царизма для подготовки новой революции.

Петроградский комитет большевистской партии за время войны многократно подвергался разгрому, но всякий раз его работа быстро восстанавливалась, размах деятельности увеличивался, численность членов организации росла. Прокламации комитета распространялись по всей стране и на фронте. Большое значение имела работа большевиков среди женщин-работниц. Оценивая деятельность Петроградского комитета, В. И. Ленин писал: «Для России и для всего Интернационала это -поистине образец социал-демократической работы во время реакционной войны, при самых трудных условиях» (В . И. Ленин, Несколько тезисов, Соч., т. 21, стр. 366. ).

Буржуазия при содействии меньшевиков и эсеров старалась втянуть представителей рабочих в военно-промышленные комитеты, надеясь таким путем поднять производительность труда на заводах и фабриках, работавших для нужд войны, и подчинить своему влиянию рабочие массы. Большевики разоблачили эту империалистическую затею, призвали рабочих бойкотировать военно-промышленные комитеты и успешно провели этот бойкот. Из 239 местных военно-промышленных комитетов только в 36 удалось образовать «рабочие группы».

Быстро росло стачечное движение рабочих. В августе-декабре 1914 г. произошло 68 забастовок, в 1915 г.- свыше тысячи и в 1916 г.- 1500. Число бастующих составило за эти же периоды соответственно 34 тыс., 540 тыс. и более 1 млн. человек.

 Большевистская печать в годы мировой войны.
Большевистская печать в годы мировой войны.

Из года в год увеличивался удельный вес политических забастовок. Но и стачки, возникшие в связи с дороговизной, продовольственными затруднениями и экономическими требованиями, получали политическую окраску. Правительство прибегало к репрессиям, особенно участившимся с середины 1915 г. В Костроме и Иваново-Вознесенске полиция и войска стреляли в бастующих.

В авангарде стачечной борьбы шли петроградские рабочие. Массовой забастовкой отметили 100 тыс. рабочих Петрограда в 1916 г. день памяти жертв «Кровавого воскресенья». Рабочие с красными знаменами и пением революционных песен вышли на улицы. На Выборгской стороне состоялись совместные демонстрации рабочих и солдат под лозунгом «Долой войну!»

Усилилось крестьянское движение. «Деревня дышит 1905 годом», - суммировал полицейские донесения из разных губерний министр внутренних дел. Правительство не раз прибегало к вооруженной силе для подавления крестьянских волнений.

Большевики развернули большую работу в армии. Они создавали ячейки в воинских частях, распространяли антивоенные листовки, звали солдат к тому, чтобы повернуть штыки против своих подлинных врагов - помещиков и капиталистов. Письма из дому, рассказы солдат, возвращавшихся из отпуска, о хозяйственной разрухе и бедственном положении их семейств, о продовольственных волнениях и массовых забастовках рабочих оказывали революционизирующее воздействие на армию. От стихийной тяги к миру, выражавшейся в росте дезертирства, солдаты постепенно переходили к пониманию необходимости покончить с войной революционным путем. На фронтах в 1916 г. участились случаи открытых отказов солдат идти в бой.

В Балтийском флоте на многих кораблях вели работу большевистские ячейки, которые объединял «Главный судовой коллектив РСДРП», тесно связанный с Петербургским комитетом партии. Осенью 1915 г. на миноносце «Победитель» произошло столкновение матросов и ремонтных рабочих с офицерами. 19 октября на линейном корабле «Гангут» вспыхнуло восстание. «Гангут» окружили миноносцами и подводными лодками. На корабле начались массовые аресты. Матросы крейсера «Рюрик», отказавшиеся конвоировать арестованных моряков с «Гангута», были преданы военному суду. По призыву большевиков петроградские рабочие ответили на готовившуюся расправу с матросами стачкой протеста, спасшей революционных моряков от смертной казни.

В связях между революционными выступлениями рабочих и движением в армии и флоте находил свое выражение крепнущий союз пролетариата и крестьянства. В октябре 1916 г. в Петрограде во время стачек протеста против империалистической войны и дороговизны жизни два пехотных полка отказались стрелять в рабочих и повернули оружие против полицейских. Петербургский комитет большевистской партии призвал рабочих настойчиво готовиться в союзе с солдатами к «последнему штурму» царизма.

О быстро назревающей революционной ситуации свидетельствовали и национально-освободительные восстания угнетенных народов царской России. Крупнейшим из них в годы войны было стихийное восстание в Средней Азии и Казахстане. Широкие массы казахов, узбеков, киргизов, таджиков поднялись на борьбу против колониального гнета и политики массового изъятия земель, усиленно проводившейся царизмом со времен столыпинской аграрной реформы, против военных налогов и реквизиций. В этом движении была сильная социальная струя: беднота боролась против кабальных форм эксплуатации местными феодалами и ростовщиками-баями, манапами и т. п. Объявленный в разгар полевых работ в июне 1916 г. царский указ о мобилизации «инородцев» на тыловую военную службу послужил последним толчком к открытому вооруженному выступлению. Восставшие громили правительственные учреждения, уничтожали мобилизационные списки, разрушали телеграфную связь и железнодорожные пути. Особенно сильный размах восстание получило в Тур-гайской области Казахстана, где во главе повстанческих отрядов стал Амангсльды Иманов - представитель кочевой бедноты, выросший в сознательного революционного борца (позднее он вступил в ряды большевистской партии). С помощью военно-полевых судов, виселиц, многочисленных карательных войск царизм пытался расправиться с национально-освободительным движением, но ему так и не удалось подавить его до конца.

Все заметнее становилось разложение монархического строя. Одним из наиболее ярких проявлений этого была так называемая распутинщина. Авантюристы и всякие темные личности, группировавшиеся вокруг Григория Распутина - тобольского крестьянина, который ловко играл роль «провидца» и сумел подчинить своему влиянию царицу, а через нее и Николая II, приобрели огромную власть. От Распутина и его клики зависели назначения на важные должности, им были обязаны своей карьерой многие министры, с их помощью разные дельцы получали разрешения на открытие дутых предприятий. Распад государственного аппарата проявлялся и в «министерской чехарде»: за два года войны сменились четыре председателя Совета министров, шесть министров внутренних дел, четыре военных министра, три министра иностранных дел.

Буржуазия и помещики все более убеждались в неспособности царского правительства не только вести победоносную войну, но и справляться с растущим революционным движением в стране. Вокруг лозунга «министерства доверия» (а впоследствии лозунга «ответственного министерства») объединились буржуазно-помещичьи фракции Думы и Государственного Совета- октябристы, кадеты, прогрессисты и др. Между ними 9 августа 1915 г. было достигнуто соглашение, положившее начало существованию так называемого Прогрессивного блока. Программа его была рассчитана на предотвращение революции и сохранение монархии, на разделение власти между помещиками и буржуазией, на продолжение войны до победного конца.

Угроза революции толкала в оппозицию к царизму и значительную часть дворянства, влиятельные круги правых, которые добивались устранения «безответственных влияний» (имелась в виду распутинщина) и создания правительства, которое нашло бы общий язык с Думой, оставаясь «ответственным только перед монархом». Как ни ограничена была эта монархическая оппозиция, сам факт отхода от самодержавия не только буржуазии, но и помещиков свидетельствовал о глубоком кризисе верхов и развале третьеиюньской системы.

Царская клика наметила собственный план борьбы с революцией и буржуазной оппозицией. Он предусматривал новые репрессии против рабочего движения и массовых антивоенных выступлений, усиление военно-полицейского аппарата и расширение его функций внутри страны, в том числе в хозяйственной области, роспуск буржуазных организаций и разгон Государственной думы. Заключение сепаратного мира с Германией должно было развязать руки царизму. Осенью 1916 г. возобновились (после первого зондажа, произведенного в 1915 г.) попытки установить контакт с германской дипломатией. Вскоре после этого правительство ограничило деятельность «Земгора». Готовился также роспуск Государственной думы и новые выборы.

Крупнобуржуазные круги, убедившись в невозможности «мирно» сговориться с царизмом, задумали путем дворцового переворота сменить бездарного царя и, не прекращая войны, покончить с назревавшей революцией. Вместо Николая II они хотели посадить на трон его малолетнего сына Алексея, а регентом сделать брата царя - Михаила. Лидеры буржуазии вступили в переговоры с группой генералов, обещавших им поддержать заговор действиями некоторых воинских частей. Русскую буржуазию подталкивали к более решительным действиям англо-французские империалисты, опасавшиеся в случае заключения царем сепаратного мира очутиться один на один с Германией. Дипломатические представители союзников принимали непосредственное участие в готовящемся заговоре. Активизировались и крайне правые круги. В конце 1916 г. князь Юсупов, великий князь Дмитрий Павлович вместе с одним из реакционнейших депутатов Думы Пуришкевичем убили Распутина в надежде, что царь «одумается». Вспыхнувшая в феврале 1917 г. революция предотвратила как буржуазно-помещичий заговор, так и готовившийся царизмом государственный переворот.

Италия

Благодаря крупным военным заказам и обильным военным субсидиям в Италии в годы войны выросла машиностроительная, химическая, гидроэлектрическая промышленность, во много раз увеличилась продукция автомобильной промышленности. Быстро росла концентрация промышленного производства, сопровождавшаяся огромным усилением могущества крупнейших монополий-концерна Ансальдо, на предприятиях которого к концу войны работало 110 тыс. рабочих, металлургического треста Ильва, автомобильной фирмы Фиат и других. Как и во многих других воюющих странах, этот процесс носил в Италии уродливо-однобокий характер.

Одновременно с расширением военного производства резко сокращались отрасли легкой промышленности и вообще гражданского производства. Увеличивалась зависимость бедной сырьем и топливом Италии от иностранного импорта, усиливалось проникновение иностранного, особенно американского, капитала. Итальянское сельское хозяйство переживало во время войны упадок. Военные мобилизации лишили к 1917 г. деревню половины взрослого населения, посевные площади и урожаи сократились. В стране ощущалась острая нехватка хлеба, мяса и овощей, а сахар, по выражению итальянцев, стал «мифом». Поскольку военная индустриализация вела к дальнейшему одностороннему развитию промышленного Севера, это означало новое обострение вековой проблемы итальянского Юга-противоречия между капиталистическим городом и закабаленной, страдающей от полуфеодальных пережитков итальянской деревней.

Война привела к усилению антивоенных и революционных настроений в итальянском рабочем классе, в крестьянстве, в кругах мелкой и части средней буржуазии. Часть монополистов, в первую очередь, связанная с металлургией и машиностроением, настаивала на участии в войне; в то же время значительные группы буржуазии были заинтересованы в поддержании экономических отношений с Центральными державами и призывали к сохранению нейтралитета.

Сторонники вступления Италии в войну, так называемые интервенционисты, развернули шумную агитационно-пропагандистскую кампанию, изображая участие в войне как средство осуществления национальных чаяний итальянского народа, как продолжение борьбы за воссоединение итальянских земель, за свободу и демократию. Группа социал-шовинистов во главе с Муссолини основала на деньги, полученные от французского генерального штаба, крикливую газету антантовского направления.

С началом войны правительство получило чрезвычайные полномочия в вопросах труда. Стачки были запрещены, трудовые конфликты рассматривались комиссиями с участием представителей военного командования, на военных предприятиях вводился казарменный режим. В Турине работниц и подростков сажали за проступки в военный карцер.

Из-за трудностей морских перевозок ухудшилось продовольственное снабжение даже крупных промышленных центров. Карточки на продукты питания были введены с большим запозданием и лишь в отдельных городах. В рабочих кварталах уже в 1916 г. начинался голод.

В итальянском народе росла ненависть к кровавой бойне, жертвами которой стали трудящиеся массы. В течение первого года войны произошли забастовки и уличные демонстрации в Ломбардии, Пьемонте, Сицилии и Калабрии. Группа Муссолини была исключена из социалистической партии, но руководство партии оставалось на центристских позициях, основанных на формуле: «не участвовать и не саботировать», т. е. не поддерживать войны и не бороться с ней.

В армии наблюдалось падение дисциплины. С января 1916 г. по июль 1917 г. через один только римский военный трибунал прошло 10 тыс. судебных дел по обвинению военнослужащих в симуляции и нанесении себе ранений с целью избавиться от военной службы. В горных районах Италии с помощью населения скрывались тысячи солдат-дезертиров.

Напуганные революционным брожением и поражениями на фронте, король и верховное командование начали нащупывать возможность контакта с противником и заключения сепаратного мира. В парламенте и в буржуазных политических кругах активизировались представители оппозиции из числа сторонников Джолитти. В стране назревал глубокий политический кризис.

Соединенные Штаты Америки

Американская буржуазия с большой энергией использовала развернувшуюся в Европе войну для своего обогащения. К концу 1914 г. начался подъем промышленности Соединенных Штатов, связанный с распределением заказов воюющих стран.

Производство промышленной продукции увеличивалось из месяца в месяц. Выплавка стали в 1916 г. составила 180% по отношению к 1914 г. Особенно выросла химическая промышленность, занятая производством взрывчатых веществ. В 1915-1916 гг. пороховые заводы Дюпонов ежемесячно производили около 30 млн. фунтов взрывчатых веществ против 500 тыс. фунтов в 1913 г.

Военные поставки приносили американским капиталистам огромные прибыли. Только 48 крупнейших трестов получили в 1916 г. почти 965 млн. долл. прибыли - на 660 млн. долл. больше средней прибыли за последние три года перед войной.

Постепенно золотые запасы перекочевывали из Европы в Америку.

Американские магниты и европейское золото. Английская карикатура. 1915 г.
Американские магниты и европейское золото. Английская карикатура. 1915 г.

Американские финансисты смогли выкупить значительную часть ценных бумаг, принадлежавших европейским банкам и инвестированных в Соединенных Штатах, и даже предложить кредит воюющим странам, прежде всего - державам Антанты. До апреля 1917 г. страны Антанты получили отсоединенных Штатов около 2 млрд. долл., а Германия - лишь около 20 млн. долл.

Наиболее влиятельные группы финансового капитала рассматривали быстрое усиление мощи Германии как серьезную угрозу. В Соединенных Штатах были и монополистические группы, которые пытались отстаивать свободу торговли с Германией, требовали от президента, чтобы он протестовал против английской блокады Германии, и даже угрожали проведением в конгрессе закона об эмбарго на оружие. Но правительство Вильсона опиралось на такие мощные монополии, как компании Моргана, Дюпона, интересы которых были тесно связаны со странами Антанты.

Летом и осенью 1917 г. правительство Вильсона провело в жизнь мероприятия по так называемому регулированию экономической жизни. Был создан ряд учреждений (продовольственная, топливная, железнодорожная администрации, военно-торговое управление), возглавляемых представителями крупнейших монополий. Эти организации руководили переводом экономики страны на военные рельсы. «Экономическое регулирование» наглядно свидетельствовало о складывании в Соединенных Штатах государственно-монополистического капитализма.

Вопрос об отношении Соединенных Штатов к европейской войне обострил внутриполитические противоречия в стране. Заинтересованные в войне круги усиливали милитаристскую пропаганду, широко используя для этой цели буржуазную прессу, церковь, кафедры университетов. За сохранение нейтралитета выступали многочисленные пацифистские общества; в их состав входили представители самых различных классов и профессий.

Против империалистической войны высказывались многие профессиональные союзы и фермерские организации. Они выносили резолюции, осуждавшие войну в Европе и рост вооружений в Соединенных Штатах. Особенно резкую позицию в отношении империалистической войны занимала организация «Индустриальные рабочие мира». Члены ее активно участвовали в митингах и демонстрациях против империализма, расклеивали антивоенные листовки. В июле 1916 г. они устроили в Сан-Франциско митинг протеста против вступления Соединенных Штатов в войну. Через несколько дней в городе был организован военный парад, во время которого неизвестный провокатор бросил бомбу. Власти обвинили в террористическом акте руководителей «Индустриальных рабочих мира» - Томаса Муни и Биллингса. Несмотря на полную непричастность к взрыву, Т. Муни был приговорен к смертной казни, замененной в результате протеста рабочих пожизненным заключением.

Среди американских социалистов под влиянием европейской войны стал намечаться раскол. Левое крыло социалистической партии, признанным лидером которого был Юджин Дебс, осудило войну как империалистическую. Дебс выступил с пламенной антивоенной агитацией. Он заявил, что для рабочего класса возможно участие только в классовой войне против капиталистов. Левое крыло социалистической партии в 1915 г. образовало Лигу социалистической пропаганды, вокруг которой сплотились левые элементы социалистического движения Америки.

Руководство социалистической партии - Хилквит, Бергер и другие - выступало с пацифистскими предложениями. Подобные выступления только мешали правильному пониманию характера войны и политики господствующих классов.

Прямую поддержку правительственной политике оказывало руководство Американской федерации труда во главе с ее лидером С. Гомперсом. На конференции Американской федерации труда в марте 1917 г. Гомперс совместно с правыми социалистами провел резолюцию о поддержке политики правительства, если оно будет втянуто в войну. Но эта позиция руководства не отражала взглядов рядовых членов профсоюзов, а тем более взглядов неорганизованных рабочих.

В 1915 г., а особенно в 1916 г., в Соединенных Штатах увеличилось число забастовок на самых различных предприятиях. За эти два года было зарегистрировано около 5 тыс. забастовок с 2 млн. участников. Забастовщики требовали 8-часового рабочего дня и повышения заработной платы. Правительству приходилось считаться со сложившейся в стране политической обстановкой и проводить подготовку к вступлению в войну с большой осторожностью.

Первый кризис в американо-германских отношениях наступил летом 1915 г., после того как германская подводная лодка потопила огромный пассажирский пароход «Лузитания», на котором погибло 128 американцев. Президент Вильсон направил в Берлин протест, составленный в резких выражениях.

Гибель «Лузитании», а затем пароходов «Арабик» и «Сассекс», на которых также находились американцы, накалила атмосферу. Правительство Вильсона сочло момент подходящим для того, чтобы начать расширение армии и флота.

В начале декабря 1915 г. Вильсон выступил с развернутой военной программой, которая предусматривала новые ассигнования на армию и на строительство большого количества военных судов. После нескольких месяцев обсуждения этой программы в конгрессе был принят в августе 1916 г. закон об ассигнованиях на армию, на основе которого Соединенные Штаты приступили к дальнейшему вооружению. В целях лучшей подготовки к войне был образован Совет национальной обороны. В созданной при нем совещательной комиссии, призванной руководить военной перестройкой промышленности, участвовали представители монополий; в состав комиссии включили и Гомперса.

«Подготовка к обороне» была объявлена долгом каждого американского гражданина. Для мобилизации общественного мнения в Вашингтоне 14 июня 1916 г. было проведено шествие во главе с президентом Вильсоном. Бывший президент Т. Рузвельт организовал первые военные лагери для молодежи.

Кампания за «подготовку к обороне» происходила в условиях острой предвыборной борьбы (в ноябре 1916 г. должны были происходить очередные президентские выборы). Считаясь с тем, что в массах были сильны антивоенные настроения» руководство демократической партии выдвинуло кандидатуру Вильсона под лозунгом: «Он спас нас от войны!». Вильсон был вторично избран президентом; правительство, получив мандат на дальнейшее управление страной, продолжало энергично проводить политику милитаризации страны, хотя по-прежнему маскировало свои действия словами об обороне и мире.

Изменения в международной обстановке в конце 1916 г., связанные с наметившимся тогда поворотом от империалистической войны к империалистическому миру, возбудили в правящих кругах Соединенных Штатов опасение, что они могут опоздать к завершению борьбы за передел мира. Экономическая заинтересованность американской буржуазии в победе Антанты усиливала ее стремление ускорить вступление Соединенных Штатов в мировую войну.

Однако Вильсон хотел сохранить позу человека, которому война навязывается против его желания. Германское правительство, объявив с 1 февраля 1917 г. беспощадную подводную войну, облегчило Вильсону его задачу. Уже 2 февраля правительство Соединенных Штатов разорвало дипломатические отношения с Германией. Неумелые действия германской дипломатии также помогли Вильсону. 16 января министр иностранных дел Германии Циммерман поручил посланнику в Мексике предложить мексиканскому правительству союз для совместного нападения на Соединенные Штаты. Английская разведка расшифровала эту телеграмму. Опубликование в конце февраля в Вашингтоне текста телеграммы Циммермана подогрело воинственные настроения в стране. Последним толчком послужило свержение царизма в России, расцененное в правящих кругах Соединенных Штатов как предвестие выхода России из войны.

В итоге, объявив 6 апреля войну Германии, правительство Вильсона изобразило дело так, будто это было ему навязано общественным мнением страны. Даже некоторые министры, не посвященные в игру, говорили весной 1917 г., что «если бы президент не решился действовать немедленно, то в кабинете и в официальных кругах произошла бы стачка». В действительности же все было заранее обдумано и подготовлено Вильсоном, его советником Хаузом и статс-секретарем Лансингом. «Публика не имеет никакого представления о том,- записал в феврале Хауз в своем дневнике,- что творится за кулисами в периоды государственных кризисов подобного рода. Если бы она смогла увидеть актеров и декорации и то, как готовится такая трагедия, для публики это было бы откровением».

Американский империализм начал войну за укрепление и расширение своих позиций на Дальнем Востоке, за финансовое и экономическое подчинение европейских стран.

Воспользовавшись тем, что во время войны ослабели позиции английского и германского империализма в Латинской Америке, американские монополии в годы войны усилили свою экспансию и в этот район мира. Проникновение американского капитала происходило путем предоставления латиноамериканским странам займов, инвестиций в добывающую промышленность, в сельское хозяйство, подчинения внешней торговли.

Крупнейшими американскими монополиями были вложены огромные капиталы в нефтеносные земли Венесуэлы и Колумбии. Тресты Гуггенхеймов и «Анаконда Корпорейшн» стали хозяевами медной промышленности Чили и Перу, прибрали к своим рукам богатейшие залежи олова в Боливии, где хозяйничали английские Капиталисты. В железнодорожном строительстве стран Латинской Америки господствовал английский капитал, но американские дельцы и здесь развили большую активность.

Соединенные Штаты осуществляли в годы войны открытую интервенцию в страны Латинской Америки.

В июле 1915 г. американские войска оккупировали столицу Гаити Порт-о-Пренс и Другие города страны. Был убит президент Гаити Жан Гильом Сам. Вместо него под давлением американских оккупантов на пост президента был «избран» Сьюдр Д'Артигенав, согласившийся принять все требования Соединенных Штатов. Подлинным хозяином Гаити стал американский «Нейшнл Сити Бэнк». Народ Гаити не смирился с господством американских империалистов и продолжал мужественную борьбу за свободу и национальную независимость.

В Доминиканской республике еще до войны хозяйничали «Сан-Доминго-Импрув-мент К0», финансовая группа «Кун, Леб К0» и другие американские монополии. Весной 1916 г., когда доминиканский военный министр Ариас свергнул правительство американского ставленника Хименеса, Соединенные Штаты начали открытую интервенцию. Доминиканская республика была лишена последних остатков суверенитета и фактически превратилась в колонию американского империализма.

Интервенционистскую политику проводили Соединенные Штаты и на Кубе. В феврале 1917 г., вскоре после вспыхнувшего там восстания против реакционного правительства Менокаля, на острове высадились американские войска, которые помогли Менокалю удержаться на президентском посту.

Американские империалисты поработили также Никарагуа. В августе 1914 г. был заключен, а в феврале 1916 г. ратифицирован договор, по которому Соединенные Штаты получили право провести через Никарагуа канал и создать в заливе Фонсека и островов Большой и Малый Корн военно-морские базы. Для «охраны американских интересов» на территории Никарагуа оставались оккупационные войска.

В эти же годы Соединенные Штаты осуществляли интервенцию в Мексику, где правительство Вильсона стремилось задушить революцию, чтобы превратить страну в колонию американских монополий.

2. Колониальные и зависимые страны

Обострение противоречий между метрополиями и колониями

Во время мировой войны намного возросло значение колоний и зависимых стран в качестве тылов империализма.

Людские и сырьевые ресурсы колониальных и зависимых стран эксплуатировались обеими коалициями империалистических держав, в особенности странами Антанты.

В ходе военных действий большую роль играли так называемые цветные войска. Франция мобилизовала в своих колониях около 1,4 млн., Англия - свыше 4,5 млн. солдат. На некоторых фронтах основную массу войск составляли солдаты из колоний.

Наряду с мобилизацией в вооруженные силы, империалистические державы использовали несколько миллионов коренных жителей колониальных стран для различных работ на фронте и в тылу. В Египте, население которого в то время немногим превышало 10 млн. человек, в так называемые трудовой и верблюжий корпуса было мобилизовано полтора млн. человек. Английский офицер, служивший во время войны в Египте, писал: «Приезжавших на базар крестьян окружали и отправляли на ближайший мобилизационный пункт. Убегавших ловили в окрестных деревнях и под конвоем направляли в казармы».

Война требовала огромного количества снаряжения, продовольствия, одежды, металлов, разнообразного сырья, значительная часть которых поступала из колоний и зависимых стран. Индия была превращена в базу снабжения английской армии продовольствием и снаряжением. Английские колонии в Азии и Африке снабжали сырьем важнейшие отрасли народного хозяйства Англии: черную и цветную металлургию, машиностроение, легкую и пищевую промышленность. Во Францию из колоний ввозились некоторые виды стратегического сырья, которые вовсе не добывались в метрополии или добывались в незначительных количествах. Североафриканские колонии и Новая Каледония снабжали Францию рудами черных и цветных металлов, фосфоритами, продовольствием; Французская Западная и Экваториальная Африка и Индокитай - продовольствием и сырьем для легкой промышленности; Мадагаскар - продовольствием и графитом.

Англия ежегодно получала из своих колоний без покрытия соответствующим экспортом различных товаров примерно на 140 млн. ф. ст. (вместо 12 млн. ф. ст. до войны). За годы войны Франция извлекла из своих колоний (без Северной Африки) 2,5 млн. ш сырья и продовольствия.

Солдаты-сикхи во Франции. Фотография. 1914 г.
Солдаты-сикхи во Франции. Фотография. 1914 г.

Державы-метрополии перекладывали значительную часть финансового бремени войны на колонии. Резко увеличились всякого рода налоги и поборы. Индия, например, помимо обычных и чрезвычайных налогов, была вынуждена «преподнести» особый «дар» Англии в сумме 100 млн. ф. ст. Франция разместила в своих колониях принудительные займы на сумму 1113 млн. фр.

Война нанесла большой урон сельскому хозяйству колоний и зависимых стран. К концу войны в большинстве из них резко сократились посевные площади и поголовье скота. В некоторых странах продукты сельского хозяйства, вследствие утраты прежних рынков сбыта, продавались за бесценок.

В африканских и других колониях колонизаторы расширили применение принудительного труда. В результате чудовищного гнета и эксплуатации десятки миллионов людей в Азии и Африке гибли от голода и болезней.

Война вместе с тем привела к серьезным сдвигам в экономическом положении всего колониального мира, нарушив сложившиеся до войны международные торговые связи. Поскольку сократился ввоз промышленных изделий из метрополий, колонии и зависимые страны получили возможность налаживать производство многих товаров, которые раньше ввозились извне, а это влекло за собой более ускоренное развитие национального капитализма.

В Китае число фабрик и заводов с количеством рабочих более 30, применяющих механические двигатели, увеличилось за годы войны более чем вдвое. Особенно быстро шло развитие текстильной и мукомольной промышленности. В полтора раза возросло число хлопчатобумажных фабрик, удвоилось количество механических мельниц и спичечных фабрик, принадлежавших китайскому капиталу. В глубинных районах страны создавались полукустарные предприятия, представлявшие первоначальные формы капиталистического производства (капиталистические мануфактуры кустарное производство на скупщика и т. п.). Несколько увеличилось производство угля и стали, хотя общий объем производства был очень мал.

В Индии быстрее всего развивалась текстильная промышленность, хотя наблюдался и рост тяжелой промышленности; расширялись металлообрабатывающие заводы Тата, заводы Бенгальской железоделательной и стальной компании, строились новые металлургические предприятия.

В Корее в создании промышленных предприятий национальный капитал почти не участвовал. Японские концерны построили несколько металлургических заводов (в Нампхо, Норянчжине, Сонниме), а также около 20 предприятий, производящих военное снаряжение.

В целом капиталистическое развитие колониальных и зависимых стран происходило и во время войны чрезвычайно односторонне - расширялась главным образом добывающая и легкая промышленность. Эти страны по-прежнему оставались аграрно-сырьевыми придатками капиталистических государств Запада. Но развитие капитализма имело важные социальные последствия.

Количество промышленных рабочих в Китае за время войны увеличилось более чем вдвое, достигнув примерно 2,5 млн. человек. Кроме того, 8-12 млн. рабочих были заняты на предприятиях ремесленного и мануфактурного типа. Число промышленных рабочих в Индии, включая железнодорожников, водников и горняков, составило к концу войны примерно 2,5-2,6 млн. человек. Пролетариат все больше сознавал свои классовые интересы и необходимость создания собственных организаций. В наиболее развитых в промышленном отношении странах Востока пролетариат к концу войны стал внушительной общественной силой.

Война, разорявшая крестьянство колониальных и зависимых стран, создавала предпосылки для активного участия многомиллионных крестьянских масс в национально-освободительном движении.

В связи с развитием национального капитализма росла национальная буржуазия колониальных и зависимых стран. Она все более тяготилась иноземным гнетом, стремилась к власти. Война обострила противоречия между национальной буржуазией колониальных стран и монополистическим капиталом метрополий. Многое увидели и многому научились миллионы солдат из колоний, призванных империалистами в свои армии. Они побывали в разных странах, их кругозор расширился. «Империалистская война,- говорил В. И. Ленин,- помогла революции, буржуазия вырвала из колоний, из отсталых стран, из заброшенности, солдат для участия в этой империалистской войне. Английская буржуазия внушала солдатам из Индии, что дело индусских крестьян защищать Великобританию от Германии, французская буржуазия внушала солдатам из французских колоний, что дело чернокожих защищать Францию. Они учили уменью владеть оружием. Это чрезвычайно полезное умение... Империалистская война втянула зависимые народы в мировую историю» (В. И. Ленин, II Конгресс Коммунистического Интернационала 19 июля - 7 августа 1920 г., Соч., т. 31, стр. 208.).

Турция

Вступив в войну, Турция из полуколонии нескольких империалистических держав превратилась фактически в колонию германского империализма. Турецкая армия перешла под полный контроль германского командования. Она должна была осуществлять его стратегические планы на Ближнем Востоке. Кроме того, германские империалисты использовали турецких солдат на европейских фронтах, где к концу 1916 г. воевали семь турецких дивизий. Под германский контроль перешли важнейшие отрасли экономики, финансы Турции, а также ряд концессий, принадлежавших до войны капиталистам стран Антанты. Германия безжалостно выкачивала из Турции продовольствие и сырье. Младотурецкие лидеры использовали войну для безудержного обогащения. В Стамбуле возник целый квартал новых домов, построенных на доходы от спекуляции сахаром, углем и даже мешками. Эти дома получили в народе характерные прозвища «дворец сахара», «дворец угля», «дворец мешков».

Крайних пределов достигла шовинистская истребительная политика по отношению к угнетенным национальностям. Особенно тяжелые испытания пришлось пережить армянскому населению Турции. В мае 1915 г. турецкое правительство издало закон о выселении армян из прифронтовой полосы, но в действительности армяне изгонялись из всех районов Анатолии. Выселение сопровождалось массовыми погромами и убийствами; у армян отнималось все имущество и продовольствие, сотни тысяч людей гибли от голода и болезней. Всего погибло более миллиона армян. В этот же период была истреблена половина айсоров, проживавших в Турции.

Одновременно усилились репрессии против арабского населения. В 1915-1916 гг. турецкие власти жестоко расправились с участниками национального движения в Сирии: сотни арабских национальных деятелей были казнены и брошены в тюрьмы.

Освободительное движение арабов использовала в своих интересах Англия. Пообещав создать после войны независимое арабское государство, она договорилась с руководителями арабов о совместных действиях против турок. Это был заведомый обман. В то самое время, когда английские представители вели переговоры с арабскими вождями, было подписано секретное соглашение между Англией и Францией о разделе населенных арабами азиатских владений Турции. Не зная об этом обмане, хиджазские арабы подняли в 1916 г. восстание против турецкого господства. В дальнейшем зона восстания распространилась на Иорданию и Сирию.

Хозяйничанье германского капитала, антинародная авантюристская политика младотурецкой клики вызывали глубокое недовольство широких слоев турецкого народа. Несмотря на осадное положение, в Стамбуле и других городах вспыхивали голодные бунты. Нередки были убийства немецких солдат и офицеров. Начиная с 1915 г. в Стамбуле распространялись антигерманские прокламации. Недовольство охватило и деревню.

Некоторые группы офицерства и отдельные деятели правящей партии стремились путем государственного переворота предупредить революционные выступления народных масс. Было сделано несколько попыток такого переворота, но все они окончились неудачей. Война сделала неизбежным распад Османской империи.

Иран

Превращение Ирана в арену военных действий, вмешательство империалистических держав в его внутренние дела привели к дальнейшему закабалению страны.

Еще накануне войны резко усилилась активность германского капитала в Иране. Во внешней торговле Германия занимала перед войной третье место после царской России и Англии. В городах Ирана действовали многочисленные отделения немецких фирм. Немецкая пропаганда изображала Германию другом Ирана и всех мусульман.

Помимо некоторых представителей придворной знати и феодальной аристократии, немецкой ориентации придерживалось большинство деятелей буржуазно-помещичьей партии демократов. Ее политические лидеры боялись опереться на народ и в своей борьбе против колониального гнета английского империализма и русского царизма рассчитывали на помощь немцев. В декабре 1914 г. меджлис третьего созыва высказался за поддержку германо-австро-турецкого блока. Многие лидеры партии демократов фактически превратились в агентов германского империализма. В конце 1915 г. под давлением русского и английского посланников шах распустил германофильский меджлис и уволил в отставку правительство. Часть депутатов распущенного меджлиса в сопровождении германского посла и турецкого атташе выехали в город Кум, где объявили об образовании «Временного национального правительства». В связи с наступлением русских войск членам германофильского правительства пришлось бежать в оккупированный турками Керманшах, где было сформировано так называемое национальное правительство.

За годы войны особенно усилил свои позиции в Иране английский империализм. Расширилась деятельность Англо-Персидской нефтяной компании, ставшей государством в государстве. Созданный англичанами корпус южно-иранских стрелков превратился в важное орудие порабощения страны. После подавления восстаний племен, подстрекаемых германскими агентами, большинство феодальных вождей кочевых племен южного Ирана перешли на службу к англичанам. Возросло влияние Англии на тегеранское правительство. С августа 1916 г. иранское правительство возглавил английский ставленник Восуг-эд-Доуле.

Действия империалистов, разруха, бедствия, которые переживали трудящиеся Ирана, вызвали открытое возмущение народных масс. Крестьянские партизанские выступления против иностранных империалистов охватили многие области Ирана. В некоторых районах происходили вооруженные выступления против иранских помещиков. Сильное партизанское движение развернулось на севере Ирана - в Гилянской провинции, где в труднодоступных лесных районах обосновались вооруженные отряды, называвшие себя «дженгелийцами» («дженгель» - по-персидски лес).

Основная масса дженгелийцев состояла из крестьян, ремесленников, городской бедноты, мелкой буржуазии. К дженгелийцам присоединялись курды, работавшие батраками у гилянских помещиков. Руководство этим движением находилось в руках представителей буржуазии и мелких помещиков. Его возглавил буржуазный националист Мирза Кучек-хан. Дженгелийцы пользовались широкой поддержкой населения и, несмотря на многочисленные попытки, шахскому правительству и царским войскам не удалось ликвидировать их отряды.

С конца 1916 г. антиимпериалистические выступления в Иране усилились. Во многих городах и селениях стали появляться воззвания с призывами к борьбе с оккупантами. Авторы воззваний призывали громить имения феодалов, продавшихся иностранным захватчикам, и убивать изменников родины - ханов и чиновников.

После Февральской буржуазно-демократической революции в России большое влияние на иранских патриотов оказал пример русских революционных солдат. Солдатские комитеты и советы, образованные в русских войсках, находившихся в Иране, установили связи с местным населением. В Керманшахе (отбитом к этому времени у германо-турецких войск) был создан объединенный комитет из солдатских депутатов и иранских революционеров. В Гиляне русские революционные солдаты братались с дженгелийцами. В городах Иранского Азербайджана происходили совместные выступления русских солдат и местных демократов. 1 мая 1917 г. в Тебризе состоялась демонстрация русских солдат и местного населения. 2 июня русские солдаты участвовали в манифестации в память героев иранской революции 1905-1911 гг.

Особенно заметно оживилось в 1917 г. демократическое движение в Иранском Азербайджане, где активизировали свою деятельность местные организации демократической партии, возглавляемые Мохаммедом Хиабани. Состоявшаяся в конце августа конференция азербайджанской организации демократической партии постановила создать Демократическую партию Иранского Азербайджана. Конференция приветствовала русскую революцию и русских большевиков.

Китай

После поражения Синьхайской революции в Китае утвердилась военная диктатура Юань Ши-кая, опиравшегося на иностранных империалистов, китайских помещиков, компрадоров, генералов-милитаристов и чиновничество.

В начале 1914 г. президент Юань Ши-кай распустил парламент, закрыл все оппозиционные газеты и запретил многие общественные организации. 1 мая 1914 г. была опубликована новая конституция, предоставлявшая диктаторские полномочия президенту.

С началом мировой войны произошли изменения в позициях различных империалистических держав в Китае. Япония захватила «арендованные» Германией территории в Шаньдуне, Англия, Франция и Россия были отвлечены военными действиями в Европе. Борьба за Китай временно отошла для них на второй план. Но крупное наступление на Китай развернули Япония и Соединенные Штаты. Усилившаяся в годы войны японо-американская борьба за Китай оказывала решающее влияние на политическую обстановку в стране.

18 января 1915 г. Япония предъявила Китаю «21 требование», которые подразделялись на пять групп. В первых четырех группах содержались требования о передаче Японии германских «прав» в Шаньдуне и об установлении полного японского контроля над этой провинцией; о закреплении и расширении японского контроля над южной частью Северо-восточных провинций Китая и восточной частью Внутренней Монголии; о передаче под японский контроль и превращении в «смешанное» японо-китайское тгредприятие принадлежащего китайскому капиталу и единственного тогда в Китае металлургического комбината в Ханьепине, объединявшего рудники и железоделательные заводы в нижнем течении реки Янцзы. Согласно пятой группе требований, китайское правительство должно было дать обязательство пригласить японских советников для реорганизации армии, финансов и политического управления страны, приобретать у Японии не меньше 50% необходимого вооружения, передать Японии право на организацию японо-китайской полиции в наиболее важных пунктах страны, обращаться исключительно к японскому капиталу для эксплуатации копей, постройки дорог, портов, доков и т. д. в Фуцзянской провинции. Кроме того, Япония требовала предоставления ей ряда концессий на постройку железных дорог во всем Китае.

Считаясь с угрозой антияпонских патриотических выступлений китайского народа и с отрицательным отношением России, Англии и Соединенных Штатов к японским притязаниям, правительство Японии вскоре отказалось от пятой группы своих требований (кроме пунктов о Фуцзяни), с тем чтобы «обсудить их отдельно в будущем». 9 мая 1915 г. правительство Юань Ши-кая заявило о принятии большей части японских требований. Этот день вошел в историю Китая как «день национального позора».

Движение протеста против японской агрессии усилилось. Возмущение народа находило свое проявление в бурных собраниях и митингах, в гневных выступлениях многих китайских газет. Начался бойкот японских товаров, в результате которого японский экспорт в Китай сократился более чем вдвое.

Правительство Юань Ши-кая было крайне встревожено ходом событий и стремилось всеми средствами подавить демократическое движение.

Честолюбивый, продажный политикан мечтал стать новым богдыханом. Его монархические планы получили активную поддержку американской дипломатии. Одним из главных вдохновителей этих планов был советник Юань Ши-кая по конституционным вопросам американский профессор Ф. Гудноу. В июле 1915 г. Гудноу опубликовал специальный меморандум по вопросу о государственном устройстве Китая, в котором всячески обосновывал «преимущества» монархического строя. Американский посол в Китае Рейнш получил указание своего правительства признать монархический режим в Китае, как только он будет создан.

Для руководства монархическим движением крайние реакционеры основали «Комитет по водворению спокойствия» («Чоаньхуэй»). Генерал-губернаторы по указке Юань Ши-кая начали посылать в столицу петиции с требованием восстановления монархии. В провинциях инсценированные собрания «представителей населения» «просили» Юань Ши-кая объявить себя императором. В декабре Юань Ши-кай «внял этим просьбам» и дал официальное согласие стать богдыханом.

Известие о восстановлении монархии вызвало общее возмущение в стране. Стихийные волнения вспыхнули в Хунани, Хубэе, Сычуани. В Шанхае восстали моряки одного из военных кораблей. Активизировалась деятельность сторонников Сунь Ят-сена.

В этой обстановке многие представители правящего лагеря предпочли отмежеваться от Юань Ши-кая. Южные провинции начали так называемую третью революцию, направленную против реставрации монархии. 25 декабря 1915 г. дуцзюнь (губернатор, командующий войсками) провинции Юньнань провозгласил ее независимость от Пекина. Вслед за Юньнанью объявили о независимости Гуйчжоу, Гуанси, Гуандун. Четыре южных провинции объединились, образовав Южную федерацию во главе с Военным советом. В июне 1916 г. в Китай вернулся Сунь Ят-сен. Он призвал бороться за республику и потребовал наказания Юань Ши-кая. Юань Ши-каю пришлось официально заявить об отказе от восстановления монархии, В начале июня он скоропостижно умер.

Преемником Юань Ши-кая на посту президента республики стал вице-президент Ли Юань-хун. Учитывая настроение в стране, он объявил о восстановлении конституции 1912 г. 1 августа 1916 г. возобновил работу парламент, распущенный в 1914 г. Новое правительство формально было признано всеми. Военный совет Южного Китая принял решение о своем роспуске. Это, однако, не привело к объединению страны. Иностранные империалисты, китайские помещики и компрадоры поддерживали различные милитаристские клики, видя в них оплот против растущего демократического движения народных масс. У власти в Пекине укрепилась группа северных милитаристов, представителями которых были президент Ли Юань-хун, новый вице-президент Фын Го-чжан и премьер-министр Дуань Ци-жуй.

Милитаристы рассматривали парламентские учреждения лишь как послушное орудие своей диктатуры. Так, военный губернатор провинции Шаньдун, выступая при открытии местного провинциального собрания, заявил, обращаясь к депутатам: «Господа! Вы напоминаете птиц, запертых вместе в большой клетке. Если вы будете вести себя хорошо и петь приятные песни, мы будем кормить вас, в противном случае вам придется обходиться без пищи».

Политика империалистических держав способствовала усилению милитаристского режима дуцзюней в Китае. Реальная власть в различных районах Китая перешла к генеральским кликам. Они имели свои армии, выпускали свои деньги, собирали в свою пользу многочисленные налоги с населения. Милитаристские клики объединялись в союзы, вели войны друг с другом. На длительный период господство милитаристов и междоусобные войны стали одной из важнейших особенностей политической жизни Китая.

Вскоре возобновилась борьба южных провинций против Пекина. Многие милитаристы Юга были связаны с Японией и Англией. Однако на Юге было сильно и демократическое движение, продолжались стихийные крестьянские выступления. Здесь пользовались большим влиянием сторонники Сунь Ят-сена. Милитаристы южных провинций были вынуждены считаться с этим демократическим движением, они заявляли, что выступают в защиту прав парламента, против пересмотра конституции 1912 г. и т. п.

Обострялись и разногласия внутри северной милитаристской клики. Они отражали усилившиеся японо-американские противоречия.

Острая политическая борьба развернулась по вопросу о вступлении Китая в войну против германского блока. Империалисты рассматривали вовлечение Китая в войну как один из способов дальнейшего закабаления страны, как повод для предоставления Китаю новых кабальных займов, заключения неравноправных «военных соглашений» и т. п. Китайская реакция - помещики, компрадоры, милитаристы-рассчитывала при помощи чрезвычайных законов военного времени расправиться с демократическим движением, укрепить свою диктатуру.

Япония, в начале войны опасавшаяся, что присоединение Китая к Антанте затруднит ей захват Шаньдуна, была против вступления Китая в войну, но в 1916 г. она заручилась согласием держав Антанты на передачу ей германских «прав» в Шаньдуне и поэтому изменила свою позицию. Теперь вступление Китая в войну обещало дать Японии новые возможности для укрепления своего влияния. В свою очередь Соединенные Штаты боролись за то, чтобы Китай вступил в войну под американским контролем и руководством.

14 марта 1917 г. правительство Дуань Ци-жуя порвало дипломатические отношения с Германией. Но предполагаемое вступление Китая в войну было крайне непопулярно в стране, особенно в южных провинциях.

Китайские кули в учебном лагере перед отправкой в Европу. Фотография. 1917 г.
Китайские кули в учебном лагере перед отправкой в Европу. Фотография. 1917 г.

Против вступления Китая в империалистическую войну решительно выступал Сунь Ят-сен, заявлявший, что единственно необходимой войной для Китая была бы война за восстановление национального суверенитета.

Народное движение протеста против вступления Китая в войну сказалось на позиции депутатов парламента. 10 мая парламент отклонил предложение правительства об объявлении войны Германии. Дуань Ци-жую пришлось подать в отставку.

Политическое положение становилось все более напряженным. Северные милитаристы требовали роспуска парламента. Обострилась борьба между сторонниками Дуань Ци-жуя и Ли Юань-хуна. Всем этим решил воспользоваться ярый монархист, дуцзюнь провинции Аньхой генерал Чжан Сюнь, приглашенный Дуань Ци-жуем и Ли Юань-хуном в Пекин в качестве арбитра. Во главе 5-тысячной армии он вступил в Пекин и потребовал роспуска парламента. 12 июня Ли Юань-хун распустил парламент. 1 июля Чжан Сюнь в императорском дворце провозгласил богдыханом последнего отпрыска цинской династии - Пу И.

Новая монархическая авантюра быстро провалилась. Вторичное «царствование» Пу И продолжалось двенадцать дней. Убедившись, что авантюра Чжан Сюня вызвала общее негодование в стране, Дуань Ци-жуй двинул свои войска на Пекин и под флагом «защиты республики» вернулся к власти. Ли Юань-хун отказался от поста президента республики. Президентом стал Фын Го-чжан.

14 августа 1917 г. Дуань Ци-жуй объявил войну Германии. После объявления войны китайское правительство послало 130 тыс. рабочих для работ в прифронтовой полосе во Франции и Ираке. На английских судах плавало большое количество матросов-китайцев, многие из них погибли во время нападений германских подводных лодок. Китайские власти подготовили стотысячную экспедиционную армию. Общая сумма материальных затрат Китая в связи с войной превысила 220 млн. китайских долларов.

Дополнительные тяготы и страдания приносила народу борьба милитаристских клик. В ряде провинций милитаристы собрали налоги за многие годы вперед. Это усиливало недовольство широких слоев китайского населения, подготовляло почву для подъему революционного движения.

Во многих провинциях Китая, особенно на Юге, не прекращались крестьянски волнения. В связи с ростом рабочего класса начались первые пролетарские выступ ления, которые пока еще носили стихийный и неорганизованный характер. В 1915 г происходила крупная забастовка на Аныпаньских угольных копях; она была подавлена при помощи войск, а один из ее руководителей, рабочий-шахтер, казнен В 1916 г. произошло 17 забастовок, в 1917 г.- 21. Отдельные забастовки носили открыто антиимпериалистический характер. Так, когда в 1916 г.французские империалисты пытались присоединить к территории своей концессии в Тяньцзине новый район, рабочие французского сеттльмента провели всеобщую забастовку, которая заставила французское правительство, уже заручившееся было согласием Пекина отказаться от своих замыслов.

Война ускорила формирование тех общественных сил, которые поднимались на борьбу против империализма и феодальной реакции.

Усилились антифеодальные и антиимпериалистические настроения среди китайской интеллигенции. В конце 1915 г. ее передовые представители начали «движение за новую культуру», против феодальных нравов и обычаев.

Под влиянием укрепившейся национальной буржуазии, а также учитывая рост демократического движения в стране, дуцзюни южных провинций в сентябре 1917 г. пригласили Сунь Ят-сена в Гуанчжоу, где он возглавил правительство. Юг на длительное время отделился от Севера.

Сунь Ят-сен провозгласил целью нового правительства борьбу в защиту республиканской конституции. Но гуанчжоуское правительство Сунь Ят-сена не было подлинно демократическим. В то время у Сунь Ят-сена не было еще крепких связей с массами, а в правительстве главную роль играли южные милитаристы, которые всячески ограничивали прогрессивные мероприятия Сунь Ят-сена.

Индия

С самого начала войны британское правительство объявило Индию воюющей страной. Индийские помещики и буржуазия поддержали военную политику англичан. Война сулила им немалые материальные выгоды. Кроме того, поддерживая военные усилия британского империализма, индийские имущие классы рассчитывали добиться от Англии определенных политических и экономических уступок.

Война принесла неисчислимые бедствия и страдания народным массам Индии. За время войны резко ухудшилось и без того невероятно тяжелое положение индийских рабочих. Реальная заработная плата упала. Доведенная до крайних пределов жилищная теснота, антисанитарные условия порождали среди рабочих массовые эпидемические заболевания.

Британские колонизаторы наложили новое тяжкое бремя на индийское крестьянство. Колониальные власти установили принудительные низкие цены на зерно и продовольствие, скупаемое у крестьян. Большинство крестьян разорялось, обработка земли непрерывно ухудшалась, урожаи падали.

Недовольство в стране стало усиливаться особенно после того, как в Индию начали возвращаться раненые и искалеченные солдаты. Политическое положение становилось крайне напряженным. В 1915 г. британские колониальные власти ввели в действие «Закон об обороне Индии», предоставивший им неограниченные полицейские полномочия. Несмотря на военное положение, в 1915-1916 гг. происходил ряд выступлений пролетариата и крестьянства. Мелкобуржуазные террористически! организации делали попытки поднять вооруженное восстание. В Пенджабе деист вовала подпольная революционная организация «Гадр». Все чаще вспыхивали бунт солдат. В 1916 г. в Сингапуре восстала бригада индийских войск. Волнения охва тили сикхские части в Пенджабе.

Индийская национальная буржуазия, окрепшая экономически, стремилас консолидироваться политически. Она укрепляла свою партию - Индийский напи\ нальный конгресс. В 1916 г. Тилак и его сторонники вернулись в Конгресс.

1916 г. в Лакнау одновременно состоялись съезды Национального конгресса и Мусульманской лиги. Заседая отдельно, оба съезда выдвинули одинаковые требования немедленного предоставления Индии широкого самоуправления, назначения.индийцев на ответственные командные посты в армии, таможенной автономии, контроля над финансами. Для популяризации этой программы по инициативе Тилака была создана «Лига индийского гомруля».

В это же время в Индии становились популярными идеи Мохандаса Карамчанда Ганди, который стал известен еще своей деятельностью в Южной Африке, где он активно защищал интересы индийских эмигрантов. В Южной Африке Ганди разработал и впервые применил свою тактику так называемого ненасильственного сопротивления, которая получила название сатьяграха (упорство в истине). Как и большинство деятелей Национального конгресса, Ганди тогда считал необходимым активно поддерживать Англию в ее военных усилиях, рассчитывая, что благодаря этому Индия сможет получить самоуправление.

Английскому правительству все труднее было держать Индию в повиновении старыми методами. В августе 1917 г. английское правительство опубликовало декларацию, в которой Индии была обещана конституция по образцу британских доминионов. Однако эти маневры не могли примирить индийский народ с британским империалистическим господством. Время, когда колонизаторы чувствовали себя прочно, ушло в прошлое. Национально-освободительное движение стало важнейшим фактором политической жизни Индии.

3. «Мирные маневры» империалистических держав

Причины «поворота к миру»

К концу 1916 г. в политике правящих кругов воюющих и нейтральных стран наметился поворот. Буржуазия была напугана растущим недовольством и возмущением народных масс. Боевые операции в 1916 г. не дали решительного перевеса ни одной из сторон. Ресурсы воюющих коалиций истощались. «Содрать при помощи данной войны еще больше шкур с волов наемного труда, пожалуй, уже нельзя - в этом одна из глубоких экономических основ наблюдаемого теперь поворота в мировой политике» (В. И. Ленин, Поворот в мировой политике, Соч., т. 23, стр. 257.),- писал тогда В. И. Ленин.

Необходимость закончить войну как можно скорее была осознана обеими враждебными группировками, так как затягивание войны грозило империалистам большими опасностями. При этом ни одна из сторон не собиралась отказаться от уже захваченной территории противника или его колониальных владений. Это были планы империалистического мира.

Военные перспективы на 1917 г. были особенно неблагоприятны для центральных держав. Германия потеряла свое техническое превосходство; разгром Румынии поздней осенью 1916 г. не изменил общего положения центральных держав к лучшему. Однако оккупация обширных областей противника давала центральным Державам возможность вести длительную войну на неприятельской территории. Это укрепляло позиции тех общественных групп в странах Антанты, которые потеряли веру в победу над Германией силой оружия и склонялись к миру «без победы». Борьба между сторонниками такого мира и сторонниками нанесения «сокрушительного Удара» Германии силой оружия велась всю вторую половину 1916 г.

Осенью 1916 г. германское верховное командование было вынуждено, признать, что «нельзя закончить войну посредством военных ударов сухопутной армии». Крупные немецкие корабли прятались в портах. Раньше чем пускать в ход крайнее средство борьбы, опасное по своим политическим последствиям для самой Гермадии,- беспощадную подводную войну, кайзеровское правительство попыталось испробовать иное средство: добиться своей цели при помощи «мирных» маневров.

"Мирные" предложения центральных держав и Соединенных Штатов

«Мирное» выступление центральных держав было продумано во всех деталях. 12 декабря 1916 г., спустя шесть дней после взятия Бухареста немецкими войсками, германское правительство обратилось от своего имени и от имени всех своих союзников к правительствам враждебных держав с предложением приступить к мирным переговорам. Оно при этом ни единым словом не обмолвилось насчет будущей судьбы Бельгии, Сербии и оккупированных областей Франции и России. Германское правительство рассчитывало, что мирные переговоры дадут ему возможность добиться раскола среди держав Антанты, подписать сепаратный мир с одной из них и тем обеспечить Германии победу над остальными. «Мирное» предложение Германии не имело ничего общего с подлинным миром.

Правительства Антанты, также полностью остававшиеся на империалистических позициях, отвергли предложение Четверного союза, как не содержащее конкретных условий. В ответной коллективной ноте от 30 декабря союзники демагогически заявляли: «Мир невозможен до тех пор, пока нет гарантий восстановления нарушенных прав и свобод, признания принципа национальностей и свободного существования малых государств».

18 декабря с предложением ко всем воюющим правительствам объявить свои военные цели обратился президент Соединенных Штатов Вильсон, который, планируя в то время вступление своей страны в войну, стремился сохранить позу миротворца. 23 декабря с таким же предложением выступил Федеральный совет Швейцарской республики. 26 декабря шведское правительство официально поддержало выступление Вильсона. 29 декабря подобные заявления сделали правительства Норвегии и Дании. Германское правительство ответило 27 декабря Вильсону, что оно считает непосредственный обмен мнениями более удобным способом переговоров и предлагает с этой целью воюющим державам послать своих делегатов в нейтральную страну для встречи.

В ответной коллективной ноте Вильсону от 12 января 1917 г. страны Антанты впервые конкретизировали свои условия «мира», которые заключались в требовании, чтобы Германия отказалась от Эльзаса и Лотарингии, от польских земель и Шлезвига, эвакуировала русские и французские провинции. Антанта требовала далее «реорганизации Европы» на основе национального принципа, раздела Османской империи и т. д.

«Пацифистские фразы, фразы о демократическом мире, мире без аннексий и т. дописал В. И. Ленин по поводу этого потока «мирных» предложений,- разоблачаются во всей их пустоте и лживости тем быстрее, чем усерднее пускают их в ход правительства капиталистических стран, буржуазные и социалистические пацифисты. Германия душит несколько малых наций, держа их под железной пятой с совершенно очевидной решимостью не выпускать добычи иначе как в обмен части ее на громадные колониальные владения и прикрывает свою готовность немедленно заключить империалистский мир лицемерными пацифистскими фразами.

Англия и ее союзницы так же крепко держат захваченные ими немецкие колонии, часть Турции и т. д., называя борьбой за «справедливый» мир бесконечное продолжение бойни ради захвата Константинополя, удушение Галиции, раздел Австрии, разорение Германии» (В. И. Ленин, К рабочим, поддерживающим борьбу против войны и против социалистов, перешедших на сторону своих правительств, Соч., т. 23, стр. 221.).

Еще до того как был получен официальный ответ союзных правительств на германскую ноту, германское верховное командование убедило кайзера и Бетман-Гольвега согласиться на объявление неограниченной подводной войны. Так закончилась «мирная» диверсия центральных держав.

Обнаружившаяся тенденция к повороту от империалистической войны к империалистическому миру нашла свое выражение и в интенсивной тайной дипломатической деятельности, направленной со стороны Германии на отрыв России от Антанты, а со стороны Антанты - на отрыв Австро-Венгрии от Германии и на заключение сепаратного мира. Царское правительство тайком от своих союзников начало искать путь для сговора с Германией и Австро-Венгрией.

4. Борьба большевиков за сплочение левых элементов в международном рабочем движении

Ленинская теория социалистической революции

Империалистическая война, принесшая трудящимся неисчислимые бедствия, создала во всех воюющих странах предпосылки революционного кризиса. Перед миллионными массами с небывалой до того остротой встал вопрос о практических путях освобождения от капиталистического рабства. Чтобы правильно наметить эти пути, необходимо было не только глубоко и верно оценить условия момента, но и охватить всю картину мирового экономического и социально-политического развития за десятилетия, предшествовавшие войне, осветить главные итоги и перспективы этого развития. Решение этой задачи с позиций творческого марксизма дал В. И. Ленин в своем труде «Империализм, как высшая стадия капитализма» (1916 г.) и в других работах периода войны.

Изучив огромный круг материалов, Ленин вскрыл объективные корни и взаимосвязь отдельных явлений, характерных для начала XX в., и показал, что наличие их позволяет говорить о переходе капитализма в его высшую и последнюю стадию. Исчерпывающая характеристика империализма, содержащаяся в ленинском труде, явилась отправным пунктом для анализа классовых, политических сдвигов, для общей оценки империализма, как умирающего капитализма, как кануна социалистической революции.

Ленин разоблачил как явных, так и скрытых апологетов империализма. Особенно острой критике подверг В. И. Ленин взгляды Каутского, который отрывал агрессивную политику империализма от ее экономической основы - господства монополий, финансового капитала - и сеял иллюзии о возможности «ультраимпериализма» - организованного мирового капиталистического хозяйства, не знающего войн и кризисов. Опровергая замаскированную марксистской фразеологией фальшивую теорию Каутского, Ленин показал, что для новой эпохи характерным является резкое обострение всех противоречий: противоречий между трудом и капиталом; противоречий между империалистическими государствами и громадным большинством человечества, попавшим в колониальную или кабальную зависимость от финансового капитала, наконец, противоречий между самими империалистическими державами в их борьбе за передел мира.

Новая эпоха всемирной истории, как показал В. И. Ленин, не только вплотную подвела к революции сам пролетариат. Она создала вместе с тем объективные условия для объединения под руководством пролетариата широчайших масс крестьянства, мелкой буржуазии, народов колоний и полуколоний, для слияния национально-освободительных движений с общей борьбой за свержение империализма.

Раньше, до эпохи империализма, марксисты считали, что успех социалистической революции будет обеспечен только при одновременном победоносном выступлении пролетариата во всех или в большинстве наиболее развитых капиталистических стран. Ленин пересмотрел это положение и, исходя из закона неравномерности экономического и политического развития отдельных стран, пришел к выводу о возможности победы социализма первоначально в немногих или даже в одной, отдельно взятой стране, причем не обязательно в наиболее высокоразвитой капиталистической стране с пролетарским большинством (как это считали догматики II Интернационала). Ленин исходил из того, что империализм - мировая система, которая при наличии общих предпосылок для перехода к социализму может быть прорвана в том ее звене, которое в данный момент окажется наиболее «слабым», т. е. там, где противоречия проявятся наиболее остро, а революционные силы во главе с пролетариатом и его марксистской партией будут наиболее подготовлены для штурма капитализма.

«Развитие капитализма,- писал В. И. Ленин,- совершается в высшей степени неравномерно в различных странах. Иначе и не может быть при товарном производстве. Отсюда непреложный вывод: социализм не может победить одновременно во всех странах. Он победит первоначально в одной или нескольких странах, а остальные в течение некоторого времени останутся буржуазными или добуржуазными. Это должно вызвать не только трения, но и прямое стремление буржуазии других стран к разгрому победоносного пролетариата социалистического государства. В этих случаях война с нашей стороны была бы законной и справедливой» (В. И. Ленин, Военная программа пролетарской революции, Соч., т. 23, стр. 67.).

Работы В. И. Ленина представляли собой смелый шаг в развитии марксистской теории, имевший колоссальное революционное значение. Отныне пролетариат и его марксистские партии получили новую ориентировку в важнейшем вопросе - о характере и путях социалистической революции, условиях ее победы. Определяя основные закономерности революции, Ленин учитывал вместе с тем, что они найдут различные конкретно-исторические формы проявления - в условиях разных стран и народов, в зависимости от их экономического уровня, соотношения классовых сил и т. д. Ленин решительно выступил против левооппортунистических стремлений рассматривать перспективы революционного развития с позиций «чистого империализма», не принимая во внимание многоукладность экономического строя России и других стран, значительную роль докапиталистических форм в мировом хозяйстве и др.

Разоблачая попытки шовинистов представить империалистическую войну как национальную, Ленин вместе с тем подчеркивал, что в эпоху империализма возможны и неизбежны национально-освободительные войны - прогрессивные войны против колониального господства, за превращение угнетенных и зависимых стран в самостоятельные национальные государства.

Напряженная теоретическая работа Ленина послужила идейной основой для борьбы большевиков за сплочение всех интернационалистских, революционных элементов в международном рабочем движении.

Конференции интернационалистов в Циммервальде и в Кинтале

Важным этапом в этой борьбе было участие большевиков в международной социалистической конференции, состоявшейся в сентябРе 1915 г. (Швейцария) и создание так называемой Циммервальдской левой. Организаторы конференции - деятели швейцарской и итальянской социалистических партий - стремились привлечь к участию в ней наряду с левыми и каутскианцев. Тем не менее Ленин считал необходимым принять участие в ее работе, чтобы быстрейшим образом разоблачить предательскую политику социал-шовинистов и центристов и объединить революционные элементы.

В связи с подготовкой к конференции Ленин вел большую работу по установлению и укреплению связей с левыми в Германии, Италии, Франции, Швейцарии, Болгарии, в польской и латышской социал-демократии и т. д. Настояв на приглашении болгарских «тесных» социалистов на конференцию, Ленин, помимо официального приглашения, посланного Центральному комитету «тесняков», обратился с письмом к руководителю партии Димитру Благоеву. Ленин информировал германских левых о подготовке конференции, добивался, чтобы в конференции приняли участие французские интернационалисты, левые представители рабочего движения скандинавских стран.

В июле 1915 г. Ленин выдвинул следующие задачи перед интернационалистами: «По-нашему, левые должны выступить с общей идейной декларацией (1) с обязательным осуждением социал-шовинистов и оппортунистов; (2) с программой революционных действий... (3) против лозунга «защиты отечества» и т. д. Идейная декларация «левых» от имени нескольких стран имела бы гигантское значение...» (В. И. Ленин -А. М. Коллонтай, июль 1915 г., В. И. Ленин, Соч., т. 35, стр. 148.)Ленин составил проект такой декларации. Для предстоящей конференции были подготовлены также переводы ряда важных документов большевистской партии - Манифеста ЦК РСДРП о войне, резолюций бернской конференции. Большое значение имели написанные В. И. Лениным летом 1915 г. работы «Крах II Интернационала» и «Социализм и война», которые были переведены на немецкий язык.

В работах конференции, проходившей с 5 по 8 сентября 1915 г. в маленькой швейцарской деревне Циммервальд, приняли участие 38 делегатов. К левому крылу конференции принадлежали 8 человек, но и среди них до конца последовательную интернационалистскую позицию занимали только большевики.

Центристское большинство конференции отклонило проект резолюции, предложенный революционным крылом. Принятый конференцией манифест носил пацифистский оттенок, но левым удалось все же провести в нем некоторые положения революционного марксизма, в частности признание мировой войны империалистической и осуждение социал-шовинизма. Большевики и другие революционные интернационалисты считали целесообразным примкнуть к циммервальдскому объединению. «Было бы плохой военной тактикой отказаться идти вместе с растущим международным движением протеста против социал-шовинизма из-за того, что это движение медленно, что оно делает «только» один шаг вперед...»,- писал Ленин (В. И. Ленин, Первый шаг, Соч., т. 21, стр. 354.). Созданная в ходе конференции циммервальдская левая группа оформилась организационно, создала печатный орган на немецком языке «Форботе» («Предвестник»).

Деятельность большевиков по сплочению левых интернационалистских сил вскоре сказалась на второй международной социалистической конференции, состоявшейся в апреле 1916 г. в Кинтале (Швейцария). Здесь были представлены социалисты десяти стран - России, Польши, Германии, Австрии, Англии, Франции, Италии, Сербии, Португалии и Швейцарии. Делегированные на Кинтальскую конференцию представители болгарских «тесняков» не были пропущены в Швейцарию австрийскими и швейцарскими властями. Из 43 делегатов конференции к циммервальдской левой принадлежало 12, но по некоторым вопросам вместе с ними выступали и многие другие делегаты.

Конференция в Кинтале являлась шагом вперед по сравнению с Циммервальдской. Она способствовала дальнейшему размежеванию с оппортунистами и центристами, сплочению левых интернационалистских элементов.

Ленин в составленных им от имени ЦК партии большевиков предложениях конференции разоблачал особую опасность, которую представляли лицемерные фразы пацифистов. Он указывал, что допускать возможность заключения мира без аннексий и контрибуций империалистическими правительствами - это значит на практике обманывать народные массы, скрывать от них, что подлинно демократический мир невозможен без классовой борьбы и ряда революций.

После Кинтальской конференции ясно обнаружилось, что центристы - представители циммервальдской правой - не намерены вести борьбу с социал-шовинистами сближаются с ними. В Германии каутскианцы выступили в начале января 1917 г. пацифистским манифестом. Во Франции центристы вместе с открытыми социал-шовинистами Жуо и Реноделем поддерживали буржуазно-пацифистские лозунги. » Швейцарии один из руководителей социалистической партии, Роберт Гримм, председатель конференций в Циммервальде и Кинтале и председатель избранной в Циммервальде Международной социалистической комиссии, перешел на сторону социал-шовинистов.

Между тем все сильнее сказывалось полевение рабочих и солдатских масс. Во всем мире нарастала огромная волна недовольства. Но лишь в России существовала подлинно революционная, марксистская партия, способная возглавить нараставшее движение и привести его к победе. В Западной Европе и, в частности, в Германии такой партии не было. В этих условиях центристская тактика проволочек, проводившаяся лидерами циммервальдского объединения, пагубно отражалась и на настроениях левых в Германии, Италии, Швейцарии и т. д., превращаясь в серьезную помеху созданию революционных марксистских партий. Циммервальдское движение перестало играть положительную роль. В. И. Ленин уже к началу 1917 г. решительно высказался за разрыв с ним.

«Циммервальдская правая, по-моему, идейно похоронила Циммервальд,- с возмущением писал Ленин 17 февраля 1917 г.-...На словах осудили «социал-пацифизм» (см. кинтальскую резолюцию), а на деле повернули к нему!!» (В. И. Ленин- А. М. Коллонтай, 17. II. 1917, В. И. Ленин, Соч., т. 35, стр 230.)

Ленин оказывал поддержку крепнувшим революционным интернационалистским группам и вместе с тем подвергал критике их ошибки, их непоследовательность в борьбе с оппортунистами. Он подчеркивал необходимость решительного идейного и организационного разрыва левых в Германии и в других странах с социал-шовинистами и центристами, видя в этом решающее условие создания революционных марксистских партий и нового, свободного от оппортунизма, Интернационала. Во время вызванного банкротством II Интернационала тяжелого кризиса международного социализма великий пролетарский стратег указывал рабочим всех стран путь к выходу из империалистической войны и к превращению ее в войну гражданскую, путь к победе социалистической революции.


предыдущая главасодержаниеследующая глава




Пользовательского поиска




Тысячу лет назад в африканском городе умели изготовлять стекло

В Турции найдено сверло возрастом 7,5 тыс. лет

Обнаружен древнейший артефакт Южной Америки

В Мехико нашли ацтекскую башню из черепов

В Перу обнаружены следы существовавшей 15 тыс. лет назад культуры

Культуру ацтеков показали в аутентичных ярких красках

Наскальные картины горы Дэл в Монголии

Древний город Тиуанако изучили с воздуха

Обнаружены «записи» о древней глобальной катастрофе

10 малоизвестных фактов о ледяной мумии Эци, возраст которой 5300 лет

Каменные головы ольмеков: какие тайны скрывают 17 скульптур древней цивилизации

В письменности инков могли быть зашифрованы не только цифры

В Мексике обнаружен двухтысячелетний дворец

Как был открыт самый большой буддийский храм Боробудур и почему его нижняя часть до сих пор не расчищена

Забытый подвиг: какой советский солдат стал прототипом памятника Воину-освободителю в Берлине

Люди проникли вглубь австралийского континента 50 тыс. лет назад

Неизвестные факты о гибели Помпеи

В пирамиде Кукулькана нашли ещё одну пирамиду

Кто построил комплекс Гёбекли-Тепе?

15 малоизвестных исторических фактов о Византийской империи, ставшей колыбелью современной Европы

История Руси: Что было до Рюрика?

15 мифов о Средневековье, которые все привыкли считать правдой
Рейтинг@Mail.ru
© Алексей Злыгостев, дизайн, подборка материалов, оформление, разработка ПО 2001–2017
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку:
http://historic.ru/ 'Historic.Ru: Всемирная история'