история







разделы



предыдущая главасодержаниеследующая глава

Глава VII. ЦЕНТР ТРЕУГОЛЬНИКА


Гавай'и - фанаурай фенуа...
(Гаваи'и - родина земель....)

(Таитянская песенка)

СЛЕДУЯ за передовым отрядом манахуне, группа полинезийцев, отправившаяся на поиски новых земель, достиелз подветренных островов вулканического архипелага; эти острова лежали на их пути с запада на восток. Судьба, удача, зов бесстрашных сердец двигали полинезийцами, когда они пробирались к самому центру широко разбросанных океанических островов. Спустя столетия вся область стала называться Полинезией (множество островов), а потомки первых поселенцев и открывателей новых земель - полинезийцами. Заселение этой группы островов Центральной Полинезии произошло примерно в V в. нашей эры. Более чем через тысячу лет честь первого открытия этих островов была приписана британскому исследователю Уоллису. Другой английский путешественник, Джемс Кук, присвоил архипелагу название островов Общества в честь Королевского общества в Лондоне, по поручению которого он вел наблюдения за перемещением Венеры, причем остров Таити был основной базой, откуда велись исследования. Так исследователи другой расы, появившиеся на Тихом океане менее 200 лет тому назад, заслуженно прославили свои имена а первоначальные открыватели островов Океании, жившие на тысячу лет раньше, незаслуженно забыты, ибо они не оставили после себя письменных документов. Только сами полинезийцы, превратив своих предков в богов, выразили свое преклонение перед их отвагой.

Среди островов Общества различают наветренную и подветренную группы. Еще первые путешественники дали некогда имена подветренным островам, но прошли века и переменились названия. Старые классические названия встречаются только в легендах и песнях, а более поздние употребляются в разговорной речи и поэтому были усвоены европейскими картографами. Приводим древние названия, а в скобках - соответствующие им современные названия основных островов подветренной группы: Вавау (Порапора; в европейской передаче Борабора) Упору (Таха'а), Гаваи'и (Ра'иатеа) и Фуахине. Таити,, главный остров наветренной группы, расположен на расстоянии более 100 миль от Ра'иатеи. Мо'ореа, известный некогда как Эимео, отстоит от Таити на 7 миль. К группе подветренных относится еще ряд более мелких островов.

Таити, большой и плодородный остров, мог прокормить самое густое на островах Общества (Острова Общества (на некоторых русских картах неправильно называемые островами Товарищества), иначе Таити, раньше и глубже других архипелагов были затронуты европейской колониальной политикой. На Таити уже в конце XVIII в. началась усиленная проповедь миссионеров, сначала британских, а позднее (с 1836-1837 гг.) и французских, католических. Архипелаг в дальнейшем стал центром миссионерской пропаганды в Океании: попы готовили здесь проповедников христианства из среды самих новообращенных полинезийцев. Так называемые «тичеры» (учителя, наставники) рассылались затем по разным островам. На самом Таити миссионеры, совместно с агентами европейских правительств, разжигали смуты и усобицы. Дело кончилось тем, что в 1843 г. над архипелагом был установлен протекторат Франции, который местная королева (из династии Помаре, объединителей Таити) была вынуждена признать, хотя она и держалась британской ориентации. В 1880 г. последний, таитянский король Помаре V «добровольно» отказался от власти в пользу Франции, и архипелаг стал французской колонией. С 1903 г. архипелаг Таити стал центром «французских поселений в Океании» (Etablissements Francais). Старый быт и культура островитян, столь романтически описывавшиеся прежними путешественниками и воспевавшиеся поэтами, совершенно разрушены) население; в более поздние времена он стал политическим центром вместо Гаваи'и. Еще позднее Таити стал резиденцией колониальных властей Французской Океании, включающей, кроме островов Общества, Маркизские острова, острова Туамоту, Южные и Гамбье. Говоря о мифах и легендах островов Общества, мы будем в дальнейшем называть, их таитянскими, что гораздо проще и короче.

Своеобразный храм Махаиатеа, воздвигнутый в 1769 г.; он послужил основанием для ошибочных теорий о родственной близости полинезийской и египетской культур (Первое путешествие Д. Кука)
Своеобразный храм Махаиатеа, воздвигнутый в 1769 г.; он послужил основанием для ошибочных теорий о родственной близости полинезийской и египетской культур (Первое путешествие Д. Кука)

Центр полинезийской культуры образовался на самом большом острове подветренной группы - Гаваи'и, который получил свое название по имени древней прародины. Из этого центра различные группы полинезийцев впоследствии расселились на другие острова. Пришельцы принесли с собой свой язык, единую религию и единую культурную основу мифов и традиций, а также захватили продовольственные культуры и домашних животных. Поэтому культура во всех уголках огромного Полинезийского треугольника имеет сходные черты, происхождение которых восходит к общему периоду ее перестройки в Центральной Полинезии.

По всей Полинезии господствует единый в своей основе язык. Постоянно встречаются те же самые гласные - «а», «е», «i»,. «о», «и», которые произносятся так же, как во французском или немецком языке (Автор допускает неточность: произношение полинезийских гласных надо сравнивать не с французским и немецким, а с итальянским и русским языками); за каждым согласным звуком в полинезийских языках обычно следует гласный. В диалектах, развивавшихся на отдельных архипелагах, произошли изменения в произношении согласных звуков. Для Центральной и Восточной Полинезии характерны звуки «г» и «v» в тех словах, где в Западной Полинезии произносятся «1» и «w». В нескольких диалектах неполно выговариваются отдельные согласные; они передаются в письме, или, вернее, должны передаваться апострофом над местом этого звука в слове. «К» и «ng» пропали в диалектах островов Общества; так, например, древнюю родину называют здесь Гаваи'и, в то время как на других диалектах Центральной Полинезии это слово произносят Гавайки. В Новой Зеландии, где «v» заменено «w», древняя родина называется Гауаики, а на островах Кука, где опускается «h», это слово произносят как Гаваики. На Гавайских островах, где произносят «w» и опускают «k», самый большой остров архипелага произносится как Гауаи'и (Гавайи). На Самоа вместо «h» произносят «s», «v» употребляют чаще, чем «w», a «k» опускается. Поэтому крупнейший остров называется там Саваи'и.

Съедобные растения, домашние животные, сырье и орудия, на основе которых была построена материальная культура полинезийцев, вероятно, прежде всего развились и были испытаны на подветренных островах, а уже оттуда переселенцы разнесли их по остальной Полинезии. Можно представить себе восторг и удивление первых пришельцев с Микронезии, когда перед ними предстали высокие холмы, широкие долины с быстрыми потоками и плодородные почвы большого вулканического острова. Все это было совсем непохоже на неприветливые пески коралловых островов, где в течение веков их предки влачили жалкое существование. Окружающая их среда чудесно изменилась. Мы можем лишь смутно представить себе, с каким интересом старики знакомились с многочисленными растениями, узнавая уже известные ранее и давая названия новым видам, как проверяли они полезные свойства древесины, коры, листьев. Здесь изобиловали деревья для постройки домов и лодок и было много коры растений, из которой получали волокно для тканей и веревок. Особенно полезными оказались базальтовые скалы, которых не было на коралловых атоллах. На атоллах приходилось готовить пищу в земляных печах; в них нагревали куски коралла и раковины тридакны, крошившиеся после каждой топки. На вулканических островах для этой цели использовали базальтовые камни. Их можно было употреблять для приготовления пищи в течение длительного времени. Базальт служил также для изготовления тесел и резцов, которые намного превосходили орудия, сделанные из раковин. Огромные возможности открылись перед искусствами и ремеслами; началось быстрое развитие новых и совершенствование старых ремесел.

Таитянская флотилия в полном сборе перед отплытием в экспедицию (Путешествия Д. Кука)
Таитянская флотилия в полном сборе перед отплытием в экспедицию (Путешествия Д. Кука)

Богатые долины с плодородными почвами, на которых возделывались культурные растения, могли прокормить увеличивающееся население. Все съедобные растения, разводимые на этих островах (за исключением сладкого картофеля), и все домашние животные были еще в древности завезены в Центральную Полинезию с Самоа (Сам того не замечая, автор подрывает этими рассуждениями свою собственную аргументацию в пользу северного пути переселения. В главе 5 Хироа пытался доказать, что раз полинезийцы не употребляют лука и стрел и не знают гончарного и ткацкого ремесел, следовательно, их предки не могли пройти через Меланезию, а шли через Микронезию. Здесь же оказывается, что важнейшие свои культурные блага они все-таки получили через Самоа,- а значит, через ту же Меланезию. Более подробно автор развивает эту же мысль в главе XXI. Ясно, что и домашние животные и культурные растения не могли прийти этим путем сами, без людей). О том, как они распространились, будет сказано ниже. Обилие пищи на вулканических островах явилось материальной основой для дальнейшего культурного развития.

Атауанцы в боевых шлемах; в середине женщина-вождь Паруа-арики
Атауанцы в боевых шлемах; в середине женщина-вождь Паруа-арики

В Центральной Полинезии началась новая, более обеспеченная жизнь; это способствовало не только расцвету искусства и ремесел, но и прогрессу в области социальной организации и религии. По-видимому, знатные семьи и наиболее образованные жрецы поселились в местности Опоа на Гаваи'и, которая и превратилась в культурный центр архипелага. Там была основана школа, а с течением времени в ней были собраны разрозненные отрывки преданий и исторических сведений, которые еще помнили многие переселенцы из Микронезии. Судя по мифам и легендам, систематизация имела только местный характер и была связана с ограниченной областью. Создававшиеся здесь образцы на различных ступенях формирования мифологии постепенно разносились мореплавателями в самые отдаленные уголки Полинезийского треугольника. Таитянская мифология или теология продолжала, однако, тем временем развиваться своим чередом. Предания, списанные Теуира Генри с рукописи миссионера Орсмонда, содержат некоторые изменения, сделанные уже после того, как моряки дальнего плавания покинули свою ближайшую родину - Гаваи'и.

По этим преданиям, Та'ароа, Создатель, сам произвел себя на свет, ибо у него не было ни отца, ни матери. Бесчисленное множество лет он просидел в раковине Румиа, напоминающей по форме яйцо. Вокруг расстилалось бесконечное пространство, в котором не было ни неба, ни земли, ни моря, ни месяца, ни звезд. Это было время длительной, бесконечной тьмы (по тини-тини) и густой непроницаемой тьмы (по та'ота'о). Наконец, Та'ароа сломал раковину и вышел на свободу. Стоя на раковине, он громко взывал во все стороны, но ни одного звука не раздалось из пустого пространства ему в ответ. Тогда бог вновь вошел во внутреннюю скорлупу раковины Таму-ити (Малое основание) и пролежал там в оцепенении еще несказанно долгий период. Наконец, Та'ароа решил, что пора действовать. Выйдя из раковины, он превратил ее внутреннюю оболочку в основание скал и землю, а из внешней сделал низкий и тесный небесный свод. В основание скал он вдохнул частицу самого себя, превратив его тем самым в олицетворение мужа - Туму-нуи; таким же способом из верхних пластов горных пород он создал олицетворение жены - Папа-рахараха. Каждый из этих элементов занимал определенное место на земной поверхности, с которого ни за что не хотел сходить, отказывался исполнить приказание Та'ароа и приблизиться друг к другу. Тогда бог сотворил камни, песок и землю и вызвал к жизни Ту - величайшего из ремесленников, чтобы тот помог ему осуществить сотворение мира. Вдвоем они создали несметное число корней. Затем свод Румиа был поднят на столбах, и пространство под ним увеличилось. Оно получило название Атеа и было заполнено духом, олицетворенным под тем же именем. Земля и пространство над ней выросли, а подземный мир отделился. Зацвели деревья и растения; на суше и в воде появились живые существа. Позади выросли горы, олицетворенные под именем Ту-моу'а; по горам устремились ручьи и реки. Впереди простирался океан; над ним и над морскими скалами властвовал бог океана Тино-руа. Итак, наверху был Атеа (Пространство), а внизу - Руа (Бездна), посередине же находилась земля Гаваи'и - родина всех земель, богов, царей и людей.

Вожди из племени макеа-карика на острове Раротонга в одежде из лубяной материи
Вожди из племени макеа-карика на острове Раротонга в одежде из лубяной материи

Первоначально под тесным сводом Румии царила тьма. В темноте Та'ароа сотворил или вызвал заклинаниями богов Ту, Атеа, Уру и всех других. Позднее родились звезды и ветры. Атеа в ранний период мифологического творчества был существом женского пола. От Та'ароа и Атеа родился бог Тане, который представлял собой первоначально живую массу неопределенных очертаний. Чтобы придать ей форму, были призваны искусные мастера. Они приходили парами, неся на плечах связки каменных орудий, однако при виде величественной Атеа в ужасе разбегались. Тогда Атеа сама взялась за создание Тане и с успехом оформила человеческое тело, не упустив никаких подробностей, вплоть до внешних отверстий уха, которые она проделала при помощи тонкой спирально закрученной раковинки. После многочисленных пластических операций, которые подробно перечисляются в предании, Тане вышел таким совершенным, что он стал богом красоты (Те атуа о те пуроту). Та'ароа наделил его особой силой, сделав богом ремесла. Другой из высших богов Ро'о родился из тучи и стал соратником и вестником Тане. В более поздний период, в мифологии других архипелагов, Атеа обменялась полом с Фа'ахоту и превратилась в мужчину.

В Таитянском мифе о сотворении человека нет многих из приведенных выше подробностей. Та'ароа с помощью великого ремесленника Ту сотворил Ти'и - первое человеческое существо. В мифе употребляется слово «раху», что значит сотворить; однако одним из имен Ти'и было Ти'и-аху-оне (Ти'и, сделанный из земли); отсюда следует, что Ти'и был создан из земли. Ти'и вступил в брак с богиней Хиной, дочерью Те-фату (Господин, Сущность) я Фа'ахоту (Начало мироздания). Дети Ти'и и Хины в период тьмы вступали в брак с различными богами. Дети от этих браков считались предками знатных вождей, которые имели право носить пояса из красных перьев, что служило знаком высокого общественного положения. Дети, которые были вызваны к жизни заклинанием, считались прародителями простых людей.

Согласно другой версии, Ти'и создал на Атиауру женщину из земли и сделал ее своей женой. Чтобы зачать первого мужчину, он совершил кровосмешение со своей дочерью. В третьем варианте говорится о том, что Та'ароа вступил в брак с Хине-ахуоне (Девушка, сделанная из земли) и дал жизнь Ти'и - первому мужчине. Здесь упоминаются все три варианта, поскольку в дальнейшем мы к этим преданиям не возвратимся.

В период, когда еще царили теснота и тьма, родилось знаменитое семейство полубогов Мауи. У Ру была дочь Руахеа, которая вышла замуж за Хихира (Солнечный луч) и родила пятерых сыновей и дочь Хину. Всех сыновей Руахеа назвала Мауи с теми или иными добавлениями. Младший Мауи родился до срока и был выброшен в море. Боги сжалились над ним, выращивали его в коралловой пещере на дне океана до тех пор, пока он не достиг зрелости. Поскольку у младшего Мауи выросло восемь голов, его стали называть Мауи-восьмиголовый (Мауи-упо'о-еару). Став взрослым, он совершал чудеса; однако на Таити, в противоположность другим архипелагам, его имя не связывают с вылавливанием островов.

Центр треугольника с Гаваи'и (Ра'иатеа) - Матерью земель
Центр треугольника с Гаваи'и (Ра'иатеа) - Матерью земель

Чтобы раздвинуть небеса и осветить мир, были призваны ремесленники с их каменными орудиями, однако все они разбежались, увидев под сводом Румии страшное лицо Атеа, бога Пространства. Первым решился подпереть небо Ру, дед великого Мауи. Ему удалось поднять небеса до горных вершин и укрепить их на листьях арроурута, которые от этого стали плоскими. От такого физического напряжения Ру стал горбатым, и ему пришлось отступиться от своей задачи. Затем за дело принялся Тино-руа, повелитель Океана, но он тоже не достиг цели. Поразмыслив над этой задачей, один из Мауи под именем Мауи-ти'ити'и решил, что нужно убрать столбы, на которых покоилась Румиа, и разорвать щупальца Великого Осьминога, которые придерживали небо; кроме того, нужно было заставить Атеа,- зацепившегося за землю, ослабить свою хватку. Не добившись успеха, Мауи обратился за помощью к Тане, который жил на десятом небе. Действуя режущими и сверлящими инструментами из раковин и большими бревнами, которые служили рычагами и подпорками. Тане отделил Атеа и подбросил его далеко вверх. Так свет вошел в мир и кончилась длинная ночь, господстствовавшая в Румиа. После этого Тане попросил Ра'и-тупуа, обитавшего на Млечном Пути, восстановить порядок в верхней части небес, потому что Атеа, поднявшись наверх, чтобы занять свое настоящее положение, сдвинул все со своих мест. Наконец солнце, луна и звезды заняли отведенные им места, и в небесах воцарились мир и порядок. Внизу, на земле, были выстроены храмы и дома; человек приспособился к окружающему миру, который давал ему пищу на суше и в море.

Земля, созданная таким образом, была названа Гаваи'и; таитянские барды, по-видимому, убеждены в том, что Гаваи'и - тот самый остров, который теперь называется Ра'иатеа. Океан, расположенный к западу от Гаваи'и, назывался Гнилым морем, а океан на востоке - морем Луны. Древний поэт так описывает рождение новых земель, которые, как и Гаваи'и, были вызваны на свет заклинаниями:

Пусть больше земель растет из Гаваи'и,
Из Гаваи'и родины земель.
Быстрый дух утренней зари
Несется на улетающих облаках в безбрежные просторы.
Несись же вдаль! Откуда доносятся звуки барабана?
Они доносятся из-за Западного моря,
Где море бурлит и выбрасывает Вавау,
Вавау - первенца в семье,
С флотилией, нападающей с двух сторон.

Так, под однообразный грохот прибоя из глубины появился Вавау (Порапора). Таким же образом, под бой морского барабана, быстро следуя друг за другом, всплыли более мелкие острова: Тупаи, Мауруа (Маупити), Мапиха'а (остров лорда Хоу), Путай (остров Силли) и Папаити (остров Беллинсгаузена).

Продолжая свое сказание, певец обычно оборачивался лицом к востоку и пел:

Несись же вдаль! Откуда доносятся звуки барабана?
Они доносятся из-за Восточного моря,
Где под монотонный грохот прибоя извергается из пучины Хуахине,
Страна, почитающая своих вождей,
Страна, расположенная в море Луны.

Вздымающееся море извергло Маиао-ити, а затем Туамоту, Маркизские острова и Гавайи - отдаленные земли, на которых здесь мы не будем останавливаться. Все острова, образующие подветренную группу, выросли вокруг материнской Гаваи'и.

Согласно мифу, группа наветренных островов была создана после того, как на Гаваи'и в Опоа сложился религиозный центр. В то время еще не было пролива между Гаваи'и (Ра'иатеа) и'Упо-ру (Таха'а). В ожидании предстоящих событий в Опоа были наложены священные запреты на людей и животных. Петухи не должны были кукарекать, собаки - лаять, люди - выходить из дома. Ветер затих, и море успокоилось. В наступившей страшной тишине красивая девушка по имени Тере-хе тайно пробралась к речке, которая протекала у ее дома, и начала купаться. Чтобы покарать девушку, нарушившую табу, боги потопили ее. Огромный угорь проглотил Тере-хе целиком и, оказавшись во власти ее духа, взбесился, причем сдвинул с места кусок суши между Гаваи'и и 'Упору. Оторвавшийся кусок превратился в огромную рыбу, спокойно поплывшую по поверхности моря. Когда голова рыбы достигла Опоа, хвост ее вытянулся до' Упору. Пока рыба плыла по направлению к горизонту, боги на Опоа продолжали свои священные обряды, однако Ту, великий ремесленник Та'ароа, обратил на нее внимание. Он встал на голову рыбы и направил ее на юго-восток, к горизонту нового неба, где она превратилась в остров Таиарапу. Туловище рыбы Таити-нуи (Великий Таити) осталось во власти духа девушки Тере-хе. Первый спинной плавник рыбы поднялся и образовал самую высокую гору Орохена. Отделившийся второй спинной плавник последовал за туловищем, превратившись в Таити-ити (Малый Таити) и в остров 'Аи-мео, который теперь называется Мо'ореа. От громадной рыбы отпали другие части, образовав маленькие острова Мети'а и Те Тиароа. От маленькой рыбки также отпал кусочек, который превратился в Маи'ао-ити. Таким образом, Великий Таити и более мелкие острова наветренной группы образовались из рыбы-земли, которая отплыла от Гаваи'и, матери земель. Ту выполнил свой долг кормчего и возвратился в священное собрание богов на Опоа.

Обратитесь к карте и вы увидите, насколько полно отражается в мифе географическое расположение островов. То, что Таити вышел из расщелины между Ра'иатеа и Таха'а, вовсе не нужно принимать на веру, как и западную теорию о появлении луны из Тихого океана. Впрочем, голова этой рыбы (Таиарапу) действительно как бы указывает, в каком направлении она двигалась, а остров Мо'ореа как будто расположен на ее следе. Мне приходилось жить в Папеэте, главном городе острова Таити, посещать Таиарапу, обозревать скалистые горизонты Мо'ореа; я неоднократно объезжал эту область на океанских пароходах, но никогда я не осознавал, какое значение имело расположение отдельных островов, образующих архипелаг Общества, пока вновь не рассмотрел карту под углом зрения таитянской мифологии. Эти предания возникли из устных описаний пути мореплавателей, выходивших в открытый океан. Картина взаимного расположения острова настолько соответствует действительности, что кажется, будто перед глазами сказителей лежала со временная карта.

По преданию, когда остров Таити доплыл до своего теперешнего местоположения, на нем уже жили смелые воины. Но из более поздних сказаний мы узнаем, что среди них не было знатных вождей божественного происхождения. Ту вернулся в Гаваи'и и на Таити не осталось богов, во всяком случае тех, которым поклонялись на Опоа. Древние обитатели Таити назывались «манахуне», а управляли ими «фату» - военные вожди. Поскольку последующие поколения вождей официально не возводили к ним свое происхождение, то слово «манахуне» стало обозначать простонародье. Отсюда Таити получил название Таити-ма-нахуне, т. е. Таити, лишенный королей и богов. Так, позднее верховные вожди начали преуменьшать подвиги древнего народа, герои которого послужили прообразами для полинезийских богов. Вернемся все же к изложению местной легенды. Прошло немало времени с тех пор, как Таити встал на свое место. На острове рождались все новые поколения, зрели бананы, налива лись горные смоковницы, петушиные крики оглашали леса,, лай собак раздавался на берегу, у кабанов заворачивались клыки, растение ава широко распространило свои корни, цвели посевы таро, зеленели стебли сахарного тростника, плоды хлебного дерева заквашивали в ямах, по острову раздавались песни, сопровождавшие удары колотушек по коре при выделке одежды.

Однако, несмотря на полное довольство, военные вожди беспокоились о том, останется ли их рыба-остров неподвижной. Поскольку она некогда приплыла с Гаваи'и, она могла отправиться и в более далекие плавания. Воин Тафа'и предложил перерезать жилы рыбы, чтобы она больше не двигалась. Несколько воинов, имена которых олицетворяют различные состояния океана, начали рубить землю каменными теслами, но безуспешно. Тогда Тафа'и воззвал к помощи богов неба, моря, и луны; но ни один из них не откликнулся на его мольбы. Тафа'и поплыл за помощью к королю Марере-нуи на остров Тупуа'и (Южные острова). Король осведомился, кто из богов помогал закрепить остров, на что Тафа'и отвечал: «Никто! Таити-манахуне держится без помощи богов». После некоторого размышления король вручил Тафа'и каменное тесло по имени «Те-па-хуру-нуи-ма-те-ваи-тау», с помощью которого жилы рыбы были, наконец, успешно перерублены. Вначале горная цепь шла вдоль всего Таити, но волшебное тесло разрубило ее таким образом, что возник перешеек, называющийся Таравао. Он связывает теперь Таиарапу, голову рыбы, с ее туловищем. Горло рыбы было перерезано, и с тех пор остров стал неподвижным.

Наконец, наступило время, когда на Таити при помощи западных ветров перенеслись боги. Они явились сюда из Опоа на Гаваи'и, а люди в ужасе разбежались по пещерам и глубоким горным ущельям. В те времена запасы пищи у людей были не многим больше, чем у птиц. Первоначально боги обосновались на Мо'ореа, но позднее захватили Таутира на Таити и стали вести себя, как деспотические правители. Боги потребовали вначале головы всех воинов, и люди в страхе бежали с острова, где остались только одни птицы. Позднее люди умолили богов не губить их. Постепенно боги расселились по всему Великому Таити, и люди, не испытывая больше страха перед ними, возвратились к своим очагам. В честь богов были воздвигнуты храмы, и возникла новая вера.

Подробно излагая мифы и предания, я хочу передать своеобразие таитянского представления о событиях, которые произошли так давно, что покрылись налетом сверхъестественного.

Если к художественному творчеству народа подойти критически, то можно восстановить основной ход событий, скрытых в тумане прошедших веков.

Из мифа о происхождении Таити ясно, что жрецы на Опоа донимали народ суровыми религиозными запретами. Рассказ о том, что табу молчания было наложено даже на петухов и собак, что ограничениям подвергались и свиньи и люди, что затихали даже ветры и море, указывает на тираническое правление. Протест девушки Тере-хе может быть истолкован как мятеж манахуне, восставших против этих ограничений. Имя Тере-хе в переводе значит «Уплывающая вдаль из-за своего греха». Давая своим героям подобные имена, полинезийцы тем самым облегчали себе запоминание событий. Гибель девушки и бешенство морского угря, в которого вселился ее дух, указывают на расправу и последовавшее за ней восстание.

В результате восстания некоторая часть воинственных манахуне, поклонявшихся богу Ту, отправилась в лодках на поиски новой родины. Более поздние сказители-историки подчеркнули связь бога Ту с манахуне, предоставив этому божеству направлять движение рыбы. Однако позже они похитили Ту у манахуне и вернули его на Опоа, оставив мятежников без богов.

Отделившаяся от Гаваи'и рыба символизирует манахунскую флотилию, которая привезла на Таити первых переселенцев. Поэтому первоначальным названием Таити было Таити-манахуне, что означает Таити, где живет народ манахуне. Боги, которые, по преданию, проникли на Таити, были воинами, находившимися под управлением жрецов из Опоа.

Вначале они обосновались на ближайшем острове Мо'ореа, а затем - на самом Таити в области Таутира. Требование богов выдать головы манахунских воинов указывает на массовое истребление манахуне и их покорение. Мир с «богами» был заключен после того, как побежденные подчинились власти победителей и заимствовали их религию.

Так жрецы и ученые на Опоа, связав воедино разрозненные свидетельства и мифы, составили своего рода Книгу бытия новой родины и ее океанских соседей. Вожди, возглавлявшие первые походы, были позднее обожествлены и с течением времени превратились в верховных богов: Та'ароа, Ту, Тане, Ро'о и других. В качестве богов они принимали участие в сотворении небесного свода, земли и живых существ на земле и под водой. С помощью генеалогий человек породнился с богами, и это не противоречит истине, потому что сами предки полинезийцев были обожествлены потомками. Наряду с людьми, превращенными в богов и полубогов, к пантеону были причислены также некоторые олицетворенные явления природы и отвлеченные понятия, например Атеа (Пространство), Папа (Сотворение земли), Те Туму (Источник, Причина), Фа'ахоту (Начало мироздания).

Заклинатели домашних духов постепенно превратились в могущественных жрецов, которые создали соответствующие обряды и пышный ритуал. Под их влиянием развилась храмовая архитектура. Простейший тип храма представляет собой свободное пространство перед каменным столбом. Позднее стали сооружать возвышенную каменную площадку, перед которой расстилался вымощенный или усыпанный гравием двор. В Опоа был воздвигнут большой храм («марае») Тапутапу-атеа, посвященный новому богу Оро, сыну Та'ароа. Слава об этом храме разнеслась далеко. Новые храмы воздвигались также и на островах Общества, причем, чтобы повысить их престиж, привозились камни из Тапутапу-атеа и вставлялись в новые здания. Такая закваска обеспечивала насыщение всего строения «мана» (божественной силой).

Многие годы я лелеял надежду совершить^паломничество в Тапутапу-атеа. Из маорийских преданий мне было известно, что часть моих предков происходила из Ра'иатеа. Я чувствовал, что наше богословие в значительной степени исходит из Опоа и его главного святилища. К счастью, в 1929 г. во время экспедиции музея Бишопа на острова Кука я очутился на северном атолле Тонгарева (Пенрин). Ближайший обратный путь к моей базе на Раротонге проходил через острова Общества.

Пока дымил наш пароход, направляясь на юго-восток, я не мог не ощутить тех огромных изменений, которые принесли с собой прошедшие столетия. Мы находились на борту закованного в броню британского военного судна. Оно шло по компасу; и луной и солнцем наблюдали при помощи точных приборов; положение судна заносили на карту, на которой были тщательно обозначены все острова. Можно было с абсолютной точностью отмечать, сколько миль мы проходим за день; мы даже знали точно час нашего прибытия в Ра'иатеа. А столетия тому назад поэтому же пути плыли манахунские пионеры, плыли в деревянных лодках, сработанных орудиями из раковин, под парусами из циновок или на веслах, плыли без компаса, без секстанта, без карты, но с непоколебимой верой, что где-нибудь они пристанут к земле.

«Порапора с бесшумными веслами» круто вздымалась перед нами из моря - великолепное зрелище для того, кто хотя бы лишь месяц провел на атолловых островах. На глазах вырастали Таха'а и Ра'иатеа, а за ними виднелся Хуахине. Здесь перед нами в Гнилом море и море Луны предстал великий остров, с которого началась история полинезийцев. Мы достигли Ра'иатеа, древней Гаваи'и и, пройдя по широкому проливу, усеянному множеством рифов, и глубокой лагуне, причалили у древней Уту-роа. Капитан должен был сойти на берег, чтобы сделать официальный визит местным властям, и я высадился вместе с ним. Мне хотелось при первом же шаге на берегу с благоговением поднять немного священной земли Гаваи'и, но осуществить это было совершенно невозможно, ибо мы причалили к современной пристани, окруженной деревянными постройками. В своем воображении я воскрешал древний дух Гаваи'и - родины земель. Но эти мечты были безжалостно разбиты видом современной французской торговой деревушки. Все здесь преобразилось.

Знакомый голос прервал мое меланхолическое раздумье. Предо мной, приветливо улыбаясь, стоял Эмори, сотрудник музея Бишопа. Он должен был руководить экспедицией на архипелаг Туамоту, для которой на Таити был сооружен моторный баркас. Постройка судна была завершена, и его испытывали в плавании между Таити и Ра'иатеа. Шлюп был назван в честь древней полинезийской ладьи «Махина-и-те-пуа» (Волна, которая, набегает на нас и разбивается в клочья пены, подобные цветам). Эмори было известно, когда я должен прибыть на Ра'иатеа, и он сообщил мне: «Я прибыл сюда, чтобы испытать лодку и взять вас с собой в Тапутапу-атеа».

Жители Ра'иатеа собрались в Утуроа на национальный французский праздник - день падения Бастилии. Вечером многочисленные группы деревенских жителей соревновались друг с другом в пении и постановках исторических преданий и легенд. Одна из них была посвящена рождению небольшого созвездия Пипири-ма (звезды-близнецы в созвездии Скорпиона). В этой легенде рассказывалось о том, как эгоистичный рыбак и его жена съели весь улов рыбы, а двух детей отправили спать без ужина. Голодные дети убежали на высокую гору. Родители догнали их и, пока дети стояли на вершине горы, упрашивали вернуться домой. Но дети отказались. Когда отец с матерью взобрались за ними на вершину, дети прыгнули прямо на небо и превратились а созвездие Пипири-ма. Актеры точно следовали легенде. Перед горящим листом кокосовой пальмы, изображавшим костер для приготовления пищи, сидели довольно тучный мужчина и его жена. Двое детей лежали на земле и поглядывали сквозь пальцы на своих родителей, которые жестами изображали, что они едят рыбу. Наконец, родители улеглись спать, а оба ребенка осторожно пробрались к высокому шесту, который стоял на переднем плане. Он изображал собой легендарную гору. У подножья горы находились два стула, прикрепленные к вершине шеста при помощи каната и системы блоков. Проснувшись, родители испустили пронзительный вопль и бросились преследовать детей. Когда они приблизились к «горе», дети были подтянуты на стульях и очутились на «небе». Тучный отец, обхватив подножье шеста, умолял детей вернуться. Тогда дети зажгли карманные электрические фонарики и с явным удовольствием ослепили их лучами обращенные кверху глаза раскаявшегося отца. Пучки света современных электрических фонариков изображали мигающие лучи созвездия Пипири-ма.

На следующее утро мы переплыли залив и посетили опустевшее Опоа. Старики и старухи, которые могли хотя бы в некоторой степени передать торжественное религиозное настроение древних жителей, были все еще на празднестве в Утуроа. Тапу-тапу-атеа расположен на плоском широком мысу, окаймленном с обеих сторон живописными заливами. Дворик перед храмом порос сорной травой, но алтарь («аху») длиной в 141 фут и шириной в 25 футов еще сохранял следы былого величия. Каменная площадка была некогда обнесена стеной из плит кораллового известняка, врытых в землю. Пространство внутри ограды было заполнено камнями. Когда-то между ними были раскиданы или собраны грудами в тайниках черепа. Так было до тех пор, пока жителям не пришлось прятать их в других местах, чтобы уберечь от жадных лап чужеземных грабителей. Некоторые плиты возвышались над землей на 12 футов. Часть из них упала и обнажила внутренний ряд более низких стенных плит. Это показывает, что большая площадка была выстроена вокруг меньшей и над ней. Так разрушение позволяло мысленно восстановить ход развития храма в прошлом. Древний храм Феоро превратился сначала в Ваи'отаха, а под конец, по размерам и по значению, - в общеплеменной марае Тапутапу-атеа. Вблизи храма находился вертикальный каменный столб, доходивший до 9 ,футов. Его называли «Белой скалой церемонии посвящения» (Те Папа-теа-иаруеа). Здесь над главой царского рода Опоа совершалась церемония посвящения. Опоясанный повязкой из красных перьев, он восседал на почетном деревянном кресле. Часть посвятительного обряда заключалась в том, что его поднимали на вершину столба. У самого берега, находилось другое марае. Здесь привезенные а лодках люди, предназначенные в жертву богам, лежали в ожидании своей очереди, чтобы принять страшное участие в обрядах храма Тапутапу-атеа.

Мы сфотографировали безмолвные камни и безжизненные скалы. Я совершил паломничество к Тапутапу-атеа, но безмолвные мертвецы ничего не поведали о себе. Мне было горько до слез. Я испытывал глубочайшее сожаление, но о чем именно - не знал и сам. Сожалел ли я о том, что не бьют большие храмовые барабаны и не раздаются крики толпы, когда возносят короля? Сожалел ли я о человеческих жертвоприношениях, совершенных в давние времена? Нет, я не сожалел ни о чем в частности, но о чем-то общем, что было скрыто за всем этим, я сожалел о жизнеспособном духе и о божественной отваге, царивших в древние времена, безмолвным символом которых был Тапутапу-атеа. Я сожалел о том, что мы, полинезийцы, потеряли и чего не можем найти; чего мы жаждем, но не можем возродить. Основа, породившая этот дух, безвозвратно исчезла Холодные ветры забвения гуляют над Опоа. Чужими сорня хами порос заброшенный двор, и камни упали со священного алтаря Тапутапу-атеа. Уже давно боги покинули святилище. Чтобы подавить охватившее меня волнение, я сказал резко, по-американски: «Пошли!»

предыдущая главасодержаниеследующая глава








ПОИСК:







Рейтинг@Mail.ru
© Алексей Злыгостев, дизайн, подборка материалов, оформление, разработка ПО 2001–2019
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку:
http://historic.ru/ 'Historic.Ru: Всемирная история'