история







разделы



предыдущая главасодержаниеследующая глава

9. СПУСК В «ПЕЩЕРУ ВОЛШЕБНИКОВ»

 Майяский жрец. Пьедрас-Неграс (Усумасинта) 
 Майяский иероглиф «Ок» -
 название девятого дня месяца
Ок
Ок

Итак, вперед к новым приключениям. Впервые за время моего путешествия поиски майяских сокровищ приведут меня в подземелье. Внутрь юкатанских известняков. В «Пещеру волшебников». В пещеру, которую современные майя называют Баланканче - «Алтарь ягуаров».

Баланканче была открыта совсем недавно. Не прошло еще и 10 лет с того достопамятного дня, когда один из местных сторожей Чичен-ИцыДосе Умберто Гомес в нескольких километрах к востоку от города случайно нашел «подозрительное отверстие» в скалах. Он протиснулся через него и вступил в обширный лабиринт, который, видимо, образовала подземная река. Лабиринт состоял из множества коридоров и нескольких залов. И в одном из них, глубоко под поверхностью, Хосе Умберто Гомес увидел святилище своих индейских предков - святилище тысячелетней давности и притом никем не тронутое.

Разумеется, это было фантастическое открытие, совершенно уникальное для всей Америки.

И естественно, что я в своей программе исследования Юкатана не могу пропустить Баланканче. Итак, я направляюсь по следам Гомеса в подземный лабиринт. Я покидаю кампаменто в Чичен-Ице ранним утром, пока солнце еще не слишком печет. Беру с собой лишь немного еды и плащ. Канат мне не нужен. Дирекция археологического заповедника в Чичен-Ице сделала доступной и эту пещеру, установив в ней временную электрическую проводку.

Тем не менее спуск в пещеру не доставляет никакого удовольствия. Ступени, вытесанные в камне, покрывает липкая грязь. С потолка постоянно падают капли, иногда кажется, что идет дождь. Я натягиваю плащ. Сверху одежда защищена от влаги, зато я потею, как не потел никогда в жизни.

Сейчас пещера пуста. Только летучая мышь пролетела над моей головой. Потом еще одна. Я спускаюсь все ниже. Теперь вокруг сталактиты и сталагмиты. Они нацелены на неосторожного путника как самурайские мечи. Часто слышится звон задетой случайно известняковой сосульки; ноги скользят, и я то и дело теряю равновесие. К «Алтарю ягуаров» я спустился весь заляпанный грязью и в синяках.

Наконец я добрался до первого естественного «алтаря» подземного святилища. На нем в ряд выстроились сосуды примерно тридцатисантиметровой высоты. И все без исключения украшены ликами мексиканского бога дождя Тлалока. Мексиканского Тлалока? Да, я не ошибаюсь. Я узнаю его большие круглые глаза, как на картинках к сказке о Волке и Красной шапочке, узнаю характерное украшение в форме буквы «V» над переносицей.

Лицо мексиканского бога покрыто синей краской. Ведь Тлалок-властитель дождя. Синего цвета и ливни, и река, орошающая подземное царство Тлалока. Лоб у божественного Тлалока черный. Черная краска означает бурю. Ведь Тлалок повелевает также громами и молниями, черными грозовыми тучами. Таких сосудов с изображением Тлалока в одном только этом «притворе» обширного подземного святилища до сих пор сохранилось около 70. Я полагаю, что при совершении каждого обряда здесь оставляли в честь властителя вод по кувшину с его портретом. Сколько же тут должно было состояться таких «подземных месс»?

Рядом с сосудами, украшенными ликом мексиканского бога, на «Алтаре ягуаров» стоят и миски для копала - индейского фимиама. На их дне сохранились остатки благовонных смол.

Но пещера, названная «Алтарем ягуаров», у этого алтаря не заканчивается. И я прохожу еще несколько десятков метров. Маленькое озерцо... Нежные, ослепительно белые сталактиты... Невероятная тишина...

Над озерцом высится второй алтарь - «Алтарь девственных вод». И на нем опять Тлалок.

Значит, это Тлалок заманил меня в Баланканче. Да еще рассказ человека, который провел в пещере самый удивительный и самый страшный день своей жизни.

Человека этого зовут Рамон Павон Абреу, должность его - директор археологического музея в Кампече. На пути из Чиапаса на Юкатан я остановился в этом городе для того, чтобы познакомиться с ним лично.

До этого я знал кампечского майяолога лишь по его статьям, и о пещере Баланканче у меня были весьма неточные сведения. Но уже после первых произнесенных им слов я решил, что Баланканче мне обязательно нужно посмотреть. Даже если для этого придется подвергнуться такому же фантастическому испытанию, какому подвергся он.

Голова бога Тлалока, выступающая из барельефа пасти 'Пернатого змея' в майяско-тольтекском 'Храме воинов'
Голова бога Тлалока, выступающая из барельефа пасти 'Пернатого змея' в майяско-тольтекском 'Храме воинов'

Дело было так. Умберто Гомес, индейский сторож развалин Чичен-Ицы, случайно открывший пещеру, естественно, похвастался своим открытием дону Барбачану, местному энтузиасту майяской археологии. Тот сообщил специалистам, и через несколько месяцев в Баланканче выехала комплексная экспедиция. История ее во многом похожа на историю первой экспедиции Стирлинга в страну ольмеков. И на этот раз никто не возлагал больших надежд на успех экспедиции. Тем не менее американское Национальное географическое общество отпустило на исследование Баланканче солидную сумму. Руководить экспедицией в эту пещеру общество поручило Уиллису Эндрьюсу и его коллеге Павону Абреу.

Вопреки предсказаниям скептиков, экспедиция подтвердила сообщения Гомеса. Она же сделала доступным вход в пещеру. Благодаря успеху экспедиции значительно возрос научный престиж ее руководителя профессора Павона.

Казалось, все было в порядке, но так только казалось. Вскоре после успешного обследования пещеры к профессору Павону явился неизвестный человек, местный индеец, и представился ему как верховный юкатанский ах-мен, то есть майяский волшебник.

Павону было хорошо известно, что ax-мены, традиционные майяские волшебники, до сих пор существуют на Юкатане. Он знал также, чем они сейчас занимаются: традиционным, своеобразным индейским магическим врачеванием. Но ни Павон, ни другие майяологи не подозревали, что юкатанские майя до сих пор совершают древние, относящиеся к доколумбовой эпохе обряды. Они почитают старых богов и даже молятся, как сотни лет тому назад, ягуару, которому была посвящена эта пещера и ее главный алтарь.

Павон не подозревал, что своей экспедицией в Баланканче он осквернит священное жилище ягуаров и в высочайшей степени разгневает их. (Научные результаты экспедиции верховный юкатанский ax-мен, разумеется, не принимал во внимание.)

А поскольку теперь нужно было очистить оскверненное святилище, успо-коить рассвирепевших ягуаров и спасти от их мести исследователей, осквернивших пещеру, по словам ax-мена, не оставалось ничего иного, как совершить великий волшебный обряд.

Волшебник изобразил грозящую опасность: разъяренные ягуары выйдут из лесов и начнут убивать. Прежде всего они растерзают Павона, предводителя святотатцев, потом - остальных участников обследования Баланканче, затем страшные мстители набросятся на прочих обитателей Юкатана. Апокалипсическая картина ягуарьей мести, завершающейся уничтожением всего человечества, заключала в себе силу древних верований. Да, именно так многие народы древней Америки представляли конец света.

Ведь мексиканские индейцы верили, что мир был четырежды сотворен и четырежды уничтожен. Один раз - солнцем, второй - ветром, третий - водой, всегда игравшей в жизни этой страны важную роль. А властителем вод был Тлалок, чья статуя украшает «Алтарь ягуаров». Тот самый Тлалок, который в третий раз уничтожил мир, вызвал на земле гигантское наводнение, затопил города и пирамиды индейцев, а тех людей, коим было суждено пережить катастрофу, превратил в птиц.

И вот опять Тлалок и ягуары угрожают людям. И только великий волшебный обряд - ax-мен это знает! - может укротить их. Поэтому нужно безотлагательно совершить такой обряд, а Рамон Павон Абреу не только может, но и должен принять в нем участие. И не один он, а все его коллеги, побывавшие в пещере. Павону в самом деле пришлось принять участие в обряде, главным образом для того, чтобы не утратить доверие индейцев, без помощи которых поиски сокровищ древних майя были бы значительно затруднены.

Влияние волшебников на индейцев все еще остается огромным. Ах-мены существовали у майя уже сотни лет назад, а их приемы, их диагностические методы почти не изменились с доколумбовых времен. В ту пору индейцы приглашали к больному либо жреца, либо лекаря, либо волшебника. Конкистадоры в первую очередь истребили жрецов. Ликвидацию майяской «интеллигенции» пережили одни магические врачеватели - волшебники, которые ныне не только «лечат» индейцев, но и тайком служат древним культам доколумбовой эпохи.

О лечебных приемах юкатанских чародеев известно гораздо больше, чем об их языческих обрядах. В доколумбову эпоху индейские ax-мены составили даже книги, где в назидание своим последователям сообщали целый ряд рецептов. Доктор фон Хаген списал некоторые из них. Рецепт для лечения желтой лихорадки звучит, например, так: «Возьми смолу чактес, костный мозг секро-пии, бабочку иш-тусил, красную глину, перья попугая чак-пилис-мо, перья птицы кардинала, затем размели мак-ок и смешай с соком эуфорбии. Лекарство выпей».

Рак ax-мены лечили примочками, приготовленными из размолотых клешней рака; эпилепсию, довольно обычную у майя, - отваром из оленьих рогов или петушиных семенников. Лечили ax-мены и желтуху, различные кожные болезни, главным образом чесотку, нарушения менструального цикла и мужскую импотенцию (последнюю весьма поэтичным способом - сердцем колибри); а также, разумеется, и болезни, наиболее естественные у юкатанских майя, - малярию, которую здесь называли ночной лихорадкой, и заболевания, вызываемые бедной и крайне однообразной кукурузной пищей.

Меня всегда удивляло, что строители дворцов и храмов, уделявшие столько времени украшению своих городов, создававшие совершенные фрески и высекавшие из камня прекрасные стелы, многие годы наблюдавшие за звездами, чтобы понять общие законы космоса, добившиеся таких успехов в математике и письменности, столь мало сделали для себя, для своего бренного тела. Собственно, не сделали ничего.

Их медицина до смешного убога. А при этом природа предлагала им богатый выбор лекарственных растений. К тому же они могли знать о человеческом теле и анатомии больше, чем их средневековые европейские коллеги. Ведь принося человеческие жертвы, они вскрывали тело человека и могли знать его строение и основные функции. Но майяские жрецы охотнее смотрели на звезды. А те волшебники ax-мены, которые сохранились до нынешних дней и все еще пользуются влиянием среди юкатанских майя, не восприняли ни наследия майяских жрецов, ни наследия лекарей, а унаследовали лишь традиции магических врачевателей. В том числе все смешное и бесполезное. Но я слышал, что ax-менам известны вещи и похуже. Как говорят, они умеют приготовлять из лесных лиан ядовитые отвары, умеют и убивать. Из многих примеров приведу хотя бы один, который я слышал несколько раз и который запечатлеваю на бумаге еще и потому, что он имеет к нам - чехам и словакам - некое отношение.

Припоминаете ли вы трагическую австро-французскую авантюру, когда Максимилиан Габсбург на деньги Наполеона III и при поддержке штыков его экспедиционной армии стал «императором» Мексики. Спустя некоторое время президент свободной Мексики - прославленный Бенито Хуарес освободил страну и казнил «императора». Итак, Габсбург поплатился за свою американскую авантюру. Его же жена Шарлотта вернулась в Европу, но через некоторое время сошла с ума.

На Юкатане верят, что Шарлотта была отравлена отваром тотоаче. Этот яд якобы начинает действовать спустя много месяцев после того, как попадает в организм. И об особо коварном экземпляре этого растения, предназначенном для того, чтобы покарать ненавистную императрицу, по слухам, позаботились майяские волшебники. Верен ли этот рассказ - не знаю. Как говорится, за что купил, за то и продаю.

Но вернемся к Павону. Через несколько дней главный волшебник снова появился у кампечского археолога и сообщил ему точно установленный день свершения таинственного обряда, а также поставил его в известность, что он, Рамон Павон Абреу, на время ягуарьего обряда станет одним из ах-менов, дабы собственным активным участием в церемонии замолить грех осквернения Баланканче, содеянный им и другими членами экспедиции.

Как будет происходить обряд, сколько он будет продолжаться, роль в нем^, отведенная Павону, - все это оставалось пока для него и его коллег полной тайной.

Наконец настал день, назначенный ах-меном. Процессия волшебников, хор мальчиков и «грешники» вступают в Баланканче. И сразу же большой камень закрывает вход в пещеру. В течение 24 часов никто не смеет покинуть Баланканче.

Обряд совершался перед «Алтарем ягуаров». Тринадцать волшебников (двенадцать индейцев и белый) тринадцать раз повторили тринадцать молитв. Число тринадцать явно было магическим. Лицо жестокого Тлалока освещало тринадцать восковых свечей. Из тринадцати бокалов тринадцать волшебников пили тяжелый хмельной мед. Но мед не опьянял, а только возбуждал.

Хор волшебников почти со слезами молил: «Простите, могущественные, людей, осквернивших ваш дом», - просил: «Примите наши жертвы!»

Тринадцать волшебников принесли в жертву живых птиц. (Двенадцать ах-менов рвут шеи курицам, тринадцатый - Рамон Павон Абреу - должен оторвать шею индюшке и брызжущей из нее кровью окропить «Алтарь ягуаров».)

«Я дрожал как никогда. Не от страха. Но я чувствовал, что вдруг вступил в иной мир...»

Весь обряд сопровождался странным хором. Мальчики, едва достигшие 10 лет, все вместе и соло подражали голосам животных и птиц.

Догорели тринадцать свечей. Тринадцать волшебников получили по тринадцать песо. И Павон получил свой гонорар волшебника. А через несколько дней Баланканче можно было снова открыть, ягуары якобы переселились в другое место. И новых посетителей - в том числе и меня - уже не постигнет их месть.

Рамон Павон Абреу первым привел в Баланканче научную экспедицию. Но он говорит мне, что до конца жизни не вернется в эту пещеру.

Теперь перед алтарем стою я. Древний обряд тысячелетней давности, о котором мне рассказывал Павон, растворился в воздухе. Я вижу лишь декорации драмы: сталагмиты и сталактиты, «Алтарь ягуаров», на нем сосуды с благовонной смолой, а посреди - Тлалок. Тлалок? В стране майя он такой же чужеземец, как и я.

Я спустился в «Пещеру волшебников», чтобы найти ответ на вопрос, что сталось с городом вокруг сенота Штолока, с племенем ица и с майя после того, как в VII веке Чечен-Ица была покинута. Ответ передо мной. Имя его - Тлалок. Чужеземец Тлалок на майяском алтаре.

Значит, я должен отправиться за ним. На родину Тлалока. Я должен проследить его путь во времени и пространстве.

предыдущая главасодержаниеследующая глава









ПОИСК:




Рейтинг@Mail.ru
© Алексей Злыгостев, дизайн, подборка материалов, оформление, разработка ПО 2001–2018
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку:
http://historic.ru/ 'Historic.Ru: Всемирная история'