история







разделы



предыдущая главасодержаниеследующая глава

2. Сложные вождества

Усложнение социальных структур в Центральных Андах отчетливо заметно со второй четверти II тыс. до н. э. На протяжении этого и следующего тысячелетия в древнем Перу формируются сообщества численностью в тысячи, а порой и в десятки тысяч людей. Складываются иерархически организованные вождества.

Центром древнейшего политического образования подобного ранга стал, по-видимому, храмовый комплекс Сечин-Альто в долине Касмы на юге северного побережья. Он знаменит своей пирамидой из грубого камня и конического сырцового кирпича, имеющей высоту 35 м и основание площадью 300 на 250 м. Вокруг на территории не менее двух квадратных километров располагаются другие строения. Недавними работами установлено, что во второй четверти II тыс. до н. э. в долине Касмы возникли, вероятно, два крупных вождества. Через несколько веков произошло их объединение вокруг Сечин-Альто. В это время возводится не только главная пирамида Сечин-Альто, но и целый ряд других крупных монументальных объектов. Считается, что людских ресурсов одной лишь Касмы для этого вряд ли было достаточно и что по крайней мере два соседних оазиса в низовьях рек Непенья и Уармей также попали в зависимость от Сечин-Альто. (The origins and development, 1987. P. 15-30.)

Помимо Сечин-Альто, еще один мощный центр, Гарагай, со знаменитыми раскрашенными рельефами возник во второй половине II тыс. до н. э. неподалеку от сегодняшней Лимы; третий, Кабальо-Муэрто, располагался в долине реки Моче.

Начиная с XVIII-XV веков до н. э. прибрежные перуанские храмы украшаются росписями, рельефами и объемной глиняной скульптурой. Нет никакого сомнения в том, что создавали эти произведения искусства мастера-профессионалы. По материалам XVI века мы знаем, что обслуживавшие храмы и знать перуанские ремесленники стояли вне обычной общинной организации, находясь в зависимости от государства или отдельных представителей привилегированных слоев. Эта инкская практика находит несомненные аналогии в социальном устройстве царства Чимор (X-XV века н. э.). Свидетельства о профессиональном ремесле, относящиеся ко II тыс. до н. э., поэтому крайне важны. Если мастера работали по заказу центральной власти, то это значит, что к XVIII-XV векам до н. э. у местных лидеров появляется свой социально-хозяйственный сектор - т. е. тот самый независимый от «низов» дополнительный источник власти, ресурсами которого они непосредственно распоряжаются. О том же говорят и находки предметов роскоши, каковыми в Андах были прежде всего экзотические эквадорские раковины и изделия из них. Самые ранние отмечены при раскопках верхних слоев Ла-Гальгады, а первой половиной I тыс. до н. э. уже датируется большая серия подобных находок.

Надо заметить, что доколумбова Америка вообще отличается более ранним и широким распространением монументального изобразительного искусства, чем типологически близкие культуры Старого Света. Обилие и совершенство каменной и глиняной скульптуры и. настенной живописи, характерное для мексиканских (ольмекских) и перуанских вождеств II тыс. до н. э., не имеют аналогий ни в додинастическом Египте, ни в прото- и даже раннединастическом Двуречье. Одну из причин этого допустимо усмотреть в скором и эффективном подчинении квалифицированных индейских мастеров правящей элите. Создается впечатление, что как в Мексике в XII веке, так и в Перу в XVIII-XV веках до н. э. имел место резкий сдвиг в формах общественных отношений: монументальное искусство появляется внезапно в уже развитом виде, тогда как достаточно массивные перуанские святилища начала II тыс. до н. э. лишены сколько-нибудь существенного декора.

Навершие золотой булавки культуры уари с изображением божества (из клада, обнаруженного в районе Куско; по С. Чавесу).
Навершие золотой булавки культуры уари с изображением божества (из клада, обнаруженного в районе Куско; по С. Чавесу).

Горные районы Центральных Анд до середины I тыс. до н. э. развивались несколько медленнее прибрежных. Окончательный переход к оседлости, отраженный в появлении деревень и гончарства, приходится лишь на вторую четверть II тыс. до н. э., когда на побережье уже возводились массивные пирамиды. Простые вождества, по-видимому, формируются здесь с конца II тыс. до н. э. Зато в середине или третьей четверти I тыс. до н. э. именно в горах в верховьях реки Мараньон вырастает крупнейший региональный центр, Чавин-де-Уантар, контролировавший торговый путь через Анды. Существует гипотеза, связывающая возвышение Чавина с постигшей прибрежные области катастрофой - ударами гигантских цунами, разрушивших в начале I тыс. до н. э. Гарагай и, возможно, другие храмы и поселения. Ш. Позорски же доказывает, что политическое объединение вокруг Сечин-Альто было около 1000 г. до н. э. просто разгромлено горцами. (Ibid. P. 25-29.) Каковы бы ни были причины упадка прибрежной культуры в самом начале I тыс. до н. э., ее предшествующие достижения не были утрачены: важнейшие особенности архитектуры Чавина восходят именно к прибрежной традиции. В IV веке до н. э. Чавин-де-Уантар стал одним из самых значительных поселений Южной Америки. Вокруг великолепных храмов располагались жилые кварталы площадью около 40 га. Число обитателей городка составляло две-три тысячи человек. (Burger, 1984.)

Зародившийся во II тыс. до н. э. на побережье и получивший блестящее развитие в каменных барельефах Чавина художественный стиль, равно как и связанные с данными монументальными памятниками типы керамики, встречаются на огромной территории - от лесного коридора, разграничивающего Эквадор и центральноандскую область, до Аякучо и южного побережья Перу. Со своей стороны, культуры, развивавшиеся в тот же период в бассейне озера Титикака, также демонстрируют некоторые общие черты, хотя и не столь яркие, как «чавиноидная» общность. Предполагать политическое единство каждой из этих двух групп племен нет достаточных оснований, но тенденции к такому объединению, вероятно, возникали. В частности, найденные в горах и на побережье культовые изображения свидетельствуют об унификации существующих религиозных представлений, о возникновении образов божеств с устойчивой иконографией. Складывается художественный канон, определивший многие особенности всего последующего перуано-боливийского искусства вплоть до эпохи инков. Характерно также, что население северного Перу в I тыс. до н. э. предпочитало пользоваться изделиями из обсидиана (вулканического стекла), поступавшего из более удаленного, но находившегося в границах «чавино-идной» области центральноперуанского месторождения, чем оказаться в зависимости от более близкого источника в Эквадоре, который контролировали создатели других культур (Social and economic organization, 1984. P. 33-71.).

предыдущая главасодержаниеследующая глава

Лобовые стёкла для Сузуки ГРАНД ВИТАРА








ПОИСК:







Рейтинг@Mail.ru
© Алексей Злыгостев, дизайн, подборка материалов, оформление, разработка ПО 2001–2019
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку:
http://historic.ru/ 'Historic.Ru: Всемирная история'