история







разделы



предыдущая главасодержаниеследующая глава

Благородный купец

Из города Сара до Хорезма меня сопровождал шариф из жителей города Кербелы (Кербела (Машхад Хусайн) [54, IV, 249] - город в Ираке, один из священных городов шиитов. В этом городе находится могила шиитского мученика, внука Мухаммада, имама Хусайна - объект поклонения многочисленных паломников-шиитов. О Кербеле имеются многочисленные упоминания ат-Табари, Ибн ал-Асира и других арабских авторов. Из исследований нашего времени наиболее полные принадлежат Нбльдеке, ле Стренджу и Дональдсону (см. [165]).

Слово тариф имеет терминологическое значение. Шарифы разделялись на несколько ветвей (аббасиды и алиды), и нередко к числу тарифов или саййидов причислялись люди, не имевшие никакого отношения к «дому Пророка» (см. [63, 165]).) по имени Али ибн Мансур. А был он из купцов. Я обычно просил его купить мне одежду и другие вещи. Он покупал мне одежду за десять динаров, а мне говорил: «Я купил ее за восемь». Таким образом он получал с меня восемь, приплатив два динара из своих денег, а я не знал этого, пока людская молва не осведомила меня. Так он дал мне взаймы некоторое количество динаров. Когда же эмир Хорезма одарил меня, я вернул этому купцу то, что он одолжил мне. Я хотел отблагодарить его в ответ на его добрые поступки, но он отказался и заклинал меня, чтобы я не делал этого. Тогда я решил вознаградить его слугу по имени Кафур, но он заклинал меня, чтобы я и этого не делал. Этот человек был самым щедрым из иракцев, которых я встречал. Он решил отправиться со мной в Индию. В это время группа его земляков прибыла в Хорезм, намереваясь совершить путешествие в Китай, и он собрался ехать с ними. Я напомнил ему о том, что он хотел поехать со мной, на что шариф ответил: «Это мои земляки, которые вернутся к моей семье и родственникам и скажут, что я поехал в Индию за чужой счет, как нищий. Это будет позором для меня, и я не сделаю этого». И он поехал в Китай.

Прибыв в Индию, я узнал, что он достиг города Алмалыка (Алмалык - город, расположенный на берегу р. Или к северо-западу от современного города Кульджи в Китае [130, 71], важный торговый центр на караванной дороге, которая вела из Золотой Орды и Средней Азии в Монголию и Китай. Резиденция ханов Чагатайского улуса (см. [123, 215]).), а это конец земель правителя [наместничества] Мавераннахра (Мавераннахр (букв, «то, что за Рекой», т. е. за Амударьей) - наиболее общее наименование Средней Азии во времена Ибн Баттуты.) и начало Китая. Он остановился там и послал своего слугу со всеми товарами. Слуга запоздал с возвращением, а в это время из его страны приехал в Алмалык некий купец и остановился на по стоялом дворе (Араб, фундук. Дози дает значение «Склад для купцов, приезжающих в город для продажи зерна» [70, 292]. Однако, очевидно, значение этого слова шире - и постоялый двор со складами для товаров. У Ибн Баттуты слово использовано именно в этом значении. Словарь Муина, приводя это слово, дает помету о его арабском происхождении. Это слово происходит от греческого «постоялый двор», «гостиница». На Востоке употреблялось в этом значении слово «хан» - «постоялый двор».) с ним. Шариф попросил у него взаймы денег, пока не вернется его слуга. Купец отказал ему в этом, а потом он еще хуже поступил с шарифом: не давая ему опомниться, наказал, чтобы с него брали большую плату за помещение на постоялом дворе. Шариф, узнав об этом, был вне себя от горя, он вошел в свою комнату и зарезался. Его застали, когда он был еще жив. Заподозрили в убийстве его слугу, но купец сказал: «Не поступайте с ним несправедливо, я сам сделал это с собой», и он скончался в тот же день, да простит его Аллах! Этот шариф мне рассказывал о себе, что однажды взял взаймы у одного дамасского купца шесть тысяч дирхемов. Купец встретил его в городе Хаме (Хама - город в Сирии на берегу реки Эль-Аси (Оронт).) в Сирии и потребовал свои деньги, а он уже продал в кредит товары, купленные на те деньги. От стыда перед владельцем тех денег он вошел в дом, привязал свою чалму к потолку и хотел повеситься, но ему было суждено умереть позже - он вспомнил своего друга, ростовщика, направился к нему и рассказал ему о своем деле. Тот дал ему взаймы деньги, которые он и возвратил купцу.

Когда я собрался уехать из Хорезма, я нанял верблюдов и купил паланкин (махара). Спутником моим по паланкину был Афиф ад-Дин ат-Тузари. Часть лошадей оседлали слуги для себя, а на остальных мы накинули попоны от холода и вошли в пустыню, находящуюся между Хорезмом и Бухарой. Она составляет восемнадцатидневный путь в песках, на котором есть только одно селение (У Тизснгаузена «где нет ни села, ни города единого» [27, 314] - перевод неверен. В действительности: «Есть только одно селение». Ср. у В. В. Бартольда: «Насколько Хорезм времени монгольского владычества отличался от Хорезма эпохи Саманидов, лучше всего видно из слов Ибн Баттуты, что между столицей Хорезма (Ургенчем) и Бухарой простиралась степь, где был только один населенный пункт - небольшой город Кят» [79, I, 525].). Я простился с эмиром Кутлудумуром. Он одарил меня халатом (Почетная одежда, может быть необязательно собственно халат, а любая верхняя одежда. У аббасидских халифов существовали специальные мануфактуры для изготовления одежды, раздававшейся как почетные подарки.), а кади мне подарил другой халат и вышел с факихами, чтобы проводить меня.

Мы ехали четыре дня и достигли города Кята (ал-Кат) (Кат (Кят) - город, расположенный на правом берегу Амударьи, в конце X в. - столица Хорезма; назывался также Хорезм, а в XIX в.-Шаббаз (шейх Аббас Вали). В 973 г. здесь родился крупнейший ученый средневековья Абу Райхан ал-Бируни; в 1372 г. разрушен Тимуром. Ныне на месте г. Кят находится район Бируни Каракалпакской АССР Узбекистана. См. [79, III, 475-476; 81, 6, 171, 173 и. др.; 70, 137, 65].

Йакут уделил этому городу несколько строк, указав координаты Кята и упомянув, что на хорезмийском языке кят означает «стена» [55, IV, 222]. ). На этом пути нет другого селения, кроме него. Кят - небольшой и красивый город. Мы остановились за его пределами у пруда, замерзшего от холода. Мальчишки играли и катались на нем. О моем приезде услышал кади города Садр аш-Шариа, с которым я встречался в доме кади Хорезма. Он пришел приветствовать меня со своими учениками и набожным и благочестивым шейхом города (Шейх города (шайх ал-мадина) - должностное лицо, своего рода «городской голова».) Махмудом ал-Хиваки. Кади предложил мне поехать к эмиру этого города. Тогда шейх Махмуд сказал: «Прибывшего навещают; если уж задумали, то пойдем к эмиру города и приведем его!» И они так и сделали. Через некоторое время прибыл эмир со своей свитой и слугами. Мы приветствовали его. Мы хотели ехать как можно быстрее, но он попросил нас остаться и устроил пир, пригласив на него законоведов, военачальников и прочих. Поэты стали восхвалять его. Он одарил меня одеждой и добрым конем. И мы ехали по дороге, известной как Сибайа (Сибайа (сепая, или в современном таджикском произношении сепоя) означает «треножник, тренога», также технический термин; так называется специальная связка из бревен, предохраняющая берег от размывания водами реки. Возможно, что указанная местность получила название но таким сепоя, укреплявшим здесь берег Амударьи [79, I, 59, примеч. 48]. О сепоя в Хорезме см. [95, 245].), в этой пустыне шесть дней без воды. Затем мы достигли города Вабканат (Вабканат (Вабкант) - селение в 26 км к северо-востоку от Бухары (см. [79, I, 175]; у О. П. Чехович: [78, 225, примеч. 87]).). Он находится на расстоянии одного дня пути от Бухары. Это красивый городок с каналами и садами. Жители этого города сохраняют виноград в течение круглого года. У них есть плоды, называемые ал-аллу (ал-алу). Их сушат, и люди возят их в Индию и Китай. Их заливают водой и пьют эту воду. Пока они свежие - сладкие, а когда их высушат, то становятся кисловатыми, в плодах много мякоти, я не видел ничего подобного ни в Андалусии, ни в Сирии.

Затем мы ехали целый день среди сплошных садов и каналов, деревьев и обработанных полей и прибыли в город Бухару, откуда происходит имам мухаддисов (Глава мухаддисов - ученых, занимавшихся передачей хадисов - устных преданий, составляющих сунну.) Абу Абдаллах Мухаммад ибн Исмаил ал-Бухари (Абу Абдаллах Мухаммад ибн Исмаил ал-Бухари (810-870) - один из наиболее известных авторов сборников хадисов, автор канонического труда «ал-Джами ас-сахих», составленного на основе 600 тыс. хадисов.). Этот город был столицей городов, которые находятся за рекой Джайхун, но проклятый татарский Тингиз («Проклятый Тингиз» - Чингиз-хан. Эпитет «проклятый» Ибн Баттута часто применяет к Чингиз-хану, хотя ни к одному другому монгольскому правителю не решается применить его, говоря о них с большим уважением, даже если они немусульмане.), предок царей Ирака (Ибн Баттута имеет в виду Ильханидов, потомком Чингиз-хана, правивших в Ираке. Об Ильханидах см. [79, VII, 500; 83, 200-203].), разрушил его, и сейчас его мечети, медресе и базары в развалинах, за исключением немногих. А жители унижены, их свидетельство не принимается («Их свидетельство не принимается...», т. е. они не являются юридически полноправными лицами, но в данном случае Ибн Баттута говорит, что оно не принимается главным образом в Хорезме. Может быть, это отражение старого политического соперничества между Бухарой и Хорезмом.) в Хорезме и в других странах из-за того, что они прославились своим фанатизмом, лживыми притязаниями и отрицанием правды. В настоящее время среди людей там нет тех, кто был бы сведущ в науке, и нет тех, кто проявлял бы внимание к ней.

предыдущая главасодержаниеследующая глава

Компания Апрель поставщик антифризов в Москве








ПОИСК:







Рейтинг@Mail.ru
© Алексей Злыгостев, дизайн, подборка материалов, оформление, разработка ПО 2001–2019
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку:
http://historic.ru/ 'Historic.Ru: Всемирная история'