история







разделы



предыдущая главасодержаниеследующая глава

Город Хорезм

Перейдя эту пустыню и пересекши ее, как мы об этом рассказывали, мы прибыли в Хорезм (Здесь имеется в виду не Хорезм - область, расположенная в нижнем течении Амударьи, которая в эпоху Ибн Баттуты входила в состав Золотой Орды, а столица Хорезма - город Ургенч, который тоже носил имя Хорезм. Развалины Ургенча подробно описаны А. Ю. Якубовским [136, 68]. Используя данные Ибн Баттуты, А. Ю. Якубовский устанавливает их идентичность с уцелевшими до наших дней памятниками Ургенча и его окрестностей - мавзолей Наджм ад-Дина Кубра, мавзолей Турабек-хатун, минарет Ургенчской мечети и т. д. (памятники, уцелевшие от эпохи Ибн Баттуты). Он доказывает, что минарет был построен при Кутлуг-Тимуре. Титулатура Кутлуг-Тимура (передача имени по А. Ю. Якубовскому) говорит о большом значении, которое имел Хорезм в Золотоордынском государстве, и это подтверждается описанием Хорезма, которое имеется у Ибн Баттуты [см. 136]. Об архитектурных памятниках Ургенча см. также книгу В. И. Пилявского [121], где очень широко использованы сведения Ибн Баттуты.). Это самый большой, значительный, красивый и величавый город тюрков с прекрасными базарами, широкими улицами, многочисленными постройками и впечатляющими видами (тот небольшой отрывок, написанный рифмованной прозой, несомненно, принадлежит «редактору» Ибн Баттуты - Ибн Джузаййу. Правда, рифма здесь очень простая, далекая от литературной изысканности.). В городе кипит жизнь, и из-за столь большого числа жителей он кажется волнующимся морем. Однажды, проезжая по городу, я зашел на рынок, а когда добрался до середины, оказался в самом шумном месте, которое называют шаур (Французские издатели Ибн Баттуты предполагают здесь персидское слово шур («волнение», «спор», но также «конный базар»)[см. 79, III, 57, примеч. 40].). Толчея была такая, что я не мог двинуться ни вперед, ни назад. Я постоял там, растерявшись, и лишь после долгих усилий выбрался. Кто-то сказал мне, что в пятничные дни (Здесь идет речь о пятнице - праздничном дне у мусульман, когда часть лавок или даже весь рынок были закрыты. Поэтому нам представляется неверным перевод следующего предложения, сделанный Тизенгаузеном, которому следует и В. В. Бартальд: «Потому что они (хорезмцы) запружают (в этот день) Кайсарийский базар и другие рынки» [29, 308], см. также [79, III, 57-58]. Между тем слово садда имеет основное значение не «запружать» в значении «заполнять», а именно «закрывать». Мы переводим: «в этот день они закрывают базар Кайсариййа и другие базары».) на этом базаре меньше толкотни, поскольку в этот день закрывают базар Кайсариййа (Кайсариййа - своего рода гостиный двор, где купцы складывали все свои товары под государственной охраной и с гарантией (см. [153, II, 433]).) и другие базары.

В пятницу я верхом отправился в соборную мечеть и медресе (Слово мадраса у Тизенгаузена переводится «училище» [29,308]. однако, очевидно, это слово лучше оставить без перевода (медресе) ввиду специфики термина (мусульманское учебное заведение).). Этот город находится под властью султана Узбека (Речь идет о султане Узбеке - девятом хане Золотой Орды, который правил с 1312 по 1340 г. В русской народной литературе он известен как царь Азвяк.), имеющего там своего великого эмира по имени Кутлудумур (А. Ю. Якубовский дает это имя как Кутлуг-Тимур. По словам Ибн Дукмака, он был назначен наместником Хорезма в 721 (1321) г., жил в Хорезме постоянно (см. [74, 1, 328]). Ибн Халдун отмечает, что Кутлуг-Тимур был наместником в Хорезме с некоторыми перерывами, так как, будучи отстранен в 721 (1321) г. от наместничества в Крыму, в 724 (1323) г. вновь был назначен туда (см. [74, 388, 143, 18]). Он умер, по словам Мирхонда. в 763 (1361) г. Но А. Ю. Якубовский замечает, что «слова эти неверны, ибо в надписи на каменной плите, сохранившейся в Огузах (Крым), сказано: „Этот благословенный колодезь построен... указанием великого эмира Кутлуг-Тимур-бека... 767 г. х.” (1368 г. н. э.)», и ссылается на Осман-Окгак-Раклы. «Старокрымские и огузские надписи», с. 7 (см. [136, 18]). Кутлуг-Тимур, как близкий родственник Узбек-хана (см. об этом [25, III, 9]), которому тот помог при восшествии на престол (см. [29, 384]), играл значительную роль при дворе Сарая. «Судя по описанию Ибн Баттуты и особенно по сохранившимся памятникам Ургенча, долгое правление Кутлуг-Тимура было временем, когда город не только значительно вырос, но и украсился первоклассными постройками» [136, 19]. Как показывают археологические раскопки, минарет в Куня-Ургенче тоже был построен при Кутлут-Тимуре [136, 36].). Этот эмир построил медресе и другие примыкающие к нему помещения. Что касается мечети, то ее построила его благочестивая супруга Турабек-хатун (О Турабек-хатун Ибн Баттута упоминает ранее, описывая свое путешествие по Ирану и говоря о подарке, который она послала индийскому царю (см. [25, II, 73]). О мавзолее Турабек-хатун новейшие данные см. [89, 121].). В Хорезме есть лечебница (В тексте маристан - слово персидского происхождения, «больница» (см. [153, II, 573]).), в которой работает сирийский врач по нисбе Сахйуни. Как видно из этой нисбы, он из местности Сахйун в Сирии. Во всем мире мне еще не доводилось встречать людей более благонравных, чем хорезмийцы, более благородных, более гостеприимных по отношению к чужестранцам. У них прекрасный обычай для исполнения молитвы, подобного которому я нигде не встречал, кроме как у них. Заведено, что каждый муаззин обходит дома, расположенные поблизости от его мечети, извещая о наступлении часа молитвы (Муаззин (муэдзин) обычно ограничивался тем, что возвещал о наступлении часа молитвы с минарета.). Того, кто не присутствовал на общей молитве, имам бьет в присутствии общины. В каждой мечети висит для этого плеть. Кроме того, налагается штраф в размере пяти динаров (Штраф за недостаточную набожность был больше цены лошади (лошадь, по сообщению Ибн Баттуты, стоила 4 динара).), которые расходуются в пользу мечети и для угощения бедняков и неимущих. Говорят, обычай этот существует с древних времен.

За Хорезмом протекает река Джайхун, одна из четырех рек, которые берут начало в раю (Речь идет о р. Амударье. См. о названиях этой реки подробно [79, III, 325; 103, 12-13]. Согласно мусульманской мифологии, складывавшейся в эпоху позднего средневековья, четыре главные реки мира берут начало а раю, вытекая из-под хрустального купола: Нил, Джайхун, Тигр к Евфрат.). Эта река, подобно Итилю (Итил -одно из названий р. Волги. Так называлась река в ее среднем и нижнем течении [130, 66].), зимой замерзает, и тогда люди могут по ней ходить. Она покрыта льдом в течение пяти месяцев. Иногда те, кто ходит по ней при начале ледохода, погибают. В летние дни по реке плавают на судах в Термез и привозят оттуда пшеницу и ячмень. Это десять дней пути по течению.

При выезде из Хорезма находится завия, построенная на могиле шейха Наджм ад-Дима ал-Кубра (Наджм ад-Дин ал-Кубра - Ахмад ибн Умар ал-Хиваки, основатель религиозного братства Кубравиййа, известный хорезмский шейх и поэт. В 618/1221 г. был убит монголами при захвате Хорезма. По данным археологии, его могила находится в ближайших окрестностях Ургенча, несколько сотен саженей севернее северной стены города, что вполне совпадает со свидетельством Ибн Баттуты [143, 59]. См. о Наджм ад-Дине ал-Кубра: Абд ар-Рахман Джамы. Нафахат ал-унс. Рук. ИВАН Уз.ССР, инв. № 4409, л. 224а - 224б; Камус ал-алам, IV, с. 4568; Хондамир. Хабиб ас-сийар, литогр. изд. Бсмбей, 1857, т. III, ч. 1, с. 31-32; см. также о нем [79, I, 99, 440, 503, 504, 541; 82, 324-334].), одного из величайших праведников. Там готовят угощение для приезжающих и отъезжающих (Завии были широко распространены в XIV в. в Средней Азии и Хорасане. Судя по описаниям источников, завия представляла собой и дервишскую «обитель», и странноприимный дом, где бесплатно кормили проезжих, в особенности возвращавшихся из паломничества. Большая часть завий находилась там, где были мазары (т. е. места поклонения) - гробницы местных «святых».). Ее шейхом состоит мударрис Сайф ад-Дин Ибн Асаба, один из почтенных жителей Хорезма. Рядом расположена еще одна завия, шейхом которой является благочестивый муджавир (Слово муджавир постоянно употребляется у Ибн Баттуты в его суфийском значении - «мистик», «отшельник».) Джалал ад-Дин ас-Самарканди, один из величайших праведников. Он угостил нас у себя. За городом также имеется гробница ученого имама Абу-л-Касима Махмуда ибн Умара аз-Замахшари (Абу-л-Касим Махмуд ибн Умар аз-Замахшари - известный среднеазиатский ученый - философ, литературовед, филолог, географ, поэт и писатель (1075-1144); см. о нем подробно [122; 131,146-148].), над которой возведен мавзолей. Замахшар (Замахшар (Измихшир, Змухшир, Зумукшир) - средневековое селение, расположенное в области Хорезм, нынешний Тахтынский район Ташаузской области Туркменской ССР(см. [79, I, 203, 204; 81, 5; 130,66]).) - селение в четырех милях от Хорезма.

Когда я прибыл в этот город, я остановился за его пределами. Один из моих людей (Постоянное упоминание Ибн Баттутой своей прислуги позволяет представить себе, что он ездил с довольно большим числом сопровождающих, т. е. обладал достаточными средствами.) направился к кади Садру (Тизенгаузен переводит титул садр словом «старшина» («кадий-старшина» - [29, 310]). Вероятно, следует переводить его «старейшина» или же лучше всего оставить без перевода. Дози, которому мы вообще отдаем предпочтение ввиду того, что он использовал главным образом западные (т. е. магрибинские и андалусские) источники, дает значение «старейшина» [153, I, 822], но в данном случае Ибн Баттута употребляет восточноарабскую терминологию, которая не всегда совпадает с западной.) Абу-Хафсу Умару ал-Бакри. Он послал ко мне своего заместителя (наиба) Нур ал-Ислама, который приветствовал меня и вернулся к Садру. Затем явился сам кади во главе группы своих людей и приветствовал меня. Годами он был молод, но делами - велик. У него было два заместителя - наиба, один из которых - упомянутый Нур ал-Ислам, другой - Нур ад-Дин ал-Кермани, один из видных законоведов, твердый в своих суждениях и сильный в своей вере в Аллаха Всевышнего.

Когда состоялась наша встреча с кади, он сказал мне: «В этом городе очень большая толчея, и вам не удастся войти в него днем; к вам прибудет Нур ал-Ислам, и вы войдете с ним в конце ночи». Мы так и сделали и остановились в новом медресе, в котором никого не было. После утренней молитвы к нам пришел упомянутый кади, и с ним группа знатных людей города, среди которых были мавлана (Мавлана (араб.) - дословно «наш господин», употребляется как почетное обозначение наиболее уважаемых, авторитетных лиц в значении «почтенный».) Хумам ад-Дин, мавлана Зайн ад-Дин ал-Мукаддаси, мавлана Рида ад-Дин Йахйа, мавлана Фадлаллах ар-Ридави, мавлана Джалал ад-Дин ал-Имади и мавлана Шамс ад-Дин ас-Синджари - имам хорезмского эмира. Все они достойные и почтенные люди. В их вере преобладает учение мутазилитов (Тизенгаузен правильно переводил: «В учении их преобладает итизаль», но комментирует слово итиза как «уклонение от существующих догматов, раскол» [29, 310]. Однако учение мутазилитов - вовсе не уклонение от существующих догматов, а рационалистическое течение в исламе, провозглашенное официальным вероисповеданием при аббасидском халифе ал-Мамуне (813-833), позже подвергавшееся преследованиям. Основными теоретическими положениями мутазилитов были отрицание божественных качеств, утверждение о сотворенности Корана; они также развили учение о свободе воли. Основатели этого учения - басрийцы Васил ибн Ата (ум. 749) и Амр ибн Убайд (ум. 762).), но они не показывают этого, потому что султан Узбек и Кутлудумур, его эмир в этом городе,- сунниты (Сунниты - последователи одного из основных направлений ислама. В данном случае те, кто не признавал учения мутазилитов.).

В дни моего пребывания в этом городе я совершал пятничную молитву с упомянутым кади Абу Хафсом Умаром в его мечети и по совершении молитвы шел с ним в его дом находившийся поблизости. И я входил с ним в его приемную (моджлис), а это был прекрасный зал, убранный красивыми коврами, со стенами, обитыми сукном, с множеством ниш, в каждой из которых стоят серебряные сосуды с позолотой и иракские кувшины. Обычно жители той страны так убирают свои дома. За тем подавались многочисленные блюда. Кади был богатым человеком, обладал огромным состоянием и имуществом. Он свояк эмира Кутлудумура, поскольку женат на сестре его жены по имени Джиджа-ага.

В этом городе есть несколько оповестителей («Оповеститель» - придворное должностное лицо, в обязанности которого входило оповещать присутствующих о приходе того или иного знатного посетителя. В данном случае Ибн Баттута обозначает этот титул термином муарриф вместо более употребительноготогда музаккир.) и проповедников. Крупнейшими из них были мавлана Зайн ад-Дин ал-Мукаддаси и хатиб мавлана Хусам ад-Дин ал-Машати - один из четырех красноречивых проповедников в мире, лучше которых я не слышал.

предыдущая главасодержаниеследующая глава








ПОИСК:







Рейтинг@Mail.ru
© Алексей Злыгостев, дизайн, подборка материалов, оформление, разработка ПО 2001–2019
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку:
http://historic.ru/ 'Historic.Ru: Всемирная история'