история







разделы



назад содержание далее

Идеология и культура Греции в VIII—VI вв. до н. э.

VIII—VI века до н. э. были периодом значительного подъёма культуры древней Греции. Во многом эта культура была основана на достижениях старых рабовладельческих государств Востока. К началу, VIII в. или, быть может, к несколько более раннему времени относится возникновение греческого алфавита, основанного на применении финикийских знаков. В VII—VI вв. начинается запись мифов греческой древности, обычное право постепенно оттесняется письменным законом, литературное творчество вступает в новый период своего развития, появляются первые научные произведения, известные нам, правда, только в отрывках, возникает материалистическая философия, враждебная идеализму и религии. Существенные сдвиги происходят также в развитии изобразительных искусств и архитектуры. К началу V в. складываются основные условия для последующего расцвета эллинской культуры, сыгравшей огромную роль в культурном развитии человечества.

Религия

К началу рассматриваемого периода уже успели сложиться религиозные верования, которые с большими или меньшими оговорками могут быть названы общими для всех греков. К концу этого периода в основных чертах складывается так называемая олимпийская религия. Семья олимпийских богов, возглавляемая отцом богов и людей — Зевсом,— это сколок патриархальной семьи времён распада первобытно-общинного строя. Все подчинённые Зевсу олимпийские боги связаны с ним узами кровного родства. В пору неограниченного господства родовой знати те или другие божества нередко объявлялись предками наиболее влиятельных аристократических родов.

Культ олимпийских богов в несколько изменённом виде продолжал существовать и в дальнейшем. Олимпийские боги становятся покровителями гражданской общины, они освящают своим авторитетом её установления. С этой целью подверглись соответствующему изменению древние мифы или создавались новые сказания. Враждующие друг с другом государства нередко пользовались мифологическим материалом для оправдания своей политики.

Из мифов, иной раз трактуемых чрезвычайно свободно, черпали сюжеты для •своих произведений греческие поэты и художники. При Писистрате в Афинах (VI в. дон. э.) были записаны «Илиада» и «Одиссея» Гомера, сложившиеся задолго до этого времени и распространявшиеся до тех пор в устной передаче. К VII—VI вв. относятся также дошедшие до нас лишь в отрывках так называемые «киклические поэмы», в которых собранй народные сказания, дополняющие эпос Гомера. Эти поэмы, далёкие от совершенства «Илиады» и «Одиссеи», выражали потребность в более систематическом изложении любимых эпических рассказов. Одни из «киклических поэм» охватывают время Троянской войны, другие восходят к более ранней поре (сказания о кровавых раздорах в царском семействе города Фив, о богатырских подвигах Геракла, морском походе аргонавтов за волшебным «золотым руном» в Колхиду и т. п.). Важным источником наших знаний о греческой мифологии являются также хвалебные обращения к богам, служившие обычно прологом к чтению стихов Гомера (так называемые «гомеровские гимны»). Они ещё несут на себе отпечаток живого народного творчества, хотя древнейшие из них возникли не раньше VII в. Наконец, к тому же времени относится попытка великого греческого поэта Гесиода (конец VIII — начало VII в.) собрать в единое целое разнообразные мифы Эллады. Его «Теогония» (поэма о рождении богов) сохранила некоторые представления, гораздо более первобытные, чем имеющиеся в «Илиаде» и «Одиссее». Вместе с тем поэма Гесиода представляет собой первую попытку отыскать в преданиях седой старины картину происхождения мира и справедливого миропорядка.

С превращением олимпийской религии в официальную религию полисов участие в культах олимпийских богов становится неотъемлемым правом и вместе с тем обязанностью граждан. Особого сословия жрецов в греческих полисах не существовало, соответствующие функции во время праздников или торжественных жертвоприношений выполнялись обычными избираемыми в народном собрании должностными лицами.

Важную роль в религиозной жизни всей Греции в VIII—VI вв. играли храм Аполлона в Дельфах, храм Аполлона на Делосе — религиозный центр всех ионийских греков, храм Зевса в Олимпии и др. На организуемые этими храмами празднества, всегда сопровождавшиеся спортивными, музыкальными и -поэтическими состязаниями, стекалась масса людей из самых различных, часто очень отдалённых греческих городов. Здесь встречались представители греческих государств для ведения переговоров. Вокруг популярных храмов создавались особые объединения, так называемые амфиктаонии — союзы соседних племён, превратившиеся в своеобразные объединения полисов.

Олимпийская религия освящала классовую основу греческого общества — противоположность господина и раба, родовитого землевладельца и простого сельского труженика, богатого собственника и рядового горожанина, занятого физическим трудом. Недовольство сложившимся классовым строем также нередко принимало религиозные формы. Оно выражалось, например, в широком распространении культа Диониса, божества-покровителя земледелия, в народных празднествах в его честь, в мистериях богини земли и плодородия Деметры, утешающей человека в его горестях, и т. п. На почве этих религиозных исканий в VI в. сложилась религиозная организация орфиков (по имени легендарного певца Орфея). Среди аристократии возникали свои мистические объединения, игравшие активную реакционную роль в политике.

Материалистическое учеиие о природе. Зачатки научной критики религии.

Важным достижением Греции VIII—VI вв. до н. э. было начало научного исследования природы Новое мировоззрение выдвигает идею бесконечности материального мира во времени и пространстве. Передовая мысль, связанная с подъёмом наиболее развитых греческих городов Малой Азии, выступает против мифологических сказок Гомера и Гесиода. Религия олимпийских богов подвергается критике. Впервые рождается мысль о том, что не человек есть создание божественных сил, а, наоборот, боги созданы человеческой фантазией по образу и подобию самого человека.

Резкие нападки на антропоморфизм традиционных верований содержат отрывки из сочинений поэта-философа Ксенофана, уроженца малоазийского города Колофона, относящиеся к концу рассматриваемого периода: Всё про богов сочинили Гомер с Гесиодом совместно... Нет, если бы руки имели быки, или львы, или кони, Иль рисовали руками и всё создавали, что люди, Стали б тогда и богов рисовать они в облике сходном — Кони — подобных коням, а быки — как быков, и фигуры Создали бы точно такие, какие имеют и сами.

В древней Греции того времени философ был прежде всего наблюдателем природы, человеком большого практического опыта. Его наблюдения касались самых различных областей науки — от астрономии до медицины, его философские взгляды были часто наивны, но в них преобладали элементы материализма. Уже в древней Греции происходит борьба материализма против идеализма, диалектики против метафизики.

Родиной первых греческих философов были передовые города Ионии. В рассматриваемое время общественная и культурная жизнь била в них ключом. Географическое местоположение этих городов позволило им раньше, чем другим, завязать тесные связи со странами древневосточной цивилизации. Таким путём в ионийские города проникают первые, вначале ещё очень элементарные, знания в области геометрии, механики, астрономии, метеорологии, медицины и др.

В борьбе с религиозной фантазией возникает новое мировоззрение — ионийская натурфилософия.

По свидетельству Аристотеля, главное у ионийских натурфилософов состояло в том что они признавали только материальную основу мира, считая, что к этой основе сводится всё существующее: «... из неё вещи зарождаются в самом начале и в неё превращаются при окончательном уничтожении, причём первооснова остаётся неизменной сущностью, а меняются только её состояния».

Первым по времени представителем ионийской натурфилософии был Фалес из Милета, самого крупного и цветущего города на ионийском побережье. Учение Фалеса (конец VII— начало VI в.) известно нам только по высказываниям о нём авторов более позднего времени. От них мы знаем, что Фалес считал первоначалом всего существующего воду. Тот факт, что Фалес оказался в состоянии прийти к мысли о существовании единой материальной основы, проявляющейся в бесконечном разнообразии форм, доказывает исключительную для своего времени силу обобщающей мысли. Учение Фалеса было выражением того мировоззрения, которое Энгельс назвал «первоначальным стихийным материализмом».

Фалес обладал обширными сведениями в различных областях нерасчленённого ещё на отдельные дисциплины научного знания. Существует предание о том, что Фалес предсказал солнечное затмение 585 г. Геродот рассказывает, что в области политики Фалес стоял за объединение ионийских городов в единое государство. Согласно легенде, он первым усвоил и перенёс в Грецию из Египта основы геометрии. Греческий писатель Плутарх пишет, что Фалес у египтян научился полагать воду основой всего. Греческие философы-материалисты таким образом не начинали всё сызнова, они развивали далее начатки научного мировоззрения, возникшие в странах древнего Востока.

Младшим современником Фалеса и представителем того же философского направления был Анаксимандр, также живший в Милете. Разделяя материалистическое миросозерцание Фалеса, он пошёл дальше по пути научной абстракции. В качестве материальной первоосновы всего существующего он называет нечто «беспредельное» (по-гречески аггейрон). Апейрон стоит над четырьмя элементами мироздания (земля, вода, огонь и воздух), которые сами являются различными и, так сказать, равноправными его разновидностями или проявлениями. Анаксимандр считал наш мир не единственным, но только одним из многих других, возникающих и погибающих миров.

Третий представитель ионийской натурфилософии — Анаксимен (начало VI в.) вернулся к мысли Фалеса о конкретном первовеществе, но в отличие от последнего считал этим первовеществом не воду, а воздух. Как основная стихия, воздух, в его представлении, обладает свойством переходить во все другие виды материи: путём разрежения — в огонь, путём последовательных уплотнений — в туман, воду, землю, камень. Условием и причиной перехода воздуха в другие состояния Анаксимен считал изменения температуры — тепло и холод: холод уплотняет, сжимает воздух, тепло разрежает его. Таким образом, Анаксимен сделал попытку объяснить многообразие чувственно воспринимаемого мира. Наивность этой попытки, при весьма ограниченном в ту эпоху объёме положительных знаний, вполне понятна. При всей их наивности такие догадки, однако, пролагали дорогу научному мировоззрению, были направлены против религии, идеализма и мистики.

Дальнейшее развитие ионийская материалистическая философия получила в замечательном по своей глубине и яркости учении Гераклита (конец VI в.). В Эфесе, родном городе Гераклита, перевес был уже целиком на стороне демоса. Будучи по рождению аристократом из древнего, некогда царского рода, Гераклит враждебно относился к демократии, осуждая, например, принцип равенства граждан. Но Гераклит вместе с тем был одним из самых крупных мыслителей своего времени. Повидимому, он отдавал себе полный отчёт в неизбежности происходивших на его глазах исторических перемен. Размышляя над причинами этих перемен и глубоко вдумываясь в окружающую действительность, он выразил основной принцип своего мировоззрения в краткой формуле—«всё течёт». По мнению Гераклита, вечное и беспрерывное движение —основной закон мироздания, одинаково управляющий и общественной жизнью и жизнью природы. Разделяя мировоззрение ионийских материалистов, он не мог обойти вопроса о мировом первовеществе. Этим первовеществом был у Гераклита огонь — наиболее подвижная стихия. Переход от первовещества ко всем остальным — воздуху, воде, земле — он представлял себе в виде последовательных превращений огня, его «погасании» и новых «воспламенении», т. е. как вечное его движение.

Сочинения Гераклита не сохранились, но до нашего времени в трудах греческих философов более позднего времени дошёл ряд его изречений. Поясняя свою мысль о непрерывном движении всего существующего, он говорил: «Нельзя дважды войти в один и тот же поток», так как вода, в которую мы первый раз входили, уже ушла, и сами мы успели измениться. Это непрерывное движение, в котором возникают и прекращают своё существование отдельные вещи, Гераклит представлял себе как постоянную борьбу противоположностей: «Необходимо знать всеобщий закон, что борьба и есть справедливость, что всё возникает в борьбе по непреклонному закону необходимости».

В другом сохранившемся отрывке Гераклит с полной определённостью говорит:

«Этот мировой порядок—один и тот же для всех вещей—не создал никто из богов, никто из людей, но он был всегда, есть и будет вечно живым огнём, точной мерой воспламеняющимся и точной мерой угасающим». По поводу этой мысли Гераклита В. И. Ленин заметил: «Очень хорошее изложение начал диалектического материализма».

Значение Гераклита в истории философии заключается в том, что он первым из греческих мыслителей выразил некоторые принципы диалектики. Само собой разумеется, что при всей глубине отдельных мыслей Гераклита диалектика его в целом ещё очень ограниченна. Мировое движение он представляет себе лишь как постоянное повторение одного и того же замкнутого цикла. И тем не менее идеи всеобщего движения, борьбы и единства противоположностей навсегда связаны с именем Гераклита.

Отмечая большие сдвиги в представлениях греков о природе, нельзя закрывать глаза на то, что в ионийской натурфилософии оставались ещё сильными пережитки мифологических представлений. Объясняя известные ему магнитные и электрические явления (притяжение железа магнитом, лёгких тел — натёртым янтарём), Фалес допускает существование «души» магнита и янтаря. Учение Фалеса о воде как праэлементе обнаруживает ещё известное родство с мифологическими представлениями о первичном океане, окружающем землю, распространёнными как в греческой мифологии, так и в ряде стран древнего Востока. Согласно Анаксимандру, «первоначально человек произошёл от животных другого вида»; предки людей, по его мнению, жили когда-то внутри рыб: рыбы выбрасывали их на сушу покрытыми твёрдой скорлупой или чешуей. Сходное воззрение было распространено в Вавилонии.

Примитивными оставались и представления о форме земли. По Фалесу, земля имела форму плоского диска, плавающего на поверхности безграничного океана. По Анаксимену, плоская земля имеет форму стола, по Анаксимандру, земля — это цилиндр. Не существовало правильного объяснения и таких явлений, как затмения солнца и луны. Если древние авторы сообщают, что Фалес предсказал солнечное затмение, то отсюда нельзя сделать вывод, что ему были знакомы истинные причины подобных явлений. Периодичность лунных затмений была известна и вавилонянам. Это позволяло с определённой долей вероятности предсказывать и затмения солнечные. Надо полагать, что на подобных способах предвидения основывался и Фалес.

Идеалистическое направление в философии

Если в истории греческого материализма большую роль играет непосредственное наблюдение природы, то наука, требующая более высокой абстракции,— математика — уже в древности подвергалась различным извращениям в духе идеализма. Магия чисел была одним из таинственных знаний, которые молва приписывала египетским и вавилонским жрецам. В Греции такого рода мистические учения развивались религиозным союзом пифагорейцев. Хотя в настоящее время очень трудно установить, что принадлежало здесь собственно Пифагору, несомненно, что в его лице мы имеем основателя первой идеалистической школы в Греции. Уроженец Самоса Пифагор покинул свой родной город, когда в нём пришёл к власти тиран Поликрат. Поселившись в Кротоне (город в Южной Италии), он основал здесь «пифагорейский союз» — религиозное объединение местной аристократии, которое ставило себе реакционные политические цели. Пифагорейцам удалось добиться господства в Кротоне и других колониях Великой Греции. После смерти Пифагора, уже в V в., власть основанного им союза была сломлена восстанием городской демократии. Многие пифагорейцы при этом погибли, остальные рассеялись по другим греческим городам.

По преданию, Пифагор совершил путешествие в Египет, где и ознакомился с математическими знаниями египетских жрецов. Мистика пифагорейцев искала себе опоры в отделении абстракции числа от его материальной основы. Цифрам, их порядку и соотношениям придавался характер великой тайны. Так, например, число один выражало зло, число два — добро и т.д. Предание связало с именем Пифагора ряд математических открытий. Однако в данном случае мы большей частью имеем дело с позднейшими легендами.

Другой путь отрыва логической абстракции от материальной действительности проповедовала школа элейцев (по имени города Элеи в Южной Италии). Элейская школа возникла во второй половине VI в. до н. э. Её основателем был поэт-философ Ксенофан, поселившийся уже в преклонном возрасте в Южной Италии. Его учение, известное нам в отрывках, ещё сохраняет связь с ионийской натурфилософией. Но в нём уже есть зачаток идеализма, развитого продолжателями Ксенофана — Парменидом, Зеноном и Мелиссом.

Идеализм элейской школы основан на отрыве бытия от движения. Его остриё было направлено против материалистической диалектики Гераклита. Последователи Ксенофана не принимали тех выводов о неизбежном ходе вещей, которые сделал великий мыслитель из Эфеса. Вопреки очевидности элейцы доказывали неподвижность мира. Эти доказательства они старались основать на том,что всякое движение противоречиво. Противоречия же они не признавали реально существующими. Существование движения признавалось ими поэтому обманчивым. Для элейцев характерно осуждение чувственного познания мира и в дальнейшем—превращение неподвижного, всегда себе равного бытия в идеалистическую абстракцию.

В лице элейцев против стихийной диалектики первых греческих мыслителей выступает метафизическое воззрение, оправдывающее косность уходящих в прошлое общественных порядков.

Позия

В период VIII—VI вв. до н. э. греческая литература пережи ^^ новую фазу своего развития. Реальная жизнь всё чаще проникает в мир поэзии. Уже в так называемых «гомеровских гимнах» встречаются отдельные эпизоды жанрового характера. Так, гимн Гермесу содержит «плутовской» рассказ о хитром боге, крадущем быков, гимн Афродите — стихотворную новеллу о любовной связи богини с героем Анхисом. Во второй половине VI в. Гиппонакт из Эфеса пародирует стиль «гомеровских гимнов». Сочиняется пародия на «Илиаду»—шуточная поэма «Батрахомиомахия» (конец VI — начало V в.), в которой с эпической важностью ведётся рассказ о войне мышей и лягушек.

В дальнейшем развитии греческой литературы всё более отчётливо выступает обыденная жизнь, личность с её интересами и влечениями. Замечательная поэма Гесиода «Труды и дни» описывает быт греческого общества с точки зрения простого земледельца, страдающего от произвола богатых и сильных. С горечью говорит Гесиод о злоупотреблениях знати, сравнивая положение беотийского крестьянина с участью соловья, попавшего в когти ястреба. Идеал самого Гесиода — честный труд простых людей. Поэма содержит хозяйственные советы и моральные наставления. Поэт осуждает упадок патриархальных нравственных норм под влиянием своекорыстия, погони за обогащением, говорит о гнусных сетях, в которых легкозапутаться и погибнуть честному человеку, окружённому хищными носителями принципа частной собственности. Поэт различает двух богинь Эрид (по-гречески эрис—спор, распря)—добрую и злую. Дело злой Эриды —когда «гончар смотрит с гневом на гончара, плотник на плотника, нищий завидует нищему, певец певцу». Дело Эриды доброй — мирное соревнование людей в труде.

Гесиод повествует о пяти веках, выражая в этой легенде свой собственный печальный взгляд на современную ему действительность. Первый век — золотой, когда люди жили, не зная забот и труда, а нивы сами собой приносили обильные плоды. Его сменили века серебряный, медный и век героев. Время поэта — век железный, царство вражды, заботы и печали. Настанет пора, когда стыд и справедливость, облечённые в белые одежды, уйдут на Олимп и навсегда покинут людей, в удел которым останется только скорбь.

Таким образом, в поэме «Труды и дни» мы встречаемся с новым, нравоучительным{дидактическим) жанром поэзии.

Весьма характерным для общественной и культурной жизни Греции в VII—VI вв. до н. э. было усиление роли лирической поэзии. Сам термин лирика — условен. Он происходит от слова «лира»—названия музыкального инструмента, под аккомпанемент которого исполнялись соответствующие произведения; однако на самом деле лирические произведения исполнялись также в сопровождении других инструментов, например флейты, а иногда и без музыкального сопровождения.

Базилика в Пестуме (Италия). Один из наиболее сохранившихся образцов храма дорического стиля. VI в. до н. э. Греческая лирика уходит своими корнями в древнее народное творчество: праздничные хоровые народные песни, песни обрядовые (например, свадебные), трудовые песни жнецов, пахарей, прях и т. д. В дальнейшем лирика становится самостоятельным родом поэзии.

В лирике раскрываются думы и чувства людей того времени во всём их своеобразии. Архилох, окончивший впоследствии жизнь на поле боя, рисует в стихах свой собственный образ скитальца-воина («пью, опершись на копьё»). На рубеже VII и VI вв. выступает первая известная нам по имени женщина-поэт — Сапфо. Она жила в той части Эллады, где положение женщины было более свободно, нежели в других её частях, а именно —на острове Лесбос, у берегов Малой Азии. Сопоставляя стихи Алкея, Архилоха, Сапфо, можно убедиться в том, насколько широк стал диапазон лирической поэзии,— от дикой, почти варварской грубости, от нескрываемой злобной радости по поводу смерти врага до тончайших образов «фиалковенчанной» Сапфо. В стихотворениях Анакреонта (вторая половина VI в. дон. э.) воспеты вино и любовь; его стихи вызвали впоследствии многочисленные подражания в мировой литературе («анакреонтическая поэзия»).

Лирическая поэзия чутко откликалась на все волнующие вопросы общественной жизни. Так, Каллин (первая половина VII в.) воспевает не военные подвиги, совершаемые ради добычи и славы, а доблесть мужа, который сражается «за родину, за малых детей, за молодую жену». Герой спартанского поэта Тиртея (вторая половина VII в.) — смелый воин, «шагнув широко, крепко стоит, упершись ногами в землю,. закусив свои губы». В энергичных, написанных на дорийском наречии анапестах Тиртея звучит призыв к «мужам прославленной Спарты» не щадить своей жизни в бою. Стихотворения Солона написаны в защиту и оправдание проведённых им реформ. Аристократ Феогнид, изгнанный из Мегар, изображает восстание демоса в виде бури, бросающей корабль из стороны в сторону; искусный кормчий низложен моряками, и на судне начальствуют простые грузчики. «Твёрдой ногой наступи на грудь суемыслящей черни» — таков призыв этого врага демократии. Другой приверженец аристократической партии, Алкей, клеймит своих политических противников, не скрывая крайнего раздражения и личной неприязни. Примером того, какое видное место занимала лирическая поэзия в общественной жизни, может служить рассказ греческого писателя начала нашей эры Плутарха о Солоне. В период, когда афиняне отказались от борьбы за остров Саламин, находившийся в руках мегарцев, Солон, появившись на городской площади, прочёл свои стихи, заканчивавшиеся призывом «сразиться за прекрасный остров и сбросить с себя гнетущее бесчестье». По словам Плутарха, клич этот был подхвачен афинской молодёжью, и мегарпы были изгнаны с захваченного ими Саламина.

К рассматриваемому периоду относится возникновение трагедии, которая выросла на основе весенних празднеств в честь бога Диониса. Самое слово «трагедия» — греческое и происходит от слов трагос (козёл) и одэ (песня). Хор, исполнявший хвалебные песни в честь Диониса (так называемые дифирамбы), обычно наряжался в шкуры козлов, певцы приставляли себе козлиные рога, изображая козлорогих божеств-сатиров, по мифу — спутников Диониса. Запевалой или предводителем хора был корифей (по-гречески корифэ — вершина). Он повествовал о странствиях и подвигах Диониса, хор отвечал ему дифирамбами. Изобретателем'трагедии традиция считает Феспида (вторая половина VI в. до н. э.). Диалог корифея и хора Феспид осложнил введением диалога между корифеем и одним из участников хора, получившим название «ответчика» (или, согласно позднейшей терминологии, актёра).

Появление литеватуоной прозы

В конце рассматриваемого периода в Греции зарождается литературная проза. Родиной прозы были греческие города ионийского побережья Малой Азии. Интерес населения этих городов к заморским странам, к их настоящему и прошлому вполне понятен. На этой почве в ионийских городах складывается особый жанр устной повести, в основе которой лежат рассказы бывалых людей о виденном и слышанном ими во время путешествий. Эти рассказы отчасти содержали в себе вполне реальные данные географического, этнографического и исторического характера, отчасти были построены на вымыслах и фантазии. Устный рассказ-повесть такого типа прочно вошёл в культурный быт ионийского населения, получив название логос (в буквальном переводе — «слово», «сказ»). Вместе с распространением письменности подобные рассказы стали записываться, причём так, как они рассказывались, т. е. не стихами, а прозой. Авторы этих произведений в отличие от поэтов вошли в историю греческой литературы под именем логографов. Античная традиция называет в качестве одного из первых представителей прозаического жанра милетянина Кадма, писавшего в середине VI в. до н. э. Из других логографов, писавших уже в самом конце VI и начале V в. до н. э.» наибольшей известностью пользовался Скилак из карийского города Карианды, автор рассказа о путешествии в Индию, и милетянин Гекатей, которого с некоторыми оговорками можно назвать первым греческим географом и в то же время историком.

Второй формой прозаического повествования были басни — народные рассказы, в которых действующими лицами обычно выступали животные. Первым греческим баснописцем был Эсоп. Жил он примерно в середине VI в. и, по рассказу Геродота, был рабом фригийского происхождения. Басни Эсопа переводились впоследствии на многие языки и оказали влияние на видных баснописцев мировой литературы. „ VIII—VI векаявляются важным этапом в развитии греческого искусства. Наибольшего развития достигает архитектура.

Среди архитектурных памятников этого периода первое место по своей художественной значительности занимали храмы. Древнейшие храмы были деревянными; черты деревянного зодчества сохранились и в позднейших каменных храмах. Постепенность перехода от дерева к камню наглядно выступает на примере храма Геры в Олимпии, где дубовые колонны мало-помалу заменялись каменными.

К концу VII в. сложились два вида колонн, два основных типа так называемых архитектурных ордеров — дорический и ионический. Дорический получил наибольшее распространение в Южной Италии и Сицилии (Пестум, Селинунт, Акрагант), а также в Балканской Греции (Олимпия, Коринф), ионический —на островах Эгейского моря (Самое) и на берегах Малой Азии (Эфес). В более строгом и мощном дорическом ордере несколько утончающиеся кверху колонны лишены баз, каннелюры (выемки) на стволе колонны образуют при встрече острые рёбра, венчающая капитель состоит из круглой, несколько расширяющейся кверху части и лежащей на ней четырёхугольной плиты. В отличие от дорической ионическая колонна имеет сложную профилированную базу, каннелюры её отделены друг от друга дорожками; характерным отличием её капители являются завитки, так называемые волюты. Фриз над колоннами представляет собой сплошной пояс или ленту, покрытую скульптурными изображениями. Выработанная греками система форм осталась важным средством художественной выразительности в архитектуре.

Архаическая скульптура совершила громадный путь от примитивных идолов в виде столбов, увенчанных грубо схематичным изображением человеческой головы, до почти свободной передачи очертания тел в таких произведениях, как скульптурная группа «гигантомахии» (война богов и титанов), созданная афинскими мастерами в конце VI в. Одно из наиболее ранних произведений ионийской художественной школы—так называемая делосская Артемида (VII в.) стоит ещё неподвижно лицом к зрителю, с опущенными вдоль тела руками. Сзади и сбоку фигура ограничена почти гладкими плоскостями, которые придают ей четырёхгранный характер.

Дальнейшее развитие скульптуры, достигшей высокого совершенства в изображении человеческого тела, определялось не только ростом профессионального мастерства древнегреческих ваятелей, но и особенностями общественной жизни в древнегреческом полисе.

Статуя Аполлона Тенейского. Середина VI в. до н. э. Мрамор. Самой важной областью воспитания, по крайней мере в более древнее время, считалось физическое развитие. Война стала обычным делом, и главная доля участия в ней всё более переходила к широкой массе рядовых граждан. Мелкие государства постоянно враждовали между собой, а победа в войне в значительной мере зависела от способности полиса выставить достаточное число выносливых и сильных воинов. Благодаря этому телесные упражнения стали в Греции важным общественным делом. Тренировка начиналась с раннего возраста и совершалась в специально отведённых для этого местах — гимнасиях и палестрах — под наблюдением воспитателей. Большую роль в общественной жизни играли всякого рода шествия, хороводные пляски, иногда пляски с оружием. Праздники обычно сопровождались соревнованиями: гимнастическими, конными и музыкальными. Очень рано (ещё в VIII в. до н. э.) возникли общегреческие состязания, важность которых в жизни древней Эллады видна из того, что даже летоисчисление велось по олимпийским играем, совершавшимся каждые четыре года во время празднества Зевса в Олимпии, причём это четь1рёхлетие называлось по имени победителя в беге. (Летоисчисление по олимпийским играм было установлено в III в. до н. э.)

В Греции постепенно развилось глубокое понимание пластических форм живого тела — основа высокого развития скульптуры. Первыми произведениями этого типа были статуи, найденные на островах Эгейского моря и в Балканской Греции. Все они ещё в сущности примыкают к восточным образцам, особенно к египетскому типу мужской статуи с выдвинутой вперёд левой ногой. По-египетски трактованы часто и волосы. Однако имеются уже существенные отличия. Одной из своеобразных черт ранней греческой скульптуры является попытка передать выражениелица посредством улыбки.

Для зрелой архаики характерны статуи девушек в длинных, красиво драпирующих тело одеждах. Это любимый мотив ионийской скульптуры VI в.

Амфора работы мастера Андокида с изображением Геракла и адского чудовища Кербера. Особенно характерно для ионийской культуры создание хиосского скульптора Архерма— статуя, изображающая полёт богини победы Ники, первая известная нам в греческом ваянии попытка передачи быстрого, живого движения. Скульпторы архаической Греции широко пользовались раскраской статуй, которая в те времена носила особенно яркий, декоративный характер.

Образец аттической чернофигурной вазовой живописи второй половины VI в. до н. э.

О живописи этого периода приходится судить главным образом по расписным глиняным вазам. Греческая вазовая живопись прошла в своём развитии несколько стадий. Сначала господствует так называемый геометрический стиль. Постепенно наряду с геометрическим орнаментом стали появляться более или менее схематизированные изображения птиц, оленей, лошадей. В середине VII в. в росписи на греческой керамике усилились восточные влияния, особенно заметные в изделиях ремесленников торгового города Коринфа. В начале VI в. в Афинах возникает новый вид росписи, так называемый черно-фигурный, который примерно с 530 г. стал постепенно сменяться краснофигурным. В первом случае фигуры изображались чёрным блестящим лаком на красноватом фоне глины; во втором случае — оставлялись светлыми, причём тёмной краской заполнялся фон. Краснофигурная живопись давала возможность детализировать рисунок — вместо чёрных сплошных силуэтов возникают изображения, передающие черты лица, складки одежды и т. д.

Роспись ваз является ценнейшим источником наших сведений о технике, хозяйстве, быте, верованиях древних греков. Так, на вазах VI в. мы находим изображение пахоты, сбора винограда, кораблей, мифологических сцен и т. д. Эти изображения позволяют реконструировать некоторые особенности древнегреческого жилища и старейшего типа храмов, судить об одежде и вооружении греков.

Наиболее важным в греческой культуре периода VIII—VI вв. до н. э. для последующего развития мировой культуры является наметившееся направление в развитии—от религии к науке, от мистических воззрений к материалистическим учениям, от условности к реализму в искусстве.

Первая половина I тысячелетия до н. э. была периодом новых успехов человеческого общества в области развития производительных сил; важнейшим достижением в ту пору явилось постепенное и всё более широкое распространение металлургии железа. Темпы исторического развития человечества и в этот период все еще оставались медленными, но налицо было всё же их прогрессирующее убыстрение. Возросла производительность труда, во всех областях хозяйственной жизни видно продвижение вперёд. Распахиваются новые земли, развивается ремесло, возникают новые его отрасли, улучшаются средства транспорта, особенно в мэреплавании, на основе роста товарности хозяйства развиваются торговля и денежное обращение, появляются деньги в монетной форме.

В Азии, Африке и Европе увеличивается число стран, в которых господствуют рабовладельческие отношения, хотя на большей части земли ещё продолжает существовать первобытно-общинный строй.

В странах Востока ход исторического процесса, развитие рабовладельческих отношений, особенно долгового рабства, приводит к обострению классовых антагонизмов, к внутреннему ослаблению древнейших государств, к падению их роли в международных отношениях и нередко к утере некоторыми из них политической независимости: они завоёвываются недавно возникшими и сравнительно более прочными государствами. Особенностью этого периода является возникновение на древнем Востоке крупных держав, временно объединявших путём завоевания страны самые различные по уровню развития, этническому составу населения, формам хозяйственной жизни и культуре.

В ряде государств Греции победа рядовых свободных в их борьбе с рабовладельческой аристократией и долговым рабством привела к возникновению рабовладельческих отношений античного типа и появлению рабовладельческой демократии.

В международных отношениях приближается время столкновения новых античных рабовладельческих государств со старыми рабовладельческими деспотиями.

В истории культуры этот период отмечен большими достижениями: развиваются научные знания, появляются первые материалистические учения, вступившие в борьбу с религией, мистикой, идеализмом, складываются замечательные памятники мировой литературы, создаются величественные произведения изобразительного искусства, широко распространяется алфавитная и развивается китайская иероглифическая письменность. Это было время значительного культурного прогресса человечества.

Тяжёлыми оставались условия жизни трудящихся, создававших своим трудом огромные культурные ценности. Всё сильнее становился гнёт эксплуататоров, которому подвергались трудящиеся. Рабы не считались не только гражданами, но и людьми. Закон защищал рабовладельцев. Рабы и массы нищающих свободных были обречены на тяжёлый, изнурительный труд.

Но рабовладельческий строй в своём развитии в этот период всемирной истории не исчерпал ещё всех возможностей, которые были в нём заложены: несоответствие рабовладельческих производственных отношений уровню развития производительных сил ещё только намечается и притом лишь в немногих странах. Нарастающая борьба рабов и свободной бедноты против своих угнетателей пока ещё не была в состоянии подорвать основы существования рабовладельческого строя.

История дальнейшего развития рабовладельческой формации, периода её упадка и крушения, является содержанием следующего тома «Всемирной истории».

назад содержание далее








ПОИСК:







Рейтинг@Mail.ru
© Алексей Злыгостев, дизайн, подборка материалов, оформление, разработка ПО 2001–2019
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку:
http://historic.ru/ 'Historic.Ru: Всемирная история'